Глава 37

Ну и дыра. Если бы уныние, сырость и безнадежность решили завести ребенка, у них бы получился этот подвал. Стены плакали склизкими слезами, воздух пах мокрой собакой и чьими-то несбывшимися мечтами, а с потолка капало так методично, будто отсчитывало секунды до моей преждевременной кончины от столбняка.

- Прелестное местечко, - прошипела я, перепрыгивая через особенно мерзкую лужу. - Прямо-таки пятизвездочный курорт для плесени. Валериан, ты уверен, что мы идем правильно?

Мой спутник, доблестный страж порядка, лишь хмыкнул, крепче сжимая фонарь. Его луч выхватывал из темноты ржавые цепи, какие-то бочки с сомнительным содержимым и паутину размером с рыболовную сеть.

- Темные феи хотят смыться безнаказанными. Их источники надежны, как похмелье после гномьего эля, - буркнул он. - Сказали, "подвал маяка". Вот тебе подвал, вот тебе маяк. Логично?

- Логично было бы не тащиться в логово маньяка посреди ночи с феей-истеричкой в качестве балласта, - парировала я, злобно косясь на нашу пленницу.

Фея Фиалка - наша заложница по воле случая и моего скверного характера, всхлипнула. Ее крылышки печально обвисли, перепачканные в чем-то, что я искренне надеялась было просто грязью.

- Я не истеричка! - пискнула она. - Я - создание света и радости, запертое в этом кошмаре!

- Ага, а я - балерина Большого театра. Помолчи, создание, а то сейчас будешь создавать свет и радость, подсвечивая нам дорогу собственным сиянием. Изнутри. Не зарилась бы на чужого мужика, летала б на воле и радовалась дальше.

Валериан страдальчески вздохнул. Кажется, его стоицизм давал трещину. Еще бы, который час в компании меня и крылатого недоразумения кого угодно доведет до нервного тика.

Но все мои язвительные замечания испарились, когда луч фонаря уперся в тяжелую дубовую дверь. Сердце подпрыгнуло и забилось где-то в горле.

Он там. Мой зомби. Мой ненаглядный, ходячий, слегка разлагающийся кусочек счастья!

Валериан без лишних слов налег на дверь плечом. Та со скрипом, достойным саундтрека к фильму ужасов, поддалась.

И мы его увидели.

Дамиан. Привязанный к старой железной койке кожаными ремнями, как мумия в саркофаге.

- Дамианчик! - радостно взвизгнула Фиалка, бросаясь вперед.

- Цыц, насекомое! - рявкнула я, отталкивая ее в сторону с грацией носорога. - Не видишь, человек страдает?

Я метнулась к койке, пытаясь распутать тугие узлы на его запястьях. Пальцы не слушались, а ремни, казалось, были завязаны самим дьяволом на спор.

- Лика! Зачем ты пришла?!

- То есть как это зачем?! Потерпи, мой хороший, сейчас я тебя освобожу, и мы им устроим такой "сервис", что они его до конца своих жалких дней не забудут!

- Вы бы потише ворковали, голубки, - прошипел Валериан от двери, нервно озираясь. - У меня мурашки по спине бегают. А у меня на ведьм и нежить аллергия, если что.

И тут из самого темного угла комнаты раздался медленный, насмешливый смех. Такой, знаете, от которого самые храбрые гномы прячутся под стол.

Мы замерли. Я - с вцепившимися в ремень пальцами, Валериан - с рукой на пистолете, а Фиалка просто перестала дышать.

Из тени медленно выступила высокая фигура в длинном кожаном плаще.

Черные волосы, два меча за спиной и глаза, светящиеся в полумраке недобрым огоньком. Классика жанра. Тошнотворная, пафосная классика.

- Ведьмак, - выдохнул Валериан.

- Какая трогательная сцена, - протянул незваный гость, криво ухмыляясь. - Ведьма спасает своего ручного мертвеца. Не хватает только музыки и лепестков роз. Хотя, боюсь, ваш кавалер их аромат уже не оценит.

- Заткни свою пасть, охотник на тараканов, - прорычала я, выпрямляясь. - Ты хоть знаешь, с кем связался?

Ведьмак сделал шаг вперед, его ухмылка стала шире.

- О, да. С ведьмой, у которой мозгов меньше, чем у инфузории-туфельки. Прийти прямиком в ловушку… Это так в твоем стиле, Лика.

В его руке блеснул серебряный амулет. Воздух в подвале загустел, запахло жареным и большими неприятностями.

- Ловушку? - переспросила я, и в этот момент ремни на руках Дамиана сами собой затянулись еще туже.

- Сюрприз, - пропел Ведьмак, и прежде чем я успела сотворить хоть одно проклятье, он щелкнул пальцами.

Из темноты по обе стороны от него, шаркая и спотыкаясь, повалили мертвецы. Несколько штук. Неуклюжие, с пустыми глазницами и челюстями, щелкающими в предвкушении незапланированного ужина. Заметно, что разума у них не больше, чем у камня, которым Валериан, судя по его лицу, хотел бы сейчас пришибить и ведьмака, и меня заодно....

Я застыла в ступоре. Одно дело - мой Дамиан, зомби-интеллигент, почти аристократ. И совсем другое - вот эта гниющая массовка из третьесортного ужастика.

- Развязывай меня, женщина! Быстрее! - рявкнул Дамиан, дергаясь в своих путах так, что койка заскрипела, как старая калоша.

- А-а-а-а! - пронзительно взвизгнула Фиалка, пытаясь спрятаться за спиной Валериана, что было довольно глупо.

Валериан, не теряя времени на сантименты, выхватил пистолет. Бах! Бах! Пули сочно шлепались в мертвую плоть, оставляя дырки, но никак не влияя на скорость передвижения ходячих трупов. Кажется, серебро в его патронах было рассчитано на оборотней, а этим ребятам было глубоко фиолетово.

- Они не останавливаются! - в панике выкрикнул он, отступая к нам.

- Потому что они уже мертвы, идиот!

Наконец, мои пальцы справились с последним узлом. Дамиан вскочил с койки, рывком отталкивая меня за спину. В тот же миг ближайший мертвец, с куском арматуры, торчащим из черепа, сделал выпад. Его зубы с отвратительным хрустом вонзились Дамиану в предплечье.

- НЕТ! - мой крик, кажется, заставил даже пауков в углах подпрыгнуть.

Мортеус окинул меня оценивающим взглядом, будто выбирал корову на ярмарке.

- У тебя есть выбор, ведьма. Стань моей правой рукой. Твоя сила и мои знания… Мы создадим армию. Армию разумных, послушных мертвецов. И твой драгоценный Дамиан станет ее генералом, а не безмозглым покойником.

Я смотрела то на него, то на Дамиана, который с рычанием отшвырнул от себя вцепившегося зомби. Рана на его руке выглядела скверно.

- А если я откажусь? - прошипела я, чувствуя, как в кончиках пальцев собирается сила.

Ведьмак лениво пожал плечами.

- Тогда я сжалюсь над вами. Позволю твоему возлюбленному сожрать тебя первой, пока он еще помнит твой вкус. А потом скормлю остальным вот этих двоих, - он небрежно кивнул на Валериана и пищащую от ужаса Фиалку. - Для них это будет быстрая смерть. Почти милосердие.

В груди вскипела такая ярость, что, казалось, сейчас из ушей повалит пар. Милосердие? Он? Этот самовлюбленный павлин с двумя железяками за спиной?

- Знаешь что, милосердный ты наш? - прошипела я, делая шаг вперед. - Иди-ка ты… в библиотеку. Возьми там самую толстую книгу по этикету и засунь ее себе… в рюкзак. А потом отправляйся в долгое пешее путешествие в страну несбывшихся надежд, желательно по самой ухабистой дороге!

Ведьмак нахмурился. Кажется, такого ответа он не ожидал. Он снова щелкнул пальцами, и мертвецы, до этого игнорировавшие нас, как будто получив команду, разом повернули головы в нашу сторону и с утробным рычанием двинулись вперед.

- Глупый выбор, - констатировал он. - Но вполне ожидаемый. Что ж, давайте поиграем ещё.

Валериан снова начал палить, Дамиан, вырвав из стены кусок трубы, приготовился к бою, а я… я поняла, что сейчас будет очень больно, очень громко и очень грязно. И что из этой дыры мы, скорее всего, уже не выберемся. По крайней мере, в том же составе и с тем же количеством конечностей.

Мертвец с арматурой в голове был уже в двух шагах от меня, протягивая свои скрюченные, грязные пальцы к моему лицу. Я зажмурилась, готовясь сотворить самое мощное защитное заклинание, на которое была способна....