Глава 18

Все время, отведенное для отдыха перед экспедицией, я провела в столовой и на кровати. Вроде бы питалась хорошо, нужные микроэлементы специально добавляли в напитки, но силы восстанавливались медленно.

Никогда не была лентяйкой. Всегда хорошо училась, много читала, а тут вроде ничего не делаю, а чувствую себя выжатым лимоном, в то время как даже сонный Над уже вовсю носится с братцем и налаживает контакты с другими новобранцами.

Я встаю, вроде бы бодрая, но уже скоро снова хочу спать. Хотя все показатели в норме — они постоянно сканируются через планшет.

Сегодня встали по сигналу и начали собирать вещевые мешки, сверяясь по плану, скинутому каждому новобранцу. Небольшой список, но вес вышел приличный. Подергала рюкзак и вздохнула: да, с таким не то что ланью скакать, просто бежать будет нелегко.

— Слабая ты, Ника, — подытожил Дун после нескольких дней наблюдений за мной. — Тяжело тебе придется в экспедиции. Поэтому совет: не отставай от группы, держись рядом с Зустом и будь осторожна. Капрал, конечно, не добряк, однако будучи в хорошем настроении может помочь.

— Он, как куратор, не заинтересован, чтобы процент пострадавших превысил контрольный показатель, — приободрила Эоло.

— Спасибо, — выдохнула я, отгоняя грустные мысли.

Надела лямки вещевого рюкзака, попрыгала, приноравливаясь к смещённому центру тяжести, и подошла к двери, где уже стояли первые собравшиеся.

Дождавшись остальных, мы перешли через переход к зоне ожидания космолета.

Наше задание звучало просто: используя необходимые навыки, сведения и оборудование, разыскать залежи особо ценного кристаллического гриба в системе Анноут. Все понятно и кажется обычным испытанием, вот только на деле задание смертельно опасное. Из уст в уста новобранцы передают слухи, что Анноут кишит злобными тварями, почва под ногами взрывается лавой, и, вообще, атмосфера ядовитая для большинства рас.

Серебристый учебный комсолет, подлетевший на площадку, был небольшим. В него и стала загружаться вся наша группа.

Сосредоточенный и злой Зуст раздал последние наставления. С прищуром оглядел каждого, сверил со списком и грозно рыкнув, чтобы постоянно были на чеку, запрыгнул в звездолёт.

«Ничего, главное не терять бдительность и помнить всё, чему нас учили. Пусть и в ускоренном режиме, — пообещала себе. — Все будет хорошо».

Рассаживались по местам торопливо. Едва активировали гравитационное поле в креслах — закрылся люк, загудели двигатели, и мы полетели навстречу Анноуту.

Это по земным меркам расстояние огромное — шутка ли, пересечь соседнюю галактику. А тут подобные перелеты — обычное дело, как в пригород съездить.

Из дремы вырвало оповещение, раздавшееся из динамиков:

— Начинается спуск, приготовиться к приземлению.

Как учили нас на курсах, я перечислила в голове правила безопасности и активировала скафандр.

Чем ближе подлетали к Анноут, тем сильнее ощущалось притяжение.

Дышать стало труднее. А потом космолет задрожал, заскрипел… тревожно замигали лампы сигнальной сирены.

На курсах мы получили первые навыки управления, элементарной инженерии, но сейчас происходило что-то не то. Это понимал каждый из новобранцев.

— Аив, что там? — по связи обратился Зуст к пилоту.

— Неопознанный флагман класса 3. Вмешательство извне… — разорвал напряженную тишину ответ.

И верно — двигатели гудели, тянули корабль вперед, только двигался космолет в обратном направлении и рывками, будто муха из последних сил пытается вырваться из липкой паутины.

— Неопознанный флагман. Гравитационное притяжение…

— Да кому нужен учебный корабль? — нервничая, пропищал Дун, сидевший рядом со мной. — У нас еще грабить нечего!

Сердце кольнуло тревогой. Появилось стойкое ощущение, что неизвестный флагман появился здесь по мою душу. Ведь Леорх обещал до меня добраться. В академии не смог, а вот в космосе…

Наш корабль медленно, но неумолимо притягивало к неопознанному флагману. Зуст и его помощники с оружием встали у входного люка, готовясь встретить нападающих.

Мне стало страшно, как никогда.

«Если это Леорх — я пропала!» — оставалась слабая надежда, что это мог быть Вейнаш, но тут проснулась прагматичная, циничная Ника, которая не верила, что арахнид будет рисковать собой в третий раз. Не такая уж я ценность, чтобы так подставляться. А, может, это вообще пираты, и тогда всё ещё хуже.

Внезапно по салону корабля прошла невидимая волна… — почти сразу же стало темно, гравитационное поле в креслах ослабло, а сам корабль лихо полетел вниз…

Связь пугающе молчала.

«Неужели нападающие применили ЭМИ? — я знаю, после электромагнитного импульса вырубаются все системы, а значит… — Мы разобьемся!»

Мгновения в дрожащем нутре космолёта тянулись медленно. Только светящиеся головы двух ниагов, разгоняли тягучий, пугающий сумрак.

— Всем держаться! — успел крикнуть Зуст, прежде чем корабль сильно ударился обо что-то. От удара входной люк погнулся — в нем образовалась трещина, в которую тут же стал стремительно утекать кислород и не прикреплённые в салоне предметы. Трещина разрасталась, усиливая поток тяги.

Космолет продолжал падать.

Я держалась за сидение изо всех сил, но при очередном ударе Дуна подкинуло. Он налетел на меня и вышиб из кресла. Нас выбросило в проход и с силой потащило к треснувшему люку…

Ломая ногти, я пыталась ухватить хоть за что-то. Еще тяжелый эвгер, как гиря тянул за ногу. Но никто не спешил помогать, даже Зуст оставался на месте, спасая свою шкуру.

Из последних сил я вцепилась в подвернувшуюся под руку железяку, но она под нашей тяжестью сломалась, и с обломком в руке я с эвгером, намертво вцепившемся в мою ногу, вылетела в трещину, которая уже превратилась в огромную дыру.

Думала — разобьемся насмерть, но за спиной, в ранце заработали двигатели, и нам удалось без серьёзных травм приземлиться на синий, вязкий грунт.

— Ты гаденыш, Дун! — прошептала я, пытаясь отдышаться и прийти в себя от шока. Из-за адреналина сердце скакало, как сумасшедшее.

— Не ворчи! — пропищал Над. — Живы же!

— Не надолго! — взволнованно уточнил Дун и ткнул пальцем в ближайший холм. Мы затихли, тревожно вглядываясь в покатый пригорок.

— Надо включить ложный маяк! — спохватилась я, вспомнив, как следует поступать в подобной ситуации.

— Так включай же скорее, не тупи! — пропищал Над.

Я попыталась, жала со всей силы дрожащими пальцами на маячок, но оборудование никак не реагировало.

— Чёрт, чёрт! Не получается! — взвыла не хуже сирены и со злостью. Ещё раз надавила на значок, чуть не сломав палец.

И будто уловив нашу панику, пригорок пугающе задрожал и стал увеличиваться в размерах. Кажется, сейчас нас настигнет очень большой писец.

— Бежим! — крикнула я, не придумав ничего лучше. И пока ногу не тяготила гиря в виде двухголовой ящерицы, попыталась встать, но грунт, тягуче мягкий, не желал так просто отпускать меня.

С трудом перевернулась на бок и заметила, что над нами завис огромный флагман, а над ним еще один, очень странной треугольной формы.

Но нам было не до разглядываний подробностей. В первую очередь нужно уносить отсюда ноги. Любое промедление может стоить жизни. Поэтому ползком на брюхе, сцепив зубы, медленно, но целенаправленно поползла к учебному космолету. Главное отсидеться, а потом за нами прилетит спасательная шлюпка…

Не успела.

Неожиданно луч очертил на синем грунте четкий квадрат — я оказалась в его центре, и меня тут же потянуло вверх.

Я закричала. Рядом заверещал эвгер в два голоса. Наши отчаянные крики заглушил рев двигателей третьего флагмана, и уже скоро нас втянуло в открывшийся люк треугольно корабля — большого, просторного и очень странного, от владельцев которого не ожидаешь ничего хорошего.

Нутро космолета выглядело не как построенное обычным способом, а разросшееся по странным формулам и расчётом каким-то живым организмом.

Люк под нами закрылся, и мы с ящером оказались на теплом, испещренном выпуклостями и впадинами полу.

Никто не спешил к нам, не окружил, как должно быть в подобных случаях, что странно.

Я осторожно подняла голову, огляделась и увидела тёмную фигуру арахнида. На душе тут же стало легче.

— Вейнаш?! — окликнула, всё ещё не веря. — А когда арахнид вышел из тени, вскрикнула, не сдерживая радости. — Вейнаш!

Но подняться и подойти к нему не было сил. Он сам приблизился, бережно подхватил на руки и прижал к себе, как самую великую ценность.