ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

— Привет Маркус. Как продвигаются ваши дела с конкурсом? — поинтересовалась я, сидя в столовой.

Кирилл еще не спустился к завтраку, но думаю, скоро объявится. Я же старалась скрыть смущение и разрядить обстановку.　

— Нормально. Уже подали заявку на участие. Конкурс в октябре. Хочешь как-нибудь приходи послушать, — воодушевился парень. Удивилась внезапному предложению, но поспешила его принять. Я сейчас, что называется, готова на все! Добрая, послушная, внимательная, отзывчивая… мне не сложно прогнуться. Я хочу стать членом этой семьи. И прекрасно понимаю, что чуть сама все не испортила. Наши отношения с

Кириллом висят над пропастью. Одно неверное движение и ничего собрать уже нельзя будет. Хочу стараться ради Кирилла, ради нашего с ним будущего. Готова принимать его таким со всеми достоинствами и недостатками. Знаю, что смогу полюбить этого мужчину безвозвратно, если позволит, конечно.　

— Привет, — раздался голос Кирилла. Мужчина выглядел неважно. Видимо он не спал всю ночь. Судорожно сглотнула, ожидая худшего.　

— Приятного аппетита, — пожелал мужчина и приступил к завтраку. Я ела, не чувствуя вкуса.　

Наконец завтрак закончился и Маркус покинул столовую. Кирилл тут же отложил вилку.　

— Катя, я сейчас еду на работу, там скопилось много дел. Вечером мы с тобой всё обсудим. У меня есть к тебе предложение, — это самый оптимальный вариант, который я смог придумать. Удобный для обеих сторон. Если ты согласишься, то завтра пошлю Ричарда за твоими вещами, — Кирилл задумался. — Или я поспешил? Может, ты хотела сама их забрать? Или вообще не забирать? Черт, надо было сначала тебя спросить.　

Я старалась не улыбаться и поджала губы, опуская голову.　

— Нет. Всё в порядке.　

Кирилл поднялся из-за стола и задержался в проходе.　

— Займись чем хочешь. Дом в твоем распоряжении и сотрудники тоже. Я оставил наличность в твоей комнате на столике. На случай непредвиденных расходов. До вечера, — обернувшись, попрощался мужчина и покинул дом.　

Сидела еще минут пятнадцать в ступоре. Судя по поведению Кирилла, он тоже сделал для себя определенные выводы и сейчас не меньше моего старается изменить свое поведение ради наших отношений. Во-первых, он предоставил мне полную свободу и право решать самой, что мне делать. Во вторых, мужчина полностью мне доверяет, не смотря на то, что я его обманывала. С облегчением выдохнула, понимая, что и я Кириллу очень дорога, и он готов предоставить шанс нам обоим. Уже легче.　

Жить сразу стало веселее, и я пошла на свою любимую кухню. Повара меня встретили тепло и тактично ничего спрашивать не стали.　

— Как ваши дела? — спросила у мальчиков, листая меню.　

— Нормально. Только работы стало в два раза меньше. Все разъехались, — сетовал Бернард.　

— Кирилл не хочет нанять новую домработницу? — внезапно спросила я.　

Ребята переглянулись.　

— Зачем? Мы справляемся и Йен тоже. В случаи чего ты же нам поможешь? — спросил Йозеф, потроша индейку.　

— Конечно! — активно закивала я, обрадованная тем, что могу принять участие в общем деле.　

И начала помогать. Сходила в магазин, почистила картошку, пошла убираться. Заглянула в кабинет Кирилла… обомлела, обнаружив у него на столе стопку моих фотографий. Как новых, так и старых.

Стоит всё-таки с ним поговорить о моем прошлом, раз уж он уже пообщался с отчимом. Вытерла пыль на полках и подоконнике и пошла к себе. Лазить по его вещам и ящикам совесть не позволила. Я ему доверяю и не хочу даже начинать в чем-то подозревать мужчину.　

На улице было сыро и меня жутко клонило в сон. Я уже посмотрела вакансии, всякие научные передачи и ела, и кофе пила, но глаза слипались. Взяла томик Голдинга и удобно устроилась в кресле.　

— Привет, — шепнул Кирилл, касаясь моей руки. Очнулась и уставилась на мужчину сонным взглядом.　

— Ужин должен быть готов. — сонно пробормотала, поднимаясь.　

Кирилл мягко усмехнулся.　

— Ужин подождет. Как ты готова сейчас поговорить или отдохнешь еще? Я могу позже зайти, — предложил мужчина. Я поспешно замотала головой.　

— Нет! Я нормально.　

— Тогда пойдем ко мне в кабинет.　

Мужчина поднялся, и я поспешила за ним. Рядом с Кириллом испытывала волнение и возбуждение.

Приятный запах мужчины обволакивал меня. Сложно сдерживаться, когда так влечет к человеку на молекулярном уровне.　

— Поверь, мне тоже не просто, — внезапно шепнул мужчина на моем очередном вздохе.　

Прошла и села на диванчик. Кирилл сел напротив. 　

— Я не стал составлять договор, хоть и очень хотел, — признался мужчина. — Он мог быть моей гарантией, что ты будешь соблюдать условия нашего соглашения.　

Я усмехнулась. Кирилл слишком прагматичный. Ему во всем нужны гарантии.　

— Выслушай меня, пожалуйста, до конца, а потом уже добавишь что-то, если захочешь. Хорошо?　

Я кивнула.　

— Я подумал, что мы будем с тобой общаться. Целенаправленно узнавать друг друга. Никакой спешки и разговоров о семье. Никаких нас и ни слова о чувствах. Если хочешь можешь снять отдельное жилье, я против не буду. Но всё же считаю, что это не совсем рационально и практично. С работой, решай сама.

Вмешиваться не стану, только если тебе не понадобится помощь. Я понимаю тебе нужно найти свое место в жизни, разобраться и утвердиться, — Кирилл растер лицо руками. — Не могу с тобой говорить официальным тоном, когда ты сидишь передо мной в одном халатике с выражением невинного младенца, — Кирилл вздохнул, потирая переносицу.　

Смущенно улыбнулась, поджимая под себя ноги. Так соскучилась по нему. Не могу налюбоваться этими холодными, но такими родными глазами. Испытываю к Кириллу щенячью нежность. Просто хочу быть рядом. Всегда.　

— Я очень хочу тебя узнать. Понять. Прочувствовать. Пока есть даже крошечная надежда на то, что у нас может что-то получится, я не отступлюсь. Буду стараться, буду корректировать свое поведение, но не жди от меня колоссальных перемен. С твоей стороны, мне бы тоже хотелось капельку усилий. Смею предположить, что я тебе все-таки нужен, раз ты сама приехала.　

— Нет. Что ты! Я просто мимо прогуливалась, дай думаю, зайду. А так-то я на работу шла, — не удержалась от сарказма. Кирилл, как ни старался сохранить серьезный вид, улыбка прорвалась наружу.　

— Ты очень красивый, — неожиданно произнесла я, залюбовавшись строгими чертами лица. — Просто констатация факта, — заверила я.　

— Красота не самое главное в человеке, — сумничал Кирилл.　

— Не самое. Но ты красивый. Что теперь будешь с этим делать? Плеснешь себе в лицо кислотой, потому что человек хороший? — без зазрения совести, язвила я. Мы же договорись: узнаем друг друга. Так что пусть знает, какая у меня язвительная натура.　

Мужчина усмехнулся.　

— Так вот как ты лечила людей! Все-таки яд то целебный.　

Грустно усмехнулась.　

— Выходит, мы совсем не будем… эмм… даже целоваться? — с надеждой спросила я. Как-то такие перспективы совсем меня не радуют. Жить вместе с Кириллом, все время общаться и не иметь близости.

— Думаю, так будет лучше, — подтвердил мои опасения Кирилл.　

— Нет, — заявила я. — Тогда ни о каких трех месяцах речи быть не может. Максимум один. Ты сам-то как себе это представляешь?　

— То есть ты согласна? — прищурился мужчина.　

— На один, — твердила я.　

— Добавить, что-нибудь хочешь? — подозрительно спросил мужчина.　

— Нет. Жить буду здесь, на счет работы подумаю, — заправила волосы за уши и взглянула на мужчину.　

— Тогда пойдем со мной, — лукаво улыбнувшись, произнес он.　

Кирилл вывел меня в сад. В беседке горели свечи, на столе стояли фрукты и два бокала… с соком. Под крышей домика парили гелиевые шары.　

— Хочу отметить наше примирение, — прокомментировал мужчина, увлекая меня за собой.　

Мы взяли по бокалу, и выпили на брудершафт, тепло обнявшись. Моя выдержка захромала. Понятия не имею, как продержаться месяц.　

— У меня кое-что есть для тебя, — с этими словами, на свет появилась белая бархатная коробка. — Мне было бы приятно, если бы ты его носила, пока длится наш испытательный срок. Мы конечно решили не говорить о нас и о будущем, но я такой собственник, мне нужно хоть маленькое…　

Кирилл не договорил, так как я приложила палец к его губам, забирая кольцо.　

— Спасибо, — прошептала я, надевая золотую полоску в мелкой бриллиантовой крошке, на безымянный палец левой руки.　

— Тебе спасибо, — ласково ответил мужчина, обнимая меня.　

— За терпение и за доброту, — шепнул он, гладя меня по спине. Вдруг заиграла медленная музыка, и Кирилл задвигался в такт по кругу. И я вместе с ним, прижимаясь к нему, положив голову на грудь.　

— Очень хочу, чтобы ты меня простила… Я очень виноват перед тобой за ту выходку в Ноттингеме. Просто сорвался. Понимаю, это не оправдание… Черт! Скажи, что мне сделать, чтобы искупить свою вину?　

«Ты уже делаешь», — хотела ответить я, но сказала другое.　

— Поцелуй меня, — глядя в глаза попросила я.　

Кирилл спрятал лицо у меня в волосах.　

— Нет, Хитрюша. Тогда я искуплю вину через месяц. Прости, я боюсь тебя потерять, — шепнул Кирилл, прислонившись к моему лбу своим.　

Остаток вечера, мы протанцевали, распивая сок и поедая фрукты. А потом запускали в небо бумажные фонарики. И мне было легко и комфортно рядом с этим мужчиной. После, меня проводили до комнаты и, пожелав спокойной ночи, оставили одну. Долго изучала потолок, не в силах заснуть. Кирилла хотелось до боли в груди и животе, до зубного скрежета. Никогда не наблюдала за собой маньячку, но сейчас была готова выть. Надеюсь, ему так же плохо.