Глава 39
Дамиан
Тук.
Что-то внутри моей грудной клетки дернулось, словно старый, заржавевший механизм, который внезапно решили смазать и запустить.
Тук-тук.
Оно заработало! Мое сердце! Впервые за триста лет. И вместе с этим первым, неуверенным ударом в голову хлынул целый водопад воспоминаний, от которых черепушка едва не треснула...
Я вспомнил все. Суровое лицо наставника из ордена Праведного Пламени, вбивавшего в меня основы фехтования и ненависти к нечисти. Пыльные дороги, истоптанные сапогами во время крестовых походов. Запах гари и фанатичный блеск в глазах братьев по оружию, когда мы тащили очередную "ведьму" на костер. Чаще всего это была просто деревенская знахарка, которая знала, как лечить кашель подорожником, но кого волновали такие мелочи? Главное - вера!
О, моя вера… Триста лет она была непоколебима, как гранитный утес. Даже когда я гнил в земле, я был уверен в своей правоте. А теперь этот утес дал трещину. И не просто трещину - он рассыпался в пыль, словно его подорвали дюжиной бочек с гномьим порохом.
И виной всему была она. Анжелика. Лика. Ведьма.
Ирония судьбы - это когда ты триста лет мертв, а потом воскресаешь, чтобы понять, что всю свою жизнь был первостатейным идиотом. Оказывается, не все ведьмы – исчадия ада, мечтающие сварить из младенцев суп.
Некоторые из них… пахнут яблоками и корицей, смотрят на тебя с такой теплотой, что лед в твоей мертвой груди начинает таять, и обладают просто невыносимым характером.
Видимо, мне нужно было умереть, стать ходячим недоразумением и вляпаться в эту историю по самые уши, чтобы осознать простую истину: я влюбился. В ведьму. Если бы мои бывшие братья по ордену узнали об этом, они бы сожгли уже меня. Просто для профилактики.
И вот сейчас, стоя посреди этого склизкого, воняющего плесенью подвала, я смотрел в ее глаза и понимал, что все погребальные костры мира не стоят и одной ее улыбки.
- Дамиан, ты меня вообще слушаешь?! У тебя сердце забилось!!! Ты похоже оживаешь по настоящему! Ты понимаешь, что это значит?! Надо срочно тебя обследовать! Прямо сейчас!!! - требовательно кричала мне прямо в ухо Лика, выдернув из пучины самокопания. – Валериан.....
Я не дал ей договорить. К черту стража порядка. К черту план. К черту все триста лет моих заблуждений.
Я шагнул вперед, обхватил ее лицо ладонями и поцеловал.
В этот момент мир сузился до одной точки. До вкуса ее губ, до легкого аромата каких-то трав в ее волосах, до того, как мое новообретенное сердце забилось так, словно решило наверстать упущенное за три столетия....
- Кхм-кхм! - раздался рядом деликатный, но крайне настойчивый кашель.
Мы неохотно оторвались друг от друга. Рядом, скрестив руки на груди, стоял полицейский Валериан. Его лицо выражало всю скорбь магического мира по поводу нашей тактичности.
- Я, конечно, дико извиняюсь, что прерываю этот трогательный момент единения противоположностей, - язвительно протянул он. - Но не могли бы вы отложить свои телячьи нежности на потом? Желательно на "после того, как мы не сгнием в этой дыре". Нас, вообще-то, сейчас могут обнаружить.
- Ой, да ладно тебе! - пропищала фея Фиалка. Она сверкала своей пыльцой, как диско-шар. - Это же так романтично! Прямо как в моих любимых романах!
- Фиалка, если ты сейчас же не заткнешься, я лично упакую тебя в спичечный коробок, - прошипел Валериан, краснея до кончиков ушей.
Лика смущенно улыбнулась, ее щеки залил румянец, который делал ее еще прекраснее. Я же чувствовал себя так, будто только что в одиночку одолел дракона. И плевать, что свидетелями моего подвига были занудный коп и ветренная фея-сплетница.
- Так, - решительно сказала Лика, взяв себя в руки. - План такой. Дамиан, ты…
- Руки вверх!!! Всем оставаться на своих местах!!!
В лучшем жанре боевика в подвал вломилась группа полицейских. Валериан тяжко вздохнул. Фиалка взвизгнула и запрыгнула ему на руки.
И теперь мы здесь. В полицейском участке. Только теперь не в подвале, а в кабинете для допросов, который пах так, будто в нем триста лет мариновали гоблина в его же носках. Знакомый аромат, почти родной.
- Значит, так, - устало произнес капитан полиции, массивный орк с лицом, похожим на помятый котелок, и протер глаза трехпалой лапой. - Давайте еще раз. Вы, ведьма Анжелика, утверждаете, что этот… гражданин, - он ткнул в меня пальцем, похожим на сардельку, - является вашим начальником, который расследует дело о нелегальном обороте некромантских артефактов.
- Именно, - кивнула Лика с самым невинным видом, на какой только была способна.
- А вы, офицер Валериан, - орк перевел взгляд на нашего стража порядка, который выглядел так, будто проглотил лимон целиком, - подтверждаете, что находились там в рамках совместной операции?
- Так точно, капитан Громых, - процедил Валериан сквозь зубы.
Капитан Громых откинулся на скрипучий стул и посмотрел на меня. Его маленькие глазки изучали меня с таким видом, будто он решал, с какой стороны лучше начать меня есть.
Он побарабанил пальцами-сардельками по столу. Тишина в кабинете стала такой плотной, что ее можно было намазывать на хлеб. Валериан, кажется, вообще перестал дышать.
- Ладно, - наконец выдохнул капитан. - Допустим. Ваша легенда шита белыми нитками, но у меня сегодня нет настроения распутывать этот клубок идиотизма. Валериан, ты за них отвечаешь. Головой. Если выяснится, что вы мне тут лапшу на уши вешали, я из этой ведьмы сделаю амулет на удачу, а из ее "готического романтика" - чучело для тренировок новобранцев. Все свободны. Кроме тебя, Валериан. Останься. Нам нужно обсудить твое странное хобби - впутываться в сомнительные авантюры. И вы, фея тоже. Допрос и вас, как ценного свидетеля.
Мы с Ликой выскочили из кабинета быстрее, чем гоблин из налоговой.
Оказавшись в коридоре, мы на несколько секунд замерли, переводя дух.
- Пронесло, - выдохнула Лика, прислонившись к стене. - Я уж думала, он нас прямо там в бетон закатает.
Мы молча дошли до выхода из участка. Ночной город встретил нас прохладой и запахом озона после недавнего дождя. Фонари отражались в лужах, превращая обычный асфальт в россыпь жидких звезд.
- Ну что, готический романтик, - усмехнулась Лика, - по домам?
- По домам, - кивнул я.
Мы шли по пустым улицам, и тишину нарушал лишь стук ее каблучков и мое тяжелое шарканье. Но теперь в этой тишине не было неловкости. Было что-то другое. Новое. Хрупкое, как первый лед на луже, и теплое, как ее рука, которая "совершенно случайно" скользнула в мою.
Я сжал ее пальцы. Они были тонкими и теплыми. Живыми. И мое сердце, это глупое, триста лет молчавшее сердце, ответило на это прикосновение таким оглушительным "ТУ-ДУМ!", что я испугался, как бы его не услышали в соседнем квартале.
Когда мы наконец добрались до агентства и остались одни, Лика тут же перешла в режим "ведьма-исследователь".
- Так, быстро снимай рубашку! - скомандовала она, уже роясь в своих склянках. - Мне нужно взять образцы, послушать ритм, проверить ауру… Это же уникальный случай! Спонтанный запуск сердечной мышцы у нежити третьего класса под воздействием эмоционального всплеска! Диссертацию можно написать!
Я вздохнул. Романтический момент, кажется, испарился вместе с утренним туманом.
- Лика.
- Да подожди ты со своими разговорами! Наука не ждет! Где мой магический стетоскоп?
- Лика.
Она замерла с какой-то причудливой медной трубкой в руке и наконец посмотрела на меня. В ее глазах плескалось любопытство, беспокойство и еще что-то, от чего у меня снова все внутри перевернулось.
- Что?
- Диссертация подождет, - сказал я, делая шаг к ней. - А я - нет. Я ждал триста лет.
Не давая ей опомниться и снова схватиться за свои колдовские инструменты, я притянул ее к себе. На этот раз нам не мешал ни бешеный ведьмак, ни занудный коп, ни восторженная фея, ни отряд орков-полицейских...
И под аккомпанемент моего вновь колотящегося сердца я понял, что оживать, в общем-то, не так уж и плохо. Особенно, если причина твоего оживления стоит сейчас в твоих объятиях и пахнет яблоками и корицей....