ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Смотрела на поваров откровенным любопытным взглядом. Говард не удосужился меня представить сотрудникам. Он вообще поступил по-хамски некрасиво. Привел на кухню, поставив перед фактом, что ужин в шесть и бросил меня. Ничего не объяснив, не рассказав и, опустив в глазах людей, с которыми мне работать. Не знаю, что его так зацепило. Может то, что я не подписала договор? А может, причина во мне? Или дело в том, что меня взяли на эту должность в богатый дом вот так просто? Но сейчас это неважно. Важно другое. Мне необходимо как можно быстрее найти общий язык с этими людьми и приступить к работе, чтобы не оплошать в первый же день.　

Хоть перелет и нервозность всех этих дней окончательно доконали меня, я нашла в себе силы для анализа. Девушка, на первый взгляд, показалась мне вьетнамкой. Я, конечно, могла спутать ее с кореянкой, но это вряд ли: у корейцев другой разрез глаз и скулы всё-таки уже. Я не спешила говорить, разглядывая мужчин. Один предположительно француз. У него гибкое стройное тело и вьющиеся русые волосы, вдобавок голубые глаза. И конечно, нашивку «Эльфивая башня» на поварском кимоно, я сразу заметила. У второго мужчины виднелась залысина на светлой голове. Тоже голубоглазый, но ниже ростом и слегка полноват, я думаю, он ариец.　

Прикинув в голове, с чего начать разговор, я молча поставила блестящий чайник на огонь.　

— Желаете выпить со мной чаю? — обратилась на французском языке, который изучала в институте, к курчавому мужчине. Глаза всех троих непроизвольно расширились. Мужчина даже дернулся на стуле, а вьетнамка хлопала глазами, смотря то на мужчин, то на меня. Зря Говард ушел. Он оставил мне поле для деятельности и возможность выиграть в нашей с ним маленькой битве. При нем, я бы не стала разговаривать на других языках, помимо английского. Если кто-нибудь узнает, тогда подозрения ко мне　 только усилятся. А сотрудников я завербую к себе в отряд, и они не проболтаются.　

— Меня зовут Катя. Как я могу к вам обращаться? — продолжила на французском, доставая чашки.

Мужчина в замешательстве посмотрел на товарища, на что тот пожал плечами.　

— Меня зовут Бернард, — на безупречном французском отозвался мужчина. — А как вы узнали, что я француз?　

Я лукаво улыбнулась.　

— По вашей башне, — уже на английском ответила я и по взгляду мужчины догадалась, что он меня прекрасно понял. Значит, владеет английским. Что же прекрасно!　

— А вас как зовут, любезный? — с легкостью перешла на немецкий, обратившись к арийцу. Мужчина икнул и перекрестился. Я хохотнула, заливая чай кипятком.　

— Полагаю, вы тоже говорите на английском? — нагло добавила я, всё так же на немецком языке. Мужчина кивнул и поднялся.　

— Меня зовут Йозеф! Мадам, я к вашим услугам, — шуточно произнес повар и поклонился. Француз усмехнулся.　

— Миледи! Вы поразили меня в самое сердце, — подключился к веселью второй повар. Девушка вьетнамка улыбалась. Я осталась довольна. Контакт налажен.　

— Приятно познакомиться с вами господа. Но надеюсь, вы представите мне свою потрясающую коллегу?　 — торжественно произнесла я, глядя на девушку. Мы уже говорили на английском.　

— Меня зовут Йен, — робко ответила девушка. Ну, точно вьетнамка! Ощутила радость от мелкой победы.　

— Рада работать с вами Йен! — произнесла я и протянула девушке руку. Мужчины смотрели с немым　 восхищением. Француз томно вздохнул, за что получил по колпаку от немца. Вот актеры!　

— Ребята, я очень буду вам признательна, если вы поможете мне разобраться с работой, ужином и прочей уборкой, — притворно вздохнула я, вызывая у этих людей сочувствие. — Говард мне почти ничего не объяснил. — Тихо добавила, подавая сотрудникам вкусный листовой чай, — я бы не хотела опозориться в свой первый день. Понимаете? — хлопая длинными ресницами, честно призналась я. Троица синхронно кивнула.　

Была приятно удивлена знакомством с этими людьми. Повара оказались веселыми ребятами, а Йен тихой и скромной помощницей. Она говорила со мной только по существу, изрядно смущаясь. За то информация, что она мне поведала за чашкой английского чая, оказалась бесценна. Во время чаепития мы успели обсудить меню. А после Йен показала мне кладовую, где хранятся все хозяйственные принадлежности. Я попросила ее начать подготавливать столовую, а сама пошла к дворецкому согласовывать меню.　

Говорда я нашла на заднем дворе. Мужчина сидел в беседке и читал газету. Садовник в оранжевом комбинезоне срезал белые тюльпаны.　

— Говард? — тихо позвала мужчину, держа перед собой меню.　

— Уже разобрались? — ехидно и в то же время подозрительно спросил дворецкий.　

— Вполне, — уверено ответила я. — Мы с ребятами обсудили меню. Йен готовит столовую к ужину. Сейчас я обсужу его с вами и пойду убирать. По графику стоят ванные комнаты и кабинет Кирилла, — отчиталась я и честно собой гордилась. Мужчина прищурился. Он явно не ожидал от меня такой прыти. Но я бы не хотела с ним конфликтовать. Война с управляющим мне ни к чему, у меня и так есть чем заняться.　

Говард молча взял карточку из моих рук. Его карие глаза бегали по строкам, а усы смешно шевелились.　

— Это ни куда не годится! — заявил мужчина и бросил меню на стол.　

— Почему вы так считаете? — вежливо поинтересовалась я. Мне действительно было любопытно.　

— Потому что я работаю здесь много лет и знаю, что это ни куда не годиться, — сурово повторил мужчина и поднялся. Я чуть не прыснула со смеху, но смогла удержаться. Он сам понимает всю нелепость своего ответа?　

— Простите, уважаемый Говард! Я ценю ваше мнение и не сомневаюсь в вашей компетентности, но это не аргумент. Хотелось бы услышать обоснованный ответ. Почему, составленное нами меню никуда не годиться? — с улыбкой повторила я.　

Глаза мужчины полыхнули гневом. Мышцы на лице дрогнули.　

— Близняшки не едят мясо — это раз! — загибал пальцы мужчина, брызжа слюной. Я отошла подальше.　

— Мальчики не едят тушеные овощи — это два! Вы необразованная провинциалка — это три!　

Я чуть было не открыла рот от изумления. Он оскорбил меня? Какой ужас! Откровенно забавлялась, но пришлось сделать серьезный и даже слегка обиженный взгляд.　

— Послушайте Говард. Я вижу, вы настоящий профессионал в своем деле. Может, вы мне тогда подскажите, как составлять меню, по какому принципу?　

— Вы серьезно? — изумился мужчина. Он был явно не намерен вестись на лесть и на это должна быть причина. — Это ваши обязанности и если вы с ними не справляетесь, я вынужден доложить об этот мистеру Кашеру.　

Это был ожидаемый поворот событий. Я предполагала нечто подобное. Говард был не так прост и в то же время его намерения легко угадывались. Всему виной жажда наживы и конкуренция в этом богатом доме. Видимо мужчина расценил меня как соперника.　

— Чего вы добиваетесь Говард? — глядя мужчине в глаза, спросила я. — Выжить меня с этого дома любой ценой? Думаете, раз я молодая женщина то у меня больше шансов расположить к себе Кирилла? — всё больше напирала я.　

Мужчина побледнел и выглядел неважно.　

— Хотите, я буду отдавать вам половину моего жалования? Я не претендую на ваше место. Это не моя мечта. И я вам больше скажу: Кирилл никогда не купиться на внешность. Он умный, целеустремленный и проницательный человек. И мне просто не сравнится с вами. Моя провинциальность против вашего опыта. Моя необразованность против вашей дальновидности и сообразительности. Шансы неравные и мистер Кашер это сразу поймет, — восхваляла я дворецкого и меня не мучали угрызения совести по поводу моей откровенной лести. Я делала это ради себя и своего будущего. Кто-то меня осудит и скажет, что так поступать плохо. Но это лишь психология. И я не собираюсь осуждать или обсуждать этого человека за глаза. Мне просто нет до него никакого дела.　

Дворецкий смущенно заулыбался и даже впалые щеки покрылись румянцем.　

— Я дам вам старые образцы меню. Вы сможете ориентироваться на них, — опуская взгляд, проговорил Говард и быстро скрылся в доме. Мужчина не смог увидеть мою победную улыбку, но ее увидел кое-кто другой. Позади меня стоял Колин и хлопал в ладоши.　

— Браво! Это было великолепно. Хорошо, что я забыл документы на веранде, и пришлось вернуться. Жаль только не захватил попкорн, — нагло улыбаясь, произнес мужчина. Я старалась скрыть охватившее меня волнение. Если Говорда я смогла провести, то этого мужчину вряд ли.　

— Какая игра! Какой накал! Вы настоящий талант, Кэти, — продолжал подтрунивать надо мной мужчина.

Поджала губы и выдохнула. Что же, кажется, я влипла.　

— Кто вас этому научил? Подольские коровы? — не унимался Колин, всё ближе приближаясь ко мне. Я, наконец, смогла успокоиться.　

— В Подольске нет коров. — тихо произнесла и сама же задумалась. Вот черт! Я даже не знаю, есть ли там животноводство?　

— Правда? — лукаво спросил мужчина, совсем близко с моим лицом.　

Я отстранилась, поправив блузку.　

— Извините, мне нужно работать. До вечера, сэр. Удачного вам дня, — мило улыбнулась и не спеша направилась в дом, только бы не выдать свое волнение.　

Колин нагнал меня на ступеньках и схватил за руку, чуть повыше локтя.　

— Не бойся, я не расскажу Кириллу, — тихо шепнул он. Не удержалась и съязвила, за что правда потом долго себя корила.　

— О чем? О том, что в Подольске нет коров?　

Мужчина ухмыльнулся, но ничего не ответил. Не стала дожидаться пока он уйдет, и вошла в дом.　

Говард мне все-таки принес меню, и я смогла составить, что-то стоящее. А после меня ждала долгая и нудная уборка. Йен настоящая молодец и здорово мне помогла с уборкой ванных комнат. В кабинет Кирилла я пошла сама. Отворив дверь, серебристым ключом я вошла в логово кощея. Кабинет оказался уютным. Было здесь и кресло-качалка и стол под старину на изогнутых ножках, белые обои даже большой глобус. На стене весели фотографии Кирилла с разными людьми. Все они, как я могла догадаться, были высокопоставленными чиновниками и бизнесменами. Ни на одной фотографии Кирилл Кашер не улыбался. Его взгляд был строгим и даже хлестким. Дымчатые глаза ничего не выражали. По его лицу невозможно было угадать какой он по характеру. Можно было только гадать. Но мне это и не нужно было. Я и так знала достаточно об этом человеке, чтобы держаться от него подальше и быть все время на чеку.　

Ужин прошел нормально. В столовой я не появлялась, боясь застать близняшек. Мы хоть и не виделись двенадцать лет, но все же риск был слишком велик. С Алексеем мы решили девочкам ничего не говорить, для их же безопасности, а если они о чем-то догадаются, то я быстро приму меры. Уверена, они меня поддержат.　

Спасть легла сразу после того как сменила пыльное белье в своей кровати. Выключив свет, я заплакала.

Наконец, я была в безопасности и могла выдохнуть. Эмоции, копившиеся все эти дни, выходили наружу.