Глава 16. Слава

Ужасно хочется видеть Настю как можно чаще, но запрещаю себе это. Она должна понять, что я говорил серьёзно. А для этого надо хотя бы как минимум исправить всё то, что испортил. И только потом добиваться новой встречи.

Да, я в итоге всё равно слоняюсь где-то в коридоре возле её комнаты ночью, но лишь до тех пор, пока не вижу, как Настя уезжает. Она налегке. Моя помощь явно не нужна. И такси девчонка вызвала. Потому не вмешиваюсь. Лишь смотрю из ближайшего окна, как она выезжает.

Понятия не имею, куда. Где живёт... Чем.

И ведь насчёт белобрысого уебана так и не выяснил. Впрочем, ладно. Это от меня зависит, будет Настя со мной, или нет. Не от него. Даже если она сейчас с ним — я для себя уже всё понял. И ей озвучил.

В конце концов, его и в друзьях у Насти нет... Да, я всех парней её фрэндлиста проверил. Особенно, блондинов. Уверен, что узнал бы его.

Этого пока хватит, чтобы более-менее успокоиться и настроиться на насущное. Поэтому той ночью я отправляюсь к себе: высыпаться, в себя приходить.

Телефон всё-таки включаю. Вижу тот самый пропущенный от Насти. А потом захожу и в переписку с Кариной, ведь там явно будет что-то новое.

«Я прилечу скоро. Буду благодарна, если пока проследишь, чтобы она ещё кому-нибудь не сказала», — хм... Не этого я ожидал.

Хотя толком и не знал, чего. А тут получается, Карина настроена к Насте крайне негативно. С подозрением. Хотя та наоборот, беспокоилась о том, чтобы ночью незаметной уехать. И чтобы я молчал.

Точно ли они договорились обо всём, уладили? И точно ли мне исправлять только увольнение Насти? Может, и тему с Кариной надо бы?

Читаю дальше.

«Я тебе доверяю. И уверена, что сам ты точно никому не скажешь. Мы уже неплохо общаемся с тобой, разве нет? Я завтра прилечу, можем сразу познакомиться и вживую», — морщусь этим строчкам.

Что ещё мы можем сразу? Хваткая эта Карина. Лениво захожу на её станицу, листаю фотки...

Эффектная. Безусловно красивая. Но не Настя. И, кстати, не так уж и похожи. Теперь я почему-то вижу это чётко.

Но познакомиться и пообщаться нам с этой Кариной определённо стоит. Есть о чём.

Не отвечаю на её сообщения. Даже реакцию не ставлю. Лучше сразу вживую всё проясним.

​

*******

— О, привет, Слава, — Карина совсем не Настя: улыбается мне, светится, явно забывая уже все свои недовольства. — Приятно, что ты сразу пришёл меня проведать. Кстати, плюшевый корги очень милый.

Сжимаю челюсть. Я глупо надеялся, что Настя забрала его с собой. Но нет, он в руках у Карины.

Эта девчонка такая... Хищная. Эта осанка, уверенные жесты, взгляд... Такая точно знает, чего хочет. И привыкла получать. Породистая, как говорят некоторые. Не люблю это слово по отношению к людям, но, блять, в случае неё прям напрашивается.

И, безусловно, я точно обратил бы на Карину внимание, если бы не встретил Настю. Прежнего меня заинтересовала бы такая чуть стервозная уверенная в себе девчонка. Вот только плюшевые игрушки мне бы и в голову не пришло ей дарить. Даже тогда.

А мне нынешнему другое нужно... Вся эта невинность Насти. И в то же время её стержень, характер. Сила воли. И всё это в сочетании с мягкостью, тёплой такой энергетикой, обволакивающей.

Блять... Как же её не хватает.

Тем важнее скорее решить все дела.

— Я так понимаю, Насте ты не платила? — сразу перехожу к делу.

С Кариной не тянет изобретать какие-то схемы. Играть с ней, как с моей официанткой, азартом от будущей победы подпитываться. Нет, тут мне хочется поскорее уже закончить.

— С чего бы? — хмурится Карина. — Она кинула меня, нарушив пункт договора. И вообще, какое тебе до этого дело?

Хм, тактика выпаливать вопросы сразу, не давая этой хищнице сориентироваться и тем самым соврать действует. Уж не знаю, стала бы она иначе говорить мне правду, или нет. Всё же, кажется, хотела мне понравиться. И вряд ли уже определилась, как это сделать.

— Видишь ли, я за справедливость, — смеряю Карину как можно давящим взглядом. — Девчонка неделю тебя изображала, на лекции исправно ходила, записывала всё, меня по твоему заданию окучивала. Серьёзно всё за бесплатно? Если хочешь знать, это я вычислил её. И тебе написал только для того, чтобы проверить свою теорию. С самого начала меня зацепила именно Настя, ещё в ресторане, в котором работала. Я запомнил её. Узнал. И не оставил ей в конечном итоге иного выбора, кроме как признаться мне во всём. Она до последнего хотела сохранить твою тайну.

Напираю фактами, не давая Карине опомниться. Смотрит всё более недоверчиво и недовольно. Но и растерянность во взгляде есть. Отлично. На ней и буду играть.

— Вообще-то мы с тобой переписывались, — она почему-то в первую очередь цепляется именно за слова, выдающие мой интерес к Насте, чем за саму тему отстутвия оплаты.

Неужели эту Карину я настолько цепляю?

Пф... А ведь я бы даже не сказал, что мне это приятно. Хотя, возможно, должно было быть.

— Я переписывался с тобой, чтобы не оставить Насте другого варианта, кроме как взаимодействовать со мной. Хотя она не хотела с самого начала. И мы не планировали продолжать, она вводила меня в заблуждение, стремясь сохранить твою тайну. Чтобы я молчал.

— Не мою тайну, а свои денежки по контракту! — ядовито возражает Карина. — И если она такая святая, почему ты в итоге её выдал?

Кажется, чем больше я говорю о Насте, тем сильнее она раздражает Карину. Но ничего... У меня есть козырь, который я готов использовать.

Карина на полном серьёзе ждёт от меня ответа. Скрещивает руки на груди, испепеляет взглядом. Ну а я только усмехаюсь. Неужели эта девчонка настолько уверена, что ей всё будет сходить с рук?

Привыкла так по жизни?

Ладно, неважно. Разучится.

— Так вот... — начинаю, но меня резко перебивают.

— А тебя не смущает, что эта твоя святая Настя тебя обманывала? Делала всё это ради денег? Ради них была готова выполнять любые мои поручения насчёт тебя, а твои чувства ей были побоку! Ничего не смущает, не? Ещё и защищаешь её!

Хмурюсь, сжимаю челюсть. И всё же слова Карины в какой-то степени жалят. По сути, противопоставить этому нечего. По фактам всё так, если грубо упрощать. Более того, ещё тот белобрысый уебан... Если он хоть немного близкий Насте человек (а тем более её парень), то всё ещё более мрачно.

Вот только я не хочу ничего этого слышать от Карины. И далеко не только потому, что при таком раскладе она и сама далека от святой. Вообще-то девчонка и не скрывает, что такая. Уверенно себя при этом чувствует. А Настя...

Нет, она всё-таки вне всей этой грязи. Что-то тут не так. Сто процентов, есть там что-то ещё... Что-то, что всё объясняет. Разберусь обязательно. Потом.

Пока важнее донести до Карины, что у меня более чем железные намерения, ради которых я способен на всё.

— Если ты действительно за справедливость... — снова начинает она, но на этот раз перебиваю я.

— То, что я тебе переслал, лишь часть нашей с ней переписки. Есть ещё достаточно всего, чтобы доказать руководству академии, что вы — разные люди. И что это всё было твоей идеей. И что ты наняла и отыскала Настю, — отчасти блефую: ничего такого мы с официанткой не обсуждали, но в целом-то у меня действительно есть козырь в виде возможности разоблачить Карину.

Забавно, если ей не пришло в голову, что я могу обернуть против неё всё то же, что сделал против Насти. Теперь, когда я знаю, что они две разных личности, ничто не мешает мне добыть ещё несколько подтверждений этому помимо переписки.

Карина аж дара речи лишается. Не хочет быть отчисленной... Прямо-таки сильно не хочет. Её родители рассчитывают на эту академию и уже пообещали своей избалованной дочурке кучу ништяков за обучение здесь?

— Делов-то — заплатить девчонке ею заработанные деньги, — подытоживаю с нажимом. — Ты правда предпочтёшь кучу проблем вместо этого? Отчисление? Чисто из принципа? Ты не кажешься дурой.

— Зато ты дураком ещё как кажешься, — вспыхивает она. — Вместо бриллианта выбираешь стекляшку. Портишь отношения с той, которая к тебе всегда расположена была. И ставишь на пьедестал ту, которая врала тебе в лицо. Которой на тебе плевать. И которая вообще ничего из себя по жизни не представляет. Не считаешь, что это унизительно?

Выдох приходится делать через зубы. Бесить начинает эта Карина. Даже осмысливать её слова не собираюсь.

— А тебе не кажется унизительным цепляться за парня, которому на тебя плевать? Причём ещё вот так срываться посреди свадьбы своей подруги, ради которой и придумала всю эту схему с Настей?

— Я не из-за тебя сорвалась, а потому что доверия этой дуре нет, — цедит явно уязвлённая Карина. — А мне не нужны проблемы здесь... — осекается.

Потому что да, это именно то, что мы обсуждаем. И она не дура, чтобы не понимать, что я их её обеспечу, если что. Тем более после того, как Карина проговорилась, что из-за этого со свадьбы вылетела.

— Они у тебя будут, — обозначаю жёстко. — Если ты прямо сейчас, при мне, не напишешь Насте, что была несправедлива к ней и не переведёшь ей полную сумму за отработанные за тебя дни. Ту, которая за неделю должна была быть. Учти, что я всё равно узнаю, какая она. Так что никакого блефа.

— Ну ты и мудак, — рычит Карина, но это скорее бессильная злоба. Оба это понимаем. — Как можно вот так... Проебать со мной все шансы ради врущей тебе нищей дуре. Так хочется быть с ней? Заплатил бы, она бы тут же раздвинула ноги. Такая за деньги на всё пойдёт. Собственно, она и вертела перед тобой жопой за них, по моим приказам. А ты... Выглядим мы одинаково, а по сути пиздец какие разные.

— Это уж точно, — криво ухмыляюсь. — Всё у тебя?

Карина разве что не шипит, осознав, что на меня все эти её как можно более унизительные в адрес Насти слова не действуют никак.

— Я долго ждать не буду, — невозмутимо-давяще обозначаю. — Последний раз спрашиваю: ты сделаешь то, о чём я сказал, или мне идти к руководству академии?

— Сегодня воскресенье, — огрызается Карина. — Никто из них в такое время не работает. К тому же, я пропустила всего лишь неделю, и... — осекается при виде моей ухмылки: мы оба знаем, как тут всё строго. Мне-то может не вешать, что ничего на грани отчисления не произошло. — Может, мне удастся с ними договориться. В конце концов, вряд ли они захотят выставить себя дураками.

Так и не убираю ухмылку с лица. Хотя на какой-то момент мелькает мысль, что Карина может быть права, и руководство решит замять: формально у неё стоят посещения, лекции вот тоже записаны все Настей. Может, они и сами не захотят лишней шумихи, а если я буду настаивать на распространении информации, проблемы будут уже у меня.

Но вслух, конечно, выдаю другое. Надо продавить:

— Чувствовать себя ими тоже не захотят. Так что могут найти другую причину твоего отчисления, формальную для всех. В любом случае у тебя будут проблемы, и мы оба это знаем. Впрочем, если ты так уверена в обратном... Можем проверить, — разворачиваюсь, делая вид, что готов уйти.

Да и в целом стоит, наверное. Пусть Карина думает, что все козыри на моей стороне. А я потом, если что, обдумаю, что там дальше.

Вот, только, к счастью не придётся. Она кричит вслед:

— Подожди!

Вздыхаю с облегчением. Но, конечно, виду не собираюсь показывать: настраиваюсь на невозмутимость-жёсткость, разворачиваюсь.

— Ну?

— Вот, — полыхнув на меня взглядом, Карина быстро набирает что-то в телефоне. Поворачивает ко мне экран... Придерживаю его и сам рукой, пока не прочитаю всё полностью.

Это их открытый диалог с Настей. По нему понятно, что никакого компромисса между ними и в помине не было. Сообщение Карины с обвинениями — единственное, которое было после моего прокола. Это нетипично для до этого слишком старательной и мягкой с Кариной Насти — значит, её лишили возможности ответить.

Скорее всего, Карина добавляла её в чс и вынула оттуда только сейчас. Пробегаюсь глазами и по остальной переписке, вижу и те сообщения, которые мне Настя пересылала с видео. Дааа, страница её настоящая. И по кружку с аватаркой вижу. Да и не смогла бы Карина так быстро законспирироваться. Тем более что она не то чтобы и извиняется, так, скупо подмечает:

«Я была к тебе несправедлива. Спасибо за конспекты. Сейчас переведу остальную сумму», — а «спасибо за конспекты» это типа пояснение Насте, почему Карина вдруг сменила гнев на милость?

Не хочет палить, что из-за меня? Ну я и не против. Сомневаюсь, что Насте бы понравилось моё вмешательство. Ей пока вообще ничего из связанного со мной не понравится наверняка.

— Теперь переводи.

Карина раздражённо заходит в приложение банка прямо при мне, не стесняясь кругленькой суммы на счету. Я тоже не из бедных, но нехило ей родители отстёгивают — ведь не работает, да и блоги в соцсетях не ведёт, хотя могла бы.

Насте она переводит даже больше, чем я думал. Так что вряд ли не всю обговоренную сумму.

— Доволен? И псину свою забирай! — убрав телефон в карман, она кидается в свою комнату, чтобы в следующие секунды бросить в меня плюшевой корги.

Усмехнувшись, ловлю. И да, я действительно доволен. В том числе и тем, что смогу отдать эту милую игрушку той, которой изначально и купил.