Глава 11 · Сама виновата

— Кто нам нужен? — удивился Бистрон, разворачиваясь к девушке.

Та закусила губу, Ран недовольно фыркнул, но Игнемар уже встрепенулся, задумчиво прищурился и потребовал продолжения.

— Я бы искала умные головы в академиях, это решение само напрашивается, — начала объясняться девушка, осторожно подбирая слова, чтобы опять лишнего не ляпнуть. — Но… раз вы, капитан, обозвали студентов оболтусами и прожигателями жизни… А что, если умные ребята, согласные служить королевству, просто не смогли попасть в академию? Раз обучение дорого стоит? Например, из младших родов, которым стать наследниками не грозит, и поэтому на них даже не тратятся родичи? Или из обедневших семей? Такие будут рады сделать карьеру на службе, если им дадут шанс на учебу и работу, а ради этого даже напрягать свои головы с трудной артефакторикой.

— Что именно ты предлагаешь? — задумчиво крутя опустевший кубок в руке, спросил капитан.

И Аля расцвела. Наконец-то! Наконец она те профессиональные знания, которые постигала столько лет в родном мире, сможет применить на практике! Так сказать, научит местных, как надо! Конечно, придется учитывать здешние особенности, но это же мелочи?

— Искать и вербовать умную молодежь! Не с пеленок, конечно, ведь проблема не настолько остра, зато среди юношей предакадемического возраста… Возможно, даже проводить конкурсный отбор на бесплатные места обучения в академиях, скажем… по королевской квоте? И со стипен… денежной поддержкой таких умников, например, если они хорошо сдают каждый семестр. Чтобы мотивировать их хорошо учиться, а не гулять. Конечно, не за просто так обучать, а составив договор, что после окончания учебы такой студент отработает на благо королевства лет… сколько-то. Но зато их будут ждать лучшие места, на которые, как вы говорили, господин капитан, у вас очередь отсюда и до горизонта. В обход всех прочих знатных, чьих-то сыночков и прочих будете в первую очередь брать именно самых умных, отобранных и обученных таким способом. И чтобы все об этом заранее знали. К тому же, раз таким юношам из мелких родов именно корона будет давать шанс на лучшую жизнь, то, значит, они будут более ей преданы?

Присутствующие маги переглянулись. А Ран хмыкнул:

— «Охотник за головами» в вашем, человеческом понятии звучит неинтересно. Может, лучше воровать готовых умников у соседей?

— А как ты будешь их мотивировать потом работать на Аликворею? — спросила Аля.

— Пытками? — белоснежно улыбнулся в ответ темный эльф.

— Хорошая идея, ведьма, — отозвался Игнемар. — Ты хорошо… придумала, значит, ты этим и займешься.

— Чем? — опешила Аля.

— Вот этим всем, — сделал широкий жест капитан. — Будешь нашим охотником за светлыми головами.

— Ха! — хохотнул Ранитир, довольно блеснув красными глазищами. — Моя матрона — охотница за головами!

— Но я не могу! — возмутилась Аля. — В смысле, еще и охотницей работать. Мне самой нужно учиться, плюс мои дела, которых тоже много…

Хотя… работать по специальности, полученной в родном мире, причем самой обычной, в совершенно другом мире, причем волшебном? Кому сказать, не поверять же! Впрочем, в существование других миров ей тоже не поверят «обычные люди».

— Алевтина! Тебе, между прочим, учебу корона великодушно оплачивает! И договор, заметь, на много лет отработки на тебя не повесили. А ведь мы можем пересмотреть…

— Да, госпожа, — дерзко перебил капитана Ранитир. — Ты только представь: ты не только сама стала отличным артефактором под носом у Линда и прочих Светлых. Ты еще начнешь находить и готовить толпы других таких же умных! Умных людей! На смену светлым эльфам! Представляешь, как Светлые разозлятся?

— Ран, ты считаешь, что это заставит меня заняться столь опасным делом⁈

— Лапонь… Алевтина, Светлые тебя все равно уже хотят убить. Так «чтобы не зазря они утруждались», — он что, ехидная эльфийская физиономия, передразнил капитана? — Сделай им еще большую пакость! Назло им ищи умных человеков-артефакторов, пристраивай их на учебу и работу во благо своей… — хмыкнул он. — … Аликвореи.

— Ты меня так утешаешь? — возмутилась девушка. — Назло Светлым отморозить себе… ну, то есть раз они все равно уже мечтают меня укокошить, то чего бы не гульнуть еще больше, что ли?

— Да, ни в чем себе не отказывай, госпожа, — нет, Ран явно наслаждался ситуацией! — А я позабочусь о том, чтобы они не добрались до тебя как можно дольше. Да и капитан с охраной такой ценности, как ты, поможет. Не так ли, капитан?

— Ну-у, спасибо, Ран! Вот прям успокоил… упокоил. Только… все равно я не могу! — покачала головой Аля. — Потому что… я ведьма! Поэтому парни из знатных семей, даже из совсем разорившихся, со мной, может, даже разговаривать не будут. Или сворачивать разговор совсем не туда! Потому что я, видите ли, женщина. А разве вы, мужчины, будете слушать или воспринимать всерьез женщин?

Маги опять переглянулись, кто-то из них поморщился.

— Верно говоришь, — согласился недовольный Игнемар, опять потер пальцами переносицу. — Тогда… Бистрон… Хотя нет, Ганриз! Ты будешь заниматься такими поисками…

Судя по скрипнувшим зубам названного, тот был не очень рад.

— То есть официально ты. А всю эту схему ты, Алевтина, распишешь, объяснишь Ганризу и будешь контролировать. В общем, назначаю ведьму главным охотником за умными головами. А Ганриз будет вести переговоры с кем нужно и учиться у тебя, чтобы такое же потом мы провернули и в других регионах страны. Аля, можешь начать с этой академии, если тут будет кто толковый, сообщишь, а мы решим тогда за оплату и все остальное…

Вот так Алевтина получила еще одну обязанность. И еще одну должность в тайной королевской службе, потому что артефактором она быть не перестала.

Конечно, она потом пыталась наедине с Игнемаром намекнуть, что он, мол, не прав. Хотя бы потому, что она здесь ненадолго, скоро уйдет, и что тогда? Но тот, убедившись, что рядом нет чужих ушей, также прямо ей ответил:

— Валя, в твоих же интересах замутить баш на баш: я тебе помогаю с твоим заданием насчет учебы в академии, а ты мне помогаешь наладить систему, что предложила. Так понимаю, ты раньше с кадрами была как-то связана? Вот, все адаптируешь, опишешь и научишь моих людей. С моей стороны обещаю поддержку насчет сдачи экзаменов, или что тебе здесь нужно выполнить? Можешь тогда об этом вообще не переживать, хотя на занятия ходи для приличия. Я еще и своих людей, наверное, в академию устрою. И чтобы за тобой приглядывали, помогали и чтобы… хорошую идею ты подкинула. Вербовать способных надо на самом взлете. Кстати, а зачем тебе домой возвращаться? Здесь у тебя такие перспективы! Не сравнить с Землей, одна магия чего стоит. Как ты дома будешь опять без всего этого волшебного?

— Ты решил и меня завербовать? На взлете? Окончательно и навсегда? — возмутилась девушка, на что Игорь ухмыльнулся и спросил, мол, и что, получается ли у него?

Так что увильнуть не получилось. А когда позже Аля пожаловалась Ранитиру, что на ней повисло новое дело, и как со всем справляться, тот отмахнулся:

— Ты уже и так делаешь подобное, ведьма. С мастерами, купцами, ведаками и прочими людьми. Находишь среди них толковых, сводишь между собой, даешь им работу. Даже домовых духов пристраивала на новую работу. А теперь всего лишь добавятся молодые маги. Зато мы, наконец, начнем наносить визиты в богатые дома людей. Да и новые полезные связи тебе не помешают.

Девушка хлопала глазами, осознавая услышанное.

А ведь точно! Получается, что она уже использовала свои профессиональные знания — именно как кадровик? Вернее, как рекрутер-фрилансер? И хотя трудового бюро у нее нет, но зато… есть многочисленные связи?

Затем напомнила о себе Магерс. Она приехала с Тобиасом и Рэми к Закрытому саду, проковыляла кое-как до ближайшей скамейки и тяжело опустилась на сидение.

— Раз ты все-таки выжила, чужачка, то вот, забирай Рэмигию. И помни, отправишь ее потом в академию.

Девочка в темной одежде и совсем легком пальтишке стояла, понурившись, у ее ног лежал небольшой узел с вещами.

— Напомню вам, что рядом со мной может быть опасно. Меня по-прежнему хотят убить, поэтому…

— Уже не хотят, — не то хохотнула, не то кашлянула старая ведьма, сложив сухонькие ладони на набалдашнике трости, стоящей перед ней. — Или ты про того мальчика, что под землей? Ты дюже настырная, и его уговоришь передумать. Так что не отказывайся, чужачка, не получится. Рэми будет жить с тобой, я так сказала.

Что за мальчик под землей? Неужели Магерс даже про младшего темного эльфа в подвале знает? И после этого говорит, что не ясновидящая? Аля покосилась на Тобиаса, но тот был совершенно спокоен и никак не выдал своего интереса происходящим.

— И мой фамильяр тоже будет жить с вами, завещаю его Рэми, — проскрипела еще старуха.

— Ваш фамильяр? — опешила Аля.

Оглянулась, но никого.

— Заявится еще. Когда перестанет обижаться, — пожевала губами ведьма, скрывая тем самым настоящую реакцию на свои же слова. — Что поделать, люди живут меньше, чем они.

Ощутив довольно холодный ветерок, Аля спохватилась и стала приглашать гостей в дом. Да и о фамильярах она хотела бы услышать больше. Но ведьма отказалась.

— Некогда мне. И так задержалась больше нужного. Так что запомни мои слова, чужачка: фамильяра моего не гони, мальчиков своих береги, Рэми… Рэми сама справится, чай не абы кто, моя кровь. Что к тебе само идет, от того не отказывайся. И да, интересная идея, чтобы у каждой ведьмы была своя особая книга. Как ты ее назвала? Груму… грими… вот это вот, хм, интересно, да. Тоби, ты себе тоже собственную книгу ведьмака заведи, с рецептами зелий и чего там еще… Чужачка расскажет. А мне пора…

Закряхтев, старуха стала медленно подниматься, и Тобиас бросился ей помогать, поддерживая под локоть.

— Что? — осознавала услышанное Аля. — Гримуар? Но как вы узнали? Я же никому ни словом…

— Напридумывают новых слов, не выговоришь, — бухтела старая ведьма, разворачиваясь на выход. — Понатащат свое, чужеземцы… поди разберись потом. Раньше проще было… куда мир катится…

С кряхтением и ворчанием старуха ушла, больше не реагируя на хозяйку, даже на ее вежливые слова прощания.

Затем Аля повернулась к оставшейся девочке, которая так и не поднимала головы и шмыгала носом.

— Что ж, Рэми. Добро пожаловать в семью.

Еще одна подопечная, еще одно дело. Аля уже и так едва справлялась. Вернее, если совсем уж честно, не справлялась. Спала мало — столько дел сразу навалилось: и расследование нападения, и академия, и рекрутинг новых талантов продумать — Ганриз уже насел на нее вплотную, видимо, желая быстрее начать и закончить. Но и это еще не все!

Улран, прознавший о поступлении ведьмы посреди учебного года в академию, заявился к ней в гости и признался, что на их предприятии… был пожар! Вернее, типография практически не пострадала — работники подхватились, не допустили огонь в здание, тушили сами. Хорошо, что они там были поздним вечером. А вот окружающие кварталы пострадали — потому что там бедняцкие районы, скученные трухлявые домишки, и противопожарные руны — непозволительная роскошь для жителей. И теперь весь тот квартал в ужасном состоянии, воняет гарью, так что магазинчик при типографии совсем перестанет приносить прибыль — кто ж туда поедет из платежеспособных. И, мол, что делать, пришел советоваться парень. Искать других продавцов, кому можно будет направить свои немногочисленные товары — хорошо хоть склад уцелел! — и уменьшить прибыль, или… что? Конечно, не говоря о том, чтобы увеличить охрану, то есть затраты на нее.

Так что неудивительно, что спала Аля плохо — еще неожиданно добавились фобии. В который раз ее уже пытались здесь убить? И с каждым разом подбирались все ближе. А теперь еще и пожар! Вот точно это тоже происки врагов! Разве что, вероятно, улмунских конкурентов, у которых была своя типография и чьи «выгодные» предложения Улран отказался выслушать? Но теперь кроме мыслей об очередных тратах еще вина за пострадавших в пожаре тяжелым грузом легла на плечи Алевтины.

Конечно, она не виновата, что там случилось, но… те люди работали на их предприятии и бросились тушить огонь, наверняка голыми руками, в то время как она даже не доехала, не обновила там противопожарные руны. А ведь могла бы!

Но сейчас Алю никто не выпустил бы из города, так что все, что она смогла — отправила в Улмун кроме Китера с Бритой еще и знакомого ведьмака-целителя, оплатив тому заранее за лечение не только своих сотрудников, но и жителей соседних домов, если обратятся. И законника Варгана попросила с ними съездить — разобраться на месте, не будет каких-либо претензий к владельцам типографии из-за пожара? И… как же ей не хватало времени, рук, а лучше — помощников!

Да и о пленнике в подвале под домом помнила. Хруст его сломанных пальцев, и что Ран запретил ей проводить в создаваемую темницу воду, заявив, что темные эльфы такие, мол, выносливые, что почти не пьют, и зачем ей, ведьме, утруждаться лишний раз.

— Ага, а еще не едят и даже не дышат, — не поверила ему тогда девушка.

— Ладно, иногда мы дышим и пьем, но… Не стоит его баловать, Аля. Чем меньше удобств, тем сговорчивее он будет. Возможно, — отвечал Ранитир.

«Баловать» — это чтобы в камере была вода для питья и прочего? Причем она в подвал не спускалась больше, а сам Ран мог иногда по нескольку дней пропадать. И кто напоит пленника?

Так что хлопот, дел и переживаний у Али не уменьшалось с каждым выполненным заданием, с каждым новым днем. Скорее, они лишь множились.

Причем настолько, что девушка даже вспомнила, зачем ей на самом деле дали «дневник попаданца». Для «круглосуточной психологической помощи»! Чем она и воспользовалась, понимая, что уже не справляется. Так что теперь по ночам, решив за день кучу вопросов, Аля переписывалась с психологом, жалуясь на появившиеся страхи не справиться. Тем более свою неуверенность она, как глава рода, не должна была показывать не только конкурентам и недоброжелателям, но даже домочадцам.

Ведь они на нее надеятся. Она для них опора, защита и все остальное, и скатываться в истерики ей категорически нельзя.

Правда, наблюдательный Ран все равно что-то заметил.

Зашел как-то поздним вечером, когда весь дом уже спал, к ней в комнату, из-за чего Але пришлось быстро захлопнуть свою тетрадь. Хотя зачем, если Ран на ее языке читать не умеет?

— Что делаешь, ведьма? — скользнул он внимательным взглядом по толстой записной книжке в кожаной обложке.

— Пишу мемуары, — буркнула Алевтина, которую сильно отвлек внезапный визит. — Раз моя жизнь здесь может оборваться в любой момент, то вот, на память потомкам записи делаю заблаговременно.

— Госпожа, — склонил брюнет голову. Вряд ли покаянно. Чтобы скрыть взгляд? — Моя вина, что я прибыл к тебе тогда позже запланированного. Но такого больше не повторится! Я сделаю все возможное… и невозможное, чтобы…

— «Позже запланированного», — эхом повторила Аля. — Значит, ты все-таки заранее знал о нападении. И не сказал мне. Что ж…

Наорать бы на этого ушастого манипулятора! Или дать ему по ушам, но… Слезы сами навернулись на глаза. Теперь Алевтина отвернулась, чтобы не было видно ее слабости.

— Госпожа, — высокая стройная фигура в привычном черном одеянии скользнула к ней, чтобы… опуститься на пол рядом с ее стулом. — Моя вина безмерна, и я не прошу снисхождения…

Все еще отвернутая девушка вынужденно шмыгнула носом.

— Валья! Только не гони меня, — глухо попросил молодой мужчина, сидящий около ее ног.

— Можно подумать, я смогу от тебя куда-нибудь деться, — хотела фыркнуть Аля, но в итоге чуть еще больше себя не выдала.

Даже с этим засада! И непонятно толком — они с Раном друзья или… заложники ситуации? Разве сможет она избавиться от темного эльфа, даже если очень захочет? Нет, конечно. Да и не хочет избавляться. Ран — единственный из местных, кто знает ее самую страшную тайну, с кем она может хоть сколько-то расслабиться, быть самой собой без всяких оглядок. Хотя юмор у него порой бывает очень специфический.

И Ранитир тоже от нее уже никуда не денется — кто знае,т зачем он просился в ее род, но… Может, он заложник своего неуемного любопытства? Или одиночества? Он ведь тоже здесь совсем один, вдали от родичей и своей родины.

Они два одиночества, чьи дорожки волею судьбы пересеклись в Превилле.

Алевтина повернулась обратно и осторожно коснулась мужского плеча. Парень наклонил голову, чтобы скулой задеть ее ладонь. Тогда девушка позволила себе чуть больше: сама провела кончиками пальцев по мужской щеке, уху, его длинному кончику. Давно хотела попробовать на ощупь эту самую нечеловеческую деталь.

Ранитир заметно вздрогнул, и Аля отдернула руку. Но парень перехватил ее ладонь, осторожно сжимая тонкими жесткими пальцами.

— Я могу расчесать тебе волосы? — последовал неожиданный вопрос от эльфа, когда пауза стала затягиваться до неудобного.

— М-м? Зачем? — опешила Аля.

— Вроде бы такой процесс должен успокаивать, — с долей сомнения ответил Ран, заглядывая ей в лицо снизу вверх.

— Да-а? — хотя вроде бы да, разве это не разновидность массажа? Успокаивающего ухода? — М-м, ладно.

Плавно поднявшись, словно поток воды в русле реки, Ранитир сразу же нашел расческу и зашел за спину все еще сидящей Алевтины.

А та запоздало вспомнила:

— Интересно, а в обычаях твоего народа волосы что-нибудь значат? Вот точно ты тогда обрезал косу наемнику из своих не просто так, не из-за одних только сюрпризов внутри.

Но эльф не торопился отвечать. Вместо этого он стал аккуратно расплетать косу девушки, которая в этом мире уже успела отрасти гораздо ниже плеч.