Глава 28 Невероятная тайна господина дракона

– И что ты хочешь за открытие чужого секрета?

– М-м, дай-ка подумать, – игриво протянул мужчина, даже огладил подбородок, свободный от растительности. – Твой поцелуй?

Аля опешила. Затем испугалась под пристальным взором красных глаз.

Все прежние подкаты темного эльфа она не воспринимали всерьез, настолько игривыми и несерьезными они казались. Но сейчас Ран уже напрямую заговорил о поцелуях? Когда они остались лишь вдвоем в его полутемной "берлоге" в каком-то притоне? А чего потом он захочет?

– Зачем тебе? К-хм, – прочистила перехватившее горло. – Можно подумать, ты за свою жизнь, наверняка долгую, не нацеловался еще.

– Не нацеловался. В обычаях моего народа, раз уж ты хотела о них знать, лапонька, не принято целоваться... м-м, так, как у людей, – чуть наклонив голову и не отводя взгляда, ответил остроухий брюнет. – А человечки слишком пугливые, чтобы дарить поцелуи темному эльфу. И уж точно еще ни разу в моей долгой жизни меня не целовала ведьма. Хочу попробовать, каково это.

И что на это ответить чертову экспериментатору?

– Кхм, понимаешь ли, Ран... По обычаям людей... кхм, поцелуи тоже не просто...

Запнулась, потому что эльф оказался в этот миг рядом с ней. Слишком быстро переместился. Слишком близко встал.

– Неужели ты тоже боишься, ведьма?

Еще и лица ее коснулся. Огладил мимолетно скулу, щеку, перехватил за подбородок, чтобы повернуть ее голову к себе.

– Это всего лишь поцелуй, – негромко выдохнули в ее сторону.

– В том то и дело, что нет, – ответила Аля, вынужденно смотря в нависшее над ней мужское лицо.

Гладкая, как у ребенка, без намека на щетину кожа, только темная. Однако около глаз с такого близкого расстояния видны крошечные морщинки, которые прячутся за густыми черными ресницами. Радужки глаз по-прежнему пугающе красные, сейчас отливающие алым, но хоть зрачок по-человечески круглый.

Аля моргнула.

Даже без учета, что там у темных эльфов не так с поцелуями, то... вдруг Ран просто увлечется процессом? Она потом мужика, такого спортивного, остановить не сможет.

– Ты меня боишься, ведьма, – теперь без тени вопроса заявил Ран.

– Я тебя даже не знаю толком, – сказала то, что наконец осознала Аля.

Каким бы весельчаком и "своим в доску" не прикидывался мужчина, она его совершенно не знает.

– Хм, а разве это важно для поцелуя у людей? Ладно, тогда можешь подарить мне свой поцелуй позже, когда лучше узнаешь меня, лапонька, – вновь улыбался смуглолицый эльф, чуть отстраняясь, но не убирая пальцев от ее лица. – Когда сама решишь.

– Но! До конца года, – хитро прищурившись, добавил мужчина. – А теперь о драконах. Что ж ты одного из них "червячком" назвала? Тс-ц-ц, лапонька, разве они червячки?

Не успела девушка заметить, как быстро развернули разговор, как ее уже опять усадили за стол и начали лекцию о драконах. Об их империи, что раскинулась по ту сторону Драконовых гор, про их правящие династии.

– Ты мне лучше скажи, какие они... ну, когда меняют форму, – перебила устроившегося рядом Рана попаданка, а то главного-то и не знает. – И как это связано с их магией?

– Какие? М-м, люди говорят, что красивые, но меня, как ты понимаешь, другие мужчины не привлекают, я оценить не могу. По магии драконы сильнейшие, если ты еще не поняла, – ответил эльф. – И если бы захотели, то их империя простерлась бы и по эту сторону гор. Но драконы сами приняли решение не лезть на человеческие земли. Дали вам свободу.

– Как же не лезут? Тогда почему в Превилле наместник дракон?

– Не дракон, а полукровка. И по решению вашего же короля. Как раз то, что нужно самим людям около драконьих земель. Для взаимовыгодных отношений и прочих политических нюансов.

– А почему дракон во главе магического департамента человеческого города? Почему он инквизитор? Главный над магами и ведьмаками?

– Хм, так получилось. Поскольку по способностям и магическому потенциалу Кристоф самый сильный житель в Превилле, то почему бы и нет? К тому же он быстро пресекал стычки между светлыми эльфами и магами, которые были поначалу, так что ваш Городской совет сам его позвал на этот пост.

– Но он же все равно дракон! Разве... разве он не опасен для одаренных человеческих женщин? О какой свободе можно говорить, если драконы свободно забирают себе любую приглянувшуюся им женщину на нашей территории? Увозят к себе, а потом спустя годы выкидывают за ненадобностью.

– Человечки... или их семьи чаще всего сами навязывают драконам любовниц в обмен на какие-либо блага. Уж поверь, разочарованными они не остаются. Ну а самих драконов я, как мужчина, понимаю: кто будет отказываться от теплого женского тела в своей постели или от иных развлечений? Никого тянуть, даже искать не надо, сами запрыгнут в кровать, сами развлекут. С вами, людьми, интересно: вы так мало живете, поэтому торопитесь успеть все и сразу. И фантазия у вас забавная. Одни ваши любовные романы, что тебе оставила Гнерасиль, чего стоят. Теперь я не удивлен, что она так долго прожила у драконов, – опять широко и клыкасто улыбался Ранитир.

– "Чаще всего". Но бывает и не по доброй воле?

– Такие случаи очень редки. Тебе не о чем беспокоиться, – утешил ее эльф.

– А подробнее?

И темный эльф поведал. Что раз драконы, посещая человеческие земли, женским вниманием не обделены, то берут только то, что само падает в руки, при таком-то изобилии. Упереться и категорично присвоить себе женщину могут только в одном случае – если вдруг почуют в ней свою пару. Вот тогда им сносит мозг и они забирают женщину себе, наплевав на все. Но, как заверил Ран, такое бывает не так уж часто.

"Гораздо реже, чем того бы хотелось самим человечкам". Потому что стать спутницей дракона, пусть даже временной любовницей, мол, великая честь, а уж законной избранницей – вообще неимоверное счастье. Потому что только на паре женится дракон, и тогда жизнь такой человечки, мол, превращается в длинное и безграничное удовольствие. Для своей пары дракон расшибется, но сделает все возможное и невозможное, будет баловать ее, пестовать и так далее. Поэтому нет дурочек отказываться последовать за драконом, если он вдруг ее назвал парой.

"То есть человечка, став истинной дракону, может вить из него веревки? Из богатейших и сильнейших мужиков этого мира? Понятно, почему рвутся к ним люди, подсовывают своих дочек".

– Но все равно бывают случаи не по доброй воле? – дотошно уточняла Аля.

– Бывают. С ведьмами. Они к роскоши и так не привыкшие, им зачастую свобода важнее, нежели внимание драконов. Но они порой ярче... м-м, в магическом смысле и привлекательнее занудных аристократок с кучей алчных родственников. Только если настолько привлекательная девушка сразу отвергает такого замечательного со всех сторон мужчину, то, как ты понимаешь, самому мужчине, привыкшему ко всеобщему восхищению и поклонению, бывает непросто смириться с отказом. У драконов, особенно молодых и жаждущих, может попросту вспыхнуть охотничий инстинкт.

– И что тогда?

– По-разному, – поморщился Ран. – В самых тяжелых случаях бывает, как у Кристофа. Но такое на моей памяти случилось лишь раз.

– И что у него случилось? – становилось все интереснее.

– М-м, лапонька, я тебя заинтриговал? – широко улыбнулся остроухий брюнет, подаваясь в ее сторону. – Готова отдать свой поцелуй в обмен на страшную тайну господина инквизитора?

Девушка вздохнула.

– Только поцелуй? И ничего больше? Ты обещаешь... м-м, держать себя в руках и потушить свой охотничий инстинкт, даже если он у тебя вспыхнет?

Откинувшись на спинку резного массивного стула, эльф рассмеялся.

– Обещаю, лапонька. Только поцелуй, отданный тобой мне добровольно. Если ты сама не захочешь большего, конечно.

– Ладно, тогда согласна обменять свой поцелуй на тайну, – смирилась Аля, прикидывая, что до конца года еще много времени.

А там как в притче – либо осел сдохнет, либо падишах. То есть либо она так привыкнет к Рану, что подарить ему один поцелуй не составит труда, либо... вернется домой, на Землю или просто уедет из Превилля, или ее вообще убьют. Или убьют Рана, с его-то поведением. Да мало ли что еще!

– Так вот, Кристофу, в те времена молодому, горячему и, наверное, дурному от собственной значимости дракону попалась на пути слишком своенравная, но при этом сильная ведьма. И она его вроде как прокляла.

– И-и? – напомнила Аля, потому что Ран замолчал и не торопился продолжать.

– И Кристоф потерял своего дракона, вместо того, чтобы просто послушно помереть. Со всем остальным вытекающим: потеряв также положение в своем клане, в драконьем обществе. Однако самое страшное – он потерял свои крылья, свою суть! Но не магию, хотя, конечно, стал слабее своих соплеменников. Однако по-прежнему он сильнее любого человеческого мага, так что мог стать верховным инквизитором даже в любой человеческой столице. Но сам выбрал окраину вашей Аликвореи и тихий, сонный городок.

Девушка недоумевающе смотрела на собеседника, пытаясь переварить информацию.

– Как можно потерять своего дракона? Это же не кошелек или... питомец. Разве это не часть самого чело... дракона, то есть просто другая форма? Как у воклаков? – искренне не понимала она.

– Я не знаю, какая именно у крылатых это часть, впрочем, как и в шкуре воклака не был, и как так случилось, тоже не разбирался, но... Вот такие вы, человеки, а тем более ведьмы... с невероятными порой способностями. Никто не понял, как та ведьма это сделала, но у Кристофа теперь нет дракона, – пожал плечами Ран. – Кстати, в том числе поэтому он теперь не опасен для одаренных человечек: потому что просто не сможет учуять свою пару, даже если встретит ее. Хотя почему опасен? Любая будет счастлива составить ему пару.

– Ох же ж! – выдохнула Аля, в памяти которой пронеслись их встречи с драконом-инквизитором.

В том числе и самая первая, теперь понятно, почему он так не рад любой ведьме поблизости от себя. Хотя нет, не понятно. Наверное, потеря дракона, то есть своей какой-то там магической сути – гораздо пострашнее будет, чем ногу или руку потерять.

– Неужели он не смог договориться по-хорошему с той ведьмой, чтобы она вернула все обратно? Не знаю, извиниться... – поражалась девушка.

– А ее быстренько убили, так что нет, не договорился. Не успел.

– Кто?! – ахнула Аля.

Не хотелось думать на самого Кехииная.

Но оказалось, что какие-то враги – то ли его личные, то ли клана в целом, уже не столь важно. У них там, в драконей империи, тоже не все просто, полно каких-то своих внутренних разборок и интриг, как поняла девушка из короткого рассказа эльфа.

– Но неужели с тех пор никто не смог... починить дракона? Исправить ситуацию? – не верила Аля.

– "Починить дракона", – хохотнул Ран. – Нет, никто не смог, хотя Кристоф потом что только не пробовал. Но ведовские приемы всегда особенные, порой совсем непонятные другим магам. Разве что ближе по сути, наверное, к лесным эльфам, но те давно покинули эти края. А уж ваши проклятия или прочие порчи... всегда неповторимы, как настоящие произведения искусства, – довольно щурился темный эльф, поклонник всего смертоносного. – Посмотри на свои связки рун, лапонька, и что ты с ними творишь. Это же уму непостижимо! Так что даже другие ведьмы не смогли... хм, "починить дракона", хотя Кристоф обещал заплатить очень много. Неприлично много даже по меркам драконов.

Озадаченная Аля никак не могла себе представить, каково это – потерять часть себя.

Потерять магию? Она получила ее не так давно, но уже привыкла и прикинула, насколько бы жизнь стала тусклой без новых способностей. Серой и тоскливой она стала бы.

Хотя Кехиинай свою магию не потерял, а что такое какой-то внутренний дракон... для дракона вообще, иномирянка, конечно, не могла даже предположить. Но теперь понятно, почему инквизитор такой вечно недовольный и холодный, будто в панцире изо льда. Удивительно, что вообще терпел ее в городе.

– Так поэтому ведьмы обходят стороной Превилль? – уточнила Аля. – Потому что здесь засел дракон, потерявший своего дракона по вине одной из них? Нас? То есть ведьм?

– Нет, – хохотнул Ран. – Потому что он долгое время так всех ведьм изводил попытками исправить то проклятие, что... чуть новые не получил на свою голову. Никто не хочет с ним больше связываться. Но он уже и сам успокоился за эти годы. Смирился, наверное. А еще в академию изредка прилетают по договоренности другие молодые драконы, появляются и в городе тоже, так что ведьмы не хотят попадаться им на глаза даже случайно, чтобы не повторить ситуацию, как с Кехиинаем вышло.

– А когда я приехала в Превилль, то?... – намекнула девушка.

– О! – еще шире улыбнулся эльф. – Как ты озадачила всех своим приездом! Прочие-то ведьмы знают, кто здесь живет, а вот ты, как выяснилось далеко не сразу, не знала. Что очень странно. Да еще постоянно вытворяла что-то, прямо-таки притягивающее внимание, и твердила, что хочешь попасть в академию. Зачем, если не в поисках драконов? Но при этом не торопишься знакомиться с наместником. Он хоть и полукровка, но тоже может тебя, такую красивую и яркую, щедро одарить вниманием и золотом.

– И что вы решили? – нахмурилась попаданка, только сейчас представляя, как неудачно попала именно в этот городок.

Почему тогда не поехала в обратную сторону от Превилля?

– Что ты очень, очень подозрительная ведьмочка, – не стал скрывать эльф. – И что за тобой нужно очень внимательно присмотреть.

– Присмотрели? – насупилась она.

Поэтому дознаватель Ран вокруг нее крутится? И глава стражи Агмач в гости захаживает? А сам Кехиинай, инквизитор и дракон, находит ее даже в Закрытом саду? А то вдруг она вражеский лазутчик и в том раритетном саду ушедшей расы подкопы роет... ага, прямо под Драконьими горами туннели поведет для захвата империи крылатых в будущем?

– Присмотрелись, – еще более счастливо улыбнулся Ран. – И я очень рад, что такая невероятная девушка оказалась у нас. Может, тебя направили сюда боги?

"Угу, конечно" – мрачно подумала про себя Аля. На должность богов земляне точно не тянули. Хотя... как-то же ее в другой мир перекинули, волшебные штуки, ту же сумку, дали. В подпространство запросто лазить, как в собственный карман, научили, хотя здесь подобное умеют только "высшая раса", сильнейшие маги – драконы и какие-то таинственные лесные эльфы, непонятно почему и куда пропавшие. Или боги – это всего лишь иномиряне, стоящие на ступеньку или более выше по техническому развитию? Только как переходы в другие миры и пространства связаны с техническим прогрессом ее мира?

– Может, ты сможешь снять проклятие с нашего Кехииная?

– Кто? Я?! – опешила попаданка, отвлекаясь от своих мыслей. – Ран, ты сам уже понял, какая... насколько начинающая из меня ведьма. Я о проклятиях и драконах до недавнего времени вообще ничего не знала! Так что нет, я не смогу.

– А ты попробуй. Просто попробуй. Кехиинай щедро одарит тебя, если ты справишься с этой задачкой. Ты даже не представляешь, насколько он будет тебе обязан, – вкрадчиво, словно уговаривая, продолжал эльф. – А он из рода... кхм, очень высокого рода, лапонька. Так что получишь еще поддержку непростого драконьего рода, о чем ваши аристократишки даже мечтать не смеют...

– Так вот зачем ты рассказал мне его секрет! – возмутилась девушка. – Чтобы уговорить помочь твоему приятелю? Или здесь ты тоже на проценте? И при этом еще и поцелуй с меня вымогаешь?!

Ранитир весело рассмеялся.

– Нет, лапонька, Кристоф мне не приятель, я о тебе больше пекусь. Хм, и разве что совсем немного о нем. Не хочется, чтобы ты на него злилась, а то мало ли... Может, очередное проклятье Кристофа окончательно добьет, и не будет такого спокойного и покладистого дракона у людишек. Да и мне привыкать к новому инквизитору в магдепартаменте не хотелось бы. Знаешь ли, за время долгой жизни мы начинаем ценить привычное...

– Подожди-ка, – почему-то напряглась Аля, перебивая излишне говорливого эльфа. – А почему я должна на него злиться?

Но гадский эльф только загадочно улыбнулся, сверкнув красными глазищами.

– Ра-а-ан? Что такого сделал твой Кристоф, из-за чего я должна на него злиться?!