Глава 4. Контракт

19.03.3003

Проснувшись, не сразу поняла что со мной и где я, почему не могу открыть глаза. В секунду накрыла паника, холодным потом поступив на коже. Но ещё через секунду я вспомнила отчего на глазах повязка. И замерла, прислушиваясь к звукам и ощущениям.

Поперек живота лежит тяжелая рука, еще одна конечность у меня на лобке. Я не укрыта, без одежды, но мне тепло. Они словно окутали меня собой со всех сторон. Самое главное, что нужно из всего произошедшего вынести:

Я жива, абсолютно здорова и чисто физиологически мне понравилось. О моральной и нравственных сторонах думать нельзя, табу. Иначе зароюсь в самокопании и самобичевании. Я себя знаю. Над всем этим поплакать можно будет позже. Сегодня нужно решить подписывать с этими четырьмя контракт или нет.

Если быть честной с собой, то я и не надеялась, что кто-то сможет выкупить долги, что наделал мой брат. Он игрок, очень невезучий игрок. Буквально за месяц он лишил нас всего и закопал поглубже в жуткие долги. Мне самостоятельно из этой ямы не выбраться. Итак, семейное предприятие на грани разорения. Я получила экономическое образование, понимаю о чем говорю. Судя по бумагам разоряли нас целенаправленно. С экономистами мы поняли, что началось все при отце. А когда он с мамой погиб усугубилось многократно.

Наверное, эти четверо братьев богатые, но и ненормальные, раз посчитали возможным скинуться на меня одну. Интересно, чего такого особенного они от меня ждут. Полного послушания и работы с утра до утра на фронте любви? Они говорили две недели. Возможно, у них отпуск на две недели, и они решили развлечься. Хорошо хоть не бьют. Но не факт, что и дальше будут столь же нежны со мной и предупредительны. Мой несостоявшийся муж первые два раз тоже не бил, а перед третьим разом, когда я неловко пыталась отказать, ударил кулаком в живот.

Не будет ли похожая ситуация и здесь?

Я до сих пор не понимаю, почему сначала пасовала перед женихом. Всегда была смелой в общении с разными людьми. Но никто и не смотрел на меня так холодно, как он после первого нашего интима. Наверное, я его подсознательно, интуитивно боялась. И хорошо, что после дала отпор и он не успел ко мне снова прикоснуться.

Как поведет себя эта четверка сегодня? К чему готовиться? Было очень не по себе. И еще очень интересен вопрос про повязку. Зачем?

Сплошные вопросы и ни одного ответа.

— Проснулась наша ласковая малышка? — голос вроде Рея.

— Да. — я против воли улыбнулась и почувствовала бодрящий запах — Кофе. — восторженно выдохнула.

Руки, что до этого лежали на мне пришли в движение. Приласкали и живот, и грудь, и интимное местечко со всеми прилегающими территориями. Кто-то успел поцеловать соски, кто-то помассировал ножки, и покусал пальчики на ногах. Ну, точно, среди них любитель пальчиков. Было немного щекотно, но в целом приятно и лёгкая волна желания появилась тут как тут. Мне помогли сесть на попу.

— Не двигайся, сейчас поставим поднос и будем тебя кормить. Кушать будем быстро, так как уже пол десятого. Скоро прибудут наши юристы. И у тебя есть еще полчаса на принятие решения. Замечательно. А теперь Рей покормит тебя.

— Открывай ротик.

Меня кормили булочкой с маслом и джемом и кофе, и поцелуями, нежными, сладкими, вкуснее джема, от которых кружилась голова и хотелось продолжения. Но вскоре все закончилось и булочка с кофе, и поцелуи.

Мне было удивительно тепло рядом с ними сейчас, игривый настрой и у всех отличное настроение с утра. Они шутили между собой и ко мне не было пренебрежения или неприятия, как я ожидала.

Я не наелась, но помолчала. Утром привыкла есть сытные каши, а уже после булочки с джемом. Эх, ладно. Может хоть попа меньше станет. Хотя на фигуру и внешность в целом мне грех жаловаться, все при мне. Кость тонкая, рост чуть выше среднего, но грудь и попа наросли хорошие, а талия тонкая. Грудь подросла уже после встречи с женихом. Но вот бедра хотелось бы поменьше и нос ровнее.

На лицо даже не знаю, мамины подруги все как одна вздыхали: “Невеста выросла и такая красавица!” Я всегда морщилась, считаю некрасивая. Нос слишком курносый, губы тонковаты, хоть и четко очерчены, а верхняя губа как-то задрана вверх, приоткрывая зубы. Ну хоть они ровные. Мне часто говорят, что глазастая, а в зеркале глаза как глаза, обычные и непримечательные. Брови мне подружки советовали выщипать и придать красивую форму, а то мои слишком густые, однако мне и такие нравятся, а выщипывать очень больно. Вот и пойми как лучше.

После завтрака был душ. И сразу вспомнился душ вчерашний. Впрочем, повязку снять не дали, ни вчера, ни сегодня. Лишь после купания поменяли на сухую. Сами намылили и промыли волосы, нежно вымыли всю меня и везде. Я уже даже почти не стесняюсь. И молчу. Вчера потому, что устала и очень хотела спать. Сегодня из-за неуверенности, что это поможет.

Они же высушили волосы феном, сменили повязку на сухую и помогли надеть платье. И если не ошибаюсь, то это, то самое платье, в котором я сюда приехала. Только вот трусики и лифчик одеть забыли.

— А белье? — тихо спросила, когда поняла, что все больше ничего одевать на меня не будут.

— Милая, если подпишешь с нами контракт, то о белье на ближайшие две недели забудь.

Да? Очень-очень жаль. Как быть я до сих пор не знаю. Не попаду ли я в еще большую ловушку, чем нахожусь сейчас. Смогу ли выдержать всех четверых две недели? Однозначно, не смогу. Это минус и огромный. Что они тогда будут со мной невменяемой делать? И не видеть две недели, то еще испытание. Еще минус. Зато можно потренировать мой дар. Это плюс. Меня вроде не будут обижать, но это не вяжется с первым минусом. Так что неясно. Отсутствие белья маленький минус, неудобно, но пережить можно.

А вот то, что выкупая меня со вчерашнего аукциона они покрывают все мои (и брата-шалопая) долги. Этот плюс перекрывает все имеющиеся минусы и те, которые я еще не заметила.

— Сюда, присаживайся. — ого, мы кажется пришли и меня усадили в удобное кресло.

— Что ты решила?

— Хочу посмотреть контракт.

— Сейчас мы выйдем, ты снимешь повязку, возьмешь со стола бумаги и внимательно прочтешь. Можешь внести любые правки на свое усмотрение, мы со своей стороны их рассмотрим, и постараемся прийти к компромиссу устраивающему все стороны. Однако, ты должна знать что все пункты, включающие твои обязанности изменению не подлежат. И наши имена и фамилии будут закрыты для тебя, как и прочие данные.

О, как интересно они всегда так себе любовниц выбирают? Полное инкогнито.

— Мы будем в соседней комнате и будем тебя видеть через зеркало на стене справа. На столе есть переговорное устройство, как будешь готова включи его и все обсудим. Для внесения правок к тебе зайдет наш юрист.

Жаль у меня сейчас нет возможности проконсультироваться со своими бывшими юристами, потому как они бывшие.

— Контракт составили максимально просто и открыто. Для тебя он абсолютно безопасен. Мы честны с тобой. Если не захочешь подписывать, мы тебя поймем. Твоего брата уже выпустили под залог и его обещание выполнять все рабочие обязанности, по восстановлению вашего завода под присмотром нашего специалиста. И конечно полный запрет на азартные игры пожизненно. Если он нарушит любой пункт его посадят снова. И последнее. Ты нам очень понравилась и мы будем рады, если подпишешь контракт.

— Я могу поговорить с братом?

— Конечно.

Мне сразу выдали мнем с дозвоном брату, Олкейну. Разговор вышел коротким. Олкейн очень обрадовался, что со мной все хорошо. Он хоть и шалопай, мы одни друг у друга остались. И хоть в детские годы конфликтов и драк было не счесть, горе нас сблизило очень. Брату не стала рассказывать в какой ситуации нахожусь. Сказала, что приеду через две недели и чтобы он не беспокоился. Быстро отключившись, перевела дух. Врать и увиливать не мое.

Контракт, четверка братьев — благодетелей. Ничем хорошим не пахнет. Как они рьяно взялись за нас. А не лишусь ли я оставшегося нам с Олкейном наследства с такими помощниками. Как себя полностью обезопасить я не знала. Но знала, что стоит быть внимательной при заключении контракта.

У меня тряслись руки, нервный мандраж, чтоб его. Все вышли, а повязку снимать было боязно. Но нужно взять себя в руки и посмотреть, что там мне приготовили “псы”.

Сняла и несколько минут моргала, глаза долго привыкали к свету. Да за две недели они атрофируются.

Принялась читать: “Договор на оказание услуг.”

Далее шли имена “Перс, Дем, Рей и Гай” — да это больше на клички похоже. и пустое место для их паспортных данных. Ладно, что там дальше.

“Именуемые в дальнейшем “Наниматели” и с другой стороны леди Силайн Амальрик де Ревиаль (мои паспортные данные)”.

Интересно где они их взяли, я сюда без документов пришла.

“Именуемая в дальнейшем “леди Силайн” заключили настоящий Договор о нижеследующем.”

Ха, “леди” это они съюморили? По происхождению я леди, а вот судя потому на что нужно подписаться — шлюха.

Далее стандартные термины бла-бла-бла, а вот:

“Наниматели нанимают леди Силайн для оказания сексуальных услуг с правом полного пансиона сроком на две недели.”

Я грустно улыбнулась “Леди” и “оказание секс услуг”, прямо анекдот, печальный анекдот.

“Договор вступает в силу с момента подписания 19.03.3003 года (то есть сегодня) и имеет силу до 33.03.3003 года.

Все расходы возникающие во время действия настоящего Договора берут на себя Наниматели.

Вознаграждение за услуги (сумма меня впечатлила и породила новые сомнения).”

Что же они от меня такого запредельного хотят?

“Наниматели обязуются выплатить все долги леди Силайн и ее брата, вернуть семейное предприятие по изготовлению вин леди Силайн и оказать всю возможную помощь по налаживанию финансовых, юридических, производственных и прочих процессов….”

Вот здесь я остановилась и перечитала длинный текст. Зачем им это? Они что меценаты? Мне стало страшно. Тут дело явно не только во мне и секс услугах. Чего они хотят?

Я осторожно посмотрела на зеркало, но увидела лишь свои испуганные глаза и быстро отвернулась. Они же смотрят.

Зазвонило переговорное устройство, но я, не глядя в зеркало, отрицательно покачала головой и включать его не стала.

Читаем дальше. “Права и обязанности сторон.

“Наниматели обязуются предоставить:”

Далее шли пункты:

“Условия для комфортного проживания леди Силайн без возможности видеть.

Комфортное жилье.

Безопасность. (Как размыто.)

Сохранение физического и психологического здоровья леди Силайн.

Медицинскую помощь в случае необходимости.

Средства контрацепции.”

Интересненько, я приписала еще пункт о питании в соответствии с моими потребностями, вкусно и разнообразно. (Уж очень голодно мне сейчас, после скудного завтрака, а от нервов еще голоднее становится.) И пункт об обеспечении меня “женскими мелочами”. У меня сейчас ничего нет. Даже расчески.

Ладно, допустим я предоставлю им интимные услуги, высплюсь, наемся (надеюсь, все это будет реально), чем мне заняться дальше с учетом повязки на глазах? Музыка? Аудиокниги? И все? Нужно выбить прогулки без повязки хотя бы час в день. Ведь наверняка территория будет огорожена и охраняема.

Дописала про музыку, книги и прогулки без повязки по оговоренной территории, но пока без времени, а то вдруг откажутся.

Дальше шли мои обязанности, интересно что там:

“- Пройти медицинское обследование до выполнения обязанностей.

— Принять меры контрацепции предложенные Нанимателем и одобренные врачом.

— Всегда быть с завязанными или закрытыми глазами, в том числе и ночью. Запрещается видеть Нанимателей глазами.

Приписала, что повязка обязательно снимается на прогулках без Нанимателей, в ванной и туалетной комнатах во время уединения. Мало ли какие они извращенцы, нужно многое предугадать и предусмотреть. Провела стрелку вдоль полей к пункту про мое драгоценное здоровье, которое Наниматели обязуются сохранить.

— Безоговорочное подчинение.

Я зачеркнула слово “безоговорочное”, я понимаю, что буду обязана подчиняться, но оговорки вполне возможны с моей стороны.

— Добровольно и охотно соглашаться на все эксперименты, в том числе сексуального характера.

Зачеркнула слово “охотно”, это нереально. Остальное страшит до трясущихся поджилок, но переживу с такими-то бонусами. Ведь понимаю, что этот пункт точно не уберут.

Но подумав, внесла пункт о не причинении боли, физической и моральной.

— Прожить две недели с Нанимателями доверяя им себя, свое тело и жизнь.

Последний пункт ввел в замешательство, не очень поняла, что имеется ввиду. Повернулась к зеркалу, смотря будто сквозь него, желая увидеть их, и мне на долю секунды это удалось, не глазами, а даром, размыто увидела пять фигур. Пятый, наверное, юрист. Вздохнула.

Далее было о том, что расторгнуть Договор могут только Наниматели. А также Договор перестает действовать в случае смерти одной из сторон (либо всех мужчин, либо одной меня, отдельно оговаривалось, что причиной смерти не могут быть Наниматели, иначе они несут ответственность за содеянное перед законом). В случае желания расторгнуть договор с моей стороны раньше предложенного срока, то договариваться должна с Нанимателями. Они примут окончательное решение.

Еще немного стандартного текста и место для подписи.

Я снова вздохнула и нажала кнопку переговорного устройства.

— Сейчас к тебе зайдет юрист, и скопирует для нас твои дополнения и исправления.

Почти сразу в комнату зашел крепкий мужчина в возрасте. Он быстро и без эмоционально прочитал мои приписки, тут же скопировал текст, нажал на маленький сенсорный экран рядом с зеркалом, которое занимало большую часть стены. Открылась небольшая дверца и он вложил туда листы. А бумаги с моими исправлениями вернул мне. Себе он тоже экземпляр оставил, устроился в кресле сбоку от меня и лицом к зеркалу.

Я же села в пол оборота к зеркалу, юриста видела боковым зрением.

Запиликало переговорное, я его включила.

— Итак, ты добавила несколько пунктов, включаем пункты о питании, “женскими мелочами” тоже обеспечим, позже составишь список, музыка и аудиокниги будут, по прибытии расскажешь, что предпочитаешь и мы подберем, что-нибудь интересное. А вот все прогулки только в нашей компании.

Я покачала головой.

— Прогулки без повязки обязательны, это ради моего здоровья, у вас есть такой пункт обязанностей. Так вот, минимум четыре часа ежедневно и без вашего внимания. Мне нужно личное пространство и время, а также отдых глазам.

— Один час в день достаточно.

Я посмотрела в зеркало, туда где был смутный образ говорившего, кажется это Перс, он самый широкоплечий.

— Три часа.

— Два и на этом точка. — как отрезал, я же очень быстро, не давая ему передумать, ответила:

— Согласна. — улыбка сама прокралась на губы.

Из устройства послышался басовитый, негромкий смех всей четверки. Юрист улыбался, но правки вносил сразу в планшет.

— Хорошо, — низкий голос с улыбкой — я правильно понимаю, на длительные прогулки ты не рассчитывала.

Я лишь пожала плечами, пусть думает, что хочет, но улыбку подавить не получалось.

— Идём дальше, твою правку про снятие повязки на индивидуальной двухчасовой прогулке принимаем. А вот почему ты зачеркнула “безоговорочное”? Мы настаиваем на полном безоговорочном подчинении.

— Потому, что я не умею подчиняться, тем более безоговорочно. Это нереально.

— А ты постарайся, это необходимость и твоя обязанность. Этот пункт оставляем без изменений. — голос звучал четко, уверенно и отрывисто — не уступит.

Я так и думала, жаль, но я предупредила. Хотя постараться будет нужно.

— Далее, объясни почему не хочешь участвовать в наших играх, вдруг тебе понравятся наши эксперименты? Мы, честно говоря, на это и рассчитываем.

— Вот когда понравятся, тогда и соглашусь охотно, а пока хватит и добровольного согласия. — я хмурилась и не верила в то, что говорю.

— Хорошо, правим. Пункт о не причинении боли также вносим.

А не слишком ли легко прошли переговоры? А могла ли я ещё больше смягчить условия и ограничить их во времени, например, заниматься сексом не дольше трех часов за раз и не больше четырех заходов суммарно в сутки. Ну не маньяки же они, чтобы сутками этим заниматься. Решила и так вроде все неплохо. А дальше попробую договориться, ссылаясь на пункт о здоровье. Прогулки грели душу.

Вскоре мне выдали исправленный вариант. Все было верно, ещё раз просмотрев документ убедилась, что неучтенных приписок и мелких шрифтов нет.

Больше всего меня пугало в этом контракте то, что он волшебным образом решал все мои проблемы.

Я уже держала предложенную мне ручку над полем подписи, но остановилась и крутя в пальцах стильный металлический корпус, решилась спросить.

— Скажите, ведь есть что-то ещё, что вы ждете от меня кроме сексуальных отношений? Слишком уж выгоден для меня контракт.

С минуту длилось молчание.

— Ты права, это нечто жизненно важное для нас, но тебе это не несёт ни угрозы, ни вреда.

— Отчего же тогда это важное и безвредное не внесено в контракт?

— Оно не обязательное и от тебя не зависит. Это все, что мы можем рассказать тебе.

— Скажите честно, это касается моих виноградников и завода?

— Нет, не касается, совсем. То для чего нужна нам ты — личное. С заводом мы помогаем просто потому, что можем. Это в сущности наша задача, уже несколько лет, мы помогаем предприятиям страны встать на ноги, ловим экономических преступников.

На лекциях нам рассказывали, что можно обратиться за помощью к правителю, у него есть структуры, которые помогают в ситуациях близких к моей. Но обо всем этом столько слухов, что не решилась. Зато к криминалу решилась и сразу влипла. Думала быстрее и проще, без бюрократии и долгого ожидания.

Я перехватила поудобнее ручку и подписала контракт во всех подобающих местах и экземплярах на сексуальное рабство сроком в две недели. Все, я пала ниже некуда, продалась четырем невнятным мужчинам со странными требованиями. Но оставаться в норе Гиена, мне не хотелось больше ни секунды. Из двух зол выбрала меньшее. Но действительно ли меньшее? Только время покажет.

“Псы”

Перс уже четко знал, что за девочка попала им в руки. Братья читали размноженное досье, что он получил по мнему* совсем недавно. Его людям ночи хватило, чтобы многое раскопать. А вот Дему сегодня должен прийти доклад из теневых источников. Как так получилось, что родители погибли по дороге домой в аварии. Кто сделал все, чтобы разорить самое крупное в этом регионе и лучшее производство вин в мире? И кто подсадил брата Силайн на азартные игры?

__________________________

Сноска

*Мнем — аналог смартфона, с функциями голографа.

__________________________

Пока мы будем приручать девочку, наши спецы покопаются в этой истории, позже все вместе будем решать вопрос о том, как все вернуть в правильное русло.