Глава 43

Саркис Усадив Анаит на мотоцикл прямо перед собой, веду очень аккуратно. Она давно не боится скоростей и прекрасно знает, как правильно сидеть, как держаться, чтобы не мешать мне управлять байком. Мне неспокойно. Каждая встреча с Предателем становится испытанием для моей нервной системы. Не могу я простить ему мать, а теперь и манипуляции через сестру. Все, что хочется сделать, – это хорошенько ему врезать. Но вместо этого, как послушный песик, вновь подчиняюсь и везу к нему Анаит. Это вспенивает меня еще сильнее, и на подлете к воротам кровь уже стремится кипятком через все тело. Я многое могу контролировать, кроме ненависти к этому уроду. Во дворе тачка «деда». Вот только его мне не хватало. Они уже влезли на мою территорию везде, где смогли. Брак, сестра, спонсорство в мотоклубе. На шее все время ощущается удавка, которая затягивается, стоит мне сделать слишком широкий шаг. Ну ладно, тем азартнее буду выкладываться на треке и будет стимул выиграть гонку на закрытии сезона. Хотя бы войти в тройку лидеров. Резковато торможу прямо у ступенек. Нас с Ани кидает вперед. Сестренка возмущенно на меня смотрит. – Извини, – снимаю шлем. – Ты злишься? – дотягивается ладошкой до моей щеки. – Нет, – отвечаю еще резче, чем парковался. – Посиди, сниму сейчас. Перекинув ногу, встаю обеими на землю и, приподняв Анаит, ставлю ее рядом с мотоциклом. Она поправляет на себе одежду и тянет мне руку. – Только не ругайся с дядей Суреном, – просит шепотом. – Если он не разрешит, я похожу в новую школу. Привыкну. Нервно улыбаюсь ей. Неправильно, что младшая сестра меня успокаивает. Завожу ее в дом. Мне навстречу тут же несутся два мелких урагана. Вот они шустрые! – Киса! – визжит Наринэ и лезет обниматься. – А ты будешь с нами играть? – подключается младший брат. Анаит ревниво стискивает мою ладонь. – Тихо вы, – улыбаюсь, косясь на Ани. – Тихо, Нари. Упадешь сейчас, – отцепляю мелочь от своей ноги. – Черт! Как же вас много, – сдаюсь, взъерошивая себе челку. Мини детский сад хохочет и требует внимания. А дома отец и дед. Какого черта никто не уделяет время этим детям? Зато эти два чересчур «заботливых» с огромным удовольствием уделяют внимание нашим с Анаит персонам. – Ани, нам дедушка подарки привез, – делится с сестрой младшенькая. – Для тебя там тоже есть. Больша-а-ая коробка. Пойдем смотреть? Я больше не могу терпеть. – Иди, – киваю Анаит. – Ты же зайдешь? – смотрит на меня так, будто я сейчас исчезну. – Зайду. Беги, посмотри подарки, а то Нари сейчас точно откроет их без тебя, – подмигиваю ей. Сестренка забирает у меня сумку со своими девчачьими штучками. Берет за руку Наринэ и ведет за собой. На ступеньках оглядывается. Улыбаюсь ей и подгоняю Армана, чтобы не отставал от девчонок. В просторной гостиной становится пусто, тихо и безжизненно. Искусственный дом, как и его хозяин. Фальшивка под дорогой этикеткой. Выхожу покурить и только после пары сигарет возвращаюсь в гостиную. Широким шагом пересекаю ее. Перешагивая через ступеньку, быстро поднимаюсь на второй этаж и сворачиваю к кабинету Предателя. Нервно дернув ворот куртки, нажимаю на дверную ручку и вхожу без стука, оставляя хорошее мамино воспитание и вежливость за порогом. – Мой взрослый сын приехал. – Папаша расплывается в улыбке, салютуя мне стаканом воды. – Здравствуй, Саркис, – как всегда сдержанно, приветствует «дед». – Присаживайся, – хлопает по свободному месту на диване рядом с собой. Веду плечом, стараясь хоть немного сбросить напряжение. Сажусь и гипнотизирую взглядом отца, пытаясь разобраться с его настроением. Оно какое-то неопределенное, скользкое. Впрочем, как и он сам. – Как у вас со Стефой дела? – спрашивает родитель. – Ее родители в полном восторге. Оксана говорит, ее дочь светится от счастья. Молодец. Быстро девочку в оборот взял. Сразу чувствуется – моя кровь. – Меня сейчас стошнит от твоего лицемерия. Давай опустим дифирамбы тебе, я их все равно не разделяю. И похвалу мне. Мы оба знаем: ты так не думаешь. О Стефе говорить в таком ключе не советую совсем, – ощетиниваюсь я. «Дед» хлопает меня по плечу. Скидываю его руку. Успокаивать меня тоже не надо. Пусть не лезут хотя бы в мою кровать. Этого вполне достаточно. – Мужик, – довольно тянет Предатель. – О чем ты хотел поговорить? – О сестре, конечно, – заявляю очевидное. Говорить с ними мне больше не о чем. – Ани здесь тоскливо. Она хочет домой. Отпусти ее к нам со Стефой. – Нет, – отставив стакан, отвечает отец. «Дед» сидит тихо, но я уже знаю, без его слова тут мало что решается. Сажусь вполоборота и во просительно смотрю в глаза отцу Натальи. Он отрицательно качает головой. – Малышка останется здесь, Саркис. – Каждое его слово пропитано категоричностью. – Теперь это ее дом. Тут ее семья. А скоро будет новая школа, новые друзья и новая жизнь. – Вам совсем плевать на то, что она чувствует, да? – Поутихшая кровь вновь начинает закипать. – Вы не слышите меня, что ли? Ей здесь плохо! – Выбирай выражения, мальчик. Очень тебя прошу, – морщится «дед». – У Анаит полноценная семья. У тебя там теперь своя. Сосредоточься на этом. А хочешь с кем-то понянчиться, сделай жене ребенка. Сжав кулаки, играю желваками, перебрасывая полный тихого бешенства взгляд с одного мужчины на другого, и понимаю, что они на одной стороне – против меня. И это явно обсуждалось, пока мы с Ани сюда ехали. – Зачем она вам? Ну зачем, а? – подскакиваю с дивана. – Ты сделал доброе дело. Помог нам. Я пожизненно благодарен за нее. Но Ани реально нехорошо здесь. Вы можете понять, она мать потеряла недавно. – В груди разгоняется атомный реактор, готовый взорваться в любую минуту. – Три месяца прошло, – напоминаю этому чудовищу. – Это ничто. Даже мне, взрослому мужику, паршиво. А она ребенок. Ей просто нужно больше времени в привычной для нее атмосфере. Пожалуйста, – смотрю только в глаза тому, кто пытается быть мне отцом, – дай ей это время. Не забирай у нее любимую школу, первого учителя и одноклассников, с которыми она дружит. Мы же на виду всегда. Мы не создаем тебе проблем. И я тоже хочу, чтобы ей было лучше. Я согласен на платный лицей для нее. Но не сейчас. Ани не готова. Нервно поправляю штаны. Пальцы деревянные. Я их разгибаю, они обратно сжимаются в кулаки. – Во-первых, – выслушав меня, отвечает отец, – семья Анаит действительно теперь здесь. Я ее отец по крови и по документам. И твоя выходка, когда я сказал привезти дочь домой, мне совсем не понравилась, – бьет он ладонью по столу. – Из этого, мой взрослый сын, вытекает «во-вторых». Скажи, как еще мне тебя контролировать? Сегодня ты послушный, потому что тебе так надо. Я уезжаю в командировку, и ты посылаешь меня к чертям, отказываясь подчиняться. Заметь, я в своем праве требовать от тебя возвращения Анаит домой. А если завтра тебя вспенит или ты наиграешься с молодой женой, решишь развестись и закопать не только мою многолетнюю дружбу с ее родителями, но и очень выгодный контракт, завязанный на вашем браке? Закрываю глаза. Глубоко дышу, стараясь всеми силами погасить ядерную войну, все набирающую обороты у меня в груди. Еще один вдох. Выдох. Медленно открываю глаза и выдавливаю из себя: – Пожалуйста. Я прошу всего год. Ани окончит начальную школу и перейдет в лицей. Мы еще хорошую музыкалку ей со Стефой нашли. Они будут заниматься. Я… – еще один тяжелый, судорожный выдох, – прошу тебя. Ну ты же получил от меня все, что я могу тебе дать! – Нет, Сар, – упирается отец. – Черт, ну извини меня за срыв! – повышаю голос. – Ей было плохо. Анаит плакала, я сорвался. Прости! – ору на весь кабинет, чувствуя, как меня трясет. – И с женой я не разведусь. Я люблю Стефу. – Вообще не то, чем мне хотелось бы с ним делиться. – Это очень хорошо, Саркис, – вмешивается «дед». – Но твой отец прав. Тебя, мой мальчик, нельзя оставлять без контроля. Ты горячий, вспыльчивый, как все мужчины нашей семьи. Да и малышке Анаит здесь ничего не угрожает, ты ведь знаешь. Ее тепло приняли. Всем обеспечили. – Кроме семьи, – цежу сквозь зубы, не оглядываясь на «деда». – Пожалуйста, Сур… отец, – засовываю гордость в задницу. Снова! Ради Ани, ради памяти о маме. Ради нашей новой маленькой семьи. – Дай мне год. Я обещаю, от меня не будет проблем. – Под его удивленным взглядом опускаюсь на колени. Однажды я сказал ему, если понадобится, я встану. Мне очень нужно сейчас. В кабинете повисает тяжелая тишина. Раскинув руки в стороны, стою на коленях и снизу вверх смо трю на его ошарашенное лицо. Папаша делает несколько шагов ко мне. Давит ростом. Мне кажется, я сейчас взорвусь. Стоять на коленях против моей природы. Никогда ни перед кем не унижался. Этот урод постоянно заставляет меня это делать и явно получает свой кайф, глядя на то, как меня ломает. – Нет, – тихо отвечает он. – Но видишь, как легко склонить тебя в нужную позу, когда ты начинаешь выделываться, мой взрослый сын. Встань, – протягивает мне руку. Игнорирую. Поднимаюсь и крепче сжимаю кулаки. – Объясни Анаит, что мы хотим для нее только лучшего, – требует он. – И пойми, Сар, мне не нужна война с тобой. Мы можем играть на одной стороне и нормально общаться. – Только по твоим правилам, – хриплю я. – Не без этого, – ухмыляется отец. – Я старше, мудрее и влиятельнее. – Ты сволочь и эгоист, – не отвожу взгляд, хотя он пытается давить. – Одно другому не мешает. Также это не мешает мне любить тебя, мой строптивый сын. И гордиться тобой. – Ани просто ребенок, которому страшно. Она не разменная монета. Не печать на твоих договорах, – из последних сил пытаюсь достучаться до этого козла. – Малышка Ани, к сожалению, единственный способ, Сар, держать эти печати несорван ными. С ней все будет нормально. В новом лицее хороший детский психолог. Ей помогут адаптироваться. Музыкальная школа… – задумчиво замолкает, засовывая руки в карманы и качнувшись с пятки на носок. – Пожалуй, да. Тут я согласен. Пусть занимается. Няня или Наталья смогут ее возить. Видишь, – хмыкает он, – я тебя слышу. И мой дом все еще открыт для тебя, Сар. Ты всегда можешь приехать к сестре. К тебе я ее пока больше не отпущу. Эти поездки плохо влияют на ребенка. Не знаю, что меня остановило от удара. Выхожу из кабинета и всаживаю двоечку в стену. Тварь! Ненавижу! Размашистым шагом иду в комнату к Анаит. Я обещал сестре зайти. Она ждет меня на кровати в обнимку со своей сумкой. Рядом валяется развороченная коробка. На полу модная игровая приставка и ярко-розовые ролики. – Он не разрешил, да? – смотрит на меня потухшим взглядом. Она все всегда понимает. Ребенок, которому приходится слишком быстро взрослеть. Отрицательно качаю головой, опускаясь рядом с ней на кровать. – Музыкалку только, – ищу у себя внутри улыбку для сестры, умалчивая о том, что даже на выходные ей теперь ко мне нельзя. И в этом виноват я. Выходит, так. Если бы подчинился и вернул Ани, когда требовал Предатель, сейчас не было бы этой подставы. То, чего я боялся. Мой страх сбывается. Неправильно принятое решение, которое тянет за собой паршивые последствия. – Кис, – тихо зовет сестренка. – Кис, ты плачешь? – удивляется она. – Мальчики не плачут, – улыбаюсь ей, чувствуя, как слиплись влажные ресницы. – Они просто иногда не вывозят и ошибаются. Прости, Ани, – сжав зубы, крепко обнимаю сестру. – Зато не в детском доме, – шепчет она мне то, что обычно говорю я. – И ты рядом. – Я рядом, малышка. Рядом… – крепко сжимаю ее ладошку. Прощаюсь с Анаит. Выхожу на улицу. Закуриваю и сажусь на байк. Агрессивно срываю его с места, вылетая за ворота и уходя в точку на высокой скорости. Петляю между машин, не различая дорог и направлений. Я ошибся. Мне пришлось унижаться. Сестра увидела мою слабость… Ломает, выть хочется. Контролировать они меня хотят. Да куда, мать их, я денусь? Я влюбился по уши в собственную жену, и я ее никуда не отпущу! Я для Ани лучшего хочу. Чертово время! Все, что я попросил у этого недопапаши, – немного времени. Но он так боится не справиться со мной, что давит через сестру. «Трус! Урод! Ты не отец мне! Ты чертов козел!» – ору до хрипа глубоко внутри себя. Снаружи я слился со своим байком, со скоростью, с дорогой. У меня все мышцы горят от перенапряжения. Перед глазами мелькает разделительная полоса очередной дороги. Не понимаю, где я еду. Поднимаю взгляд, чтобы наконец осмотреться. Сердце моментально взвинчивает обороты на максималку. Передо мной разворачивается тачка, решившая ехать в другую сторону. Мозг уже понял, что это конечная. «Прости меня, мама, – проносится в голове. – Я не справился». Байк влетает передним колесом в борт застрявшей на развороте машины. Мне даже не больно. Просто свет гаснет, и все.