Глава 23 Новые достижения попаданки

Кто знает почему, но герцог решил продлить детям "летние каникулы", оставив их еще на какое-то время в Превилле под присмотром ведьмы. И именно ради этого пришел договариваться с ней на второй день.

"Прям как в деревне бабушке оставили" – хмыкала про себя Аля, с радостью вновь тиская Габи.

Ран доложил, что ночью малышка устроила истерику в роскошной гостинице, несмотря на кучу нянек, которых догадался заблаговременно привезти с собой герцог. А также о том, что Крузьех-старший успел со многими из местной аристократии встретиться за полдня – многие потянулись к герцогу на поклон – и наверняка "осознал, насколько ты, лапонька, уникальна".

– Или понял, что таких потрясающих учителей для детей, как ты и другие, ему в столице не найти? – возвращала комплимент ведьма.

Но кроме продолжения "учебы и воспитания по методу ведьмы Держин", которые герцог все же оценил и высказался положительно, он хотел, чтобы дети продолжали жить в Живом доме. Наверное, ожидал, что это благотворно скажется на магической силе Джаса. Аля и сама не против, но в проживании в своем доме той группе нянек, что оставляли в Превилле в довесок к детям, категорично отказала.

– В моем доме чужих не будет, – стояла на своем. – Потому что... у Домика свой характер, двери и даже целые комнаты уже здесь исчезали. Не хочу быть крайней, если кто-то из посторонних пропадет внутри дома.

Зато обещала отводить на время детей к гувернанткам и учителям, оставленным герцогом в городе.

За хлопоты и "на текущие расходы" Крезьех также оставил ей еще пару мешочков золота. А когда в подаренных ей ларях Аля нашла роскошные женские украшения, то вспомнила про то, что так и осталось на ней. Которое так пригрелось у нее, что совершенно не мешало.

Набралась Аля решимости и, когда в ближайший день заявился Кехиинай, отвела его в сторонку и попросила, чтобы он забрал уже свое ожерелье.

– Нет, – отказался драконище.

– Что значит "нет"?! – опешила Аля. – Сколько мне с этим... этим ошейником ходить? Почему оно вообще не снимается? Даже у Тома не получилось замочек... кхм. А если я хочу сменить украшение? На бал в честь приезда высоких гостей, куда меня пригласили, надену что-нибудь из того, что герцог подарил...

– Пока чужие из Превилля не уедут, не сниму. А потом видно будет.

– Так в вашем ожерелье маячок?! – дошло до Али. – Следящий артефакт? Боитесь, что сбегу в столицу с герцогом?

Разозлилась. Она не питомец, чтобы на нее вешали бирку владельца!

– Чем больше меня караулят, тем больше хочется сбежать!

Хотя куда ей бежать, если здесь ее дом и семья.

– Это не только следящий, но и защитный артефакт. Для твоей же безопасности, ведьма, и чтобы я знал, где ты, – не стал опровергать покровитель. – Тебя могут попробовать выкрасть, и не обязательно по приказу герцога...

– Выкрасть? Да кому я нужна! – не верила Аля.

– Бистрону, который заверял герцога Крузьех, что тебя нужно непременно допросить в столичном отделе инквизиции, и просил посодействовать? Потому что ты ему кажешься слишком подозрительной, – спокойно ответил мужчина, не отводя пронзительно-синего взгляда. – Светлым эльфам? По родам перечислять не буду, но после того, как ты... кхм, тебе "просто приснилось" с того поля спала магическая защита... Да там многое что изменилось! И у многих из Светлых могут оказаться к тебе претензии. И кто знает, кому еще и для чего ты, странная ведьма, окажешься нужна.

– Претензии Светлых ко мне? Почему? – озадачилась Аля, пропустив последнюю реплику мимо ушей. – Разве они узнали, что я... из-за кого там все изменилось?

– Нет, этого не узнали. Но достаточно того, что Линданиэлион выдал, чья была идея о неповторимости отпечатков пальцев. И благодаря кому в управлении стражи теперь есть новый способ поисков подозреваемых.

– А отпечатки здесь вообще при чем? – все еще не понимала девушка. – Как они к полю Гиферола относятся?

– При том, что магические следы на том поле считать не смогли. Что могло завести расследование в тупик. Зато там кроме человеческих останков нашли кое-какие артефакты, с которых удалось снять отпечатки пальцев, – удивительно, но делился ходом расследования Кехиинай. – С помощью нового артефакта, который уже сделал Линданиэлион по заказу Ранитира, и который теперь столичные инквизиторы себе тоже хотят... И из-за которого у них к тебе могут быть новые вопросы. Ты не вспомнила, из какой страны была та твоя детская книжка об ищейке без магии?

Аля чертыхнулась про себя. Не одно, так другое! Сколько времени прошло, но до сих пор боком ей выходят те старые оговорки и ложь.

– А отпечатки пальцев чьи? Неужели кого-то из Светлых? Ой, а разве они согласились свои для сравнения предоставить?

– Конечно, не согласились... сразу, – хмыкнул мужчина. – Поэтому столичные инквизиторы были вынуждены обратиться ко мне, чтобы я посодействовал расследованию. Я не отказался. И многие Светлые оскорблены, что вынуждены были пачкать свои пальцы ради человеческой прихоти.

Так вот где он пропадал! Давил своим драконьим авторитетом эльфов?

Мужчина запнулся, но все же продолжил:

– Однако в том числе поэтому теперь за тобой стоит приглядывать еще больше. Потому что Светлые знают, что ты моя аньиэлин. И могут отомстить мне через тебя.

Вот, есть минусы у покровительства! Связь работает в обе стороны, и теперь недруги дракона могут надавить на "слабую" человечку?

– Отомстить? А есть за что? То есть то поле действительно сотворили Светлые? И чьи-то отпечатки совпали?

– Пока не доказано, совпадений еще не нашли. Но подозреваю, что это дело времени, поскольку есть и другие догадки в кое-чей адрес. Рисунки отпечатков приходится сравнивать поочередно, что занимает у людей много времени...

"Молчи, Валя, про компьютеры, молчи! Никак не объяснишь, откуда такая идея. Да и как создать и сам компьютер, и алгоритм сравнения, тоже объяснить не сможешь" – прикусила губу попаданка.

Дракон опять запнулся, прожигая какое-то время взглядом, а затем сменил тему:

– Ранитир говорит, что у тебя есть версия, как... хм, меня "починить".

"Вот же Р-ран!"

– Ничего нового не появилось с тех пор, – опустив глаза, пробурчала Аля.

– Ладно, я согласен выслушать больше о вашем вне-сознательном подземелье, закрытой части вашего человеческого мышления, – заявил дракон. – И хотя не верю, что...

Девушка вскинула взгляд. "Он. Согласен. Выслушать?! Ах, какая честь!"

– Хорошо, попробую поверить, – протяжно выдохнул Кехиинай, таким тоном, будто смиряясь с чем-то неотвратимым. – Ранитир уговорил меня хотя бы выслушать до конца...

"Ах ты, чудо-юдище чешуйчатое! Хотя бы выслушать!"

– Может, не стоит зазря тратить ваше драгоценнейшее время? – процедила ведьма.

Если клиент изначально с таким предубеждением относится, результат все равно не порадует.

– По крайней мере в ближайшее время не помру от скуки, – ровным тоном отозвался дракон.

"Так, а сейчас что было – сарказм или... самоирония?"

– Я признаю, ведьма, что твои идеи... какими бы глупыми ни казались, тем не менее почему-то работают, – в довесок выдавил из себя мужчина.

Оу! Или пациент не столь безнадежен?

Сказать в лицо дракону, что ему нужно "раскрепоститься" и "вернуться в детство", Аля не смогла. Но пообещала, что в ближайшее время всенепременно, в первую же очередь займется тем, чтобы яснее сформулировать свои "глупые человеческие мысли". Так ясно, чтобы даже мудрейшим драконам стало понятно...

Если драконище и уловил ее сарказм, то ничего не сказал. Аля же надеялась спихнуть непосильную ношу терапии на Ранитира. Если зажигать, то именно с этим весельчаком. Даже если та веселость всего лишь его маска. Но другие в их окружении еще более чопорные.

Еще до нее, наконец, добрался Улран Дагпаф, ее партнер по типографии в Улмуне.

– Это правда, что герцог в Превилль из-за тебя принесся? – запуская пятерню в рыжие вихри, горел любопытством Улран. – Говорят, ты настолько забористые приворотные зелья варишь, что кого угодно проймет. И драконов, и столичных магов. Писать об этом в листке будем?

– О чем? Рекламу приворотных зелий? Нет, конечно! Улран, ты веришь в эту чушь?

– Нет, конечно, – то ли эхом повторил, то ли передразнил парень. – Но посуди сама: ты возишься с травами, причем, говорят, даже с теми, что для нелюдей, и с какими-то редкими тоже. А потом все самые богатые и сильные мужчины к тебе едут, покровительство и золото предлагают. С чего бы еще, а? Я-то че, я ниче... Но народ говорит...

– Народ? Даже в вашем Улмуне? – насупилась Аля. – Кто там у вас распускает такие сплетни... порочащие честь порядочной ведьмы?

Парень хохотнул.

Выяснилось, что сплетни такие на рынках бродили, служанки в доме Дагпаф обмолвились, а Улрана случайно зацепило упоминание превилльской ведьмы.

Проблема была в том, что приворотные зелья здесь вне закона, и Аля не хотела еще из-за такой глупости попадать под прицел местной инквизиции. Мало ей Бистрона, который все никак не успокоится? Или как раз он сплетню запустил? Хотя нет, для мага, да еще из привилегированного отряда, слишком мелочный метод. Это скорее... так по-женски!

Может, следует поинтересоваться, чем все это время занималась Лилоис, которая грозила все забрать? Не она ли воду мутит?

А еще, может, стоит написать, почему герцог на самом деле в Превилле? Но без его разрешения нельзя, понимала Аля. Поэтому сразу же отправила записку в лучшую гостиницу города, где остановился Крузьех, приглашая того с визитом.

Да, немного нагло, что не ведьме идет к герцогу, а того к себе зовет, но знала, что поближе к Живому дому любой одаренный непрочь оказаться. И еще все-таки не хотела показываться в той гостинице, чтобы ее окончательно в любовницы еще и герцогу не записали.

Только не ожидала, что Крузьех с небольшой свитой буквально сразу же приедет, в то время как они с партнером еще не закончили дела обсуждать. Как ошпаренный подскочил из-за стола Улран, когда завидел столь высоких гостей, а Аля не стала растягивать разговор лишними словесными виражами, сразу перешла к делу:

– Прошу прощения, Ваша Светлость, что потревожила, но... у нас появились сложности. Пошли слухи, что вы стали жертвой моих приворотных зелий... – обычно бесстрастное лицо Крузьех-старшего дрогнуло. – Которые я, конечно же, не варю! А вы, конечно же, никогда бы не поддались подобной гадости...

Поспешила заверить девушка, а то граф Осриз вон как довольно оскалился, не иначе, уже представил ее в кандалах.

– Но... что можно написать в новостном листке о вашем приезде в Превилль? По какой причине вы приехали?

– Алька, ты че?! – рядом тихо взвыл Улран, опять запуская пятерню в волосы и косясь на вооруженных здоровяков в свите аристократа. – Да как ты?... Да вообще!

– И кого интересует причина, по которой я приехал? – как-то неласково прищурился герцог, оценивающе оглядывая рыжеволосого полноватого парня рядом с ведьмой.

Тот вначале побледнел, а потом пошел красными пятнами.

– Народ интересует. Чего уже только не сочинил, когда столь высокие гости аж из самой столицы приехали в нашу глушь, – ответила Аля. – Причем версии-то все глупые. И хотя они вряд ли повредят в итоге вашему светлому имени, но... Лучше заранее обуздать слухи и направить их в нужное русло, чем потом бороться с последствиями того, чего могло и не быть...

Успевший расположиться за столом – на лучшем месте, конечно же – герцог усмехнулся.

– Да-а, капитан Вигельм говорил мне, что ты, ведьма, умная. Может, тогда сама предложишь версию, почему я здесь?

Ему смешно, что ли? А ей откуда знать, зачем обычно герцоги по захолустным городкам разъезжают? И ездят ли вообще?

Покосилась на Улрана, но тот словно мешком пришибленный, до сих пор в себя прийти не может.

– М-м, с какой-нибудь проверкой? Да ради того же Живого дома? М-м, чтобы... из-за него волнения среди осевших здесь эльфов не начались?

– А они начнутся? – показательно удивился Крузьех. – Вроде господин Кехиинай их здесь вполне крепко держит в... лапе.

Точно потешается!

– А-а, так вы, Ваша Светлость, здесь с дипломатической миссией? В том числе ради драконов? Проверить, достаточно ли одни нелюди контролируют других, которым дозволено жить на аликворейской земле?

– Алька! Ты че болтаешь?! – опять шепотом в ее сторону шипел Улран.

– Да, ведьма, тебе б язык укоротить, – поддакнул граф, но от него чего еще ждать.

– Всем языки не укоротите, да и зачем? – ответила Аля. – Если можно в новостном листке написать то, что вам нужно? Ой, кстати, может, согласитесь дать интервью? Нет, я понимаю, что это не герцогское дело, но вот граф, например, вполне может стать звездой улмунского листка. Причем тот листок распространяется еще и в соседних городках, так что ваш рейтинг в нашей провинции можно поднять...

– Алька! – простонав, припечатал себе в лоб ладонью Улран.

– Что? Разве плохо одним выстрелом, так сказать, сразу несколько зайцев? Слухи перебить, новую версию людям дать, Его Светлость прорекламировать, листку прибыль поднять...

– Значит, листок в Улмуне твой? Твоей семье принадлежит? – прищурившись, герцог опять просканировал взглядом мнущегося на месте Улрана.

Тот опять побледнел, покраснел, вновь бледнел.

– Ведьма, я скоро начну думать, что ты действительно какими-то приворотами балуешься, – а это уже в сторону Алевтины. – Откуда у тебя в знакомцах владельцы новостного листка?

А сейчас он все еще шутит или уже нет?

Ответ сам нашелся:

– Так мы, ведьмаки, люди простые. Поэтому все окружающие к нам запросто... сами тянутся. И как сказал один мудрый человек, тоже мой знакомый, между прочим, главный смотритель библиотеки Превилля, рядом с представителями нашего племени всегда бурлит жизнь... и по возможности еще и расцветает. Так что никаких приворотов не нужно, мы, ведьмы, сами по себе такие... привлекательные.

Усмехнувшись, герцог смерил взглядом теперь уже Алевтину.

– С этим спорить не буду. А что мы согласимся вам дать? И почему ты назвала Феранда звездой?

Пришлось оправдываться, что это "типографские словечки", благо Улран промолчал, что эти словечки как раз от самой ведьмы пошли. Парень вообще боялся лишний раз рот открыть, а за стол с ними так и не сел.

Но интервью Аля получила! С версией, что герцог Крузьех в Превилле ради инспекции как магического департамента города, так и академии.

– Заодно загляну и в академию, как раз проверю, – хмыкнул тогда мужчина.

Ах, да, там же летом тоже нескольких преподавателей арестовали – по делу магов-сектантов. Но об этом деле упоминать герцог запретил.

К счастью, остальные вопросы по газете Аля с парнем успела до приезда аристократов обсудить. Например, что будут писать о значимых новостях не только из Превилля, но и других городков поблизости. Потому что сколько можно к Превиллю привлекать внимание? Вот как раз в ближайшем выпуске напишут о столичных гостях... черт, приехавших опять же в Превилль!

Улран с типографией пока справлялся сам, хоть и не без некоторых, но главное некритичных накладок. И теперь листок "Соседи" потолстел на еще один вкладыш! Материалами на несколько номеров вновь его обеспечила Аля. Рецепты блюд из разных национальных кухонь и простеньких лекарственных сборов, ребусы, маленькие шутливые истории, в том числе подслушанные мальчишками на улицах. Желающих дать рекламу в их листок тоже хватало, так что доход, как и популярность их газетки, наконец стали понемногу расти.

А лучшим достижением седмицы Алевтина считала то, что смогла уговорить упрямого дракона, и он снял с нее свое непростое ожерелье. Защитному артефакту она была бы рада, но то, что он еще и следил за ней... Впрочем, в бега она пока не собиралась подаваться, все равно далеко от Живого дома не отходит. Поэтому заявила своему "покровителю", что, мол, неужели следяще-охраняющих артефактов нет в более удобном виде? Например, в виде небольших, каких-нибудь простеньких браслетов? Все же ожерелье, пусть даже такое комфортное, это украшение не на каждый день.

Кехиинай тогда завис на минуту, и Аля чуть было не разочаровалась, что драконы действительно такие недогадливые – ведь решение удобства на поверхности! Но инквизитор моргнул и сказал, что в таком виде защитные артефакты тоже есть. Тогда, обрадовавшись, Аля стала уговаривать его сменить ожерелье на браслет, чтобы на ближайший бал в честь приезда герцога она смогла надеть другое колье.

Почему-то "покровитель" не торопился уступить, пока ведьма не обмолвилась, что лучше, конечно, вообще без его "кандалов" обойтись. Которые он навесил ей, не предупредив об истинном значении, и поэтому она, ведьма, как бы немного в обиде до сих пор. Что защитные артефакты она может у Линда, который ей теперь сосед... Хотя нет, ей Линд точно не продаст, он тоже до сих пор на нее в большой обиде, но продаст Рану... Вот, защитные артефакты для нее Ранитир купит, если господин инквизитор так переживает за сохранность одной из своих подведомственных ведьм...

Договорить не успела. Рыкнув, чтобы наивная ведьма меньше доверяла эльфам, даже... тем более темным, дракон все же сменил ожерелье на браслет. Ему даже отъезжать для этого не пришлось, поскольку новое украшение он достал опять из своего подпространства, сильно возмутив магический фон рядом с эльфийским домом.

"Вот, другое дело!" – радовалась результату обмена Алевтина, покрутив на руке тонкий ободок красивого легкого браслета в виде змейки. Который, конечно же, опять с нее не снимался! Но в быту все же будет более удобен и незаметен.

Так она думала до самого бала, на котором именно этот браслет в первую очередь заметил встречающий их с Кехиинаем наместник. И господин Эйтни ощутимо удивился, даже сбился в приветственной речи, уставился на... Кехииная. Но у того, как обычно, на лице нечитаемая маска.

Что-то не так с браслетом? И у кого бы спросить, что не так с этими драконьими украшениями?