Глава 12

Глава 12

В Твистер мы играли впятером. Непосредственно участвовали я, Назар, девочка с дредами, которую звали Лиля, и блондин с проколотой губой по имени Олег. А Лехе Исаеву выпала роль нашего судьи.

Мы расстелили на полу белый коврик с изображенными на нем яркими кругами желтого, красного, синего и зеленого цветов. Суть игры заключалась в том, что участники должны были располагать свои конечности на кругах конкретного цвета, который определял ведущий, вращая специальную рулетку.

Поначалу все было довольно безобидно. Правую ногу на желтое, левую руку на синее – мы хохотали и перекидывались шутками друг с другом. Однако чем дольше продолжалась игра, тем теснее переплетались наши тела в замысловатых и совершенно неестественных позах.

На мне были узкие черные джинсы с завышенной талией, поэтому о случайной демонстрации своей пятой точки я не переживала. А вот просторная рубашка то и дело задиралась, оголяя живот, и от этого я чувствовала себя неловко. Особенно когда лицо Олега оказалось в пятнадцати сантиметрах от моей груди.

– Какой шикарный вид, – хихикнул блондин.

– Да ну тебя, – фыркнула я, перемещая ладонь на синий круг и тем самым отдаляясь от парня.

– Так, теперь Лиля левую ногу на желтое, – командовал Леха.

Девушка выполнила указание ведущего и громко засмеялась, теперь лицо Олега стало соседствовать с ее грудью.

– Назар кладет правую руку на красное, – продолжал раздавать указания Исаев, параллельно снимая нас на мобильник.

Для Фомина, которой до этого стоял в жутко неудобной позе, перемещение было спасительным. Однако я совсем не обрадовалась такой перестановке, ведь теперь Назар всем телом навис надо мной. Я отвернулась в сторону, чтобы не удариться с парнем носами и не смотреть ему прямо в глаза. Мы с Фоминым опять были в неприличной близости друга, и опять его дыхание обжигало мои щеки.

– Ммм... Опять запах клубники, – блаженно протянул он.

– Да не пахну я никакой клубникой!

– Пахнешь. А еще я чувствую волнение. Почему твое тело так реагирует на меня?

– Как так?! – от возмущения я резко повернулась к нему, и наши носы едва не коснулись друг друга.

– Сердечко стучит, щеки пылают, – продолжал издеваться Фомин.

Мне отчаянно захотелось влепить ему пощечину, но по правилам игры я могла отрывать руки от коврика только во время перемещения. Поэтому я лишь плотно стиснула зубы и вновь отвернулась.

– Лилек, давай левую руку на красное поле, – донесся голос Исаева.

Девушка изловчилась, пытаясь выполнить указание ведущего, но нес могла удержать равновесия и повалилась на пол. Следом за ней рухнули и мы. Сложились, словно карточный домик. Олег упал на Лилю, я на Олега, а Назар грохнулся сверху.

Мы все, включая Леху Исаева, дружно заржали. Быть зажатой между двумя парнями, словно котлета между булочками, было смешно и одновременно неловко. Я с хохотом попробовала вылезти из-под Назара, но он не особо спешил освобождать меня от веса своего тела.

– Слезай давай, – прошипела я, отталкивая его за плечи.

– Погодь, нога за что-то зацепилась, – с трудом сдерживая смех, ответил Фомин.

Когда мы наконец разлепились, я вскочила на ноги и принялась расчесывать пальцами спутавшиеся волосы. От игры в Твистер стало жарко и захотелось пить. Одернув рубашку, я вышла из комнаты и направилась на кухню в поисках воды.

Утолив жажду, я решила проверить свой телефон, который оставила в рюкзаке. Вдруг Ревков звонил? Это, конечно, было маловероятно, но все же вполне возможно.

Ада, мимо которой я проходила, направляясь в коридор, обхватила меня за локоть и с пьяной улыбкой заявила:

– Саш, сфоткай нас с Витьком, – подруга указала рукой на незнакомого мне парня, который как-то плотоядно поглядывал на нее. – Типа случайный кадр.

– Зачем?

– Затем! Выложу в Инсту! Пусть Булаткин знает, что я не сижу и не убиваюсь по нему! – с вызовом ответила Ада.

– Булаткин? А при чем тут он? – нахмурилась я.

– Ой, что я говорю? – стушевалась Калинина. – Я имела в виду Муслимова! Пусть Макс знает, что я не убиваюсь по нему!

– Думаю, он и так об этом знает, – сухо заметила я.

– Сфоткаешь или нет?!

– Ада, – я подхватила подругу под руку и отвела ее подальше от этого Витька. – Давай без глупостей! Никаких фоток в Инсту, пока не протрезвеешь!

– Почему? – непонимающе протянула она.

– Потому что потом ты можешь пожалеть о содеянном. В глубине души ты знаешь, что я права.

– Ладно, – нехотя согласилась подруга и со вздохом пошла танцевать.

Добравшись до своего телефона, я с грустью обнаружила, что Ревком мне не звонил и не писал. Хотя в сети был совсем недавно. Со злостью я засунула мобильник обратно в рюкзак и направилась в общий зал.

Денис Петров услужливо принес мне еще порцию виски с колой, и мы, усевшись на широком подоконники, стали болтать. Приятель говорил о тренировках и о своих планах заняться танцами профессионально. Я слушала его молча, изредка кивая и задавая уточняющие вопросы.

За окном царствовала зима. Студеная, белая и суровая. Снег, которого не было еще пару часов назад, почти полностью укрыл землю белоснежным одеялом. Все вокруг казалось чистым, свежим и... Холодным.

Холодно было и в моей душе. Несмотря на то, что болтовня Дениса отвлекала от тяжелых мыслей, а алкоголь приятно горячил тело, в сердце ощущалась тревога.

С момента ссоры с Владом прошло часов пять, и я уже жалела о том, что закатила ему истерику. Ревков всегда был адекватным, и, возможно, если бы я попыталась объясниться с ним без криков, смог бы понять меня.

Дико захотелось забить на все условности, позвонить Владу и сказать, что я люблю его. Но гордость не позволяла мне этого сделать. Я не могла вслух признать тот факт, что доля моей вины тоже присутствовала в конфликте. Это было чертовски сложно, поэтому я предпочитала терзаться и страдать. Хотя, если честно, понимала, что надолго меня не хватит.

– Ау, Саш? Так это правда? – голос Дениса вывел меня из раздумий.

Кажется, я так глубоко ушла в себя, что перестала реагировать на своего собеседника.

– Извини... Что ты говорил?

– Правда, что ты дала Назару свой номер тогда в лифте?

– Что? – я встрепенулась. – Откуда ты знаешь?

– Значит, все-таки правда, – протянул Петров.

– В смысле? Объясни ты толком!

– Ну, короче, после баттла, когда ты ушла, Назар сказал, что ты ему понравилась. А Игорь Ларин ответил, что у тебя есть парень, так что Фомин в пролете. Он тогда рассмеялся и пообещал, что получит твой номерок любой ценой. Потом, когда Назар вел у нас тренировку в Экстре, Игорь припомнил его обещание, и выяснилось , что твой номер он так и не раздобыл. Все начали подкалывать Фомина, что его чары с тобой не работают, и он заявил, что в течение часа он получит желаемое. Ты тогда как раз выходила из раздевалки, и Назар пошел за тобой. А вернулся уже с заветными цифрами. Когда он диктовал их, я проверял. Это был действительно твой номер. Все это время мне хотелось узнать: обхитрил он нас или ты реально сдалась?

У меня было ощущение, будто меня только что окатили ледяной водой. От возмущения я выпучила глаза и первые секунды не могла выдавить из себя ни слова.

– Вот наглец! – выпалила я наконец. – Значит, он делал это все на спор?!

– Блин, он тебе что, нравится? – испуганно заморгал Петров.

– Кто?!

– Назар.

– Нет, конечно! Чтоб ты знал, Денис, этот паршивец прыгал в лифте, и мы застряли. А вызвать диспетчера он согласился только тогда, когда выудил мой номер!

– Красавчик, – рассмеялся Петров, но, поймав мой злобный взгляд, осекся. – Прости, Санек, столько времени прошло... Я думал, ты в курсе.

Так вот, значит, почему Назар мне не звонил! Он взял мой телефон только для того, чтобы не облажаться перед ребятами! А продолжать наше общение совсем не входило в его планы!

Я пулей соскочила с подоконника и понеслась в основной зал в поисках Фомина. Мне жутко хотелось надрать ему задницу.

***

Назар зажимал в углу какую-то брюнетку. Шептал ей что-то на ухо, а она ржала, словно лошадь. Громко и наигранно.

– Ах ты лицемер несчастный! – подлетев к нему, воскликнула я.

Назар нехотя оторвался от брюнетки и повернулся ко мне.

– Тише, Сашка. Че за сцены ревности? – насмешливо поинтересовался он.

Фомин держался по обыкновению уверенно, и мне вдруг отчаянно захотелось сбить эту самодовольную улыбочку с его наглой рожи. Долго не думая, я выплеснула содержимое своего стакана, который крепко сжимала в руке, ему в лицо.

Темная жидкость попала точно в цель, и от неожиданности Назар вздрогнул. Затем его голубые глаза блеснули яростью, а в следующую секунду он подхватил меня и резким движением закинул на плечо.

Я взвизгнула и что есть сил начала сопротивляться, пытаясь спрыгнуть на пол. Била его ладонями по спине, посылала проклятья, трясла ногами, но Назару все было нипочем. Он как ни в чем не бывало тащил меня на себе, "заботливо" поддерживая одной рукой за зад.

– Отпусти меня, нахал! – верещала я.

– А ты че какая дерзкая, а? – со смехом отозвался Фомин, затаскивая меня в комнату, в которой мы играли в Твистер.

В помещении никого не было, и когда Назар наконец поставил меня на ноги, я недовольно откинула волосы с лица.

– Мне известно про твой спор с ребятами на мой номер телефона! – я старалась вложить в свой голос как можно больше презрения.

– Это был не спор. Они ловили меня на "слабо", а я решил доказать, что мне не слабо, – невозмутимо отозвался он. – А ты что так завелась-то?

– "Ты мне понравилась!", "Если судьба вдруг случайно столкнет нас, то обещай дать свой номерок!" – протянула я, подражая его низкому голосу. – Актер недоделанный!

– Я правильно понимаю, что ты расстроилась из-за того, что это все было блефом с моей стороны? – с трудом скрывая улыбку, поинтересовался Фомин. – Признаю, если бы не подначки ребят, я бы не лез из кожи вон, чтобы добыть твой телефон. Предпочитаю стучать в те двери, где мне будут рады. Но то, что ты мне нравишься, чистая правда, Сашка. Ну что, замяли?

С этими словами Назар потянулся к моему лицу и мягко убрал выбившуюся прядь волос за ухо. Я сделала шаг назад и уже спокойнее добавила:

– Теперь в глазах ребят я выгляжу как раскисающая от твоя обаяния дурочка. А это не так, и мы оба это знаем.

– Конечно, знаем. Поэтому я тебе и не позвонил. Жду, когда ты расстанешься со своим певцом, а потом пойду в атаку, – Фомин хитро поиграл бровями.

– В таком случае придется ждать очень долго, может, даже до следующей жизни, – ехидно отозвалась я.

– Без проблем, ради такой красотки можно и потерпеть. А пока, если ты не против, я продолжу свое общение с Эвелиной. Ее мне ждать не нужно, она согласна на все уже сейчас, – рассмеялся Назар и по-свойски похлопал меня по плечу.

Мы вышли из комнаты, и тут до меня донеслись звуки музыки, играющей из колонок. Это была она. Та самая песня под названием "Невыносимо". Голоса исполнителей мягко обволакивали пространство, и слышать их сейчас действительно было невыносимо.

Эмоции, пережитые сначала в клубе во время выступления на сцене Влада и Марианны, затем сегодня во время просмотра клипа, ожили вновь. Боль, обида, смятение – все смешалось воедино.

На несколько мгновений я перестала контролировать себя: плечи помимо воли поникли, голова опустилась, а предательские слезы защипали глаза.

– Эй, ты чего? – от Назара не укрылась перемена моего настроения.

– Ничего, все нормально, – пытаясь предать себе беззаботный вид, ответила я.

– Я же вижу, что не нормально, – он легонько потряс меня за плечи, пытаясь заглянуть в лицо.

И тут Фомин замер. Я подняла на него глаза и поняла, что он прислушивается. Только этого мне не хватало!

– Это же "Абракадабра"! – воскликнул он и, подозрительно сщурившись, добавил. – Что за странная реакция на музло собственного парня?

– Да нет никакой реакции, пошли еще выпьем! – я потянула его за рукав на кухню.

Фомин повиновался и пошел следом. Однако, когда я наливала себе в стакан очередную порцию виски с колой, задумчиво спросил:

– Вы поссорились, да? А эта песня напоминает о нем?

Черт бы побрал этого Назара с его прозорливостью!

– Да, – устало вздохнула я. Притворяться дальше не было смысла.

– Понятно, – кивнул Фомин. – Не буду лезть к тебе в душу, просто постарайся не убиваться по нему слишком сильно. Поверь, через годы вся эта ситуация будет казаться тебе смехотворной.

Он говорил как никогда серьезно, и казалось, что его голубые глаза смотрят куда-то вглубь моей души.

– Постараюсь, – тихо отозвалась я и, сделав, большой глоток, сморщилась.

Напиток показался очень горьким. Видимо, я добавила слишком много виски.

– Я знаю, как тебя расслабить, – подмигнул мне Назар, забирая бокал из моих рук. – Пойдем потанцуем. Сразу станет легче.

Я не стала сопротивляться и даже разрешила Фомину взять меня за ладонь. Когда мы вошли в зал, играла неспешная и приятная слуху песня Джастина Бибера. Назар встал напротив и начал пританцовывать, подпевая словам песни: "Picture perfect, you don't need no filter". При этом он улыбался мне как-то особенно тепло. Я не сдержалась и тоже расплылась в улыбке. И в это мгновенье мне действительно стало чуточку легче.

Мы протанцевали почти целый час. Выкладывались на полную катушку, веселились, прыгали, гримасничали. Нам было хорошо. Молодость брала свое: хотелось жить, отрываться и быть счастливой. Несмотря ни на что. Хотелось разговаривать с набитым ртом, делать глупости и хохотать в голос. Хотелось растворяться в звуках любимой музыки, сливаться с толпой разгоряченных в танце тел воедино и быть собой.

Когда я в изнеможении рухнула на диван вся мокрая от пота, Назар приземлился рядом. Он тяжело дышал и, широко улыбаясь, смотрел на меня.

– Я выдохлась, – сказала я, убирая со лба прилипшие волосы. – Сейчас усну прямо здесь.

– Здесь не надо. Иди наверх, там полно спален.

Я чувствовала, что алкоголь и усталость сделали мои ноги ватными, а тело непослушным. Было так лень отрываться от дивана и идти на второй этаж. Я закрыла глаза и сделала вид, что засыпаю.

– Не-не, вставай, Сашка! Пошли, я провожу тебя, – Назар поманил меня, и я нехотя поднялась на ноги.

Спален на втором этаже было действительно много. Мы зашли в первую свободную и я, не включая свет, повалилась на кровать, которая стояла в центре комнаты.

– Закрой за собой дверь, пожалуйста, – попросила я Назара, который стоял у порога.

– Изнутри или снаружи? – рассмеялся он.

– Дурак, – буркнула я и закопалась носом в подушки. Они приятно пахли кондиционером для белья.

Мне показалось, что Фомин ушел. Я уже дремала, когда в тишине где-то совсем рядом раздался его негромкий голос:

– Саш, знаешь, все что ни делается, все к лучшему.

– Знаю. А еще знаю, что в конце концов все будет хорошо, – отозвалась я.

Это была любимая фраза Ревкова. Именно ей в детстве его успокаивала мать. Именно она была вытатуирована у него на груди. Именно ее он сказал мне, когда я в первый раз провожала его в Москву.

****

Я крепче обняла подушку и моментально погрузилась в сон. Глубокий и беспробудный.

Мне снился Влад. Красивый, улыбающийся, с ямочками на щеках. Он был рядом, и взгляд его карих глаз искрился нежностью. Я не понимала, что сплю, и сердце в груди колотилось, как сумасшедшее. Всякий раз, когда Ревков оказывался поблизости, мое тело трепетало, а мысли путались.

Влад опустился на кровать и медленно лег на соседнюю подушку. От него исходило приятное тепло, и я интуитивно придвинулась ближе. Мне хотелось отогреть свою душу, успокоиться и почувствовать на себе его сильные руки.

Я положила голову Владу на грудь и услышала, как бьется его сердце. Ритмично, ровно, гулко. Парень обхватил меня за плечи и теснее прижал к себе. Затем я почувствовала, как он натянул на нас обоих одеяло, и от этого стало еще комфортнее. Горячие объятия Ревкова, теплая постель – что может быть лучше?

Спустя какое-то время я чуть приподняла к нему лицо, и моего носа коснулся терпкий немного горьковатый аромат цитруса. Я втянула воздух поглубже...

И тут меня резко осенило: "Стоп! Влад пахнет не так! От него всегда исходит тонкий едва уловимый древесно-мускатный запах с нотками сандала и шалфея!". Я хорошо помнила этот аромат. Он стал для меня родным и горячо любимым.

Я приоткрыла глаза, и, подобно молнии, меня пронзило леденящее душу осознание того, что я обнимаю вовсе не Влада. Рядом со мной под одним одеялом лежал и тихо посапывал Назар Фомин.

– Че за дела?! – взвизгнула я и вскочила с кровати, как ошпаренная.

Назар дернулся во сне, затем с трудом разлепил глаза и непонимающе уставился на меня.

– Ммм.. Что случилось? – хрипло поинтересовался он, потирая веки.

– Что случилось?! Ты серьезно?! – взвилась я. – Ты спал со мной!

Чуть нахмурившись, Фомин приподнял лежащее на нем одеяло и заглянул под него.

– Не, вряд ли... Я полностью одет.

– Ты... – с тихой яростью прошипела я. – Ты просто бесишь меня! Какого черта ты улегся в мою кровать, пока я спала?!

– Да ладно, Сашка, ничего же не было, что ты злишься? – Назар потянулся и с довольным видом закинул руки за голову. – Ну пообнимались, ну потискались... С кем не бывает?

– Со мной не бывает! У меня вообще-то парень есть! А ты, воспользовавшись моим бессознательным состоянием, залез ко мне под одеяло и...

– Да ты, надо сказать, особо не возражала, – перебил меня Фомин со смехом. – Едва я лег рядом, как ты сама ко мне придвинулась, обняла и начала мурлыкать!

– Ну ты и козлина! – в сердцах выкрикнула я и, хлопнув дверью, пулей вылетела из комнаты.

Меня раздражала двусмысленность ситуации, в которую я попала. С одной стороны, было очевидно, что между мной и Назаром ничего не было, но с другой – провести ночь в объятьях другого парня казалось совершенно неправильным, почти преступным.

Не помня себя от ужаса и отчаяния, я сбежала по лестнице на первый этаж. Мне хотелось поскорее найти Аду и свалить из этого проклятого дома. Оказаться подальше от Назара, при одной только мысли о котором руки сжимались в кулаки.

Подруга сидела на кухне, пила чай и непринужденно болтала с каким-то парнем. Увидев меня, она встрепенулась и, поиграв бровями, спросила:

– Ну что, как ночка? Повеселились?

– Ты о чем? – нахмурилась я, наливая в стакан воду из фильтра.

– О чем, о чем, – передразнила меня Ада. – С Ревковым, говорю, помирились?

– Нет, с чего бы это? – я непонимающе посмотрела на нее.

Повисла пауза. Подруга, не мигая, буравила меня взглядом, а затем как-то взволнованно произнесла:

– Ты ведь прикалываешься, да?

– В смысле? – настороженно отозвалась я. Что-то в ее тоне заставляло меня нервничать.

– Ты же виделась вчера с Ревковым?

– Ты пьяная, что ли?! – вспылила я. – О чем ты говоришь?!

Несколько секунд Ада испытующе смотрела на меня, очевидно, пытаясь понять, не прикидываюсь ли я, а затем с тяжелым вздохом уронила лицо в ладони.

– Да что случилось-то? – я в панике подскочила к ней. Дурное предчувствие в груди нарастало.

– Вчера вечером мне позвонил Ревков и сказал, что он в городе. Спрашивал, где ты. Я продиктовала ему адрес этого дома, и он сказал, что приедет, – запинаясь от волнения, выложила подруга.

– И? – дрожа всем телом, протянула я.

– И все... Мы тогда играли в Мафию... Через пять минут меня "убили", и я пошла спать.

– Почему ты сразу не сказала мне, что он звонил?! – рявкнула я.

– Не знаю... Я думала, он приедет, найдет тебя, ты обалдеешь от неожиданности, и вы помиритесь... – заламывая руки, призналась Ада.

Я сорвалась с места и бегом ринулась к рюкзаку, в котором весь вечер и всю ночь пролежал мой мобильник. Взяв телефон в руки, я застонала: тринадцать пропущенных от Влада.

– Скорей всего, он просто не приехал. Может, планы поменялись или я сказала ему неверный адрес, – тараторила стоящая за моей спиной Ада.

Я принялась в панике звонить Ревкову, но ответа не было. Когда он не взял трубку в пятый раз, я смычно выругалась и понеслась обратно на кухню, где сидел народ.

– Ребят, кто знает, вчера вечером парень... Смуглый, с темными волосами сюда не приходил? – мой голос звучал истерично.

Присутствующие в ответ лишь неопределенно повели плечами. Я беспомощно оглянулась на Аду, которая, поймав мой взгляд, сделала шаг вперед и громко спросила:

– Кто знает Влада Ревкова? Солиста "Абракадабры"?

– Ну, я знаю, и че? – усмехнулся рыжеволосый парень.

– Он вчера должен был приехать сюда. Никто его не видел?

Опять никакой внятной реакции. Люди отрицательно качали головами.

– Так это реально был он? Парень из "Абракадабры"? – донесся из-за моей спины голос Лили, с которой я вчера играла в Твистер.

– Ты его видела? – хрипло поинтересовалась я.

– Да, – девушка остановилась напротив меня и задумчиво стала наматывать на палец свои дреды. – Он вчера искал какую-то блондинку, по описанию похожую на тебя... Ты же Саша, да?

– Да, – чувствуя, как подкашиваются колени, подтвердила я.

– Ну вот, я так и подумала. Сказала ему, что ты уже пошла спать. Вы же с Назаром после танцев на второй этаж поднялись?

Услышав это, Ада испуганно повернулась ко мне. Подруга не знала, что я всю ночь провела с Фоминым в одной кровати.

Тем временем я сделала шаг назад и прислонилась спиной к стене, чувствуя, что силы меня покидают.

– И что дальше? – почти шепотом спросила я.

– Ничего. Он пошел наверх, и больше я его не видела, – пожала плечами Лиля.

В моей голове с жутким грохотом взорвалась бомба. И, похоже, меня контузило. Потому что резко я перестала слышать, видеть и замечать все происходящее вокруг. Я медленно начала сползать вниз по стене, кажется, теряя сознание.