Глава 13
Завтрак в просторной кухне хозяйского крыла дома Бессонова Харитона Сергеевича проходил в тишине. Борис Андреевич увлеченно читал газету, кряхтя и потирая пышные усы. Беккер, хмурясь, пил ледяную минералку. Ажуров, скрывая улыбку, многозначительно поглядывал на Мишель, сидящую на высоком деревянном хозяйском стуле и в удивлении рассматривающую широкую спину Бессонова.
Харитон Сергеевич пек блины.
На завтрак.
От овсянки Бес не отказался, заставил всех домочадцев съесть по порции сероватой вязкой субстанции. Но в качестве утешения испек целую горку блинчиков, сдобрив ее медом и присыпав свежими ягодами.
Мишка, сверля затылок Беса ничего не понимающим взглядом, тщательно пережевывала блин, окунув его предварительно в сметану, запивала горячим кофе и гадала, куда делся прежний Бес, и как себя вести с «новым».
Тем временем, Бессонов выключил плиту и поставил в центр стола последнюю горку подрумяненных блинчиков. Невозмутимо, игнорируя удивленные взгляды Мишки, продолжил свой завтрак.
- Зубы лишние? – коротко бросил Бес Ажуру.
Степан, подняв руки ладонями вверх, активно замотал головой.
- Что вы, шеф! – без тени улыбки произнес Ажуров, - Но в следующий раз предупреждать нужно. А то мы как-то не подготовились к блинам.
Мишка видела, как Бес сжал вилку в руке до побелевших костяшек. Ее ладонь уже потянулась к сжатому кулаку Харитона в попытке успокоить. Ведь шутит Степан.
Но вилка со звоном улетела в сторону, со стуком ударяясь о деревянную столешницу, сметая графин с вишневым соком. Жидкость растеклась по столу и тарелкам некрасивым пятном. А Бес медленно поднялся на ноги.
- Машину! – коротко распорядился Бессонов, не взглянув на притихших домочадцев.
Не оглядываясь, Харитон Сергеевич покинул просторную, уютную кухню. Звук его шагов эхом отдавался в холле и в душе притихшей Мышки.
- Ну, спасибо, блин, друг! – скривился Беккер, пытаясь стряхнуть капли, попавшего на рубашку вишневого сока, - Поели блинов.
Ажур, не слушая Бека, уже мчался отдавать распоряжение парням. Бес, пребывая в плохом расположении духа, ждать не любил.
А Мишка вздохнула, вспомнив, что не успела отпроситься у Беса съездить в свою квартиру за вещами. К тому же, ей нужно было бы забежать на работу и уволиться.
Набросив пуховик на плечи, Мишель вышла из дома. Хмурясь от летящего в лицо снега, Мишка рассмотрела высокую фигуру Беса. Мужчина стоял спиной к ней. Но тут Ажур что-то сказал Бесу, кивнув в ее сторону.
Харитон Сергеевич стремительно обернулся. А в следующее мгновение уже стоял около девчонки.
- Нельзя покидать дом, - буравя Мишку тяжелым свинцовым взглядом, отчеканил Бес.
- Можно мне в город? – игнорируя приказ, поинтересовалась Мишель.
- Нет! – коротко бросил Бес.
Мужчина склонился очень низко к лицу девчонки, заслоняя весь мир собой, не позволяя Мишке смотреть куда-то, кроме как в лицо своему Бесу.
- Нет, - уже мягче добавил Харитон, - Я сам тебя отвезу.
Мишка понимала, что спорить с Бессоновым не получится. Кивнула.
Бес кивнул в ответ, словно вел молчаливый диалог. Выпрямился. Собрался развернуться и скрыться в салоне автомобиля, подготовленного для него. Но девичья рука дернула за рукав мужского пальто, вынуждая Беса вновь взглянуть в лицо своей Мышке.
- Я буду скучать, - тихо проговорила Мишель и добавила, - До вечера?
Бес ничего не ответил. Обхватил девичий подбородок пальцами, удерживая. Да Мишка и не собиралась отстраняться или отворачиваться.
Поцелуй был жадным. Снег надежно прикрывал Беса с Мышкой от нежеланного внимания. Мишель приподнялась на носочках, накрывая руками мужские виски, касаясь отросшей щетины, зарываясь кончиками пальцев в мягкие и влажные от падающего снега волосы на затылке. Мишка прикрыла глаза, чувствуя, как уже знакомое возбуждение ласково охватывает все тело, как любимый аромат этого мужчины с нотками парфюма и горечью власти щекочет каждый нерв. И ни за что не хочется покидать сильные руки Беса.
Но поцелуй закончился так же стремительно, как и начался. Бессонов развернул Мишель и чуть подтолкнул в сторону входной двери.
Уже оказавшись на кухне, задумчиво водя пальцем по губам, на которых остался запах Беса, Мишка поняла, что Харитон так и не ответил: встретятся ли они вечером. Мысль показалась Мишке тревожной.
***
Интуиция Мишель не подвела. Вечером Бес домой не приехал. Из всех мужчин, покинувших дом Бессонова утром, появился только Степан. Уставший, с подбитым глазом, но с неиссякаемым оптимизмом. На любой вопрос, заданный между делом или напрямую, Степан отвечал весьма убедительно:
- Рабочие моменты. Парни скоро появятся.
Но «скоро» не наступило ни на следующий день, ни через неделю. Мишель тихо бесновалась, бродя из угла в угол по просторному, опустевшему и притихшему особняку. Бек звонил регулярно, отвечая, как и Ажур.
Рабочие моменты. Скоро приедут.
Эти две фразы стали самыми ненавистными за последнее время.
Степан и Батя как могли, сглаживали обстановку, которая накалялась все больше с каждым часом отсутствия мужчин. К тому же Мишка понимала, что и брат не стал бы увиливать, а сообщил бы даже самые скверные новости. Но он вел себя спокойно.
На десятый день, когда Мишель вылепила из глины груду разнообразных горшков и ваз, Ажур исчез без предупреждения.
Его отсутствие могло означать две вещи. Либо мужчины должны вот-вот появиться, либо… О втором варианте развития событий Мишель предпочла не думать. Если бы что-то случилось, она бы давно об этом узнала.
Так, уговаривая себя и свое глупое трепещущее сердце не паниковать, Мишель не заметила, как за окном стемнело.
- Ты никогда не думала, что вся наша жизнь – сплошная череда случайных событий и совпадений? – голос Бориса Андреевича заставил Мишку вздрогнуть от неожиданности.
Все внимание девушки было направлено на улицу. На свет фар, пробивающих зимний занавес сумерек. Мишка пыталась рассмотреть, какая именно машина подъехала к парадному входу и припарковалась очень близко к дверям.
- Вы о чем, Борис Андреевич? – Мишель бросила быстрый взгляд через плечо, а потом вновь прилипла глазами к слабо освещенному двору.
Через мгновение фонари на улице погасли, окуная пространство в непроглядную тьму. Короткие вспышки вместе с громкими хлопками рассекли тишину ночи.
Липкий, неприятный холодок пополз по позвоночнику, заставляя пульс сбиваться в сумасшедший галоп. Очень медленно, Мишель обернулась к мужчине, стоявшему в нескольких метрах от нее.
- Выходи, Мишель! – тихо произнес Батя, качнув в сторону двери стволом пистолета, зажатым в руке.
- Почему я, Борис Андреевич? – Мишка послушно подняла руки вверх.
- Ты делаешь его слабым, Мышка! – сверкая темными глазами, ответил Батя.
Оказавшись в коридоре, девушка ловко поймала брошенный в нее пуховик. Тем временем дверь дома распахнулась, и на пороге появился высокий незнакомец в черной кожаной куртке. Криво усмехнувшись, мужчина кивнул Борису Андреевичу.
Мишка успела рассмотреть следы от кулаков на лице незнакомца. Его взгляд задержался на девичьей груди, которая едва угадывалась под толстой вязкой мужского свитера.
- Интересно, что Бес нашел в тебе такого особенного? – задумчиво протянул незнакомец.
- Вот и узнаешь, - Батя толкнул Мишку в спину, понукая идти вперед.
- Узнаю, - рот незнакомца ощерился в безобразной маске, заставив Мишель сглотнуть горечь страха, - Приятно было сотрудничать, Батя.
Мишка видела, как Борис Андреевич коротко кивнул и передал свой пистолет ночному незваному гостю.
- Помни уговор, Горбун, мальчишку не трогай! – напомнил Батя.
- Не вопрос, Батя, - расплылся в улыбке Горбун.
Направив пистолет в сторону Тяпина, Горбун спустил курок. Дом Бессонова вспорол звук выстрела.
- Твою ж мать! – прорычал Батя.
- Не ссы, Батя, - довольно улыбнулся Горбун, не спуская пристального сального взгляда с притихшей Мишель, - Даже кость не задел. Бабки уже на счету.
Горбун вывел Мишку из дома Беса, усадил в машину на заднее сиденье. В свете фар девчонка увидела Санька, лежавшего на снегу. Кровавое пятно под телом парня становилось все больше. Чувствуя, как душу охватывает ярость, Мишель сжала руки в кулаки.
- Спокойно, киска! – пресек Горбун любые попытки девчонки.
В ее грудь упирался ствол пистолета, который Батя отдал Горбуну. Мишка могла бы воспользоваться уроками Бека. Могла бы выбить пистолет и выскочить из машины. Но ноги казались ватными, а дыхание становилось медленнее, и веки налились свинцом. Погружаясь в тягучую пустоту, уголок сознания Мишель вспомнил, как Батя после ужина угощал ее травяным чаем с вкусным пирогом из ревня.
- Сука, Батя! – пронеслась последняя мысль перед полной отключкой.
***
Территория, прилегающая к заводу, закрытому лет сто назад, была огромной. Заброшенные здания, склады и подсобные помещения не использовались несколько лет. В свете фар, разрезающих ночной зимний воздух, Степан не видел никого, даже намека на присутствие человека.
Ругаясь сквозь зубы, Ажур резко нажал по тормозам. Чутье подсказывало, что зря он рванул из дома. Зря метнулся по наводке от парней с улицы. Но что уж, поздно теперь метаться.
- Возвращаемся! – коротко скомандовал парням Степан, приоткрыв окошко и бросив недокуренную сигарету в снег.
Дорога до загородного дома Беса летела неровной змейкой под колесами внедорожников. Телефон ожил от звонка, которого Степан ждал с самого утра.
- Тебе лучше оказаться здесь как можно быстрее, - тихо произнес Бек в трубку без особых приветствий.
Угроза в голосе Карла была красноречивей любых слов. Ажур понял, что и в этот раз чутье его не обмануло.
Яркий свет бил из ночных фонарей по периметру особняка. Ажур сглотнул, глядя на тела парней, застывших в неестественных позах. Кровавая каша резала глаз даже привыкшему к виду человеческой крови бойцу.
Преодолев пару ступеней одним прыжком, Ажур стремительно вошел в дом. Оказавшись в просторном холле, парень замер.
Батя с перевязанной ногой сидел на стуле. Бек широким шагом мерил расстояние от лестницы до кухни, нарезая круги. Кругом валялись куски мебели. А Бес шел прямо на Ажура, словно ледокол, рассекая толпу парней и притихших медиков, приехавших по вызову.
- Я приказал оставаться с ней! – голос Бессонова было не узнать, хриплый и низкий, точно рык зверя, раненного в самое уязвимое место.
- Я все объясню, Бес! – Ажур не оказывал сопротивления, подняв руки вверх.
Хватка израненных рук Бессонова была сильной. Доли секунды хватило бы, чтобы несопротивляющийся Степан оказался в одной машине с Сашкой. Но Бес ослабил хватку. Ажур закашлялся, когда кислород вновь проник в легкие.
- Парни нашли Горбуна, я весь день не мог вам дозвониться, - говорил Ажур, - Решил сам его брать. Но там голяк. Теперь понятно, развели, как лоха. Но Мишка под присмотром была. Вон, Батя не даст соврать.
- Горбун сам явился в мой дом, - перебил Бес Степана, выходя на улицу широким шагом. Задержавшись около открытой дверцы автомобиля, Бес взглянул в глаза друга, - Он забрал из моего дома то, что принадлежит мне.
Взгляд Беса пугал. Пугал настолько, что Ажур невольно сделал шаг назад. Харитон сел в машину, и в следующее мгновение она сорвалась с места.
Беккер остановился напротив замершего Ажура. В глазах друга Степан не читал ненависти.
- Ты бы вступился, и Горбун положил бы еще больше наших ребят, - тихо проговорил Карл.
- Или я бы первым положил его прямо здесь, - предположил Ажур, срываясь вслед за Беком и садясь в машину.
- Сомневаюсь, что Горбун был один, - устало проговорил Бек. Его душу терзало чувство вины за то, что не смог предугадать все события и не уберег сестру.
***
- Нашел? – короткий вопрос, поступивший в наушник, заставил Крота поморщиться.40393c
- Ищу! – зло прошипел мужчина.
- Долго ищешь, - поторопил абонент.
Крот, нервы которого были напряжены из-за усталости и недостатка сна на протяжении последних нескольких дней, нарушил субординацию и тихо, не стараясь выбирать слова, ответил:
- Ты сам запретил к ней подходить! Был приказ – вести объект! Я, блядь, вел! – хрипел Крот, отчаянно стуча быстрыми пальцами по клавиатуре ноутбука, - Твои люди без сопротивления сдали дом и девчонку!
- Доложить по форме! – сорвался на крик абонент.
- Так точно! – нехотя осекся Крот, - Медведь «маяк» не активировал. Проверяю другие каналы.
Абонент оборвал связь, а Крот с силой швырнув в стену фургона попавшуюся под руку бутылку с водой, зарылся пятерней в отросшие волосы на макушке.
Не время давать волю чувствам. Но Крот был на пределе.
***
В «Гладиаторе» стояла гробовая тишина. Бойцы, предпочитая не привлекать к себе внимание руководства, даже свои телефоны установили в беззвучный режим.
Из подвала, медленно, не поднимая головы, вышел Ажур. Его руки, испачканные в крови информатора, давшего утром наводку на Горубна, были сжаты в кулаки.
- Он ничего не знает, - сквозь зубы процедил парень Бесу.
Бессонов коротко кивнул, не разжимая челюсть. Его взгляд не предвещал ничего хорошего. И где-то в самой его глубине плескалась чернота.
В эту самую минуту почти все его люди выворачивали город наизнанку. И чем дольше не было новостей, тем мрачнее становился Бес.
Вплоть до короткого телефонного звонка. Хватило одного взгляда на дисплей, чтобы сорваться с места.
Беккер следовал попятам, в шаге от шефа. А когда Бес оказался на улице, в одном свитере в самой гуще начинающейся метели, то вдруг замер, повернув голову в сторону Бека.
- Я один! – четко скомандовал Харитон Сергеевич.
- Нет, твоя охрана – на мне, - попытался возразить Бек.
Бес открыл водительскую дверь автомобиля. Бек сел на переднее пассажирское сиденье. Но машина не тронулась с места.
Двигатель утробно рычал, послушно выжидая момент, когда хозяин спустит его звериную сущность с цепи. Бессонов не взглянул на Бека, но говорил отрывисто, отдавая приказы.
- Я сам все сделаю, Карл.
Харитон взглянул на парня, сидящего в соседнем кресле. Бек понял, что спорить с шефом не станет. И не потому, что боялся за свое здоровье или работу. Нет. Он понял, что Мишку кроме Беса не вытянет никто. Даже он.
- Возвращайся в дом, - тихо проговорил Бес, когда Беккер собрался послушно покинуть машину, - Просмотри поврежденные файлы по видеосъемке. Пусть твой человек пошуршит.
- Думаешь, кто-то свой? – понял мысль шефа Беккер и уже тише с недоверием спросил, - Степа?
- Нет, но близко, - отрывисто кивнул Бес и, прежде, чем рвануть машину с места в метель, добавил, - И скажи своему парню: увижу в моем доме или на метр к Мышке подойдет – убью.
Бес скрылся в ночной метели. А Беккер смотрел вслед мелькающим красным габаритным огням, стремительно исчезающим в белесой мгле.
- Охренеть, какой расклад, - Бек потер лицо ладонью.
Почему-то он вдруг стал уверен на сто процентов, что сестру Бес спасет. О дальнейшем развитии событий Беккер предпочитал не думать. Важным сейчас казался другой вопрос: как давно Бес раскрыл его и его команду?