Глава 13

Арина. Семь лет назад Серафим только набирал скорость, но я чувствовала, что мы не оторвемся. На нас будто со всех сторон шла волна. Была ли это магия, или волчья сила – я не знала. Не понимала еще. И сама же на себя за это злилось. Ну зачем я сбежала с Серафимом? Создала ему кучу проблем! Он резко повернул на какую-то проселочную дорогу, но очень быстро мы уперлись в черные джипы, что перегородили нам путь вперед. Он не стал тормозить, а сразу же поехал обратно, схватившись за подголовник пассажирского кресла и почти развернувшись назад, чтобы было удобнее управлять траекторией движения. Я старалась даже не дышать, чтобы не мешать Серафиму. Но мы так и не успели вернуться на дорогу – нас подперли сзади. Те же самые черные джипы. Из самого ближнего к нам показалась знакомая рыжая шевелюра дяди. Он приветливо улыбался и махал нам. Я неосознанно напряглась, как и Серафим. Он сощурил глаза, но был вынужден остановить машину. – Не выходи, – приказал он и открыл свою дверь. И к ней в один миг подскочил дядя. Его приклеенная искусственная улыбка пугала. – Серый, ну что ты так напрягся. Ты же выполнил все точь-в-точь, как я просил. Спасибо большое за твой спектакль. Награду ты свою заслужил с бонусом. А теперь я заберу свою племянницу. Я ничего не понимала. Про какую такую награду с бонусом говорит дядя? Попробовала прощупать его эмоции, но он… не врал. Я посмотрела на Серафима и словила волну… сожаления и боли. Что за ерунда! – Ариша, девочка моя, поехали домой, – позвал меня ласково дядя. – Иди с ним, – сухо ответил Серафим. – Что ты…? – у меня ком в горле встал. Неужели все закончится вот так?! Неужели Серафим даже не попытается мне что-то сказать? Я совсем растерялась. – Дядя, можно я поговорю с Серафимом три минутки и выйду? – Конечно, Ариш. Я буду ждать тебя в машине. А ты Серый, – дядя постучал его по плечу, – молодец. Все сделал правильно. Я дождалась пока Серафим сядет обратно в машину и уставилась на него, пытаясь почувствовать все исходящие эмоции, но вместо потока почувствовала стену. Он как-то закрылся от меня. – Серафим, что это все значит? Он посмотрел на меня немигающим желтым взглядом и сглотнул. Выражение его лица стало суровым и холодным, точно таким же, когда я увидела его впервые. – Тебе лучше пойти к дяде. Сухой, без единой эмоции, ответ напугал не на шутку. Я дотронулась до его предплечья, но он резко дернул рукой, разрывая тактильную близость. – С тобой что-то не так. Ты можешь написать? Почему-то я не хотела верить, что это действительно все было подстроено, хотя принцип Бритвы Оккама как раз ведь и гласил, что самое логичное и простое объяснение – самое верное. Но я упорно искала ручку и хоть какую-нибудь салфетку. Горячие пальцы Серафима накрыли меня, и он сжал их бережно. – Иди к дяде. Под глазом напряглась венка и пульсировала от напряжения, но я не ощущала никаких изменений. – Серафим, я всему этому не верю. И найду способ с тобой поговорить. – Я погладила его пальцы и увидела, как он устало прикрыл глаза, услышав мои слова. Если дядя любит такие игры, то я постараюсь его обхитрить. Пусть думает, что я приму любую «правду» от него. Я открыла дверь, вылезла из машины и оглянулась – Серафим смотрел на меня золотом своих глаз, и лишь на долю секунды мне показалось, что я уловила в них эмоцию. Сильную, ломающую ребра, безжалостную ярость. Я не знала, правильно ли ощутила волну, или, может быть, то была моя эмоция, которая отразилась от Серафима, словно от зеркала. Как и не знала, что не увижу его целых семь лет с того дня. Я шла к дяде, рассчитывая, что уже очень скоро мы снова будем вместе с Серафимом, но в тот день я просто с каждым шагом отдалялась от волка, который предал меня. – Ариша, ты восстановилась! – радостно заговорил дядя. – Я все тебе расскажу, как приедем, хорошо. Как же я счастлив, – он потянулся ко мне и обнял крепко, источая волны заботы и нежности, будто действительно любил и берег. – Я так беспокоился, что Серафим не выполнит задание, и я тебя не уберегу. Я чуть с горя с ума не сошел, – слишком натурально всхлипнул дядя. Я же сидела в его руках, как безвольная кукла. Я запуталась в сигналах и не понимала, кому же верить. А кто врет. – Про какое задание ты говоришь, дядя? – мой голос стал ниже и неприятнее. – Задание по твоей инициации. Ох, у вас еще связь осталась. Так, как приедем, поешь и выслушаешь меня. Нам с тобой вдвоем придется разбираться с последствиями, но мы справимся, Ариш. Я никому не дам тебя в обиду. Я кивнула, глядя прямо в глаза дяди, который действительно по всем моим ощущениям не лгал. Он не врал ни про задание, ни про заботу. Но я все равно не верила! Не было никакого задания. Мы взяли и сбежали, а они нас пытались отловить и отловили. Мне нельзя никому верить. Только Серафиму. Серафим. Семь лет назад – Хватит тихо рычать, Серый. Скажи лучше спасибо, что дал вам время, – выдохнул Ворон. Он сидел рядом со мной на заднем сидении, куда меня попросили переместиться после того, как дядя увез Арину с собой. У меня все жилы скручивало от боли. Этот ублюдочный маг накинул на меня что-то, из-за чего я не мог ни нормально говорить, ни перекинуться Зверем. Вот же сука! – Благодетель ты мой, – рыкнул зло Серый и добавил: – В ноги не упаду, не надейся. – Да нужен ты мне около ног. Своевольный упрямый щенок. Никакого уважения к старшим. Я люблю людей умных и рациональных. Вот Арину бы к себе в магессы с удовольствием забрал. Она далеко пойдет. До самого Архимага. – Откуда знаешь? – злость моя продолжала клокотать внутри. Ворон посмотрел на меня своими черными глазами. Не было таких глаз у волков. поэтому и считали его колдуном со Зверем в сердце. Может быть так и было, но оборотни его не любили. – И долго ты дурачка строить будешь? Разве ты не почувствовал ее силу? – Почувствовал, – процедил я и мысленно опять дернул накинутую на меня Антипом сеть. Что это за мерзость?! Я ее даже не вижу зрением Зверя! Видимо, сложа ручки не сидел. – Слушай, Ворон. Забери Арину к себе. Я буду твоим должником. – Ее и так ко мне определят, – усмехнулся Ворон, но я его перебил: – Нет, ты не понял. Забери ее к себе в стаю. Я не хочу, чтобы она находилась в магуправлении. – У меня есть маг. – Ворон, – прорычал я и блеснул на него желтыми глазами волка. Ну не вколачивать же мне ему в голову свою мысль, хотя хотелось. Ой как хотелось набить сейчас кому-нибудь морду! Альфа самой сильной стаи закатил глаза и выдохнул. – Ладно, я понял тебя. Заберу ее. А ты мой должник. Потянешь должок-то, а Серый? Он совсем немаленький выходит. – Если меня не прибьют в ближайший год, то выполню все, что попросишь. Ворон даже крякнул от такой наглости. – На кой мне тогда сделки с тобой обсуждать, если ты в смертники себя записал? Я повернулся к нему. На лице проступили звериные контуры. – Потому что я не могу умереть. С того света вернусь, если потребуется. – Я не рычал, хотя голос моим был низким и угрожающим, но Ворон моего Зверя прекрасно почувствовал. На мгновение его глаза тоже окрасились желтым, выдавая в нем нашего брата, но быстро стали черным матовым стеклом. – Сделка, – он протянул руку для закрепления договоренности. Слов мы своих никогда не нарушали, как люди, поэтому и уговора было достаточно. Я крепко сжал его жилистую сильную руку и повторил: – Сделка. Полдела сделано! Не дам Антипу контролировать ее всецело. Попорчу ему планы хоть так. А сам займусь способом, как же нам с Ариной временно связь ослабить, чтобы я не потащил ее за собой. Зверь мой чуял беду, но я еще даже не догадывался о ее последствиях. *** Я думал, что по приезду меня все-таки кинут в застенки, но Антип похоже решил продолжить свой театр одного актера, потому что меня привели сразу к Архимагу. В его любимый зимний сад. Я поморщился от сильного аромата цветов и постарался не дышать глубоко. Они могли выращивать здесь что угодно, как и распылять любой свой яд. Удобно, когда твой противник чувствителен к запахам – ими же можно и убить. Я негромко кашлянул, когда подошел к старику, который был увлечен пересадкой одного из растений. И сбоку сразу же появился Антип как черт из табакерки. Одарил меня острым взглядом и сразу же нацепил маску доброжелательного и хорошего человека. Как я раньше не замечал в нем этой гнили? Видимо, с появлением Арины я перешел ему дорогу, поэтому и столкнулся с темной стороной. – Серый, наш великолепный командир Диких, я рассказал, какую помощь ты оказал моей племяннице. Как выполнил все необходимые указания. И наш Архимаг согласился, что за такой вклад нужно тебя наградить. Ты назначаешься главой управления Диких. Я открыл рот, чтобы послать его куда подальше с такими «дарами», но не издал ни звука. Просто не смог ничего сказать этому черту, как и тогда около машины. – Какая честь, – выдавил я, с раздражением понимая, что говорить я все-таки могу, но только хорошие и почтительные слова. Впервые с таким сталкиваюсь! Никогда до этого дня маги не могли влиять на речь настолько искусно и выборочно. Я хмуро посмотрел на Антипа, но тот самодовольно улыбнулся. Архимаг наконец-то отложил свой куст и посмотрел на меня. Я уставился в ответ, мысленно призывая главного мага просканировать меня. Он же так наверняка делает, но дед опустил взгляд и пробасил, будто и не заметил ничего странного: – Полностью соглашусь. Хорошее назначение. Правильное. Разрыв связи надо будет завершить в ближайшие три дня, и снова станешь свободным. Последнее слово, как шип, порезало мне изнутри сердце. Не хочу я быть свободным! Или… – Уважаемый Архимаг, помните, вы мне вольную обещали за поимку особо неугодного мага? Я больше всего хочу эту награду. Старик снова посмотрел мне в глаза, и как же я хотел, чтобы он все-таки читал мои мысли. Но нет, не читал и не ощущал инородную магию на мне. Недооценил я Антипа. – Ты нам нужнее у Диких, Серый. Но давай договоримся. Я даю свое слово. Ты отработаешь три года и, если захочешь уйти, отпущу сразу. Антип охнул, глазки у него забегали. Явно, сучий потрох, не такого ты ожидал. Хотя, чтобы сгноить меня, у него теперь целых три года есть в запасе. Но я не сдамся так легко! Я ухватился за назначение, думая, что он меня там не достанет. Знал бы, как ошибался тогда, то на колени бы упал, лишь бы отказаться от «великой чести». Но… – Я с огромной благодарностью принимаю назначение. И беру с вас слово, Архимаг. – Поклонился я, а верховный хмыкнул и ответил лишь: – Мальчишка.