Глава 7

После занятий Юлька неслась со всех ног домой. Она впервые оставила Ванечку так надолго с другими людьми. Но когда пришла, малыш сладко спал. Даже ей самой не всегда удавалось во время уложить его спать. А тут все было строго по режиму.

— Бабушка, как мой сын? — спросила она шепотом мерно покачивающую колыбельку женщину. Колыбелька стояла в саду, позволяя наслаждаться ребенку последними теплыми денечками уходящего лета.

— Да все отлично! — улыбнулась терра Амалия. — Ты же не с чужими его оставила, а с родной прабабкой. Я так ждала, когда у меня внуки появятся! Как учеба?

— Учеба? Да нормально все. Сначала настороженно меня приняли, а потом вроде все уладилось, — махнула рукой девушка. — А кушал он как?

Вторая половина фразы была произнесена без перехода, чем вызвала еще одну улыбку пожилой женщины:

— Скоро проснется, тогда сама убедишься, что твой сын жив, здоров и особо не тоскует! Иди пока сама переоденься и поешь.

Не успела девушка закончить с обедом, как в столовую зашла Милли:

— Терра Юлия, к вам тирр Сандро прибыл. Вы его встретите?

Юлька сначала немного растерялась, а потом решила, что причин для волнения нет, бабушка утверждает, что с Ванечкой все в порядке. Поэтому кивнула служанке головой и сказала:

— Милли, скажи, что я сейчас спущусь к нему в холл.

При виде девушки, Микас тепло улыбнулся, быстро подошел к ней и, взяв ее руку, прикоснулся губами к кончикам пальцев. Юлька тут же некстати вспомнила, что во всеуслышание объявила его перед одногруппниками своим женихом. Гость ее румянец списал на смущение и спросил:

— Как прошел первый учебный день?

Юлька начала делится с доктором впечатлениями, сама не заметила, как увлеклась, рассказывая о злоключениях сегодняшнего дня. Мужчина же только улыбался, поглаживая большим пальцем запястье ее руки, которую так и не отпустил. А потом, спохватившись, решила извиниться:

— Тирр доктор, простите, я вас заболтала! А у вас же дела!

— Дела подождут. Мне же интересно узнать, как прошел первый день у моей невесты!

— Микас, а вы не торопите события? — настороженно спросила Юлька.

— Нет, я их пытаюсь наколдовать, как в детской сказке! Чем чаще буду повторять, что ты моя невеста, тем быстрее ты ее станешь, — продолжая слащаво растягивать губы, промолвил он.

Девушка торопливо выдернула руку из его цепких пальцев и выжидательно посмотрела на мужчину. Он же видя ее негативную реакцию, решил на первый раз просто откланяться, подумав, что атаку нужно вести чуть боле медленно.

Следующим, кому девушка давала отчет о прошедшем дне, был терр ректор.

— Ты Авхадия дель Рафаэля сразила в самое сердце! — поспешил поделиться он информацией с племянницей. — Для человека, считающего, что у женщины мозгов не больше чем у курицы, твое явление было потрясением. Ты, оказывается, даже задачу за пятый курс решила!

— Я в ней ошибку допустила! — фыркнула Юлька.

— Зато делать начала без пререканий и выкрутасов, веря в свои силы! И если бы тебе дали время, вполне справилась бы!

— Да там ничего особо сложного не было, просто объем большой и внимательность нужна. Дядя, а Зиг в нашей группе, правда, бастард правителя? — перевела разговор в интересующее русло девушка.

— И кто тебя на эту тему просветил? — вопросительно изогнул бровь Аскольд. — Вообще-то это считается государственной тайной.

— Одногруппники сказали, — растерялась племянница. — Они все про это знают. А он тоже менталист?

— Слабенький. А это тоже одногруппники рассказали?

— Нет, я у него сиреневые прожилки в глазах заметила.

— Не общайся с ним слишком близко, кода глаза разглядеть можно. Чем дальше от правителей, тем, поверь, жить проще, — вздохнул терр ректор.

— У нас на Земле даже поговорка есть: минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь.

— Умный человек сказал! — согласился с племянницей дядя.

* * *

Последующие дни потянулись в жизни девушки ровной чередой. С утра она спешила на занятия. С одногруппниками наладились если не приятельские, то вполне нормальные отношения. Основная масса предметов давалась Юльке легко. Некоторые проблемы были с историей королевства. Остальные-то адепты успели ее изучить еще в школе, в академии было повторение и дополнение, а для нее это была совершенно новая наука. А вот особую любовь она испытывала к магической алгебре.

Оказывается, любое магическое заклинание отлично вписывалось в рамки математики и могло описываться специальной формулой. Знавший эту формулу, даже не обладая толикой магии в своем арсенале, мог производить любые магические действия. Произносишь полученный ряд чисел, чертишь необходимую геометрическую фигуру в воздухе, визуализируешь и вот оно — ЧУДО!

Преподаватели предупредили девушку, чтобы она пока с чудесами не переусердствовала, иначе могут произойти неконтролируемы выбросы, а это было чревато неприятными последствиями. Поэтому она пока ограничивалась лишь мелкими действиями.

— Бабушка, посмотри, она горит! — с восторгом делилась она с родственницей выполненным домашним заданием. — Берешь начальное число, высчитываешь знаменатель прогрессии, задаешь количество членов, чертишь руну…

И вот уже Юлька несется по коридору, показывая домочадцам зажженную с помощью магии свечку. Своими успехами она делилась со всеми, все еще не веря, что может это сотворить. Даже Микас, который старался приходить к девушке каждый день, вынужден был лицезреть выполнение ее домашних заданий. Математическая магия волновала доктора не сильно, но вот хорошее отношение потенциальной невесты нужно было как воздух.

— Сама как маленький ребенок, даром, что уже мать! — улыбалась терра Амалия, глядя на счастливую внучку.

— Она в маги недалеко от своего сына ушла! — усмехался Аскольд. — Подожди, он чуть подрастет, говорить научится, тогда мы схватимся за голову от двух начинающих магов!

— Ты же ректор, учитель учителей! Тебе и карты в руки, что бы их становление прошло цивилизованно и без больших потерь! — парировала терра.

Тем временем приближалась проверочная контрольная работа по маганализу. Магии там пока не было никакой, а вот знания, полученные в земном универе очень даже помогали. Ребятам тяжело давались математические пределы, а Юлька щелкала их как орешки.

— Юль, почему у меня предел стремиться к нулю? — озадаченно почесывая макушку, шепотом спрашивал Марк. — Я посчитал, вышло пять.

Юлька шепотом, стараясь не привлекать внимание преподавателя, пыталась объяснить ошибку соседу по парте. Обращаться к Авхадию парни считали ниже своего достоинства. А вот мучить одногруппницу вопросами было проще. Преподаватель такого отношения не понимал, поэтому постоянно делал замечания особенно болтливым адептам. В итоге больше всех доставалось Саттаровой. И когда в очередной раз девушка получила порцию замечаний, ее терпение лопнуло. После звонка, она попросила парней задержаться на минуту, встала перед классом и начала речь:

— Ребята! Я не против вам помогать, особенно по тем темам, которые сама хорошо поняла. Но давайте не во время лекций, а? Думаю, что час после занятий могу вполне вам посвятить.

Одногруппники это решение приняли на ура. Решили, что завтра останутся те, у кого проблемы с последней темой.

* * *

Есть хорошее выражение: благими намерениями выложена дорога в ад. Так и с ребятами: собирались заниматься многие, но в итоге остались только Марк и Зиг. После уроков одногруппники сели за парту Марка и Юлии в кружочек и стали разбирать спорные моменты. И если посмотреть на эти занятия со стороны, то не понятно, чем занимаются трое, низко склонившиеся над столом, соприкасаясь головами. Вот так и не поняли их мотивов три адептки, влетевшие в класс.

— Марк! Я тебе верила, а ты с девицами тут отираешься! — завопила с порога блондинка, которая первой вошла в помещение.

Мужчина испуганно поднял голову, прищурившись, попытался разглядеть, что случилось. Затем его лицо прояснилось, он встал и подошел к орущей девице:

— Марта, успокойся! Мы всего лишь занимаемся.

— Вижу я ваши занятия! — не останавливалась та.

— Хочешь сказать, что я девица? — насмешливо изогнув бровь, поинтересовался Зиг.

— Оу, тиррано! Прошу прощения. Меня, кажется, неправильно проинформировали, — зло поджала губы скандалистка. Затем она резво развернулась на каблуках и прошипев подругам: «Я еще с ним разберусь!», вылетела из класса.

— И что это было? — растерянно поинтересовалась Юлия. Она готова была помогать парням, но не готова терпеть глупые ревнивые выходки.

— Это была моя жена! — хмыкнул Марк. — Глупостями себе голову забивает!

— Жена? — удивилась девушка. — Не думала, что ты женат.

— С кем по молодости чего не случается, — отмахнулся как от назойливой мухи Марк. — Перебесится!

— Ты бы ей, того, — задумчиво произнес Зиг, — все-таки объяснил, чем мы тут занимались.

— Ай да, я же сказал, перебьется и перебесится! — фыркнул мужчина. — Еще я перед ней не отчитывался, чем и с кем занимаюсь.

Юлька пожала плечами и продолжила объяснять тему.

* * *

А в это время на подоконнике рыдала Марта, всхлипывая и заливая слезами плечо подруги:

— Шлюха иномирная! Мужиков соблазняет! Мало ей одного террано, еще и на моего позарилась!

— Марта, а, может, ты все-таки ошибаешься? — попыталась возразить та, чье платье не страдало от слез.

— А чего они сидели там голова к голове? Ты считаешь это занятиями? — ответила жена Марка, вновь начав громко всхлипывать.

— Ты его вечером расспроси. Если он тебе ничего не объяснить, то виноват. А так, может, и правда занимались? — погладила подругу по плечу вторая девушка.

— Он со мной о личных делах не разговаривает. Считает, что место женщины лишь в постели и на кухне.

— Но ведь в академию он тебя как-то отпустил? — поинтересовалась подруга.

— Отпустил! Но лишь после того, как я пообещала нажаловаться на него Ирме! А вы же знаете, что он свою сестру боится как огня.

Вдруг лицо девушки просветлело, а слезы резко высохли:

— Ирма! Вот к кому я обращусь за помощью. Она эту шлюху на чистую воду выведет!

* * *

На следующее утро, лишь только Юлька переступила порог академии, Дорогу ей преградила пышнотелая девица с огненными волосами. «Настоящая валькирия!» — только и успела подумать Саттарова, разглядывая воинственное выражение лица незнакомки, как та, видимо, решила оправдать данное ей прозвище.

— Это ты великий математик? — уперев руки в бока, уточнила незнакомка.

— Математик — да, до великого еще не доросла, — вопросительно приподняв бровь, ответила Юлька и застыла в ожидании продолжения диалога.

— И что ж ты, не великий математик, к чужим мужьям пристаешь? — буквально выплюнула в лицо девушки обвинение незнакомка.

— Я? К чужим мужьям? — уже поняв, откуда дует ветер, рассмеялась Юлька. — Нет, дорогая, это они ко мне пристают, но не с теми предложениями, о которых ты думаешь.

Тут в коридор вошел Марк, торопившийся на занятия. Завидев сестру, а это была именно она, застывшую напротив Юльки, мужчина сначала растерялся, но потом поспешил к ним, понимая, что любимой фразой «перебьется» в данном случае не отделаться.

— Ирма, что ты делаешь на нашем факультете? — поинтересовался мужчина.

— И тебе не хворать, — усмехнулась рыжая. — Вот объясняю твоим полюбовницам, что ты у нас мужчина занятой, женатый, и лезть в твою семью не стоит.

— Ну, вы бабы и дуры!

— В чужую семью?

Эти фразы Юлька с Марком произнесли одновременно. Затем девушка гневно сверкнула глазами в сторону Марка и с изрядной долей агрессии пошла на него:

— Ты так и не объяснил своей жене, чем мы вчера занимались? А ведь Зиг настаивал на этом.

— Интересно, интересно, — хмыкнула Ирма. — Я, пожалуй, постою послушаю!

— А что я ей должен объяснять? Что ни черта не понимаю в маганализе, а ты мне темы объясняешь? Я же ей сказал, что ничего у нас с тобой нет. Я муж, и она должна мне верить.

— В итоге же я нажила врага в лице твоей Марты, тут еще твоя сестра нарисовалась. Мне это нужно? — гневно сверкая глазами и сжимая руки в кулаки, наседала Саттарова.

— Так, стоп! — оборвала их милую беседу Ирма. — Пока я тебе, девушка, верю. Но не дай триединый, что-то узнаю, порву на месте! А тебе братец давно пора повзрослеть и научиться разговаривать с женой!

После этого она тряхнула своими огненными кудрями и величественно удалилась. А с боку раздались жидкие аплодисменты. Одногруппники оказались зрителями этого неприятного спектакля.

— Так, дорогой! — на плечо марка легла тяжелая рука Зига. Парень хоть и выглядел очень молодо, но был достаточно широк в плечах и хорошо развит. — Больше ты с Юлей сидеть за одной партой не будешь. Нечего гусынь травить.

— Как не буду?! — взвился Марк. — А с кого я на контрольных списывать буду?!

Потом понял, что ляпнул лишнего, и сразу утух.

— Учиться будешь, для начала с женой разговаривать. Ты вроде бы по годам самый старший из нас, а по уму оказался как несмышленый младенец.

* * *

Когда парни все вошли в класс, Марк тихо попросил:

— Юля, можно тебя на пару слов?

Девушка притормозила, глядя на бывшего соседа по парте:

— Слушаю! — устало отозвалась на его просьбу.

— Прости, что так вышло! Но Марта как с цепи сорвалась!

— Если бы ты просто объяснял жене, что происходит, а не отфутболивал ее, не желая ничего объяснять…

— Отфутболивал? — удивился мужчина, перебивая. — Я к ней никаких заклинаний не применял.

— А причем здесь заклинания? — не поняла она.

— Что значит слово «отфутболивал»? — постарался объяснить одногруппник.

— Прости, это слово из моего мира. Обозначает пнуть мяч подальше от себя, передать его другому или как-то так. Игра у нас есть такая футбол, — терпеливо объяснила Юлька. Она уже поняла, что рядом с этими мужчинами терпение ей понадобиться и немалое.

— Постараюсь исправиться, — понуро повесил голову мужчина.

— Вот когда исправишься, тогда и поговорим, — хмыкнула в ответ девушка. — Только объясни мне, пожалуйста, почему у тебя вызывает такой страх появление младшей сестры? Парни даже в нашем мире мелких сестер за людей н считают.

— А с чего ты взяла, что она младшая? — удивился Марк. — Она меня на пятнадцать лет старше. Когда умерла наша мама, практически заменила мне ее.

— Старше на пятнадцать лет? — буквально присвистнула Юлька. Девушка выглядела максимум лет на 20–25, но ни как не на 50. — А сколько тебе лет?

— Мне? — мужчина недоуменно пожал плечами, — тридцать шесть, а Ирме пятьдесят один.

— А почему она выглядит так молодо?

— У нее магии много. Она на факультете стихий учиться решила, когда своих деток вырастила. Марта — подруга ее старшей дочери. А у меня хорошо развита только боевая. Она молодости не добавляет. Вся энергия на силу уходит. Вот я и решил математическую немного развить.

— Сила есть, ума не надо, — усмехнулась Юлька, удостоившись очередным недоуменным взглядом бывшего соседа по парте. — Это я так о своем, о девичьем. Пошли, звонок скоро будет.

Когда она вошла в класс, то обнаружила, что соседом с ней будет Зиг.

— Ты решил выселить Марка на свое место? — с ухмылкой поинтересовалась Юлька.

— Нет, — покачал головой он, — мы с парнями решили, что каждый будет сидеть с тобой по очереди, чтобы не возникло подобных неприятных ситуаций. Почти у каждого из нас есть девушка, невеста или жена. Зачем подавать лишний повод для ревности и создавать неприятности для тебя?

— А не проще бы было, оставить сидеть меня одну, а вам по очереди сидеть по двое? — решила уточнить она.

— Мы все, конечно, альтруисты, но не до такой степени, — заливисто рассмеялся Зиг, демонстрируя окружающим свой великолепный оскал и закидывая голову назад. — Кто откажется от возможности сидеть с самой сильной адепткой, особенно на контрольной? А тут уж как кому повезет.

Юлька в ответ лишь пожала плечами, села за парту и приготовилась к маголитической геометрии.

После этого маленького происшествия все как-то успокоилось и конфликтных ситуаций больше не возникало. Ирма, когда встречалась на пути землянки, кивала ей головой, правда, скорее не дружелюбно, а давая понять, что за ней наблюдают и ее замечают. Марта больше в драку не лезла, но демонстративно отворачивалась, давая понять, что дел с Саттаровой иметь не желает.

Дома было все спокойно и хорошо. Ванька активно рос и развивался под присмотром прабабушки и Милли. Когда девушка приходила домой, он уже летел к ней навстречу с криками: «Мама! Мама присла!!!». А Юлька подхватывала его на руки, утыкалась носом в тельце, пахнущее молоком, домом и еще чем-то очень и очень приятным. И в этот миг понимала, что она стала действительно счастлива в этом чужом мире.

Так незаметно пролетело полгода. Приближался праздник триединого, а за ним каникулы. И она с нетерпением ждала, когда появится свободное время, которое она сможет провести рядом с Ванечкой.