Глава 27

Дмитрий и Юля сидели на лавке возле пруда в саду Анастасии. Рядом на земле стояла клетка с птицей. Юля куталась в плед.

— Не холодно? Может, вернемся в дом?

— Нет, Дима, здесь так здорово. Не хочется обратно. Мне тепло. — Юля попеременно смотрела то на Дмитрия, то на птичку. — Где ты его нашел?

— Костя помог. У него есть знакомый, который специализируется на птицах. Осенью ловит годовалых певчих на продажу, зимой занимается с ними, кормит специальными смесями. Тех, что не запевают, он весной отпускает, а певчих продает. Вот так и попал самый певчий зяблик к самому певчему Зяблику.

Он смотрел на Юлю с нежностью, а потом наклонился к ней и поцеловал. Когда они оторвались друг от друга, Юля сказала:

— Спасибо тебе. Ты для меня такие приятные вещи делаешь. Даже не знаю, как тебе все это в голову приходит. — Она умолкла и заглянула ему в глаза. — Дима, а почему вдруг «Зяблик»?

Он улыбнулся:

— Не знаю… Как увидел тебя в первый раз… Мокрая, от холода вся дрожала… Сразу подумал почему-то… Зяблик. — Дмитрий изучающе посмотрел на Юлю и улыбнулся. — А потом оказалось, что ты еще и поешь. В жизни не слышал, чтобы кто-то так пел! Тебе надо этим заниматься, Юля.

Она вздохнула:

— Спасибо, конечно, но я думаю, ты преувеличиваешь. Просто ты влюблен!

— Нет, не преувеличиваю. Я тоже немного в этом смыслю.

— Ты еще не слышал, как пела моя мама! Вот уж кто пел так пел! — Юля задумалась, как будто она вспомнила о чем-то приятном, умиленно улыбнулась и снова перевела взгляд на Дмитрия. — Пока я занималась музыкой, я встречала многих людей, которые прекрасно пели. Но только единицы из них были профессионалами. Это ведь нелегко. Так что я не питаю иллюзий. — Она засмеялась. — И к тому же я для этого уже слишком стара!

Юля озорно поцеловала Дмитрия в щеку. Он улыбнулся:

— Не говори глупостей! У тебя еще вся жизнь впереди. Долгая и прекрасная жизнь.

В этот момент в его кармане зазвонил телефон. Он достал трубку, посмотрел на экран, а затем на Юлю.

— Прости, надо ответить.

Дмитрий встал и отошел дальше от Юли, чтобы она не могла услышать его разговора.

— Слушаю, Тимофей Семенович!

— Дима, я сразу к делу. Новости две. Наташа сегодня была у Кирилла. Будет лучше, если ты сам послушаешь…

— Хорошо. Когда будешь?

— Скоро. Уже в дороге. А вторая новость… В общем… Торбеева потеряли. Он ушел.

— Как?!?

— Он долго не показывался, меня это обеспокоило. Послал ребят, чтобы проверили, а его там нет. И, судя по всему, давно.

Дмитрий вздохнул:

— Тима… Но как?..

— Машина на месте. Видимо, узнал о слежке. Все бросил и ушел прямо так. Где он не знаю. Пока.

— Та-ак… — Дмитрий сделал паузу. — Надо усилить здесь охрану. Знаю, что ты не хочешь светиться, но сейчас не до этого.

— Согласен. Уже распорядился. Будь осторожен. Скоро буду.

Дмитрий убрал телефон в карман и задумался. Его лицо тронуло беспокойство. Он постоял немного, напустил на себя невозмутимый вид и подошел к Юле. Девушка уловила в лице Дмитрия что-то, что заставило ее немного взволноваться:

— Что случилось?

— Да так, дела… Скоро заедет Тима. Нам надо поработать.

Девушка окончательно встревожилась:

— Дима, что, с Кириллом началось?

— Все идет своим чередом, так что не беспокойся, — постарался обнадежить он.

Дмитрий поцеловал ее в макушку и спокойно сказал:

— Пошли в дом, пора завтракать. — Юля продолжала смотреть на него с недоверием. — Ну все, все. Пошли.

***

— Ну что скажете, Елена Васильевна? Как мои дела? — спросила Юля.

Елена вынула катетер из вены девушки.

— Дела твои, Юлия Владимировна Пересветова, весьма неплохо.

Девушка вопросительно посмотрела на Елену.

— Что удивляешься? — спросила женщина. — А как ты думала я тебя лечить стану? Не ознакомившись с историей болезни? Из Москвы пришел ответ на мой запрос, прислали мне твою карту. И могу тебе сказать, что я не была бы столь пессимистична. С моей точки зрения, при правильном лечении вполне можно справиться с твоим недугом. Но при условии, что ты внесешь в свою жизнь определенные ограничения.

Немного помолчав, Елена подчеркнула:

— Тебе нельзя психовать. Понимаешь? Поэтому нервная работа тебе противопоказана.

— А откуда вы узнали, где я лечилась?

— Вот это как раз и есть то, о чем я тебе говорю! — назидательно заметила Елена. — Ты нервничаешь уже просто на автомате. Все тебя волнует, все тебе надо знать, а если чего не знаешь, то тут же нервы. Это никуда не годится. Тебе надо меняться. Тем более, что с таким мужиком, как Дима, можно вообще ни о чем не волноваться.

Женщина наклонилась к Юле ниже и произнесла, растягивая слова:

— Он все и без тебя порешает! Поняла, милок?

Юля улыбнулась и кивнула:

— Поняла, — она умолкла. — Но себя трудно переделать. Я привыкла жить по-другому.

— Отвыкай. Для твоего же собственного блага.

***

Дмитрий сидел за письменным столом матери, а она в кресле напротив, Тима же расположился на стуле рядом. Все трое были серьезны. Дмитрий прослушивал конец аудиозаписи разговора Кирилла и Наташи.

— Пока что он из дома не выходил, — констатировал Тимофей.

Дмитрий посмотрел вниз. Он задумался.

— О ком она говорила? — размышлял он вслух.

Тима уточнил:

— Когда сказала, что людей ему подогнала?

Дмитрий внимательно посмотрел в лицо Тимы:

— Не о Торбееве ли?

— Нет. По моим данным они с Торбеевым не были знакомы. Видимо, имелись в виду твои люди в департаменте и в администрации, взявшие у Кирилла деньги. Наташа же не знает, что они уже были проработаны тобой. До сих пор не знает.

— Эх, Андрей, Андрей… «Святая простота» … — Дмитрий посмотрел на мать.

— Дима, прямо не верится, — отозвалась та.

— Верится не верится, а факт остается фактом. Я всегда считал, что Наташа его самое слабое звено. Он ведь души не чает в этой ведьме. Тима, а что о Торбееве скажешь? Есть новые данные?

— Есть. Ну это, конечно, личность незаурядная. Он начинал с небольшой фирмы, деятельность которой очень напоминала пирамиду. Это происходило, когда он еще в институте учился. Обещая высокий процент по вкладам, он брал у клиентов деньги. А после этими же деньгами выдавал займы другим клиентам, но под еще более высокий процент. На тот момент у него были соответствующие знакомства, страховавшие всю эту его деятельность. Но позже Торбеев и эти люди разбежались, однако он уже успел сколотить приличный капитал.

Тима встал и начал ходить по комнате, продолжая свой доклад:

— Потеряв поддержку в Москве, он открыл банк в регионе. Но масштаб этого бизнеса его не устраивал. Тогда он и занялся казино. К моменту, когда в две тысячи девятом году эту лавочку прикрыли, Торбеев уже был негласным владельцем небольшой региональной сети. Для него настало время вернуться в Москву, что он и сделал. Приехал и ушел в подполье. Спонсировал клуб в центре столицы. По некоторым данным доходы от этого его предприятия в три раза превышали все прочие его доходы вместе взятые. Но поработать ему пришлось недолго. Тогда в приоритете была борьба с подпольными игровыми клубами, и не прошло и года, как в свете его предыдущей деятельности за него крепко взялись спецслужбы. Он бежал за границу, потеряв бóльшую часть своего капитала. Основная часть его активов была конфискована.

— А куда бежал?

Тима взглянул на Дмитрия в упор:

— Это-то как раз и есть самое интересное. Точной информации нет. Его потеряли. — Тима вернулся на стул. — Пока он снова не всплыл около полутора лет назад. Снова банк. На этот раз по виду он работал чисто и по игорным делам держался в тени. Но парню тотально не везет. Он снова попал в поле зрения, теперь уже в связи с кампанией по обналу. Думаю, вопрос его отъезда был бы решен максимум в течение трех месяцев. А подрядчик по твоему проекту будет объявлен уже через месяц. Конечно, деньги поступят не сразу, но, видимо, у него не было альтернатив, раз он на это согласился.

— А что насчет Юли?

— Точно не ясно. Но, похоже, что он тоже попал под действие ее чар. — Тима одарил Дмитрия слегка ироничным взглядом, но тут же сделался серьезным. — Они плотно встречались перед тем, как он впервые подался в бега. Это происходило почти сразу после ее возвращения в Россию. Возможно, это не совпадение, и он узнал, что Юля вернулась, и разыскал ее. Такая вот сентиментальная личность. — На лице Тимы появилась ухмылка. — Но вскоре ему пришлось уйти. В один день. Когда же он вернулся, то почти сразу снова стал ею интересоваться. Так что я ставлю на то, что он просто в нее влюблен.

— Если так, то что он должен был подумать, не найдя ее в больнице? И что собирается предпринять?

— Давай размышлять. Если Марина сказала тебе правду, то он должен был узнать от нее, что Юлю к тебе отправили намеренно. А ты именно тот человек, которого сам Торбеев и Кирилл собирались оставить за бортом по болшевскому проекту. Еще, насколько я помню, всплыл вопрос твоей, Дима, женитьбы. При этом роль Юли во всех этих делах оставалась неясной. Он должен был спросить себя, не планировали ли вы с Мариной вовлечь в это Юлю. А если планировали, знала ли она об этом.

Тима замолчал, мать с сыном переглянулись, после чего он продолжил размышлять:

— Далее два варианта. Если знала, то он должен был решить, что Юля захотела ему отомстить. Если не знала, то подумал бы, что таким образом Юле мстит Марина. Далее он приезжает в Болшев и ничего не узнает о судьбе своих денег. Зато выясняет, что накануне Юля поступает в больницу в критическом состоянии. Откуда она вскорости исчезает. И что он делает? Едет к Марине. Чтобы выяснить что?

— О чем мы говорили с Мариной… — медленно сказал Дмитрий, постепенно осознавая, что произошло.

Тима щелкнул языком:

— А теперь прибавь к этому его влюбленность в Юлю и то, что он, вероятно, понимает, что своих денег ему не вернуть.

— И убийство Марины…

— И убийство Марины.

Дмитрий был поражен своим открытием:

— Господи, он что решил, что Юля…

— Я бы сказал, что это весьма вероятно, — предположил Тима. — Он мог подумать, что Марина сказала тебе что-то, от чего ты впал в ярость. Далее, происходит какое-то событие между вами с Юлей. Далее Юлю экстренно привозят в больницу, откуда она вскорости пропадает. Первая мысль, приходящая в голову в связи со всем вышеперечисленным, это что ты все устроил так, чтобы скрыть ее смерть.

— Но тогда… Боже мой… — ужаснулась Анастасия. Она закрыла лицо руками. — Зачем он приехал?

Дмитрий, похоже, разделял ее мнение:

— Чтобы расквитаться. У него же все отняли.

— Да, Дима, это похоже на правду. С учетом того, что он убил Марину, ему доктор прописал побыстрее делать ноги. Денег ему не вернуть, так что по идее в Болшеве ему делать нечего. И тем не менее он приезжает сюда. Обнаруживает слежку и исчезает.

— Еще он, конечно, мог приехать, чтобы с Кириллом разобраться… — неуверенно сказал Дмитрий. — Ведь на какие-то шиши ему же надо сваливать.

— Ну одно другому не мешает, — не согласился Тимофей. — Но с учетом убийства Марины я больше склоняюсь к тому, что им сейчас движут не деньги. Скорее всего, он просто не в себе. Человек, находящийся в своем уме, не стал бы подвергать себя такому риску из-за денег. Тем более, что для него такая ситуация уже не впервой.

— И я так считаю.

— Тимофей Семенович, что в итоге вы думаете обо всем этом? — обратилась к нему Анастасия.

— Я думаю, что у парня просто сдали нервы. Он сложил все факты и пришел к неверному заключению, как намедни это сделал ты, Дима. По-видимому, он считает, что вы с Мариной были связаны и намеренно вовлекли его в это дело, а когда Марина поняла, что запахло жаренным, она решила слиться. Но при этом сделала так, чтобы Юля попала тебе под горячую руку. Таким образом, ты бы тоже оказывался в большом затруднении. Тебе тогда должно было бы потребоваться время, чтобы все решить. Марина же, пока тебе не до нее, получала бы возможность для отхода. Я считаю, что Торбеев думает нечто в этом роде. Тогда все складывается.

Тима умолк и дал время собеседникам, чтобы они обдумали его слова. Затем он добавил:

— Марину он заподозрил еще в Москве, поэтому и прилетел вместе с ней. Когда на следующий день после визита Марины к тебе он узнал, что Юля была в тяжелом состоянии доставлена в больницу, а потом вообще исчезла, Торбеев решил, что Марина приложила к этому свою руку. Он тут же поехал за ней в Пензу чтобы узнать, что конкретно она тебе сказала. Но между тобой и Мариной не было никакого сговора. Ей нечего было ему сказать. Кроме одной вещи, которую во всей этой истории она знала. Что Торбеев был Юлиным женихом.

После некоторого молчания Тимофей заключил:

— Вероятно, от Марины Влад услышал именно это. Она просто рассказала ему, что назвала тебе его имя. Мне не приходит в голову ничего другого.

Дмитрий поддержал:

— Поэтому он и обнаружил слежку…

— Да. Он подозревал, что за ним следят. Иначе вряд ли бы смог обнаружить моих ребят. Раньше ведь не замечал. Я думаю, так все и было.

— Что будете делать? — Анастасия была сильно взволнована.

— Об этом скажу чуть позже. Вначале у меня для вас есть еще кое-что. Анастасия Владимировна, подойдите, пожалуйста, ближе к нам.

Хозяйка дома встала с кресла и подошла к столу. Тима достал мобильный телефон и включил видеоролик. Это была запись новостного репортажа. Раздался голос диктора:

— Вчера в своей пензенской квартире была убита Марина Долгопятова, бывшая жена известного политика, ныне губернатора …ской области, Вадима Долгопятова. Ее тело было обнаружено в результате телефонного звонка с жалобой на шум и крики, поступившего в органы правопорядка нашего города от соседей убитой. На место происшествия тут же был направлен наряд полиции. Когда на просьбы сотрудников полиции открыть дверь ответа не последовало, они попытались проникнуть в квартиру, дверь которой оказалась незапертой. На полу в одной из комнат и была обнаружена жертва с черепно-мозговой травмой и множественными травмами на лице и теле. Следов борьбы в квартире не обнаружено. По факту данного происшествия возбуждено уголовное дело. Пресс-секретарь губернатора от комментариев воздержался.

Тима убрал телефон.

— Это фрагмент сегодняшнего выпуска «Новости. Пенза».

— А что тебе говорят твои пензенские люди? — спросил Дмитрий.

— Ударилась головой о стол. Скорее всего, несчастный случай.

— Значит, непреднамеренное?

— Да, — кивнул Тима. — А теперь к вашему вопросу, Анастасия Владимировна. У нас на арене два психа. К тому же каждый из них знает, что такое убивать.

— О Кирилле у нас нет точной информации, — вставил Дмитрий.

— Таково мое мнение, — констатировал Тимофей. — С учетом всех его личностных данных. Так я продолжу. Я считаю, что вам нельзя высовываться. Вплоть до полного разрешения ситуации. Дело серьезное. Ваш дом, Настя, я поставил под усиленную охрану. Никаких выездов без согласования со мной. Никуда. А я постараюсь разобраться с этим побыстрее.

На этот раз Дмитрий был с ним солидарен:

— Полностью поддерживаю.

— Дима, это касается и тебя, — разъяснил Тимофей.

— Исключено. Есть неотложные дела, — отрицательно покачал головой Дмитрий.

Но Тимофей стоял на своем:

— Неотложными делами лучше заниматься через неделю. Не забывай, что я пока не знаю, где Торбеев. Да и Кирилл, похоже, тоже на грани. Обстановка слишком накалилась. Надо переждать.

Дмитрий задумался:

— Лады.

— И Юлю лучше поставить в известность, — высказал свое мнение Тима.

— Позже, — Дмитрий встал, тем самым давая понять, что разговор окончен.

— Дима… — вступила Анастасия, но сын строго посмотрел на нее.

— Я все понял, — сказал он. — Поговорю с Еленой Васильевной. Но думаю, что все же лучше немного повременить. Она все равно пока слаба и никуда не выходит. Не думаю, что сейчас есть реальная причина, чтобы ее беспокоить.

Тима и Анастасия переглянулись.

— Хорошо. Как знаешь, — произнес начальник охраны.