Глава 9

Праздник был уже в самом разгаре, когда Арон привел меня в огромный зал. Я опять надела белое платье драконов, мечтая о своей одежде. Арон переоделся, теперь на нем вместо формы был расшитый серебром сюртук и темные штаны, черные волосы собраны в хвост на затылке, вместо татуировки живой огонь, который жил своей жизнью, переливаясь золотистым огнем. Меня чуть не передернуло от его вида. Никому не пожелаю вечную боль.

– Тебе не больно? – решила все же спросить у дракона.

– Нет Илиана мне не больно, видимо, жидкий огонь предназначен для драконов поэтому, и жег тебя.

– Странно что он вообще был у меня, – прошептала я, так как мы уже подходили к центральному месту за столом.

– С меня рассказ, что такое жидкий огонь, – Арон нагнулся к моему уху, чтобы я лучше слышала и до меня донесся его запах, дым костра и сладкая мята. Я вдруг подумала, что сегодня этот мужчина будет со мной в одной постели и стало жарко, и от страха и от желания, все вместе ядреный коктейль.

Арон помог мне сесть в кресло с высокой спинкой, и я осмотрела зал. Драконов собралось много, уже подвыпившие гости кричали нам пожелания. Арон наложил в тарелку мяса и овощей, налил мне красного вина. Есть и пить мне не хотелось, немного подташнивало.

– Это ненадолго, сейчас жрец даст нам наставление и нас проводят в опочивальню молодоженов. – Шептал мне Арон.

Я еле пересилила себя, чтоб не отодвинутся от него. Его слова показались мне угрожающими. Я успокаивала себя, ведь не невинная девчонка, которая не знает, что делать в постели с мужчиной, но перед глазами лицо Инетра, его глаза, которые пронзают холодом и его слова «Ты моя?». Я понимала, что все это всего лишь страхи, что Инетр остался там, в далеком оазисе Немисилов и я больше никогда его не увижу, но все равно было страшно. Когда тебя пьют, как вкусный напиток, смакуя каждый глоток это страшно.

Пока я предавалась самолечению и успокоению, время отпускать молодых наступило. Драконы уже порядком набрались и с разных сторон неслись шуточки, чтобы Арон не посрамил род драконов и быстро наделал, много мелких драконят. Арон усмехался, кивал и вел меня к жрецу, который переоделся в красный балахон и держал в руках веревку. Этой веревкой он связал наши левые руки и сказал пару слов на рыкающем драконьем языке. Потом мы опять прошли под веселые подначивания драконов на выход. Арон поддерживал меня и отбивался от монет, которые на нас иногда кидали.

– Древние обычаи иногда бывают дикарскими, – улыбался он, – но от них не избавляются.

– Вполне нормальные, – сказала я.

– Раньше вместо монет кидали золотые слитки, – Арон рассмеялся, –считалось, что золото помогает в быстром зачатии.

– Да удар слитком может выдержать не каждый, – согласилась я.

Мы молча шли за провожатым, которым в это раз был жрец. Перед дверью в опочивальню он еще раз прочертил в воздухе свои замысловатые знаки и открыл нам двери с наставлением:

– Муж пусть будет решителен, а жена послушна.

Арон фыркнул, а я наверно, побледнела, надеюсь, у драконов не принято жен дубасить перед сексом.

Дверь за спиной закрылась, и я мысленно в который раз сказала себе, что Арон не Инетр и выпить меня не сможет, если только обжечь…

Дракон снял с наших рук верёвку и спокойно прошел к большому окну, открыл его, впуская в комнату ночную прохладу. Вдалеке слышались звуки гуляний. Простые драконы тоже праздновали свадьбу наследника Смарглов, обычаи должны быть соблюдены.

Арон снял сюртук, оставшись в рубашке, повернулся ко мне стоящей столбом возле двери. Мои мышцы словно задеревенели, даже губы не хотели двигаться в улыбке.

– Илиана? – Арон подошел ко мне, заглянул в лицо, улыбнулся, – Я обещал тебе рассказ о то, что такое живая кровь. Хочешь послушать?

Я с облегчением, что секс откладывается, тут же закивала.

- У меня есть твои вещи тени передали так что можешь переодеться, – Арон показал на дверь в ванную. Я схватила вещи, и в другой комнате прижалась лбом к двери успокаиваясь. Я сильная, я все выдержу, Арон не болван и не накинулся сразу, значит, можно не бояться, что он будет жесток.

Я выдохнула, мысленно поблагодарила теней за то, что они подумали о моем комфорте и переоделась в белую сорочку, которая, впрочем, просвечивалась. Самое то, чтобы соблазнить мужчину, взяла свои слова о комфорте назад, вот же гады, могли бы другую рубаху передать. Я в таком раздрае, что даже не подумала о том, во что переодеваться перед брачной ночью.

Рубаха была из ажурного кружева, а в самых значимых местах имела матерчатые вставки, которые не скрывали ни торчащие соски, ни темный треугольник внизу. И как мне выйти? Прикрывать руками все стратегические места? Предстать жалкой трусихой? Никогда! Я не буду трусливой неженкой! Я выдохнула, поплескала на горящее красное лицо холодной водой. Это надо выдержать с честью, чем черт не шутит, вдруг получится забыть о страхах и выкинуть из головы Инетра. Арон красив и как мужчина и мне нравится, все должно пройти хорошо.

Арон уже снял рубаху и остался в одних штанах, его кожа мерцала в свете ночников, он смотрел в окно. Когда я вышла, он бросил на меня спокойный взгляд и прошел к столику, на котором стояли фрукты, всевозможные нарезки и вино. Налил нам в бокалы красной жидкости и протянул один мне:

– Выпьем за наше будущее Илиана, думаю у нас оно будет веселым.

– Не то слово, – выдохнула я и прошла несколько шагов к столику, взяла бокал и быстро выпила половину. Нужно унять внутреннюю дрожь, успокоится, расслабится.

Арон хмыкнул:

– Я не животное Илиана и нападать на тебя, когда ты не готова не буду, но ты должна понимать, что я мужчина, а ты красивая девушка.

Я проследила за его взглядом, который остановился на его оттопыренной ширинке, глотнула больше, чем следовало, и подавилась. Позорище. Арон тут же пришел на помощь, забрал из моих рук бокал и помог дойти до кровати, пока я кашляла.

– Аккуратней дорогая я не хочу, чтобы меня обвинили в твоей смерти, – голос его был весел.

Очень хотелось провалиться сквозь землю.

– Итак, – Дракон развалился на кровати и подперев ладонью голову, посмотрел на меня, – рассказ о живой крови.

Я расслабилась, никто на меня пока не посягает.

– Ты знала, что раньше наш мир был прекрасным полным жизни? Не было пустыни, не было долин и оазисов, и тут жили люди. Все это всего лишь сказки, но в каждой сказке есть доля правды, ты не находишь?

Я кивнула, про то каким был Мирсус раньше, я не знала, и про то, что были одни люди тоже не знала.

– Продолжай, – сказала я.

– А потом был конец мира, – Арон хмыкнул, — разные источники, описывают это по–разному скажу, как я думаю было на самом деле. Что–то прилетело к нам, из черной бездны, огромный кристалл, такой же какие питают наши оазисы и долины. Этот кристалл рассыпался по всему миру осколками, принося в мир разруху. Но это не все, эти камни оказались странными и там, где они появлялись, стала уходить жизнь. Пропадали животные, не росли растения, испарялась вода, так пришли в Мирсус пустыни. Там, где находился сам камень, оставалась природа, но вокруг все исчезало. Так узнали, что кристаллы иссушают жизнь на Мирсусе, но питают то место, в которых находятся сами.

Люди тогда были умными и стали искать выход, как жить дальше, они изменяли себя. Так появились чароги, которые взяли за основу силу кристаллов и питались из них энергией, и драконы, которые решили сохранять природу, но жить с изменённым миром в согласии.

– А живой огонь, что такое он?

– Как ты понимаешь, всегда была верхушка власти у всех, и у людей и чарогов, и драконов, так вот императоры драконов были первыми изменёнными и имели больше прав на долины чем другие драконы. Живой огонь — это ключ к любой долине. Вы чароги считаете, что мы драконы не владеем магией, это ошибочное мнение, просто вы как паразиты присасываетесь и пьете кристаллы, а мы сосуществуем с ними в паре. Живой огонь позволит мне управлять любой долиной без привязочного мага. Он сжигает привязки, любые привязки, и настраивает долины на хозяина. По крайней мере, так писалось в старых свитках.

После гибели императорской семьи на уничтоженном столичном осколке, живой огонь пропал, и никто не знал где он. Наверно, твои предки были внебрачной ветвью, к которой перешел огонь после смерти императора. Он сам выбирает следующего наследника, и ими оказались чароги. Из союза чарогов и драконов не рождаются мешанки, или чарог, или дракон, смотря кто сильнее, из этого следует, что вы потомки, одной из побочных императорских ветвей.

– Ого! – я с удивлением посмотрела на светящуюся рану Арона. – Удивительно, универсальный ключ драконов у чарогов. Запоздало я вдруг вспомнила о сундучке матери, надеюсь, там я найду ответы.

И пускай я многое не поняла из рассказа Арона, для меня еще много пятен в истории Мирсуса, но теперь становится все намного понятнее.

– А то что раньше долины и оазисы летали, правда?

– Говорят, что правда, с течением времени считается, что кристаллы слабеют и поэтому перестали летать. Ты должна понимать, что прошло уже немало лет, веков и даже тысячелетий, а за это время многое может измениться.

– Понимаю, – я замерла вдруг поняв, что Арон уже давно сел и придвинулся очень близко.

– Ты очень красива Илиана, – шепнул он мне. – У тебя нежная кожа, – его пальцы легко коснулись щеки. – У тебя прекрасные глаза, цвета темного меда, – он гипнотизировал голодным взглядом, а я замерла как мышка, боясь пошевелится. – У тебя сладкие губы, – он тут же коснулись моих губ своими, вызывая мелкие покалывания, и забирая последние остатки желания сопротивляться.

Ведь не все так страшно, у него ласковые руки, которые нежно касаются груди, постепенно развязывая завязки. Мягкие губы, которые чертят дорожку от губ к соску, останавливаясь на мелко дрожащей венке, пульсирующей на шее.

Не заметила, что уже лежу и прикусываю губы, чтобы не застонать, где–то на периферии сознания кричит от ужаса моя паранойя, но я гоню её прочь, не позволю управлять страхам моей жизнью. Мне нужна метка замужества, чтобы стать свободной ото всех, а Арон не самый плохой случай, чтобы ее получить.

Он выбрал правильное поведение в нашем положении, медленное и нежное соблазнение. Его восхищенный шепот ласкал мой слух, его руки расслабляли и массировали тело. Даже магия внутри меня текла медленно, и расслабленно, не доставляя проблем, как обычно.

Я любовалась телом Арона, он прекрасно сложен, красиво выделяются жгутами мышцы, медленно перекатываясь под смуглой гладкой кожей. Плоский живот со всеми нужными «кубиками». Длинные накачанные ноги, упругая задница, которую приятно сжимать ладонью.

Когда он накрывает меня своим телом, пристраиваясь между ног, я сама помогаю ему быть ближе, обвивая ногами талию, цепляюсь пальцами за широкие плечи, оставляя красные полосы. Он божественно пахнет, все та же сладкая мята с горькой ноткой дыма, я лизнула смуглую кожу, чтобы ощутить его ярче.

Он впился в губы поцелуем, а сам медленно вошел в меня. Это было не больно, я была расслаблена и даже получала удовольствие, хотя мой мозг все анализировал и просчитывал

Арон рыкнул и стал двигаться, сначала медленно выходя на всю длину своего орудия, потом все сильнее и глубже, вызывая у меня крики наслаждения. Он заглушал их поцелуями, выпивая мой крик, и наслаждаясь тем, что я ему отвечаю, выгибаюсь, подставляя под горячие поцелуи и шею, и грудь.

Оргазм был пронзительным, яростным, он выбил из сознания на несколько секунд, но я успела увидеть, как Арон замер, его вены на виске вспухли от напряжения, он исторгнул громкий стон рык, и его семя жаркой волной послало последние сладостные спазмы оргазму. Обессиленная я замерла под тяжелым подрагивающим телом. Хотелось улыбаться, и я это делала. Я смогла отринуть страхи, которыми заразил меня Инетр и стать опять женщиной, а не трясущейся мышью. Арон перевернулся на спину рядом, отдышался, потом оперся на руку и наклонившись надо мной нежно поцеловал в губы: - Ты прекрасна жена моя, — сказал он гортанным голосом, от которого у меня мурашки по коже побежали. Я видела, как сверкают его глаза, с каким голодом он сморит на мою грудь, — Не желаешь повторить? - Ты так ненасытен, — я рассмеялась. - Тебе не понравилось? — С тревогой посмотрел он мне в глаза. - Все понравилось, — я потянулась к нему он тут же поцеловал меня, добрался до груди и стал нежно покусывать вызывая сладкие судороги внизу живота. - Ты вкусная, притягательная, а как ты кричишь... м-м-м сказка для ушей. - Я не кричала, — попыталась столкнуть с себя дракона. Рассмеялась, когда он стал нюхать мою шею и лизать её словное большое урчащее животное, — Щекотно! — Отбивалась я от его нежностей. Может, иметь мужа не такое уж и гиблое дело, я нежилась под его губами. Тут далекие крики праздника прервались оглушающим грохотом. Замок содрогнулся.

Мы замерли, ошарашенно переглянулись. За окном происходило что–то непонятное, что может так пошатнуть долину, я не представляла. Стали раздаваться крики боли и рык драконов. Арон вдыхал воздух словно вынюхивая что–то, а я обшаривала вторым зрением пространство.

– Твари бездны, – рыкнул Арон.

– Магия, – удивленно сказала я.

Наши голоса слились в один, Арон подскочил с кровати и стал быстро одевать подштанники. Я последовала его примеру и натянула на себя прозрачную рубаху.

– Нам нужно уходить, соединиться с другими, если прорыв большой нам одним не совладать нужно выживать группой.

– Мои тени, мне нужно к ним.

Арон на секунду задумался, потом кивнул, открыл шкаф и стал вытаскивать вещи.

– Вот это моя одежда одевай, времени потом может уже не быть.

Мы молча одевались, переглядываясь и не тратя время на разговоры. Мне рубаха и штаны были великоваты, но я подкатала рукава и штанины чтобы не мешались, волосы быстро сплела в косу, если придется вступать в бой, они будут мешать. Внутри меня все дрожало, от применяемой рядом магии, я хотела сказать Арону, что это кто–то из чарогов, но он стал торопить:

– Быстрей Илиана, твари убивают быстро.

Было страшно, впервые я увижу тех, кем пугают сейчас весь Мисус.

– Пойдем переходами для слуг, – Арон тащил меня за руку так быстро, что я еле успевала перебирать ногами. – Забираем твоих кровников и идем к моим соратникам, я тоже не могу бросить свой отряд.

– Конечно, думаю, они недалеко от моих людей, – я тут же согласилась, семьи погонщиков, которые решили идти за мной, нуждались в защите. Нападение отобьют, долина Смарглов большая и сильная, чтобы ее так просто можно было уничтожить. Арону нельзя потерять своих драконов, а мне нельзя потерять своих людей. Брачная ночь у меня будет незабываемая…

Близнецы были уже собраны с заплечными сумками, которые я приказала пошить еще в оазисе Немисилов, и назвала их тревожной сумкой. Там были все необходимое на несколько дней. Терий накинул на плечи мне бурнус, а Нинья помогла застегнуть на пояс ножны с моим оружием. Тоже не лишне, иногда магия не всегда успевает отбить удар. Я уже поставила щит на наши тела, радуясь, что энергии скопилось немало, так что хватит надолго, если не вступать в схватки.

– Как выйдем из замка, быстро отбегайте в сторону, – сказал нам Арон, – Я обернусь.

Неслись по замку полному суматошно бегающих драконов, стараясь не потеряться. Гости враз протрезвели и собирались семьями, чтобы защищаться.

– Дыханий Бездны несколько штук, – кричал какой–то храбрец, вылезший на балкон. – Одна во дворе замка, лучше никому не выходить, там что–то происходит.

– Ждать, когда они высадят дверь и мы будем бессильны обернуться? – хмуро сказал один из старых драконов. – Нам нужно много место, я иду наружу.

– Я вижу еще черные воронки, – продолжал информировать остальных драконов глядящий, – По всему городу. – Он вошёл в зал и потерянно осмотрел на гудящий и переполненный драконами и людьми слугами зал.

– Что стоим все на защиту долины, это наш дом, – воскликнул отец Арона и драконы, оставляя семьи устремились к огромным дверям, которые все еще были закрыты.

Наша группа, прижимаясь к стенам тоже шла на выход.

– Как такое могло случиться? – слышалось то с одной стороны, то с другой. – Почему не работает защита долины?

– Илиана, не отставай, – Арон ухватил меня за руку и крепко держал.

Замок периодически сотрясало от сильных магических выбросов, с потолка сыпалась мелкая крошка, было страшно, что вся эта груда камней, может сложиться, как карточный домик.

Как только мы вышли из замка на широкое крыльцо, тут же ушли с близнецами в сторону, как просил Арон. Драконы перекидываются во вторую ипостась быстро, вместе с одеждой, которая остается на них, когда они перекидываются обратно в человека.

Арон не торопился, рассматривал, что там твориться на площади перед замком. А там творился апокалипсис. Черная клякса, маслянистая мерзкая расползлась на метров двадцать в диаметре. По ее периметру ходила дымчатая воронка, создавая вихри ветра. Воняло так, что слезились глаза. Не зря Арон говорил о запахе, не унюхать его было просто невозможно. Канализация с протухшей рыбой и рядом не стояли.

Черная клякса непрерывно булькала и вспухала, выпуская мелких похожих на крыс переростков существ. Они словно рождались из этой мерзости, и сразу бежали, теряя на ходу склизкую гадость. Острые зубы черным прозрачным хрусталем сверкали в пламени огня, которые небольшими островками были разбросаны повсюду. Некоторые драконы уже сражались на площади, и небольшая кучка гостей и людей пробирались на выход из западни, которой сейчас представлялась площадь с ее высокими стенами.

Но больше всего меня поразило не это… прямо посередине площади в окружении огненного урагана стоял чарог, к тому же изменённый, что само по себе зрелище завораживающее. Высокий около двух метров может больше, разорванные вещи ошметками свисают с белого литого тела. Я никогда не видела чарога в боевой форме, даже отцу тяжело ее держать, хотя он аронт оазиса и давно ее себе создал.

Это по–своему и красивое, и ужасающее зрелище. На пальцах острые когти, ноги тоже прошли трансформацию представляя собой почти лапы с острыми когтями. На спине бугрились мышцы, переливалась по вылезшим наружу каналам магия, а на голове органично сливаясь с белыми волосами сверкали энергией рога. Чарогов поэтому так и называют, из-за рогов, которые в боевой форме накапливают энергию, «ча» – магия, энергия, «рог»– рога.

Я содрогнулась, мне тоже предстоит стать такой же «красавицей» мои мозги еще не привыкли к другим стандартам красоты и силы.

– Что тут делает чарог? – Удивился кто–то рядом.

– Не все ли равно, если он помогает убивать тварей, – ответили ему.

Зато мое сердце предательски стучало, интуиция кричала мне, что это Инетр. Я узнала его по движениям, по посадке головы, по тому, как он разминает плечи, этот вид полностью подходил к его хищным повадкам. Руки и ноги мои похолодели, хотя кругом было жарко, уши оглохли, хотя кругом было очень шумно, время словно замедлило свой ход. Чарог словно почувствовал мой взгляд и разодрав на две части очередную тварь, медленно обернулся.