40

Рома

Лида запрокинула голову, заглянула ему в лицо.

– Ты же прекрасно знаешь, что мне даже пойти больше не к кому.

Рома украдкой вздохнул, ладонь с её волос не убрал, но напомнил:

– У тебя тут сестра живёт. А можешь к родителям поехать.

Она отстранилась, стряхнув его руку, уставилась с недоверчивым удивлением:

– Ты хочешь, чтобы я уехала?

– Я спать хочу, – произнёс Рома, отступая назад, на тот самый шаг. – Я несколько часов торчал за стойкой на каком-то долбанном бизнес-вечере, и народ валил без перерыва. Словно для того только и пришли, чтобы нахаляву выпить. И всем обязательно требовалось чего-нибудь пооригинальней и поэкзотичней. И с фокусами.

Лида сузила глаза, наверное, слегка разочаровавшись, что он заговорил не о том, поинтересовалась немного пренебрежительно:

– Тогда зачем ты там работаешь? Почему ты не…

Он оборвал её, сказав твёрдо, но тихо:

– Это не твоё дело.

– Вы все такие, – Лида на несколько секунд отвела рассерженный взгляд, проговорила с неприязнью: – Вечно пытаетесь что-то доказать. – И опять посмотрела прямо, выдохнула громко, с напором: – А кому? Зачем? Когда можно просто жить. Нормально. Без лишних проблем. Ведь есть же возможность. – Не сдержавшись, сдавленно всхлипнула. – И вечно вам чего-то не хватает. Вот зачем, зачем Ярику понадобилась ещё и другая? Ему меня мало? Со мной что-то не так? Я что-то неправильно делаю?

Каждый новый вопрос звучал всё надрывнее и громче, даже воздух вокруг становился плотней и удушливей. Рома пожал плечами, качнул головой, произнёс, поморщившись:

– Лид, я не знаю. Мы вообще с ним давно не пересекались. Понятия не имею, что там у вас.

– Ничего! – упрямо выкрикнула Лида, пояснила, выговаривая ясно и чётко: – У нас больше ничего. – Хмыкнула, отвернулась, произнесла в сторону: – И можешь идти спать. Если так устал.

Он спросил, скорее, на автомате:

– А ты куда?

– А я… – с напором начала она, осеклась, опять хмыкнула, поджала губы. – А мне Женя предлагала у неё в комнате переночевать. У неё там вторая кровать есть. Ты разве не в курсе?

Не в курсе. Не заходил ни разу. И вообще…

– Так она спит уже, наверное.

– А ты разбуди, – снисходительно распорядилась Лида. – Как у вас принято?

Никак у них не принято. И чего она постоянно Женю приплетает? По делу и не по делу. Подначивает? Или, может, ревнует?

Его? К ней? Это с какого перепугу?

А Женя не спала. Рома отловил её на выходе из туалета. Она сначала растерялась, возможно, не сразу поняла, о чём он, но потом невозмутимо подтвердила:

– Пусть приходит.

Вместо пижамы он выдал Лиде свою футболку и трикотажные штаны, после того, как она ушла в ванную переодеться, минут пять посидел на краю дивана, просто прислушиваясь к тому, что творилось за пределами комнаты, а уловив хлопанье соседней двери, выключил свет, завалился на диван, откинулся на спину. Не ожидал, но вырубился почти сразу, будто испытал облегчение.

Почувствовав сквозь сон осторожные ласковые прикосновения, Рома не сразу понял, что они реальные, а не снятся. Сначала даже промычал довольно, потом немного пришёл в себя, разлепил глаза, повернул голову.

– Лид, ты чего? – поинтересовался недоумённо, увидев рядом её лицо и всё ещё не до конца понимая, где и что происходит.

Она не стала отвечать, только придвинулась ещё ближе. Прохладной ступнёй коснулась его лодыжки, провела вверх, пристраивая колено на его ноге, медленно продвигая его всё выше и выше. Ладошка скользнула по животу.

Ну, чёрт! Ну, какого хрена!

– Ли-да! Ты чего творишь?

– Ну если Ярику можно, почему мне нельзя? – с дерзким отчаянием проговорила она, но тут же перешла на вкрадчивый дразнящий шёпот. – И ты разве не ждал? Вон и диван раздвинул.

Да если бы Рома ждал, он бы и разговаривать долго не стал, а уж тем более размещать её в комнате у Жени. Сразу бы притащил сюда.

– Диван всегда раздвинут. – Он убрал её руку, стряхнул колено, сел, потёр ладонью лицо, окончательно разгоняя липкие клочья затянувшего сна. – Мне так удобней.

– С рыженькой отжигать? – усмехнулась Лида.

– Не говори ерунды.

Она тоже села, чуть набок, уложив согнутые в коленях ноги на одну сторону. Уперевшись одной ладонью в диван, немного подалась вперёд, спросила с вызовом:

– Тогда в чём дело? – Хорошо хоть была в футболке, а не разделась заранее, но Ромин взгляд сам по себе скользнул вниз от лица, чётче прочертил неясно обрисованные формы, остановился на плавном изгибе обнажённого бедра. Лида не могла не заметить. И не понять. Удовлетворённо и слегка надменно улыбнулась уголками рта. – Ты же всегда этого хотел. Разве нет? И плевать на Ярика, – добавила она с обидой, почти по-детски. – Тем более он… первый…

Рома не стал дожидаться конца переполненной паузами фразы.

– Ты же сама потом пожалеешь.

Лида насупилась сосредоточенно.

– Так ты из-за меня переживаешь?

– Нет, Лид, – сухо отрезал Рома. – Из-за себя. Я не трахаюсь с девушками моих друзей. – Он сдвинулся в сторону, чтобы, обогнув её, слезть с дивана. – Оставайся тут, а я пойду.

– Куда?

– Да куда угодно! В ванную, на кухню, на улицу.

Лида фыркнула, скривила губы, заявила полупрезрительно:

– Ладно, не дёргайся. Я пошутила. – И тоже сдвинулась, ухватила одеяло, запоздало натянула на ноги. – Какой же ты до сих пор пассивный, доверчивый и покладистый, Рома. Думаешь, я и правда стала бы с тобой? Трахаться, – процитировала она, смерив снисходительным взглядом.

Рассчитывала, что после таких слов он уж точно набросится на неё? В стремлении доказать, что никакой не пассивный и не покладистый, что сам владеет ситуацией. Да вообще всем, и ею тоже.

– Вот и отлично. Тогда я спать, – произнёс Рома как можно спокойней, лёг, отодвинулся насколько позволяла ширина дивана, отвернулся, почти упёрся носом в стенку, стиснул зубы.

А ведь это лучше всего работает – в меру презрительное и вызывающее «Думаешь, я правда с тобою стала бы?» Просто, дёшево и действенно. Посильнее любого физического влечения, любой похоти: всё-таки завладеть тем, чего тебя считают недостойным, принудить, пусть даже через сопротивление, всё-таки заставить тоже хотеть, довести до исступления. Доказать, что «мужик». И как же трудно на такое не поддаться.

Почти невозможно лежать спокойно, когда достаточно развернуться, перекатиться через бок, подмять под себя, сжать, стиснуть, пусть даже до боли. Или как раз специально до боли.

Так может, действительно…