Глава 3

Февраль

Капитан Фролов

– Отставить под машину кидаться, – ору, будто стою на палубе перед экипажем. Пулей вылетаю из своей желтой “коробки”.

Светофор только сейчас начинает мигать красным. Я все делал правильно.

Что за дела?!

В нескольких миллиметрах от бампера стоит невысокая женщина. Темные волосы разметались по ее лицу, создавая из локонов, небрежно убранных на затылке, что-то до невозможности беззащитное.

Даже не знаю, как успел вовремя дать по тормозам и не зацепить ее стройные ноги.

Ноги, ноги, ноги… в центре большого города женщины и их всевозможные прелести словно бы специально окружают меня повсюду.

Каюсь! За полгода “на суше” я так и не научился не удивляться таким простым вещам.

Но тут-то совсем другая история! Я даже не видел, как и откуда она на меня выскочила.

– Вы бы не торопились на тот свет, милая, – повторяю нарочито громко, уставившись в испуганные бирюзовые глаза.

– Ах, – от моих слов незнакомка как-то неловко дергается, а потом ее, вообще, начинает штормить, и она… медленно оседает на проезжую часть.

– Приплыли, – в последний момент успеваю подхватить бедовую.

Тут же взваливаю ее на себя, аккуратно придерживая поникшую голову и шелковистые кудри.

В спины нам уже начинают сигналить водилы соседних тачек и осыпать отборным матом возникший затор на перекрестке. Не оставляю их без ответной “любезности”, пока оперативно возвращаюсь вместе со своей странной ношей в салон такси эконом класса.

Чуть дольше необходимого вожусь с задней дверцей, то и дело аккуратно подталкивая коленом, сползающую с моего плеча, дамочку.

Оказавшись в салоне, складываюсь вчетверо, чтобы сгрудить бедолагу на сиденье.

С опаской вглядываюсь в побледневшие черты лица. Пушистые ресницы едва заметно подрагивают…

В остальном, ноль эмоций.

Продолжаю нависать над женщиной, скрючившись в три погибели.

Пу-пу-пу. Вот это подфартило мне, конечно, в конце смены.

С другой стороны, ДТП-то, по факту, не было. Так что, и спрос с водителя никакой.

Однако, не бросать же мне Гражданку Невезучую посреди дороги.

Да, и холодно сейчас на улице… Такие шикарные кудри вмиг превратятся в сосульки…

Руки снова невольно касаются мягких пушистых волос. Так и подмывает распустить их по плечам, ослабив заколку.

Темные ресницы, чуть тронутые косметикой, тут же начинают трепетать. Сейчас уже более выразительно.

Провожу ладонью по бархатной коже, очерчивая фактурный профиль. Слегка похлопываю, изображая подобие первой помощи.

– Давай уже! Очнись, – шепчу как-то слишком взволнованно.

Женщина издает тихий протяжный вздох, ошпаривая мое лицо сливочно-карамельным дыханием.

И теперь уже волосы на моем затылке встают дыбом, расползаясь по загривку мурашками.

Наклоняюсь непозволительно близко. Еще раз “пожамкав” красивую по щекам, взором веду по голубоватой венке, так беспомощно пульсирующей у виска. Штрихи моих взглядов, чертят абстрактные линии по овалу нежного женского личика.

Замечаю, что скулы незнакомки сплошь покрыты веснушками. Россыпь солнечных пятнышек также разлилась по носу и шее… Ее сливочный запах так гармонирует со светлым оттенком кожи, что мое дыхание учащается.

– Не обессудь, кудряшка, – рычу, потеряв остатки ума и совести.

А потом… впиваюсь в мягкие прохладные губы без всяких предупреждений…

А что? Тут спасать человека надо, а не булки мять.

Каждая секунда ведь на счету!

Женский рот встречает меня томной и влажной мякотью. Провожу языком по контуру “арки Купидона”, совершенно теряя ориентацию.

Черт! А я ведь так рассчитывал на беспристрастность. Но эти губы… отчего-то заставляют мой пульс метаться подобно жалкой щепке во время шторма.

Прохладные ладони вдруг обхватывают мои затылок, зарываясь в короткие волосы. Женщина, наконец, приоткрывает глаза и отвечает на мой поцелуй несмелой лаской.

– Что мы делаем? – сладко шепчет следом, в самые губы.

– Искусственное дыхание, – спешно отстраняюсь, чтобы снова не залипнуть на ее губах.

– И как? Помогает? – вдруг выдает красотка на полном серьезе.

Судя по всему, она еще не совсем понимает, что с ней случилось и где она находится.

– В-вполне, – едва выговариваю, не узнавая свой надсадный бас.

– Хорошо. Ммм, – тут же послушно соглашается, вытягивая губки в трубочку. – Так, стоп! – потом ее выражение глаз резко меняется.

Большие зрачки еще больше расширяются, обрамляя яркую аквамариновую радужку, на дне которой плещется возвращающееся сознание.

– Я сказала: “Стоп”, – строго повторяет она, подскакивая на сиденье.

Ее пушистая голова чуть не ударяется о панель крыши, когда я перехватываю женские плечи, ловко перекидывая через них ремень безопасности.

На адреналине выскакиваю из салона, чтобы снова вернуться в него уже через пару секунд. На водительское кресло.

– Что происходит? – негодует пристегнутая, моментально превращаясь в фурию, дышащую огнем.

Что-что? Если б я только знал…

– Адрес называйте, – грубо рявкаю, глядя прямо перед собой. – Вы были без сознания. Что мне еще оставалось делать? – объясняю спешно, пряча тупое смущение за бравадой.

Темноволосая скребет ногтями по обивке моего сиденья, а потом настойчиво дергает ручку двери.

Но я не даю ей возможности снова оказаться под чьими-нибудь колесами. Резко выжимаю сцепление.

– Ааа… В смысле? – слышу, как негодует и дышит мне прямо в висок, высматривая маршрут нашего движения.

– Чуток покатаемся, – выдаю очередной бред. А затем протягиваю ей бутылку воды и встраиваюсь в поток машин на оживленном проспекте.

– Вы меня похищаете? – ошалело предполагает моя новоявленная пассажирка.

– Никак нет, – рапортую прямолинейно. – Но вас сейчас лучше не оставлять без присмотра. Да, и врачу показаться стоило бы.

– Ха! Заняться мне больше нечем! У меня и без вас – забот полон рот, – выдает женщина, смелея и фыркая.

Кажется, это было не самое удачное ее сравнение, если вспомнить, что только что делали наши рты.

– Я заметил, – сиплю и зачем-то надавливаю подушечкой большого пальца на свои губы.

Фигуристая снова фыркает и сердито замолкает. Мельком ловлю ее отражение в зеркале заднего вида.

Кончики круглых изящных ушек так мило краснеют. Незнакомка кусает губу, изучая в окне городские пейзажи.

Резко перевожу взгляд на дорогу, погружаясь в привычный водительский ритм и суету пятничных пробок.

Сумерки за окном рождают приятную закатную атмосферу. Огни фар и дорожные фонари светлячками мелькают в морозном воздухе.

Небо кажется слишком высоким, не взирая на то, что пора бы ему уже сдаться под напором ночи. Розовые прожилки света то и дело сквозят среди облаков, прошивая своими нитями вечернюю дымку.

Эта смесь стужи и приятной надежды на скорое потепление – самое классное в феврале.

Предвесенье. Так это время я называл, когда еще умел романтизировать.

Мой телефон на приборной панели внезапно начинает вибрировать. Недовольный неловкой заминкой, хватаю гаджет.

Смахиваю входящий почти не глядя и тут же торможу на обочине.

Сейчас я дам красивой время сбежать, а сам забуду это происшествие, будто невнятный сон после нескольких бессонных ночей дежурства.

– Все в порядке? – тревожно обращаюсь к экрану, вглядываясь в бледное лицо на тусклом фоне квартиры своего детства.

Боковым зрением, пытаюсь разглядеть хоть какое-то движение позади себя.

Безрезультатно.

– Сынок, мне так неловко, – родной голос звучит взволнованно. – Сегодня пятница. Быть может, ко мне не поедешь?

Наручные часы показывают упущенное время, а я издаю безутешный стон.

– Обязательно приеду, родная. Непредвиденные обстоятельства. Но по списку я все купил. И лекарства тоже.

– Ой, я в полном порядке, – отмахивается собеседница и поправляет очки на переносице. – Ты не один?

Блин, как она это делает?!

– С пассажиркой, – оправдываюсь бессвязно, все еще надеясь, что незнакомка уже незаметно покинула машину.

– С девушкой? – суетиться мама, не давая мне шанса продолжить. – Хорошо-хорошо, не торопись!

Вот всегда она так. В своем репертуаре. Ей бы о себе позаботиться, а она все мечтает о том, что я подарю ей внуков.

Женщины.

Знает ведь, что дело давно решенное. Таким заядлым одиночкам, как я, уже поздно выходить “в открытое море”.

– Я живу на улице ***ая, 21, – раздается позади несмело, опускаясь мягким перышком мне на спину.

Впрочем, кто поймет этих женщин?!

Сдержав сильное желание обернуться, цепляюсь за руль, как за спасательный круг.

А затем и вовсе выкручиваю его до предела, чтобы развернуться по направлению заданного адреса.

Дорога до дома моей стихийной подопечной проходит так быстро и спокойно, что я даже не успеваю придумать, что сказать ей на прощание.

Язык все еще превращается в желе, каждый раз, когда я хочу обратиться к ней с вопросом или предложением.

– Держите, – протягиваю ладонь с шоколадным батончиком, стихийно обнаруженным в бардачке. – И мой вам совет: к светофорам иногда стоит прислушаться, – грохочет сердце вместе со звуком моего голоса.

Пассажирка недовольно кряхтит, шурша и звеня ремнем безопасности. Ее многозначительные вздохи намекают мне на то, что она не справляется.

Решаюсь в очередной раз вмешаться в ход ее необъяснимо забавных поступков. Надавливая могучим торсом на свое кресло, тяну руки к заевшей застежке между сидениями.

Механизм легко поддается рукам инженера, и в эту же секунду послушно щелкает.

Когда поднимаю голову, понимаю, что между мной и женщиной – считанные миллиметры. Густой воздух из обогревателя и наши личные запахи смешиваются между собой, отчего-то воспламеняясь…

– Сколько я вам должна? – выдает она, покрываясь уже знакомым румянцем и опускает свои бирюзовые очи.

– Поездка за счет компании, – хмыкаю, не скрывая иронии. – Все самое лучшее для наших клиентов.

– Мерси, – ясноглазая хитро щурится, облизываясь на сладкое угощение. – И мой вам совет: комплимент от компании должен быть более современным, – шуршит оберткой. – Бабл-ти с тапиокой… ну, или матча-бамбл, на худой конец, – выдает со знанием дела, – Займитесь ребрендингом, – а потом исчезает, вонзая иголочки морозного воздуха мне под кожу.

В самом деле, куда нам, морским чудовищам…