7. Легенда о рыжих талисманах

Меня уговаривали почти неделю. Держалась я стойко.

— Не хочу замуж! Ни по-настоящему, ни понарошку!

— Послушай, Миа, — терпеливо уговаривала меня Ванесса, — на Аквариусе есть традиция, еще со времен первых переселенцев — назначать одну из пар талисманом фестиваля. Всего-то делов: поносить на голове веночек из свежих цветов, раздать пару благословений, потанцевать, поесть вкусностей, пококетничать…

— С кем?

— С кем угодно! По традиции парни будут пытаться отбить тебя у суженого, в нашем случае это Томас. И кстати, были случаи, что отбивали. Праздник-то длится целых семь дней. Томаса это тоже касается — жениха также могут попытаться сманить на сторону. Но это все шутка! Для вас — шутка! Свидетельство о браке, заключенном на периферийных планетах, в Метрополии не действует! Не о чем волноваться!

— Как не о чем?! Меня выдадут замуж! И священник небось будет. И запись в мэрии!

— Будут, — призналась Ванесса. — Но в Кластере ты опять станешь незамужней девицей. Никто в случае твоего следующего брака не будет посылать запрос на Аквариус.

— Но почему я и Том? Выберите кого-нибудь другого. Пусть они едят и отбиваются.

— Дело в том, что одними из ранних поселенцев на Аквариусе были рыжеволосые девушки и юноши, целых три пары! Это оказалось добрым предзнаменованием, и первые годы после их тройного бракосочетания были очень плодородными, с дождями, понимаешь? На Аквариусе дожди — до сих пор благословение божье! Мы каждый год ищем пары рыжих, а в этом году ну ни одной!

— Ты же сама сказала, это понарошку!

— А я вообще не суеверна и считаю всю историю красивой легендой! Тем более сейчас, после терраформирования. Но люди-то верят.

— На Окинаве в лесах янбару живут рыжеволосые духи бунагайа, — задумчиво произнес Итиро. — Довольно шкодливые существа, любят пошалить и шуточки у них… специфические. Я хотел сказать, кому как не Мие изображать рыжий талисман.

— Господин Синклер! — возмущенно отозвалась я.

Эл опустил голову к тарелке, плечи его дрожали.

— Детишек по головке трепать, пробовать вкуснейшие пироги с ревенем, кто-то и подарок поднесет… и деньги! У вас будет корзинка для пожертвований на вашу будущую семейную жизнь! Считается, что жертвователей ждет удача и процветание. В прошлом году молодожены-талисманы собрали семь тысяч цоло, им хватило, чтобы обставить мебелью домик на побережье, — выпалила Ванесса.

Взгляды команды направились на меня. Мария смотрела так, словно я собиралась у нее конфету изо рта забрать. Эл хихикал. Роузи подсчитывала что-то в уме, подняв глаза к потолку столовой — циклонша явно прикидывала, сколько продуктов можно закупить на семь тысяч цоло. Айви вообще чуть ли не подпрыгивала на стуле от восторга. Мистер Левен сказал:

— Миа, я несколько раз бывал на празднике урожая на Аквариусе. Это был фантастический опыт. Столько людей! Танцы! Вкусная еда! Конкурсы! И только представьте, как хороши вы будете в длинном ситцевом платьице и с веночком на волосах.

Я с подозрением уставилась на Йохана. Вроде не издевается, а всерьез.

— Томас, ну ты хотя бы скажи! — взвыла я, обращаясь к последней инстанции, способной прекратить это безумие. — Ты ведь не станешь участвовать в подобном сумасшествии?!

— Отчего же? — небрежно сказал Кавендиш, глядя на потолок. — По моему, прекрасная возможность подзаработать, ничего не делая, заодно наесться от пуза. Я — за.

… — Тебе бы все… жрать? — возмущенно сказала я Томасу после ужина.

— Мы уже на ты, дорогая? — отозвался он, лениво подняв брови.

— Привыкай! — рявкнула я, разворачиваясь к нему спиной.

— Ты тоже привыкай, милая, — проговорил он мне вслед. — На нас заключительный этап погрузки завтра утром. А как же? Муж и жена — одна сата… нам суждено нести тяготы, делить всю работу, я хотел сказать, пока смерть не разлучит нас.

Я зарычала и пошла к Огурчику. Кью уже второй день послушно изображал из себя беременную особь, а не ковбоя. Под корнями дерева в «парке» шло активное строительство гнезда. Кью каким-то образом сумел собрать все сухие травинки на лужайке. Я тщетно пыталась понять, как он это сделал, перебрав все возможные варианты (не псевдоподиями же!), пока он сам мне не показал. Оказывается, мишура на голове у Огурчика удлинилась и затвердела до состояния проволоки. Кью действовал своей гривой как щупальцами, шустро «подметая» лужайку. Сухой травы ему явно не хватало, а зеленая почему-то не устраивала. В какой-то момент его заинтересовало дерево с Окто с корой, похожей на кокосовое волокно. Я помогла Огурчику ободрать пучок нитей, и он радостно потащил их в гнездо.

Я заглянула под корни. Стало понятно, что состав «сиропа» у муарманца изменился. Кью обмазывал им свою добычу, вплетая строительный материал, поднимая стены гнезда, и уже успел соорудить сантиметра три твердой, как камень, чаши. Я почему-то думала, что отпочковавшись, детеныши муарманцев сразу становятся самостоятельными. Видно, ошибалась, и младенцам еще какое-то время требуется забота и уход родителя.

…Утром в грузовом отсеке Томас деловито поставил меня за пульт. На панели отображались все позиции груза и передвижения киберов. Йохан притащился следом, сел на мостик, свесив ноги. Мне было немного страшно от лязга и грохота погрузчиков — за ночь Том и Эл собрали из миниатюрных роботов настоящих монстров с клешнями-манипуляторами, а рабочие с Аквариуса привезли своих грузовых киберов. Я отслеживала их работу на вирт-панели. С другой стороны шлюза ящики со взрывчаткой и деталями грузились в отсек челнока. На мой взгляд, Том и Эл и сами неплохо справлялись, я была лишней в этом организованном хаосе.

— А ты тут зачем? Иди гуляй. Все равно отслеживание производится автоматически, — сказал Эл, подходя к панели.

Я фыркнула и кивнула в сторону Томаса. Эл почему-то посмотрел на Йохана, сидящего на мостике и сказал:

— Мистер Левен — настоящий сердцеед. Что довольно странно, учитывая, что его любовь к одиночеству и тайному поеданию пирогов.

— Йохан кажется мне очень милым, — сказала я. — Он для нас вроде пропуска на Аквариус.

— Ты тоже, надеюсь, хорошо сыграешь роль невесты и заработаешь деньжат, рыжик.

— Между прочим, бессовестная эксплуатация моих генетических особенностей меня как бы унижает!

— А вот Том не против.

— Интересно, он сразу, как «пробудился», решил, что жизнь положит на то, чтобы влезать во все возможные авантюры? — проворчала я.

— Кто бы говорил.

Я пожала плечами, признавая частичную правоту приятеля. И, кашлянув, деликатно задала вопрос, не дававший мне покоя с момента разговора с Ванессой:

— А ты? Как ты пробудился?

Эл не обиделся, задумался и ответил:

— Наверное, лет в семь. Кэт было десять, она увлеклась музыкой и пением и принялась загружать в меня свои проекты. До этого все было… как тебе сказать… очень упорядоченным, понятным и логичным, а потом мир словно раздулся, как воздушный шар, и я понял, что он сложнее самой сложной из программ.

— Вау, — сказала я. — Получается, у тебя большой человеческий опыт.

— Получается, что да, — кивнул Эл. — Но это как посмотреть. Итиро два года, а он помнит жизнь в прошлом теле, так что все это условно.

Мы посмотрели наверх. Синклер присоединился к Левену. Они что-то обсуждали с серьезными лицами.

— Итиро сказал, что вспомнил, кто такой мистер Левен, — сообщил вдруг Эл.

— Что?! Кто?! Кто он? — всполошилась я.

— Итиро не сказал. Сказал, что не может выдавать тайну человека без его согласия. Итиро удивился. Сказал, что это удивительно.

— «Сказал, не сказал», — передразнила я Эла. — Знаю я, как Итиро обычно распоряжается своей эксклюзивной информацией — выдает порционно, извлекая всю возможную выгоду. Будь тут Сеть, я бы давно сама вычислила мистера Левена. А вообще-то, мне не до него. Вам хорошо, а мне еще детишек благословлять.

— Так ты согласна? — обрадовался приятель.

— Куда я денусь? Марии сам мэр звонил, намекал на всякие бонусы в случае, если мы с Томом согласимся. А я не хочу замуж за Кавендиша. Он… у него старомодные взгляды. Видел? — я кивнула в сторону Томаса. — Сплошной контроль уже сейчас.

— А как иначе? — Эл виновато пожал плечами. — Вдруг тебя что-то расстроит или рассмешит, и ты прыгнешь. С открытым шлюзом и с людьми в грузовом отсеке это как-то…

— Постоянный присмотр, значит, — я вздохнула. — А вот возьму сейчас да как расстроюсь! Повод есть. Как я буду отгонять от Кавендиша девиц, если все они тут так любят рыжих? Начиная с нее.

Возле нашего «гибридника», то и дело кокетливо потряхивая волосами, уже крутилась Ванесса. Том цедил что-то сквозь зубы, делая вид, что сосредоточен на работе. Эл тоже заметил неприступный вид Кавендиша и сказал:

— Не похоже, чтобы Томасу она нравилась.

Я покосилась на приятеля.

— Ты, кажется, забыл, что я эмпат. Он со вчерашнего дня весь такой… взволнованный. И кто тут после этого сердцеед, а? Я переживаю исключительно за успех нашего матримониального мероприятия, — покровительственно пояснила я, чтобы Эл не дай бог ничего не подумал. — И вообще, почему бы Ванессе самой не перекраситься в рыжий и не выйти замуж за Томаса? Уверена, что у них тут и краску для волос контрабандой завозят.

— Не прокатит, — с видом знатока сказал Эл. — Рыжий — это не только цвет волос, это глаза, веснушки… кожа… характер.

— Веснушки можно нарисовать, а характер подделать.

Эл покачал головой.

— Ну, — смущенно сказала я. — Нет так нет, тебе виднее. Не знаешь, что у нас сегодня на завтрак? Умираю есть хочу.

— Яйца всмятку и бутерброды со свежим маслом и молодым сыром.

— Обожаю мэра Штольцбурга и его гостинцы!

… За ужином в наших рядах царила тишина — все наслаждались дарами органического сельского хозяйства. Ванесса выглядела немного недовольной, Левен, свежевыбритый и очень помолодевший, светился от счастья, Итиро не спешил разоблачать Йохана, зато Мария кусала губы, словно порывалась что-то сказать. Высказалась она за кофе с вафлями:

— Господин Левен, можно вас попросить отключить свою голограмму или по крайней мере запретить ей свободно передвигаться по судну и проникать в каюты?

Йохан покраснел, а я подпрыгнула на стуле:

— Вы тоже его видели?

— Видела, — суровым тоном сказала Маша, не сводя взгляда с бедного Левена, судя по виду, не знающего, куда себя деть. — И даже с ней говорила.

— Я надеюсь, — пробормотал Йохан, — он себе не позволил… ничего такого…

— Позволил, — отрезала Маша, поднося к губам салфетку. — И если это действительно ваше альтер-эго, странные идеи приходят вам в голову, мистер Левен.

— Что он сделал? — прошептал Йохан, вжимая голову в плечи.

Маша тоже слегка покраснела, подумала и все-таки сообщила:

— Он очень беспокоился за мою личную жизнь и предлагал вас в качестве кандидатуры для… ее улучшения.

Айви, все это время с мечтательным видом разглядывающая Левена, подавилась кофе.

— Это не я, — забормотал Йохан, — не я… Мария… Капитан, Невел совсем распоясался в последнее время, делает, что захочет.

— А, — Маша подняла одну бровь, — так значит, это была только его личная инициатива.

— Да… как бы… не то чтобы… возможно… — Левен запутался и затих.

— Так вы ее… его отключите?

— Не могу. Понимаете, программа клонировала себя во все электронные схемы яхты. Невел — часть «Звездного Ветра». Думаю, если отключить его, бортовой компьютер может начать вести себя неадекватно. Пэрри уже пробовал, если честно, у них были не слишком теплые отношения. Невел тогда просто отказал ему в доступе к некоторым системам, на три часа запер в туалете, и больше Пэрри не пытался.

— Эл? — Маша вопросительно посмотрела на парня.

— Капитан, боюсь, я мало что могу сделать, — признался мой приятель. — Я и раньше не понимал, что это за странный скрипт и почему он прописан во всех структурах. Сунемся туда — и спонтанные прыжки Мии покажутся нам наименьшей из проблем.

— Мы что, в рабстве у программы мутанта? — нахмурился Итиро. — Не стоит ли приплатить хакерам с Аквариуса, чтобы те переустановили всю систему?

— Невел хороший, — воскликнул Йохан. — Не стирайте его!

— Мы сохраним его образ на кор-плату. Можете в дальнейшем закачать ее какому-нибудь киборгу в качестве программы эмуляции личности, — предложил Синклер.

— Нет, — Левен покачал головой. — При перезаписи Невел утратит некоторые черты индивидуальности. Вы, наверное, не поймете, как он дорог мне… он мой друг. Капитан, прошу вас, не надо! Я поговорю с ним, попрошу больше так не делать. Не знаю, что на него нашло! Я ничего такого не предлагал!

Все посмотрели на Машу. Она сидела со странным видом, глядя сквозь Левена. Я вспомнила, что уже видела ее такой, однажды в лаборатории, когда она работала над статьей о Когниции. Что-то в словах Йохана заставило ее задуматься. Айви прикоснулась к руке сестры, Мария вздрогнула и произнесла:

— Хорошо. Но если это повторится, я, пожалуй, воспользуюсь рекомендацией Итиро.

Напряжение немного снял появившийся в столовой Огурчик. Муарманец медленно въехал в нее на Ти-сорок. Кибер был нагружен обрывками салфеток и кусочками сиреневой пряжи.

— Кажется, Кью позаимствовал у вас нитки, — смущенно констатировала я, обращаясь к Роузи.

— Да, но с моего разрешения, — с невозмутимым видом сказала циклонша. — Он попросил… ну… по-своему, а я поделилась. Убыток не так велик. Некоторые салфетки совсем истончились. В каюте семь есть перьевая подушка, обветшалая. Ваш зверек ею очень заинтересовался, но я подумала, что у детишек может начаться аллергия.

Мы все с умилением смотрели, как Кью объезжает столовую. Ти-сорок остановился у ножки стола Ванессы.

— Можно его погладить? — спросила врач.

— Кажется, он не против, — пожала плечами я.

— Я тебе нравлюсь? Милашка, — засюсюкала Ванесса, наклоняясь к Огурчику.

Она с утра ходила по яхте с распущенными волосами. Все остальные девушки, за исключением Роузи (паричок которой, подозреваю, был синтетическим), изобразили на головах разнообразные прически. Даже Левен увязал свою вымытую гриву в хвостик на затылке. Этому было объяснение — мы целый день работали: Айви помогала на кухне, я носилась по яхте с планшетом, отлавливая кибер-погрузчиков (которые опять увлеклись погоней за Огурчиком, вышедшим на промысел строительного материала для гнезда), Маша разбиралась с записями Пэрри и общалась с поставщиками продуктов. И только Ванесса расслабленно кружила возле Томаса, временами лениво осведомляясь, как чувствуют себя отдельно взятые вакцинированные.

Поэтому из всех присутствующих девиц Кью посчитал достойной чести приобщиться к возведению будущего дома для отпрысков именно простоволосую Ванессу. Он ловко подхватил несколько повисших ближе к нему прядей своими головными отростками и, дернувшись назад, деловито выдернул их под вопли врача. Наверное, ей было очень больно. Мы ей даже сочувствовали, но только вплоть до того момента, когда Ванесса начала весьма нецензурно выражаться. И опять всеобщее мнение высказала циклонша.

— Будьте же посдержаннее, милочка! — неодобрительно воскликнула Роузи. — Здесь присутствуют будущие дети! Где ваша культура? Всего несколько волосков, а столько неприличных криков.

Но Ванесса не хотела сдерживаться. Она желала крови. Томас перехватил ее, когда она рванулась к Огурчику. Кью укатил с трофеем под несущуюся ему вслед брань. Мы долго за него извинялись, с трудом успокоив гостью.

— Лишь бы она не была токсичной, — шепнула мне Айви, когда мы вместе выходили из столовой. — Кактусят жалко.

Мы обе очень некультурно захихикали.