Глава 28
Дома на несколько часов забылся каким-то лихорадочным коротким сном, когда непонятно, ты действительно спишь или только пытаешься заснуть. И во сне и наяву она, везде она, моя темноволосая ведьма-училка, прекрасная, чуть что, краснеющая Золушка. Такая маленькая, хрупкая, эмоциональная девочка, но внутри кремень, уперлась ногами, рогами, всем, чем можно, но со мной не поехала. Коза упрямая. Как же я злился тогда во дворе школы, как мне хотелось ее скрутить, запихнуть машину и увезти к себе. Ну в самом деле, какая может быть Вера Ильинична, когда Игорь Богданов тебя хочет.
Ах, будь она сейчас под боком, я бы ее сладко целовал, без устали, до испарины на наших телах любил.
Но впрочем, даже хорошо, что Даша Мельникова такая упертая, есть другие дела, которые надо решить, иначе в будущем они могут обернуться таким нехилым снежным комом проблем.
Не хочу думать о проблемах, хочу Золушку рядом.
Но все же заставил себя встать….
Решать дела начал с ювелирного магазина. Лике купил дорогой браслет, тонкая работа одного очень известного ювелирного бренда. Она любит вещи, которые подчеркивают ее статус, принцессы местного бомонда. Пусть порадуется девочка. А для Золушки купил сережки. Те, которые у нее сейчас, наверняка дороги как память о маме, но они такие простенькие, невыразительные, откровенно совдеповские, а у Даши Мельниковой очень красивые ушки. Ей нужно что-то изящное и миленькое. Мой взгляд залип на маленьких сережках в виде двух небольших корон, украшенных мелкими брильянтами, а на зазубринах вершин брильянты были крупнее. Улыбнулся, раз уж на Золушку обратил внимание принц, пора ей превращаться в прекрасную принцессу. Надо будет еще в банк зайти, сделать для Даши Мельниковой карточку, пусть перестанет считать гроши до следующей зарплаты.
Выйдя из ювелирного магазина, набрал номер Лики.
– Игорь, куда ты пропал? Звонила-звонила, не могла до тебя дозвониться. Мама сказала, что ты увлекся благотворительностью.
– Я вообще добрый малый. Лика, давай сегодня встретимся?
– Да, конечно, я очень соскучилась, приезжай ко мне. Или я к тебе, – в заигрывающем девичьем голосе обещание райского блаженства.
– Нет, давай лучше встретимся на нейтральной территории, я заказал на 21.00 столик в «Башне», там посидим, поговорим.
– О романтик! – обрадовалась раньше времени Лика, – давно мы с тобой никуда не выходили.
Романтик, кисло подумал я, только не уверен, что госпоже Афанасьевой понравится такая романтика.
Лика была великолепна десять из десяти. Шик, блеск, красота. Во всем идеальна. От кончиков ног до кончиков волос, все тщательно оттюнингованно. Голубое, ладно сидящее платье оставляло открытыми плечи, одновременно подчеркивая красивую линию бедер и соблазнительное декольте. Точно выверенная грация в движениях, продуманный до мелочей образ красивой, ухоженной, знающей себе цену богини. Мужики посворачивали головы, провожая ее восхищенно-жадными взглядами. Раньше мне бы это польстило, приятно иметь ту, по которой другие пускают слюни. Но сейчас ее шаблонно-идеальная красота почему-то раздражала. Не было в ней искренности. Губы растягиваются в приветственной улыбке, но глаза холодные. Я даже не уверен, что она меня любит, просто выбрала как самую дорогую, подходящую ей по статусу, сумочку в магазине.
– Здравствуй, милый, очень по тебе соскучилась, – улыбнулась мне красавица.
Интересно, она правду говорит?! Если действительно скучала, то плохо, поскольку я очень хорошо проводил время, и не до скуки мне было от слова совсем. Ни разу даже не вспомнил о красавице Лике.
* * *
– Лика, ты не против, я уже сделал заказ.
– Конечно не против, милый, у тебя отменный вкус, – улыбаясь, сказала блондинка, хотя после просмотра ролика, после всех безуспешных попыток дозвониться ей хотелось только одного – разбить бутылку с вином о красивое лицо своего визави.
Но, конечно, Лика Афанасьева, никогда не опустится до подобного позорного поведения на публике. Она мило улыбалась и говорила комплименты.
– Как дела в магазине? – отдавая дань вежливости, спросил Богданов.
– Очень хорошо, – с преувеличенным энтузиазмом воскликнула Лика, – решила внять твоему совету и расширить магазин другими брендами. Кроме того, разрабатываю концепцию для обновления одного из ресторанов отца. Меня неожиданно увлекла эта идея… Знаешь, что я придумала, переделать его в детское кафе.
Идея пришла блондинке во время просмотра ролика о благотворительных «делишках» Богданова. Он внезапно полюбил детишек, так она тоже от них без ума. Прикинется на время добренькой мамочкой.
– А вот это очень хорошая идея, Лика. Детских заведений у нас в городе не так уж и много.
– Я смотрела твое интервью из благотворительного похода. Где ты так проникновенно сказал, что дети – это инвестиции в наше будущее, – в голосе блондинки появились ироничные нотки.
Но Богданов не услышал, или не понял, или ему плевать. Игорь все так же улыбался и казался абсолютно спокойным. Не выказал никакого опасения, что Лика поняла причину его благотворительного рвения.
– И тут возможны даже неплохие прибыли, если расширить эту идею до полноценного мини-развлекательного комплекса, где можно не только посидеть покушать с детьми, но и отпраздновать дни рождения, выпускные и другие детские праздники.
В Игоре сразу же включился успешный коммерсант.
Официант как раз расставлял заказ. Для Лики Богданов заказал семгу под сливочным соусом, а себе бифштекс с овощами и картофелем.
– Довольно вкусно, – попробовав рыбу, – вынесла вердикт красавица Лика Афанасьева, – в соусе чувствуются какие-то грибы. Рыба с грибами, на мой вкус, не совсем удачное сочетание, но здесь звучит довольно интересно.
Официант разлил вино по бокалам и отошел.
Лика немного расслабилась, они так мило беседовали, может, она преувеличила влияние той училки. Вдруг, она действительно всего лишь маленькая шалость с Игоревой стороны. А как известно: «хороший левак укрепляет брак». Ну пошалил немного, увлекла его темноволосая мартышка, раньше у Богданова никогда не было учительниц. Блин, но ведь они даже не женаты, а он уже позволяет себе шалить. По коже пробежал неприятный холодок… Но Игорь не дурак, чтобы бросать ее, Лику Афанасьеву, ради нищей училки, у которой папа запойный алкоголик.
– Вкусная рыба, – опять повторила Лика.
Богданов был абсолютным мясоедом, и сейчас с аппетитом отправил большой кусочек бифштекса себе в рот, активно заработал челюстями.
– Мясо тоже вкусное.
– Ты выглядишь очень сексуальным, когда ешь, – провокационно-соблазнительным жестом облизала блондинка губы, а под столом, провела мыском своей туфельки по ноге Богданова.
Игорь отодвинул ногу. Точеные бровки светловолосой красавицы нахмурились, а пухлые губы, насколько позволяла гиалуронка, поджались.
– Знаешь, Лика у меня есть для тебя подарок.
– Подарок?! – сначала удивилась, потом обрадовалась блондинка.
Возможно, не так уж хороша была эта учительница, только на пару раз и быстро приелась. Просто ее богатое воображение увидело в их взглядах и позах нечто большое, чем похоть. А теперь Богданов действует, как большинство мужчин, раскаивается и дарит подарки женщине, которая не на одну ночь, которую действительно ценит и любит.
Богданов вытащил бархатную коробочку. А вдруг, он сейчас сделает предложение руки и… Радость блондинки быстро угасла, для «вдруг» коробочка была слишком большая.
Богданов положил коробочку на стол, пододвинул в сторону Лики. Идеально наманюкюренные пальчики идеальной блондинки отрыли коробочку, идеальные по современным канонам красоты губы выдали в меру сдержанное, в меру восхищенное: «О, какая красота!». Богданов не поскупился: в коробочке лежал браслет от известного ювелирного бренда. Крупные и мелкие брильянты и голубые турмалины под цвет ее глаз.
– Игорь, очень достойная вещь, у тебя прекрасный вкус. Видно, что соскучился, – в голосе блондинки сейчас были искренняя радость и кокетство.
– Лика, прости, но это прощальный подарок.
По инерции прекрасная блондинка еще продолжала улыбаться, хотя холодные мурашки уже покалывали спину.
– Ты куда-то уезжаешь? – не хотела верить она прозвучавшим словам.
– Нет, пришло время нам снова стать просто друзьями. Я очень хорошо к тебе отношусь, знаю тебя с детства, поэтому желаю, чтобы рядом с тобой был более достойный молодой человек.
– Минуточку, разве в этом городе есть кто-то лучше тебя? – пыталась шутить Лика, в глубине души надеясь, что сейчас прозвучала неуместная злая шутка.
Ей хотелось зажать уши, визгливо кричать, капризно топать ногами и руками, устроить настоящую истерику. В детстве это срабатывало, папа всегда покупал то, что она хотела. Но Богданов не папа…. Он сам эгоист до мозга костей, не поведется.
Игорь грустно ухмыльнулся.
– Наверняка есть, во всяком случае, более порядочный точно. Просто своего близкого человека хотелось бы видеть рядом с парнем, который тебя действительно любит. Я же… Буду откровенным, мне с тобой было хорошо, но это не совсем то чувство.
– Я не гонюсь за непонятными чувствами.
– Лика, ты заслуживаешь большего. Чтобы тобой восхищались и любили, а не жениха, который заглядывается на других.
Боль в груди блондинки разрасталась, ширилась, заполняла чернотой тело, душу и мысли. Он все-таки ее бросает… Бросает из-за милой темноволосой мартышки.
– Неужели Игорь Богданов, циник и бабник, влюбился? И кто она!? – как бы блондинка ни старалась, в голос проскользнули горестные нотки уязвленного самолюбия.
– Это абсолютно не важно. Прости, если чем-то обидел тебя, или не оправдал твоих ожиданий. Но я ведь ничего никогда не обещал, и действительно думал, что свадьба между нами хорошая идея. Но теперь отчетливо понимаю, у нас получилась бы не семья, а только жалкая пародия.
Очень сильно не оправдал, очень сильно обидел, очень хотелось опустить тарелку с недоеденной, ставшей ужасно горькой и невкусной рыбой на голову Богданова, а еще выплеснуть вино в его сейчас серьезное красивое лицо. Потому что нельзя так поступать с Ликой Афанасьевой. Она принцесса, за которую должны бороться, сражаться с драконами и любыми другими чудовищами, а не бросать ее ради учительницы-простушки, темноволосой мартышки, у которой отец горький пьяница. Но Лике ничего подобного не сделала, она не станет позориться, устраивать концерты на публике. На прекрасных губах появилась улыбка, несколько натянутая, но и не злобный оскал, вполне себя дружелюбная, даже чуточку беспечная.
– А, знаешь, Игорь, если честно, я тоже иногда подумывала о расставании. Мне давно хотелось каких-то более ярких эмоций и чувств. Словно в омут с головой. С тобой никогда не было омута.
Я устрою тебе такой омут, милый, что фиг потом выберешься, но вслух красивые губы говорили совсем другое:
– Наверное, тоже воспринимала тебя больше другом, братом, чем любимым человеком. Все вокруг, твои и мои родители твердили, что мы идеальная пара, просто созданы друг для друга, вот я и поверила.
Быстрый взгляд в сторону Богданова, рот наполнился горечью, обидно понимать, что задеть его этой речью не получилось, Игорю, действительно плевать.
– Да, ты прав, я молода, безумно красива, еще встречу более достойного человека.
Даже эта шпилька не достигла цели. Более того, Богданов облегченно выдохнул, словно избавился от тяжкого груза. Видимо, боялся, что она устроит истерику, станет грозить папой и разрывом экономических связей между компаниями. Острое желание рукоприкладства снова скрутило пальцы блондинки, которые излишне сильно сжались на столовых приборах. Воткнуть бы ему вилку в глаз.
– Лика, очень рад, что мы поняли друг друга. Я действительно желаю тебе только счастья.
Лика очаровательно улыбнулась.
– Я тоже, Игорь.
И мы будем очень счастливы. А миленькой учительнице придется подвинуться. Ей в этой радужной картине мира не место. Зарвавшуюся, не знающую своего места пешку надо убирать. Теперь, влюбленные голубки, ждите ответного шага опостылевшей королевы.
– Надеюсь, наш любовный разрыв не означает, что мы больше не будем общаться? – беззаботно поинтересовалась Лика у Богданова.
Ох, зря она когда-то не настояла, у нее ведь явные артистические способности. Во всяком случае, Игорь, кажется, не почувствовал подвоха.
– Конечно, нет, Лика, звони, если нужна будет компания куда-нибудь сходить, или совет, или просто поболтать
– Давай выпьем за нашу дружбу.
И только дома лицемерие, наконец, покинуло Лику, злые слезы покатились по щекам, пальцы затряслись, и она позволила себе выпустить свои темные, горькие, как желчь, эмоции на свободу. Стала колошматить подушку. Нет, мало! Потом принялась крушить туалетный столик. Бросать о стену все эти бесчисленные баночки, скляночки, тюбики для поддержания ее безупречной красоты. Которая по факту оказалась никому не нужна, принц выбрал не ее, а бедную Золушку.
Почти час, проклиная Богданова, Лика металась по квартире, разбрасывая вещи. И лишь когда выдохлась, немного успокоилась, позвонила отцу.
– Папа, ты говорил, Богданов сам бросит эту девку, – несмотря на уже прошедшую истерику, голос блондинки снова слезливо задрожал, – но сегодня он бросил меня. Сказал: «Давай останемся друзьями, ты достойна большего». И тому подобную чепуху.
– Как ты отреагировала?
– Притворилась, что тоже давно об этом думала и не испытываю рядом с ним ярких эмоций.
Хотя бушующие буквально час назад эмоции были такие яркие, обжигающе болезненные, что, попадись ей темноволосая мымра тогда, она могла бы убить, собственными руками придушить или разорвать на мелкие кусочки.
– Какая умная у меня дочь. Принцессам нельзя вести себя словно базарным бабам. Не переживай, мы ведь еще не начали действовать. Эта парочка не будет вместе, я тебе обещаю. Вас же фотографировали на вечере?!
– Да, папа, конечно. Потом я еще попросила один прощальный поцелуй… Надеюсь, фотограф успел все запечатлеть.