Глава 9

Глава 9

Да что ж за выбор такой у меня, а! Из огня да в полымя. Не покалечат кредиторы, так прикопает Хрусталев. Или его детки до инфаркта доведут. Но тут хоть можно потрепыхаться, попытаться выбраться сухой из воды. А вернуться домой – значит стопроцентно попасть в руки беспринципных заемщиков.

Поэтому с тяжелым вздохом и камнем на сердце шепчу:

– Хорошо, – в горле скребет, за ребрами покалывает.

Меня всю будто наизнанку выворачивает. Ощущение такое, словно добровольно сама себе приговор подписываю.

– Чего? Не слышу, – Демид еще и издевается.

Так нравится упиваться чужим бессилием? Интересно, Хрусталев догадывается, насколько он гадкий и мерзкий человек? Стоит мне осведомить его или бесполезно?

– Я согласна! – рявкаю на эмоциях. И вся горю от желания придушить нового работодателя. Как говорится, нет человека – нет проблем. Жаль, от остальных меня это не избавит.

– Я не сомневался, – лыбится Хрусталев. Он, наоборот, всем донельзя доволен и не стесняется это транслировать. – Мы сработаемся, Пчелкина.

Можно подумать, у меня имеются варианты!

– Меня Анастасия зовут, – сообщаю холодно. А то взял моду: Пчелкина, да Пчелкина. Я ему не какая-то там…

– Заметано. А меня – Демид Анатольевич, – ловко показывает, кто в доме хозяин. – Ну что, идем парней обрадуем? – он протягивает мне руку.

Сжимаюсь вся невольно. Слишком Хрусталев большой, слишком непредсказуемый и пугающий конечно же. Я не знаю, чего жду от Демида, но инстинктивно – ничего хорошего. В памяти еще свежи воспоминания о нескольких встречах с коллекторами. И хоть бритоголовые бугаи с туповатыми рожами настолько же далеки от Хрусталева, насколько гиббоны – от гомо сапиенс, какие мысли бродят в его голове, я сказать не могу.

К счастью, он всего лишь берет меня за запястье. Дергаюсь, как от удара током. Уверенное прикосновение тут же начинает жечь кожу. В нос ударяет сложный парфюм Демида Анатольевича: дым, ром, ваниль и корица. А в голову приходит нелепая мысль: он может почувствовать мой запредельный пульс.

– Расслабься, Настя, – рокочет, склонившись ко мне. Выглядывает что-то на лице. А что там можно усмотреть? Обычное ведь… – К детям нельзя в таком состоянии, они чувствуют все.

Как будто я не знаю. Да рядом с Хрусталевым попробуй в нормальное состояние приди! То запугивает, то шантажирует, то вовсе работу предлагает за деньги.

– А что с вашей прошлой няней стало? – выпаливаю. Набираюсь все-таки смелости задать вопрос, что напрямую касается моей безопасности.

Демид Анатольевич притормаживает. Хмурится.

– Да не было у нас няни, Пчел… кхм, Насть. Моя мама в основном помогала с детьми. Золотая женщина. Но тут у нее появился ухажер недавно и увез ее на отдых в пансионат. Они сейчас, знаешь, в таком нежном возрасте, когда могут себе позволить расслабиться, ни о чем не думать и с чистой совестью и чувством выполненного долга наслаждаться жизнью. Я даже им немного завидую. Ну и мужчина этот нормальный, с таким не страшно мать отпустить.

– Следователь, что ли? – брякаю сдуру.

Ну если это та самая бабушка, которая привила детям любовь к детективным передачам, то кого еще она могла выбрать? Логично же.

– С бывшим, – хмуро косится на меня работодатель. – А ты откуда знаешь?

– Пальцем в небо попала, – отмахиваюсь. Не хватало еще чтобы он меня снова непойми в чем подозревать начал.

Так, ладно, няни в принципе не было, это вроде как хороший признак. Несчастную не уволили, не довели до нервного срыва, не заставили сбежать. Просто им помогала бабушка, а теперь она уехала. Вроде как логично звучит. Но Хрусталев – человек при деньгах. Разве не странно, что он никого не нанял в помощь матери? Все-таки двое мальчишек, уверена, энергии они требуют прорву.

– А все же почему у вас няни не было? – никак не успокаиваюсь. Ну не может же не иметься подвоха! – Не прижилась ни одна, да?

Демид Анатольевич хмурится. Бросает на меня недовольный взгляд.

– Я не понял, Анастасия, ты меня в чем-то подозреваешь?

Спрашивает еще! Ясное дело, подозреваю, я ж не слепая и не глухая. Правда, приходится делать вид недалекой девицы. Не заявишь же опасному человеку в лицо, что опасаешься его. Обидится еще, осерчает…

– Нет, – улыбаюсь кривовато. Мимика сбоит от слишком близкого присутствия Хрусталева.

Он еще какое-то время сверлит меня тяжелым взглядом. Чувствую, как от напряжения по спине начинает капля пота стекать. Веду плечами. Демид отвлекается и прекращает экзекуцию.

Дальше мы идем к близнецам. Находим их неподалеку в коридоре. Мальчишки заняты тем, что суют друг другу пальцы в рот в надежде извлечь нужный звук – читай свист.

– Ты мне щейчас лот полвешь! – шипит сердито один из братьев.

– А ты дуй давай, у меня уже пальцы уштали! Да не кушайся! – возмущается второй.

– Щеку мне не плоткни!

Начинается потасовка. Впрочем, с ней Хрусталев справляется просто: хватает близнецов за воротнички и разводит в стороны.

– Стас, Егор, знакомьтесь, это Анастасия, она теперь будет жить с нами, – сообщает детям.

На меня уставляются две пары чистейших голубых глаз. Изучают внимательно. А потом то ли Егор, то ли Стас – я пока не поняла, кто из них кто – интересуется:

– Пап, а она тепель твоя жена и наша мама?