Глава 36

— Нюр, успокойся. Ещё ничего не решено, я просто покажу… Лолите квартиру, — я грозно посмотрела на Кати́, давая понять, что не одобряю подобный экспромт.

Она невинно пожала плечами.

— Уверена, мне все понравится. Тем более с такими неравнодушными соседями, — она всё-таки решила оставить последнее слово за собой.

— Все будет хорошо, — ободряюще кивнув Нюре, я открыла дверь и запустила Кати́ в квартиру.

— Воспитанием соседей, как я вижу, ты не занималась.

— Не было нужды.

— Идеальная жизнь? Всё по-человечески?

— Кати́, я пригласила тебя не для того, чтобы слушать разбор моей жизни.

— Ой, а не все так гладко, — она в изумлении смотрела в направлении кухни.

Черт! Я совсем забыла о Петькином вчерашнем представлении. Пол был усыпан осколками стекла, выбитого из двери.

— Как видишь, неидеальная, — фыркнула я, моментально забив на приличия. — Чай? Кофе? Воды?

— А что-нибудь покрепче не предложишь? — Кати́ прошла в кухню следом за мной, с любопытством разглядывая место “преступления”.

— Не предложу. Нет повода.

— Оу, так категорично? Может быть, Петр не выдержал именно этого?

Я обернулась, посмотрела ей в глаза, увидела всё те же хитрые, мерцающие искры.

— Ты меня не знаешь.

— Я работаю с людьми. У меня большой опыт. Все мы в общем-то похожи. Кофе. Эспрессо, пожалуйста, — попросила Кати́, по-хозяйски отодвинула стул, села за стол, дав понять, что намерена у меня задержаться.

По хорошему счету ничего не мешало ее выставить прямо сейчас, но заброшенный крючок относительно Ксюши здорово меня сдерживал.

Я включила кофемашину.

— Мне тут днем попалось любопытное видео. Очень отозвалось, — продолжила моя гостья, достала телефон и включила звук.

— История не моя. Моей близкой подруги. Про ее сноху. Но пройти мимо не могу. Возмутила глупость и импульсивность взрослой женщины, матери! — прозвучал голос моей свекрови. — Вот чаек успокоительный заварю. — Из динамика послышался звук наливаемой воды. — А то всю душу вытрясли. За подругу так обидно! Не такого отношения она ждала на старости лет.

Я обошла Кати́ и посмотрела на экран телефона из-за ее плеча. Видео было выложено в одной из соцсетей, ссылку на которую прислала мне дочь ещё вчера, когда я ехала с Назаром в аквапарк. Времени посмотреть его у меня не нашлось.

— Останови, не хочу ничего пропустить, — я оценила десятиминутный размер ролика.

Кати́ выполнила мою просьбу и подождала пока я приготовила кофе не только ей, но и себе. За это время она успела сбросить два звонка, настрочить что-то в мессенджере, любезно выдвинуть для меня стул и пристроить телефон на столе так, чтобы удобно было смотреть вдвоем.

Сеанс продолжился.

— Итак, что мы имеем. Больше десяти лет брака. Ребенок. Дом полная чаша. Муж добытчик. Жена реализована, с одним-то ребенком и современными удобствами, несложно. Но вот почему-то когда муж финансово твердо встал на ноги и решил заняться реализацией своего нераскрытого потенциала, жена его не поддержала. — Агния Марковна, громко прихлебывая, отпила успокоительный чай, а на экране телефона Кати́ всплыло сообщение от… Стаса.

Я не успела прочитать сам текст. Кати́ проворно коснулась пальцем экрана и смахнула его вбок.

— Я понимаю, — нравоучительно продолжила свекровь, — когда привыкла использовать мужа единолично, сложно пережить, что у него появились свои интересы. Но прояви мудрость. Ведь за все время брака никто не мешал тебе реализовывать себя. Так к чему эта категоричность и зашкаливающий эгоизм?! — Далее свекровь ушла в воспоминания “вот я-то” и закончила свой порыв души чисто по-блогерски: — А что думаете об этом вы? Пишите ваши ответы в комментариях, я отвечу каждому. Всем разума, дорогие! Стоим на страже добра!

Кати́ выключила телефон и положила его на стол.

Я отпила кофе. После шоу, которое свекровь устроила вместе с сыном и полицейским у Стаса, я не питала никаких иллюзий. Агния Марковна, как и Нюра, транслировала свои собственные страхи, приоткрыв завесу на скелеты в своем шкафу. Отец Петьки реально доработался, пытаясь соответствовать высокой планке, которую поставила для него жена.

— Теперь тебе про меня все ясно? — спросила я у Кати́ и допила уже остывший кофе.

— Скорее про твою свекровь, — неожиданно озвучила мою мысль она. — Ален, а ты не хотела бы послать всё к черту и уехать отдохнуть на пару недель? Новые места. Новые знакомства. Вдохнуть после брака воздух свободы полной грудью. Я ведь владею не только сетью “Встреч”, но и агентством по организации любых видов отдыха, включая очень и очень провокационные, — Кати́ недвусмысленно поиграла бровями.

— Как интересно. Спасибо. Но я воздержусь. Уже наразвлекалась на выходных. К тому же, я опять замужем.

— За Лапиным? Не смеши, на него, где сядешь, там и слезешь. Я понятия не имею, какая женщина ему подойдёт.

— Так я же подошла, — ухмыльнулась я.

— Ты — выгодное вложение с качественной подстраховкой.

— Правда? А я то думала, что я его настоящая любовь! — я наигранно выпучила глаза и прижала ладони к щекам, изобразив шок.

Кати́ фыркнула, и взглянув на меня из-под ресниц, внезапно поинтересовалась:

— А со Стасом?

— А что там насчёт Ксюши и ее матери? — ушла я от ее вопроса и задала встречный.

— А ты непростая, Алена. Мне сначала почему-то показалось, что Стас клюнул именно на твою открытость и наивность. Ошиблась. Один-ноль в твою пользу. А насчёт Яны… Она прислушивается ко мне. Я ее и познакомила со Стасом. Мы пересекались по модельной работе. Она была дурная-дурная, очень молодая, но не злая, не завистливая, не жадная. Я тогда уже была замужем. Счастливая. И хотела осчастливить всех вокруг. Стас и подвернулся. И все бы было хорошо, если бы они предохранялись.

Меня слегка передёрнуло. Словно Кати́ вмиг обесценила рождение Ксюши.

— Я не об этом, — уточнила она, заметив мое движение. — Ксюшка классная. Яркая. С характером. Вся в отца. Но Яна была совершенно не готова к материнству. Как впрочем и сейчас. Я даже не уверена, изменится ли что-то через десять лет. Но она Ксюшина мать. И проявляет свою любовь, как умеет. А новые серьезные отношения Стаса могут вытеснить ее из жизни дочери совсем.

Кати́ замолчала.

Я подождала продолжения.

Его не последовало.

— И? — я воспользовалась вопросом, которому научилась у Агнии Марковны.

Кати́ сощурилась:

— Что ты об этом думаешь?

— О чем? — прикинулась дурочкой я. Мне было что сказать по всей этой ситуации. Но за последние дни я многому научилась. И предпочла воздержаться от того, что могло быть использовано против меня же.

— Об отношениях Ксюши с матерью.

— Яна ее мать. И всегда ею останется. Повзрослеет — хорошо. Нет, ее будут принимать такой, как есть. Ты же сама сказала об этом.

— Да, но если бы гипотетически у вас со Стасом что-то наметилось, ты бы могла…

— В какой-то передаче я слышала отличный совет. Если честно не думала, что мне он пригодится, однако ж, правильно говорят — не зарекайся. Так вот там советовали, не встречаться с теми, кто ещё состоит в отношениях.

— Мудрое решение, но ведь бывают обстоятельства… — опять ухмыльнувшись, продолжила Кати́.

— А бывает обычное нежелание разбираться со своими проблемами, — подвела я итог нашего разговора. — Я пока решаю свои. Что потом, время покажет.

— Здравая позиция. Ален, ты мне все больше и больше нравишься. И имей в виду, двери моего агентства всегда для тебя открыты. — Кати подмигнула и посмотрела на меня взглядом змея-искусителя, построившего яблоко в нужные руки.

В дверь позвонили.

С тайной надеждой, что это все же Нюра, а не Стас с Ксюшей, я открыла дверь.

Нюры за дверью не оказалось.

Ксюши и Стаса тоже.

Зато за огромным букетом роз стоял Петр.

— Привет, Ален. Нужно поговорить, — по-деловому коротко обозначил он цель своего визита.

— О чём?

— Может быть, ты меня для начала впустишь? Или так и будет говорить через порог?

— Хорошо. Впущу. Но у меня есть одно условие.

— Какое? — насторожился Петр.

— Жди здесь, — я быстро метнулась к техническому шкафу, вынула совок и веник, которые держала специально для разных школьных мероприятий по уборке для Аси. — Вот, — протянула я их Петру, вернувшись к двери.

— Что это? — он подозрительно поморщился.

— Проходи и убери за собой. Давай я подержу цветы.

Петр сделал шаг в квартиру и увидел то, что я имела в виду.

— И зачем это? — он нахмурился.

— В качестве извинения.

— Но ты же знаешь, что я был не в себе.

— Знаю, но в тетя ничего не запихивали насильно. Это твоя ответственность, Петр.

— Ты ждала меня, да? Специально ничего не убрала, чтобы напомнить и унизить?

Да, я хотела, чтобы он это запомнил. Впервые в жизни, когда мне не захотелось закрыть глаза и пощадить его чувства.

— Можешь думать и так. А можешь сделать это в качестве извинения, и мы поговорим о том, зачем ты пришел.

— Ни за чем! — взорвался Петька, швырнул букет на пол, вышел из квартиры и с силой захлопнул за собой дверь.

— Что-нибудь покрепче? — в кухонном проёме нарисовалась Кати́ с бутылкой в одной и парой болкалов в другой руке. — По-моему, отличный повод отпраздновать расстановку всех точек над i.