Глава 5

Мозг соображал туго. Не так, – он, конечно же, фурычил, но путных мыслей не давал. Где–то на задворках сознания я понимала, что меня усадили в машину, куда–то привезли, потом на ручках отнесли…

Но, что называется, ловить момент не удалось. Мне должно было не просто льстить, а едва ли не до небес подкидывать, да только состояние нестояния несколько скорректировало происходящее.

Потому что меня мутило не по–детски. Говорили мне как–то бабушки в спину, что с простигосподи поведешься, беды не оберешься. Чем меня опоила добросердечная любовница за деньги, я понятия не имела.

Зато эта “живая вода” проводила тщательную ревизию в моем организме. Что она там искала – неизвестно, однако, чувство было такое, что точно что-то найдет. Ела я в последний раз, наверное, вчера. Вру. После общения с колобком аппетит пропал полностью. А сегодня – не успела, меня ж выперли на улицу. Хотела на вокзале, да решила запасы до поезда не трясти. А отдавать деньги за стакан разбавленного чая – жаба задушила.

– Горе ты чесночное, – беззлобно ворчал мужской голос.

– Обычно говорят про луковое, – буркнула себе под нос, не разлепляя глаз, но мой спаситель услышал.

– Так то обычно, а ты – что–то из разряда вон выходящего, – усмехнулся Максим, как его там, Батькович.

Моя жопка уже сидела на чем–то твердом, но явно не мужском, а в рот ворвалась странная на вкус жидкость. Желудок тут же предательски свело, но почти мгновенно отпустило. Зато меня пробрала икота, чтоб она перешла на Федота.

– Мало мне одного счастья под Новый год, так еще одно подобрал, – с минимальным усилием стянув с меня куртку и сапоги, завалил мое тело на бок, чтобы я легла. Понятно, мы уже прибыли в больничку, а кроватью мне сегодня послужит кушетка. Это лучше, чем обезьянник, или вокзал, однозначно.

– Вы что, девиц из обезьянника коллекционируете? – с трудом выдавила из себя. Говорить не хотелось. Особенно теперь. И кто вообще сказал, что красивый мужик мог оказаться вдруг одиноким?

Не с твоим везением, Шишова. Вся твоя жизнь – сплошной кукиш. По крайней мере, в плане мужчин. Иначе не ходила бы ты в свои годы еще целомудренной дурочкой.

Нет, у меня парни были, но ни разу не срослось. У Толика, кроме меня, было еще три девушки, и как он время на всех находил?! И спалился на глупости: подарил одинаковые игрушки на Валентинов день. У Паши меня забраковала матушка, а он, как благовоспитанный юноша, привык сперва показывать пассию маме, мало ли… Со старостой параллельной группы, Юрой, мы даже почти до дела успели дойти, но… у него, гхм, что–то произошло, а виновата оказалась я.

Интересно, а этот доктор, – он по всем вопросам помогатор?

“Шишова, спи уже!” – зудел внутренний голос. – “Меньше бед наворотишь”.

Так то оно так. Только вопросики все равно оставались. Температуры ведь у меня не было. Значит, Максим меня просто пожалел. Стало быть…

– Я пройдусь по отделению, а ты пока отдохни немного, потом поможешь мне елку нарядить, раз уж, нас здесь будет двое, – прозвучало над головой, и поверх меня легла какая–то материя, полностью пропитанная дурманящим запахом блондина.

Какой тут теперь отдых?!