Глава 14

Арина. Семь лет назад – Это неправда! Я не верю! – голос мой дрожал, придавая словам ненужную сейчас неуверенность. Поэтому дядя продолжал давить на меня: – Ариша, зачем мне врать о таком? Я не хочу, чтобы между нами были какие-то тайны. Серафим действовал строго по приказу. Подумай сама, как вам удалось так легко сбежать? – Я… не знаю, – выдохнула я обреченно. – Мы не нашли с Архимагом иного пути, и можешь обвинять меня и ругаться со мной. Можешь на меня кричать, но это я договорился с Серафимом, чтобы он сыграл свою роль, чтобы для тебя все прошло хорошо. Все звучало так правдоподобно. И дядя весь источал заботу обо мне. Моя усилившаяся эмпатия, про которую я никому не сказала, тоже сигнализировала о том, что его эмоции честны. Но я все равно чувствовала, что это вранье. Возможно, я могла считывать эмоции, которые человек ощущал именно сейчас, но ведь люди способны играть. Актеры выдают различный спектр, вживаются в свои образы. Вот и дядя мог. «И Серафим», – подсказал мне внутренний рациональный голос разума. И я не могла отмахнуться от этого вывода: если я подозревала дядю в игре, то почему Серафим не мог? Я же его почти не знала. И в наши предыдущие встречи он не был уж таким заинтересованным во мне. И про чувства он не говорил. Я остановила себя. Дядя сразу же почувствовал заминку и продолжил, добивая мою рациональную часть доводами: – Ариш, выкинь его из головы. Серафим получил нужное себе назначение и скоро улетит на Алтай. В ближайшие годы вы вряд ли встретитесь. – Он… улетит? Когда? – Я не знаю. Это уже как Архимаг решит. Но скоро. – Я хочу с ним поговорить перед вылетом, – отчеканила я. – Нет, – спокойно сказал дядя. И я почувствовала. Впервые с нашего разговора почувствовала его проявление силы. Он мне приказал Голосом. Заставил подчиниться. – Я не хочу, чтобы ты расстраивалась. «По-моему, ты только это и хочешь, дядя», – подумала я про себя. Рациональность его решения я тоже не могла оспорить. С глаз долой – из сердца вон. Все верно же. И с любой стороны, как не погляди, все очень правильно выглядело. Не придерешься. Но меня не отпускало предчувствие боли. Это еще не конец. Мой дядя готовил для меня что-то намного худшее, чем наш принудительный разрыв с Серафимом. – А как же наша связь? Мы же должны ее ослабить? Дядя сверкнул алыми точками в зрачках. – Не переживай. Пока Серафим здесь, мы будет постепенно утончать ваши нити и через пару недель полностью ослабим. – Так Серафим же улетит скоро? – Он понимает всю ответственность. – Тогда зачем такие сложности, дядя? Мы же сами с ним можем это все решить? – Нельзя, – уже громче ответил мой дорогой дядюшка. – Ты влюбилась в него, Ариша. И я не хочу, чтобы он использовал тебя больше, чем уже смог. Думаешь он летит на Алтай просто так? Он получил новую должность. Теперь он лидер Диких. И ради этого старался. Прости. Давай не будем ругаться. Просто послушай моего совета – вам лучше не видеться. Он встал с кресла и подошел к большому окну. В этот раз меня привезли не в магуправление, а в его квартиру, где он выделил для меня одну из комнат. Заботился? Или не хотел выпускать из поля зрения? – Обживайся. Вечером нам привезут ужин. Завтра будешь отдыхать целый день. Следить за своими изменениями. Выходить не разрешаю, Ариша. А послезавтра мы поедем в медцентр на обследование. Я хочу убедиться, что у тебя все в порядке с телом и энергопотоками. Когда он закрыл за собой дверь, я так и осталась сидеть в кресле, размышляя над всем, что со мной произошло. – Значит, теперь ты глава Диких, – прошептала я и сжала кулаки. Я так устала от вранья! И от своего бессилия! Даже с этой чертовой эмпатией я не могла определить достоверно, кто врет, а кто говорит правду. – Никакой я не полиграф, а просто маленькая одинокая девочка. Слезы сами потекли по щекам, а под пальцами заискрила магия. Я провела ими по подлокотнику кресла и увидела, как за пальцами тянется алый след, словно моя рука кровоточила, но это был лишь цвет моей магии, которая въедалась в обивку мебели. Я провела ладонью по щеке и взглянула на нее. Алые разводы остались и на моей коже. Хотелось разреветься еще сильнее. А потом встать и уйти отсюда обратно к бабушке и своей прошлой жизни, где не было ни магии, ни внезапно объявившегося дяди, ни оборотнического мира. Ни Серафима. Я резко встала с кресла и подошла к окну, разглядывая парк, что был рядом с домом. Патриаршие пруды у меня всегда ассоциировались с Мастером и Маргаритой, и сейчас я невольно проводила параллель со своей жизнью. – Похоже я буду жить с дьяволом. *** Медицинский центр показался мне самым обычным. Никаких дверей с рунами, ни следов магии, ни оборотней. В общем, самое обычное медицинское учреждение. На первом этаже. А вот на втором мансардном этаже картина вдруг стала совсем иной. Тут я сразу почувствовала и защитные контуры, и магию, и даже врача-оборотня. – Арина, рада видеть тебя! – с улыбкой произнесла приятная волчица-врач. – Проходите в мой кабинет. – Она открыла дверь и пропустила меня внутрь, оставив дядю ждать на диванчике снаружи. Я даже выдохнула от облегчения, потому что боялась, что буду сидеть под его надзором весь прием у врача. – Ко мне можно обращаться по имени Бояна. Антип запросил полный чек-ап, поэтому я буду задавать кучу вопросов. Не беспокойся – все останется строго между врачом и пациентом. В магуправление я передам общий отчет. – Спасибо, – поблагодарила я за тактичность. И за понимание ситуации. Меньше всего мне хотелось, чтобы мои анализы и заключения просматривали всем управлением. – Тогда начнем, – доброжелательно улыбнулась Бояна и спросила: – Что-нибудь беспокоит? Через три часа анализов и проверок я была изрядно уставшей, поэтому осмотр у гинеколога с удовольствием пропустила бы. Но, к сожалению, это был единственный врач, к которому у меня действительно были вопросы. После той ночи низ живота у меня странно потягивало. Бояна отвела меня в кабинет к гинекологу и попросила потом к ней зайти, чтобы она рассказала обо всех изменениях. – Здравствуй, Арина, не переживай. Мне доложили о ситуации по принудительной инициации. Я не задам лишних вопросов, —женщина говорила ласково, тихим голосом. И она тоже была волчицей. Я кивнула в ответ и принялась раздеваться. Уже на кресле я пыталась расслабиться, не думать о самой процедуре и пропустила момент, когда врач задала вопрос: – Арина, как ты себя чувствуешь? Есть ли какие-то изменения? – Иногда тянет низ живота и все. Больше никаких других ощущений. – Давай контрольно сделаем узи. Врач встала со своего табурета какая-то взволнованная и напряженная. Я и сама занервничала. Что-то ведь действительно было не в порядке. – Конечно. Сейчас, – засуетилась я, слезая со смотрового кресла и добегая до кушетки, которая стояла около аппарата. Врач уже постелила мне пеленку и пригласила лечь. Процедура была не самая приятная, но терпимая. Я думала, что врач пояснит мне, что ее так беспокоило, но она всматривалась в монитор, щелкая по кнопкам. – Можно одеваться, – тихо сказала она и ушла к своему столу, где принялась быстро что-то набирать на компьютере. Я оделась быстро, и уже через несколько минут сидела напротив нее, ожидая, когда она закончит заполнение бумаг. Она дописала последние строчки и посмотрела на меня с таким волнением, что мне стало совсем не по себе. – Арина, ты только не волнуйся. Надо будет сдать через неделю анализ крови. Но и без него я вижу… беременность. – Что? – меня словно оглушили. – Ты беременна, но дополнительные анализы подтвердят точно. – Не может быть, – выдохнула я, перед глазами все поплыло. – Этого же не может быть. – Да, не может, – озадаченно ответила врач. – С оборотнями так быстро не бывает. Разная физиология, но я не могу ошибаться. Я закрыла рот рукой, боясь сказать что-нибудь лишнее. Страх накатил с новой силой, но только теперь за нас двоих – меня и маленького эмбриона. Что сделает дядя? Я отняла руку ото рта и с ужасом спросила: – Вы укажите это в отчете? Врач кивнула и виновато пояснила: – Я не могу такое не указать. Это очень важная информация. Но не переживай, все будет хорошо. Все вопросы решаемы, – успокаивала она своим тихим голосом, а я, несмотря на волну поддержки, что чувствовала от нее, не верила ни единому слову. Только Серафим теперь мог меня успокоить. *** Антип засмеялся как сумасшедший и уставился на свою куклу в тайном подвале. Он ушам своим не поверил, когда Бояна сообщила ему, что эти двое умудрились зачать ребенка. Неужели все складывается даже лучше, чем он предполагал?! Неужели он убьет всех зайцев одним махом?! – Ты станешь отличной мишенью, Серафим. Арина хлебнет горя сполна. Уж я постараюсь. Уж я все сделаю, чтобы магия в ней активизировалась до самой последней капельки. Он снова не выдержал и захохотал. Свечи, что горели на алтаре колебались от его смеха. Разложенные несколько камней темнели с каждой секундой. Антип и не помнил, когда был так счастлив. Даже смерть брата не принесла ему столько удовлетворения, хотя он смог забрать часть его силы и должность. Зато сегодня он вдруг почувствовал, что все труды были не напрасны – он выпьет Арину, когда придет время и станет единственным темным магом такой мощи. И никто ему не сможет перечить. Надо только разыграть свои карты, чтобы никто не подкопался. Ни одного следа не осталось. Серафим. Семь лет назад Я подкидывал свою цепочку с жетоном и ловил в кулак. Выбитая руна Тейваз ловила утренний свет выступающими гранями и поглощалась тьмой, когда мои пальцы сжимались в кулак. До встречи с моей мореглазкой служение было моим единственным путем. Я был Диким. Карателем. Силой, уничтожающей хаос. А теперь кто я? – Одиночка, – выдохнул я. Мобильный разорвал тишину гостиной. Я сидел на диване, глядя с высоты своего этажа на рассвет за окном. Город просыпался, а я, наоборот, будто погружался в кошмарный сон. Телефон не умолкал, и я зло нажал на кнопку вызова: – Слушаю. – Серый, куда ты пропал? – Ониксим говорил на ходу. – Прости, дел был много. – Ты забыл, – не спросил, а констатировал факт Ониксим. – В эти выходные мы собирались встретиться с тобой и обсудить дальнейшее строительство поселка. Ты же так и не выбрал участок. Сердце кольнуло. Как же я хотел привезти Арину в поселок, в свой дом, чтобы видеть, как солнце будит ее по утрам. – Забыл, прости, – грустно улыбнулся я. – Черный… я, – слова давались тяжело, – я должен буду улететь на Алтай. И пока не знаю, когда вернусь. – Серый, – голос друга стал напряженным, – Что случилось? – Ничего не случилось. Просто много работы. – Серый, – повысил голос Ониксим. – Нет, – отрезал я. – Все хорошо. Я позвоню позже. Ониксим хотел что-то сказать, но я уже нажал отбой. Мне нужно было к Арине. Вчера мне сообщил Гордей, что Антип ее держит у себя, значит я проникну в его жилище. Но не успел я накинуть футболку, как в дверь позвонили. Я подошел к двери и активировал камеру – похоже Антип меня опередил. – Что нужно? – я сложил руки на груди и облокотился на косяк, не давая гостю пройти внутрь. Антип на это лишь усмехнулся. – Я пришел сказать, что ты вылетаешь через три часа и я тебя провожу в аэропорт. Я нахмурился, пытаясь прочитать хоть что-то в этих светлых глазах. – Чье это распоряжение? – Если хочешь, чтобы она была жива, то советую выполнить то, что я говорю. – За такие угрозы я могу пожаловаться Архимагу. Антип растянул губы в страшной улыбке и вдруг приложил ладонь к моей груди. Меня слово леской перетянуло. Все тело под сеткой. – Чувствуешь? – издевательски спросил маг. – А вот сейчас? Я захрипел от боли – леска словно сквозь кожу прошла, прилипла к костям. Боль была такая адская, что перед глазами поплыло. «Это ненормальная магия», – билась в моей голове мысль. Ни один маг, даже верховный, не мог такое творить. Потому что это… – Это черная магия, – прошептал Антип, разглядывая меня. – А не привычные тебе магические фокусы. Против нее сил у оборотней нет. Я всегда ненавидел людей, особенно магов, а теперь это чувство только усилится. – Теперь ты ничего и никогда не сможешь обо мне рассказать. Все что мне неугодно, я нанизал на заклятие. И повторюсь, если хочешь, чтобы она осталась жива, то собирай манатки и улетай. Может так и свою шкуру сохранишь. Я начал съезжать вниз по косяку, перед глазами все прыгало, а желудок собирался изрыгнуть все, что в нем осталось. Антип ухватил меня за волосы и задрал голову, чтобы я не разрывал с ним зрительного контакта. – Ты меня понял, Серый? – Не смей ее трогать! – рыкнул я и сразу же перед глазами почернело. Это сложно было назвать привычной мне болью, ведь у оборотней ее порог намного выше. Нет, леска внутри меня словно на куски кромсала плоть. По одному лишь немому приказу ее творца. – Порычи мне тут, – как-то лениво ответил Антип и выпустил мои волосы. Моя голова сразу же свесилась. Дыхание удалось выровнять не сразу. Я уже сам посмотрел на него, пытаясь отыскать хоть что-то человеческое, но нет – глаза Антипа были пусты. Он словно и не человеком был из плоти и крови, а бездушной машиной с глазами-камерами. Камеры! Я метнул взгляд в сторону видеотехники в холле, но Антип опять страшно растянул губы в улыбке: – Тупой щенок ты еще, Серафим. Думаешь, я от таких вещей не страхуюсь? Ничего они не запишут. Не было меня здесь. Ты сам собрался и вылетел на Алтай. Потому что тебе насрать на нее. Ты послушная псина. А еще корыстная и безжалостная. Вот, что будет знать про тебя Арина. А ведь ты ей так сейчас нужен… Я собрал все силы и кинулся на него, но лишь сделал шаг, а потом упал к его ногам, хрипя от боли. Перед глазами опять была темнота. А внутри страшная агония. Мне казалось, что эта леска уже врезается в мои кости, ломая их изнутри. Что за блядская магия! – Повторяю, собирайся, я отвезу тебя в аэропорт. И тогда я сохраню ей жизнь. Я не верил Антипу. Да как такому человек можно вообще доверять! Жизнь Арины он сохранит уж точно не из-за моего послушания. Но сохранит. Пока. А я выиграю время, найду решение и вернусь. – Я прослежу, – оскалился я, на что Антип хмыкнул и покачал головой, мол, я ж говорю – наивный щенок. Может я и был в его глазах не таким опытным оборотнем, как Ворон, но вот слов на ветер не бросал. Пусть лучше он не считает меня угрозой, это очень облегчит мне мою задачу убить его.