Глава 26

Генерал Фоули проводил Ольгу до самой калитки своего имения. Он дождался, пока она, бросив на него быстрый благодарный взгляд, скроется за поворотом улочки, и еще с минуту постоял, глядя ей вслед.

Затем его лицо снова обрело привычное выражение полной решимости. Он развернулся и, не заходя в дом, двинулся в сторону центра города, в Мэрию.

Его походка была такой, что люди на улицах инстинктивно расступались. Не из страха, нет. Это было то уважение, которое оказывают силе природы — надвигающейся грозе, речному приливу или началу сбора налогов.

Это была походка человека, который точно знает, куда он идет и зачем, и который не собирается тратить время на обход препятствий. Он их, как правило, просто сносил.

В Ратуше его никто не остановил. Охранник у входа, увидев генерала, лишь вытянулся в струнку и постарался выглядеть как можно более незаметной частью интерьера, надеясь, что его не спросят, почему у него не застегнута одна пуговица.

Древняя старушка на ресепшене, которая утром доводила Ольгу до исступления, даже не посмела поднять на него глаза от своей огромной книги. Есть в мире неписаные законы, которые гораздо важнее всех писаных. И один из них гласил: «Генералу Фоули дорогу не преграждать, если не желаешь провести остаток дня, объясняя в рапорте, почему ты это сделал».

Он без стука вошел в кабинет мэра.

Тот сидел за своим столом, выглядя ещё более бледным и изможденным, чем утром. Увидев генерала, он не удивился. Лишь тяжело вздохнул и отложил перо. Он ждал этого визита.

— Генерал, — произнес он, и его тихий, дребезжащий голос был полон притворной усталости. — Какими судьбами? Решили лично проинспектировать состояние аварийных зданий в нашем городе?

— Оставим любезности, мэр, — тон Алекса был холодным, как ледниковая вода. — Я пришел поговорить о доме матушки Эльвиры. О лечебнице. Мне сообщили, что вы собираетесь ее снести.

— Не я, а закон, — поправил мэр, сцепив свои тонкие пальцы. — Здание представляет собой прямую и явную угрозу общественной безопасности. Оно ветхое, может обрушиться в любой момент от сильного ветра или чиха неосторожного грифона. Представьте себе потенциальные жертвы, судебные иски, ущерб для казны… Я, как градоначальник, обязан предотвращать подобные трагедии. Это мой долг перед городом и Короной.

— Ваши аргументы о безопасности, мэр, имеют столько же веса, сколько паутина в углах этого вашего «аварийного» строения, — отрезал Алекс. — Если оно так опасно, почему его не снесли пять, десять, пятьдесят лет назад? Оно не стало развалюхой за одну ночь.

— Появился прецедент! — оживился мэр, и в его бесцветных глазах мелькнул огонек. — Новая владелица, без каких-либо документов на собственность, устроила там… приемный покой! Люди, животные… Это повышает риски в десятки раз! Все бумаги уже утверждены на местном уровне и отправлены в столицу. Дело, можно сказать, решённое.

Алекс медленно подошёл к столу и опёрся на него костяшками пальцев, нависая над хрупкой фигурой мэра.

— Позвольте задать вам гипотетический вопрос, мэр. Представьте, что в столицу, в Королевскую Канцеляцию, придет два донесения. Одно — от вас. В нём вы будете слёзно просить разрешения снести старый дом, чтобы он не портил «эстетический вид» нашего пограничного городка. А второе донесение придёт от меня. От генерала Пятого Легиона, который, как вам известно, не так давно спас эти земли от вторжения магов-отступников. В моём донесении я выражу крайнюю обеспокоенность тем, что в стратегически важном приграничном городе пытаются ликвидировать единственную лечебницу для магических существ, что может подорвать… скажем так, экологическое и магическое равновесие региона, ослабляя наши позиции против подобных угроз в будущем. Как вы думаете, к чьему мнению в столице прислушаются с большим вниманием?

Мэр дрогнул. Его и без того бледное лицо, кажется, стало ещё белее. Он прекрасно понимал, что его хитросплетенные бюрократические интриги весят гораздо меньше, чем одно слово боевого генерала, героя войны, чьи доклады читает сам Король.

— Я вам настоятельно рекомендую, господин мэр, пересмотреть своё решение касательно этого дома, — уже спокойнее, но с той же стальной интонацией закончил Алекс.

— Но, генерал, давайте не будем устраивать скандал, — заюлил мэр, пытаясь вернуть себе самообладание и перехватить инициативу. — Давайте посмотрим на вещи спокойно. Я ведь тоже не злодей. Всё равно до получения окончательного разрешения из столицы пройдет не меньше двух недель. У нас есть время всё обсудить… найти компромисс.

— У вас есть время, — поправил его Алекс. — У меня его нет. Я против сноса. Но я готов рассмотреть альтернативные варианты решения проблемы. Жду их у себя на столе. К завтрашнему обеду.

Он развернулся и вышел, оставив мэра в тишине его кабинета наедине со своими мыслями и величественными руинами своих планов.

И как попросил генерал, так и случилось. Потому что, когда приказ отдает человек, который привык, что его приказы выполняются беспрекословно, а невыполнение чревато последствиями, которые лучше не представлять, бюрократическая машина начинает работать с несвойственной ей скоростью. К следующему утру несколько папок, перевязанных ленточкой, уже лежали в его кабинете.

Алекс внимательно изучил каждый из них, сидя у себя в кабинете за чашкой крепкого, горького чая. Первый план предлагал переселить лекарку в крошечную каморку при городской больнице, между моргом и прачечной. Второй — выделить ей участок далеко за городом, на Клюквенных болотах, где, как было известно, даже кикиморы долго не жили из-за сырости и плохой компании.4 Третий — просто выплатить ей смехотворную компенсацию в размере стоимости одной коровы и выдворить из города.

Все планы были составлены так, что формально они решали проблему, но на деле были издевательством. И в каждом из них, в сметах на «расчистку территории» и «прокладку нового торгового тракта через Магический лес», Алекс, чей глаз был натренирован на поиск финансовых засад в отчётах интендантов, видел огромные, ничем не обоснованные суммы. Суммы, которые должны были бесследно раствориться в карманах нужных подрядчиков из лесозаготовительной гильдии.

Он снова отправился к мэру. На этот раз он не стал ждать. Он вошел, бросил папки на стол так, что с них поднялось облачко пыли, и сел напротив.

— Я почитал ваши планы, мэр.

— И как они вам? — с заискивающей надеждой в голосе спросил тот.

— В общем, это всё мусор, — без обиняков заявил Алекс. — Креативно, не спорю. Особенно в части смет на вырубку леса. У вас там золотые топоры в стоимость заложены?

Мэр напрягся и закашлялся.

— А ещё я знаю, что основной ваш интерес — это не снос дома и даже не новый тракт, — продолжил генерал, глядя мэру прямо в глаза. — Ваш интерес — это откаты, которые вы планируете получить от гильдии лесозаготовителей. И можете мне даже не врать, что это не так. Я умею читать бюджеты, мэр. И я могу отличить стоимость сосны от стоимости вашего молчания.

Мэр молчал. Отрицать было бессмысленно.

— Так вот, — сказал Алекс, откидываясь на спинку стула. — У меня есть встречное предложение. Раз уж вы так печетесь о красоте нашего города и даже изыскали… «дополнительные средства» на её, этой самой красоты, улучшение, я предлагаю вам направить эти средства не в карманы вас и ваших друзей из гильдии, а на благое дело. Вложите их в ремонт ветклиники.

— Но зачем нам ветклиника?! — почти искренне возмутился мэр, ухватившись за этот аргумент как за спасательный круг. — Я же вам говорил! Я наводил справки! Там, в лесах, осталось три с половиной зверя! Кому она нужна? Это нецелесообразное расходование средств и территорий!

— А вот здесь вы ошибаетесь, мэр, — в голосе Алекса прозвучала уверенность. — Очень сильно ошибаетесь.

— Да? — в глазах мэра мелькнул огонек. Он увидел лазейку. Шанс перевести стрелки и выиграть время. — Тогда докажите мне, генерал Фоули! Докажите, что эта ваша лекарка не будет сидеть без работы, протирая штаны за счёт городской казны! Докажите мне, что в этом вашем Магическом лесу всё еще есть кто-то, кроме того единорога и старой белки-телепатки, которая ворует у всех орехи! Как только докажете, что ветклиника действительно будет полезна городу, я, клянусь своей честью градоначальника, соглашусь на ваши условия и найду средства на её ремонт.

4 Клюквенные болота славились не только своей клюквой, но и крайне неуживчивым болотным чудищем по имени Рыргх, которое имело привычку утаскивать под воду все, что блестит, громко чавкает или просто плохо лежит. Последний раз, когда там пытались что-то построить, Рыргх утащил всю бригаду гномов-строителей вместе с их инструментами и бочонком пива, после чего еще неделю икал и пускал по болоту радужные пузыри.