8 глава Екает сердце

Еще раз, приблизив свое лицо к зеркалу, убеждаюсь, что макияж на месте, не яркий. Безумно нервничаю. Несколько раз меняю выбор своего наряда. Мне хочется выглядеть уместно и одновременно торжественно. Из-за того, что с брюками много возни, окончательно останавливаюсь на платье-футляр темно-зеленого цвета. Буквально накануне курьер принес мой заказ. Первый раз оно мне показалось слишком официальным, но сейчас думаю, что вполне нормально в нем пойти на торжественную линейку для первокурсников. На ноги выбираю туфли на ровной подошве. Конечно, для идеального образа туфли на каблуках были бы уместнее, но не хочу рисковать.

— Лира, водитель приехал, - в комнату заглядывает Алла Максимовна. Она одобрительно кивает, увидев меня. Сразу поднимается настроение.

— Почему-то волнуюсь, - делюсь своими эмоциями с Аллой Максимовной, которая подходит к инвалидному креслу и встает позади него. Берется за ручки и осторожно толкает его к выходу.

Амаля дома нет. Он с утра куда-то уехал, даже не пожелал доброго утра. Он вообще старается сейчас не оставаться со мной наедине. Сначала меня это задевало, но потом я вспомнила, чем может обернуться, если мы будем часто оказываться один на один. Но его забота обо мне трогает до глубины души.

Он оплатил мои покупки вещей без единого вопроса. Выделил машину. Я буду с комфортом добираться до университета и обратно домой. Водитель будет не только возить, но и всюду сопровождать в университете, помогать передвигаться. Это меня уже заранее смущает и дико напрягает. Представляю, как будут коситься, шептаться. Объяснять, что это из-за ноги бесполезно. Имя водителя узнаю уже в дороге. Илья. Молодой парень с серьезным лицом. Кажется, он и улыбаться не умеет.

Возле университета вижу толпу студентов. Линейка будет проходить на центральной площадке перед главным корпусом. Когда Илья помогает пересесть из машины в коляску, рядом нарисовывается женщина в синем пиджаке, представившись деканом кафедры романских языков. Лилия Владимировна. Она меня с Ильей сопровождает к крыльцу главного корпуса, подсказывает, где удобно мне будет находиться и убегает по своим делам. Чувствую со всех сторон любопытные взгляды, слышу за спиной перешептывания. Нервы настолько натянуты, что могут зазвенеть в любой момент.

Неожиданно кто-то возле меня оказывается. Поднимаю голову, щурюсь. Из-за солнца плохо вижу, кто стоит рядом. Это незнакомый парень. Высокий, хотя может это мне сидя кажется, что высокий. В темных зауженных брюках, в белой навыпуск рубашке. Когда первокурсники под бодрый призыв старшекурсников пускают волну, именно этот незнакомый парень заслоняет от внезапно навалившейся на меня толпу.

— Все в порядке? – от его низкого голоса у меня мурашки по коже. Я киваю и замечаю, как он улыбается. – Меня зовут Никита, а тебя как?

— Лира.

— Это навсегда или временно? – кивает на инвалидное кресло. Я улыбаюсь, опускаю ладонь на подлокотник. Интерес нового знакомого волнует, заставляет даже вспотеть от переживаний, а сердечко некстати быстро бьется.

— Временно. Я сломала ногу, чтобы ее не нагружать, пока буду так передвигаться, - оглядываюсь через плечо, убеждаюсь, что Илья рядом. Он внимательно смотрит на Никиту. Пристально наблюдает за окружающей обстановкой.

— А это бой-френд или брат? - парень прослеживает мой взгляд, шепотом спрашивает.

— Он мне будет помогать, пока врачи не разрешат мне самой ходить на своих двух.

— Вон как,- подмигивает. – Я тебе тоже буду помогать. Кстати, какой факультет?

— Иньяз.

— Правда? Я тоже там, романские языки.

— Правда? Тоже там.

Переглядываемся и тихо смеемся, несмотря на то, что вокруг стоит настоящий шум и гам, который не дает нормально общаться. Никита не уходит. Он до конца стоит со мной. Вижу, когда торжественная линейка заканчивается, терпеливо меня ожидает. Илья предлагает помочь мне быстрее оказаться в аудитории, где сегодня выдадут студенческие билеты и зачетки, но я отказываюсь. Однако, жалею. Руки устают, а до аудитории еще ехать и ехать. Виновато смотрю на Илью, он понимает просьбу без слов.

В аудитории Никита садится со мной. Сразу все присутствующие девушки на это обращают внимание и начинают шушукаться. Я украдкой поглядываю на парня, но ему, похоже, до лампочки по поводу шепота, гуляющего вокруг.

Получив билет, с восторгом смотрю на корочку. Разглядываю свою фотографию, и вновь меня затапливает безмерное чувство благодарности к Амалю за то, что пошел мне навстречу в моих условиях. А ведь мог бортануть. Не так уж дорого я стою, чем он тратит на меня сейчас.

— Ты сейчас куда? Могу проводить? – Никита вновь оказывается рядом со мной. Илья соблюдает дистанцию.

— Если только до машины, - прикусываю губу, чтобы не улыбаться как дурра.

Парень мне нравится. И чем больше на него смотрю, тем сильнее стучит сердце, и кровь быстрее бежит по венам. Он выше меня на полголовы. Каштановые волосы в свободолюбивом беспорядке. Глаза теплые, как капучино, густые темные ресницы. На внешность он очень притягательный. Пока мы не спеша идем по коридору, постоянно замечаю, как на него косятся девушки. Некоторые смущенно отводят глаза в сторону, а некоторые открыто ему улыбаются. Никита само очарование, он никого не обделяет своей улыбкой. И это немного раздражает. В какой-то момент приходит в голову мысль, что хочу, чтобы улыбался только мне.

Мы подходим к зоне парковки, когда останавливаюсь возле черного джипа, Никита зависает на время, разглядывая машину.

— Твоя? – вижу восторг, мне становится сейчас не по себе. Реальность догнала и дала обухом по голове. Как ему объяснить, чья машина. Он по-своему понимает молчание.

— А, тачка родителей. Они у тебя крутые.

— Ага, - хватаюсь за сказанную ложь, кусая губы. – Мне пора.

— Завтра увидимся на парах. Я застолблю место.

— Спасибо, - разворачиваю коляску, Илья оказывается рядом, помогает мне пересесть в машину.

Улыбаюсь на прощанье Никите, перед тем как закрывают дверь. Откидываюсь на спинку сиденья, чувствую в сумке вибрацию. Спешно вытаскиваю телефон, удивленно приподнимаю брови, нажимая зеленую трубку.

— Как все прошло? – интересуется Амаль тихим голосом, но я слышу, как шуршит бумагами.

— Отлично. Мне выдали зачетку и билет. Завтра уже лекции в восемь тридцать. Надо будильник поставить и не проспать.

— Ты можешь пока побыть на онлайн, договоримся, - кто-то к нему приходит, что-то спрашивает. Амаль молчит, но шелест бумажек становится громче. Интуитивно понимаю, когда он вновь остается один.

— Нет, я буду ездить в университет. Первая неделя только лекции, они на первом этаже, посмотрела временное расписание. Будем по обстоятельствам решать проблемы.

— Хорошо. Какие планы сейчас?

— Домой, куда ж мне еще,- смотрю на свои ноги.

Без коляски кажется, что все у меня в порядке, но на прием к врачу только на следующей неделе. Будут делать рентген, и смотреть, как кости срослись. Может разрешат хотя бы с тростью ходить, а хочется уже бегать и прыгать.

— Лира, ты меня слышишь? – настойчиво и вкрадчиво спрашивает Амаль, заставляя меня вздрогнуть. Еще и Илья хлопает дверкой.

— Да, слушаю.

— Если тебе дома скучно, можешь приехать ко мне в офис, придумаю какое-нибудь развлечение, да пообедаешь со мной. У меня до конца рабочего дня нет встреч. Как тебе мое предложение?

Первый порыв отказаться, потом на секунду вспомнив пустую квартиру, Алла Максимовна уже ушла, сразу становится тоскливо. Смотреть фильмы, читать книги надоело.

— Давай так. Я точно не буду тебя отвлекать?

— Все в порядке. Я напишу Илье, чтобы он тебя привез.

Только сейчас я начинаю догонять, в какой западне, в какой угол себя загнала от безвыходности. И все из-за Левы. Интересно, где этот паршивец, что не отсвечивается уже долгое время. Начинаю переживать за брата. Пока идут долгие гудки, разное придумываю. Щелчок, будто сбрасывают. Через минуту приходит сообщение: «Сестренка, я сейчас не могу говорить по телефону, так как нахожусь на лечении. При первой возможности сразу позвоню».

Я в шоке. У меня нет сомнений, что писал брат. В приступе безграничной любви он может меня назвать сестренкой. Но откуда у игромана деньги на лечение? И как он вообще добровольно пошел лечиться? Это вот как раз на Леву не похоже. Единственный человек, который сможет ответить на вопросы, конечно, Амаль. Теперь я уже с нетерпением жду нашу встречу.

Офис Амаля такой же стильный, как и квартира этого человека. Ничего лишнего, четкие линии и гармоничные цвета. Даже цветы стоят там, где они по идеи так и просятся. Когда меня привозит Илья в компанию, основные сотрудники покидают свои рабочие места. Время обеда. Кабинеты пустеют, коридоры наоборот становятся многолюдными.

С интересом кручу головой по сторонам. Любопытно же, как люди работают в компаниях. Может быть, когда-нибудь и я буду офисным работником, уважаемым сотрудником с высокой зарплатой. И еще путешествовать. Знаю, что чаще всего рабочие поездки не дадут вдоволь насладиться новой страной, но будет возможность хоть мельком узнать, как живут другие люди.

В приемной у Амаля сидит симпатичная девушка. При виде меня в инвалидном кресле удивленно вскидывает брови, вопросительно смотрит на молчаливого Илью. Я понимаю, что придется мне подать голос, только вот сразу спотыкаюсь в мыслях на том, что не знаю, как обратиться к Амалю. К счастью, дверь в кабинет распахивается, и он сам появляется на пороге. Минута в минуту, словно отслеживал меня. Без пиджака, с закатанными рукавами рубашки, с очаровательной улыбкой. Дух захватывает. Сегодня, похоже, день, когда я весь день будоражусь по любому поводу. Наверное, перевозбудилась.

— Марина, иди на обед с Ильей, мы сами справимся, - подходит ко мне, встает позади и легко толкает коляску в кабинет. Я смущаюсь от такого внимания. Наверное, эта Марина сейчас гадает, кто я и кем прихожусь начальству.

— Любишь суши?

Амаль подкатывает меня к переговорному столу, где уже стоят пластиковые коробки. Во рту сразу становится много слюней, а живот громкой урчит, вызывая сдерживаемый смех у мужчины. Он не ждет моего ответа, вручает палочки и садится на стул, наблюдая, как я набрасываюсь на еду. Из-за волнения перед линейкой толком не поела, поэтому сейчас голодная, готова съесть слона. Сам Амаль неспешно жует роллы, насмешливо на меня поглядывая. Острые порции запиваю сладкой водой. Утолив первый приступ обжорства, смущенно смотрю на мужчину.

— Я утром ничего не ела, - оправдываюсь, Амаль ничего не говорит, по его лицу становится понятно, что его забавляет ситуация. Тут вспоминанию, зачем приехала.

— Лева в больнице? Он мне написал, что говорить не может.

— Ты просила, вылечить брата, вот я выполняю свои обещания.

Сразу становится жарко. В горле пересыхает, тянусь к стакану с обычной водой. Жадно пью. Мне и хочется побыстрее встать на ноги, и одновременно не хочется, так как придется платить по счетам. Я как-то привыкла, что от меня ничего не требуют. Поцелуй на кухне – это похоже была пилотная версия того, чего от меня ждут.

— Как университет? Познакомилась с кем-то?

Мне опять становится не по себе. Смотрю на Амаля, на его искренний интерес ко мне, а у самой перед глазами Никита с его харизматичной улыбкой. Сердце сладко сжимается, только я понимаю, что, похоже, попала в ловушку Принадлежать одному, мечтать о другом – обречь себя на страдания, но ничего не могу с собой поделать. Хорошее отношение Амаля ко мне не способно заставить мое сердце постоянно сбиваться с ритма.

— Да, все ребята крутые. Они сегодня вечером собираются вместе гулять, ближе знакомиться друг с другом, - осторожно делюсь подробностями.

Мой поток первокурсников действительно сегодня планирует вместе потусоваться. Эта тема поднималась в аудитории, пока раздавали зачетки и билеты. Мне тоже предлагали присоединиться, некоторых смущала моя коляска, но Никита подробно объяснил, почему я в ней. Еще пошутил, что настанет день, за мной еще не угонишься.

— Хочешь погулять? – Амаль ловко подхватывает ролл палочками и отправляет его в рот.

По его выражению лица сейчас сложно догадаться, как он относится к моим словам. Я отрицательно качаю головой. Не хочу быть обузой, надеюсь, что через две недели мне уже разрешат полностью вставать на ногу.

— Когда врачу?

— Скоро. Я дома занимаюсь по программе тренера, надеюсь, что с моей ногой все гуд.

— Давай проверим, - Амаль так резко встает, что я пугаюсь. Он успокаивает улыбкой, подходит ко мне, протягивает руку. – Вставай.

На костылях я по квартире бегаю. Пару раз вставала возле опоры, но никогда не ходила. Мне страшно сделать первые шаги, я как тот самый ребенок, который вот-вот должен сам пойти. Боюсь, что могу упасть и опять буду ограничена в движении. Тренер меня периодами ругает из-за страха. С ним и возле опоры несколько шагов делаю, но сама ни за что. Но сейчас, переборов себя, хватаю ладонь Амаля, встаю. У меня сразу начинает кружиться голова, крепко держусь за протянутую руку.

— Медленно иди ко мне, - шепчет Амаля, отшагивая назад, но ладонь не убирает.

От страха начинают стучать зубы, но, смотрю в темные глаза, введусь на ободряющую улыбку, делаю первые шаги. Ноги деревянные. Ноги не хотят слушать команду мозга: идти. Еще пару раз шоркаю ногами, но в какой-то момент путаюсь в них и, испуганно вскрикнув, начинаю падать. Амаль реагирует сразу же: хватает за запястье, оказывается очень близко. Свободной рукой придерживает за талию, сильно прижав к своей груди. Он буквально держит меня на весу. Взгляд его темнеет, с глаз перемещается на губы и обратно. Едва дышу, боюсь пошевелиться. Мне кажется, что сейчас поцелуют. Зажмуриваю глаза, когда Амаль склоняется ко мне, его запах забивает ноздри, и стук сердца гулко отдается в ушах.

— Амаль, чего у тебя на посту никого нет? Ой, упс, кажись не вовремя…