Глава 11

После прихода мачехи мужчины довольно быстро засобирались восвояси.

Я их понимала — была бы моя воля, я бы тоже куда-нибудь ушла.

Леди Тремейн занимала всё внимание мужчин, так что мне не удалось перекинуться с новоявленным принцем даже парой слов.

Фердинанд лишь раз посмотрел на меня, прежде чем выйти из нашего дома, а остальные двое парней и подавно вылетели наружу, спасаясь от слишком деятельной и цепкой женщины, которая и сама глазки стоила, и дочерей была бы не прочь отдать за младшего принца. Желательно, сразу обеих.

Словно по обоюдной договоренности, никто из нас не стал вспоминать при мачехе о завтрашнем пикнике, так что, буквально через полчаса, в нашем доме не осталось ни одного мужчины.

Мачеха сухо известила нас, что ей нужно с нами серьёзно поговорить, и привела прямым ходом в мою комнату.

Осмотрев помещение, леди Тремейн довольно кивнула своим мыслям, а потом недовольно пожурила сестёр за то, что они были недостаточно почтительны и приветливы с младшим принцем.

— Он мне не нравится, — отрезала Дризелла, занимая место на моей кровати.

Я как раз встала возле окна, чтобы издалека оценивать ситуацию.

— Он такой красивый, — вздохнула Анастасия, падая в кресло.

— Кто?! — тут же взъярилась её сестра. — Принц?! Не говори чушь! Да этот Антуан просто смазливая мордашка, вот и всё! Ты на него и не смотрела! — разошлась она.

Слишком яростно для того, кому совершенно не нравится принц. Ну ни капельки.

— Причём тут Антуан? — в свою очередь удивилась рыженькая близняшка. — Ты что, его гувернёра не видела? Он же... он...

— Гувернёра! — фыркнула Дризелла.

— Анастасия, ты совсем глупая?! — рассердилась мачеха. — Какого ещё гувернёра, если с тобой за одним столом сидело сразу два принца?! Ты головой-то подумай!

— Мама, но мне Антуан не нравится! — совершенно честно возмутилась девушка. — Он вообще только с Дризеллой ругался, зачем он мне?! А Густав сказал, что любит домашнюю еду.

— Выброси из головы эти глупости! — женщина сверкнула в мою сторону свирепым взглядом. — Ты не дворовая девка, чтобы повторять повадки всякой черни! Вы должны сосредоточиться на принце! И ты, Дризелла, должна быть милой с ним, ясно?!

— Нет уж, — возмутилась тёмненькая. Словно необъезженный жеребец на дыбы встал, — ты меня не заставишь!

— Хочешь с Мариэллой сидеть взаперти весь третий бал? — нехорошо прищурилась мачеха.

Дризелла побелела, а я нахмурилась.

О чём она говорит?

— Леди Тремейн, — решила обратить на себя внимание, — я хотела бы поговорить с вами. Желательно наедине.

Мне хотелось обсудить и последнее её заявление, и то, как она плотоядно смотрела на Фердинанда; но больше всего то, что я хотела бы поехать на бал вместе с ними. Не прячась по кустам, а как взрослые люди, все вместе.

— А ты, — она повернулась ко мне, и взгляд её светился торжеством, — ты уберёшься из моего дома. Я договорилась с лордом Делони. Он возьмёт тебя в жены на следующей неделе.

— Я не собираюсь выходить замуж на неизвестного мне лорда.

— О, ещё как соберёшься, — усмехнулась она, — иначе я на всё королевство разнесу, что ты порченная девка. Тебя даже в поломойки не возьмут! Твой папаша оставил тебе в наследство облигации судоходной компании и счёт в банке?! Ха-ха-ха! — она зашлась истерическим смехом. — Сегодня утром мой поверенный сказал, что этот банк обанкротился. Он банкрот!

— Банкрот? — я недоуменно нахмурилась. Её выпада я вообще сейчас не понимала. Какая порченная девка, какой счёт в банке? С утра же всё хорошо было!

— Полный банкрот! — глаза женщины стали красными от ярости. — А облигации — это пшик! Фикция! Они мошенники! Ты нищая, Мариэлла! Нищая на моей шее! — она инстинктивно потёрла пульсирующую вену на горле и продолжила: — Я столько лет растила тебя, как свою дочь! Чтобы что?! Чтобы узнать, что ты ничем даже не отплатишь за это?! После первого бала ты возомнила о себе, что можешь здесь устраивать свои порядки? В моём доме?!

— Леди, я всё так же могу уйти в любой момент, — попыталась я прервать эти речи сумасшедшей. Новость о моём разорении настолько её потрясла, что она сейчас готова меня заживо закопать?

— Никуда ты не пойдешь! — прошипела она. — Иначе все узнают, где ты проводила ночи! Лорд Делони готов подтвердить! Ты останешься здесь на время бала взаперти, а потом поедешь к будущему мужу. Я видеть тебя не желаю! Только попробуй подойти близко к его наследному высочеству! Он и близко не посмотрит на такую, как ты.

— Мама, Мариэлла же ничего не сделала, — робко вставила Анастасия и в эту же секунду получила звонкую пощечину.

— Мама! — воскликнула Дризелла, вскакивая на ноги.

— Неблагодарные дочери! — прошипела та. — Вы повелись на речи этой жалкой замарашки, а она нас ни с чем оставила! Нищими! Я набрала столько долгов, надеясь на её наследство, а теперь мы будем вынуждены голодать из-за этой дряни!

— Это не повод бить ребенка, — холодно известила я, смачивая полотенце в холодной воде из раковины, благо водопровод в этом мире уже изобрели, и прикладывая к опухающей щеке Анастасии. — Леди Тремейн, я могу поверить, что из-за боязни банкротства, о котором вы узнали лишь сегодня, у вас несколько помутился разум и теперь вы не отдаёте себе отчета в своих действиях. Но руганью между собой мы не сможем выбраться из этой ситуации. Это случилось, значит нам нужно придумать, что делать дальше. Девочки в этом уж точно не виноваты.

— Замолчи! Это всё из-за тебя! Из-за тебя и твоего папаши! Я потеряла лучшие годы жизни, потому что поверила в то, что он вот-вот станет богатым! Теперь единственная наша возможность не скатиться в яму презрения — это брак с принцами!

— Я не собираюсь любезничать с Антуаном, — нахохлилась Дризелла, стоя рядом с Анастасией.

— Я… Я тоже не хочу… — пробормотала та.

— Вас никто не спрашивает! Или вас, как Золушку, тоже посадить под замок и выдать замуж за первого встречного?!

Анастасия заплакала, а Дризелла нахмурилась.

— Я не пойду. Если тебе так надо, то сама выходи за этих принцев. Хоть за обоих!

Мачеха побелела от негодования, а я решила, что этот фарс пора заканчивать. Но не успела, потому что рассвирепевшая вконец женщина вылетела за дверь и… заперла нас с обратной стороны…

Просто взяла и замуровала в большой спальне.

— Я сама подберу вам мужей, — отрезала она. И не позволю нашему роду разориться.