Глава 9

Мой выбор

Я смущаюсь от происходящего и глубоко дышу. В голове пульсирует только одна мысль: «Нет, нет, нет! Я не позволю ему этого сделать». Стоит Борису ко мне приблизиться, я выставляю перед собой руку, словно защитный барьер, и это срабатывает.

– Кажется, за мной приехали, – произношу я, аккуратно отступая на пару шагов, чтобы подчеркнуть, что он неправильно меня понял.

– Уверена, что за тобой?

– Более чем, – улыбаюсь я, не скрывая своей радости, только Борис не на шутку заводится.

– Кто он вообще, Свет? Конюх, инструктор по верховой езде?

– А это имеет значение?

– Вообще, да. Это курорт. Сколько у него за сезон таких, как ты? И что он может тебе предложить? Хотя бы об этом подумай.

Я не верю своим ушам. Вот уж не ожидала от него такое услышать. Да и какое он имеет право читать мне нотации?

– Спасибо, уже подумала.

Борис переводит презрительный взгляд на Бьерна, и я почти слышу, как в этот самый момент с грохотом рушатся его надежды. Но это мой выбор, и он должен его принять, тем более я ничего ему не обещала.

Ноги сами уводят меня к Бьерну, который с интересом наблюдал за этими последними минутами нашего неловкого общения, но тактично держался в стороне. И пусть я по-прежнему ощущаю на своей спине внимательный взгляд серых глаз, пронизывающий до самых костей, я все равно рада, что мы наконец прояснили отношения. А еще быстро нахожу спасение в компании своего красавчика-викинга.

– Прокатимся? – улыбается он и протягивает мне крепкую ладонь, помогая оседлать коня.

– Да, с удовольствием.

Как только я оказываюсь в его объятьях, чувствую себя в абсолютной безопасности.

– Как же это здорово, что ты здесь оказался, – произношу я с облегчением. – Я как раз натерла ногу и вряд ли смогла бы пройти весь этот путь обратно.

– Ты рада мне только поэтому? – усмехается Бьерн, его глаза искрятся задором.

– Нет, не только.

– Значит, сюрприз удался. Твоей ногой тоже обязательно займемся, но позже.

Я чувствую, как он смотрит на меня, как воздух звенит между нами, и сердце пропускает удары. Его взгляд такой притягательный, что невозможно оторваться. Приходится собрать всю силу воли, чтобы разорвать этот зрительный контакт и вернуть рассудок.

Мы отправляемся в неспешную прогулку по побережью парка и быстро обгоняем нашу группу.

– Вы только посмотрите, она снова от нас сбегает, – наигранно возмущается Саня и машет нам руками, словно пытается остановить.

– Я бы и сам от тебя сбежал, – хохочет Марк, толкая друга в плечо. – Молодец, Свет, так держать!

Девчонки тоже не остаются равнодушными, увидев нас с Бьерном на коне, и посылают теплые улыбки. Геля сразу берет нас в кадр, делая несколько снимков.

Мы едем дальше, и наши остаются далеко позади. Ветер играет в моих волосах и раздувает платье, оголяя ноги. Бьерн рассказывает мне интересные факты о парке и не скрывает, что любуется мной, пока я наслаждаюсь пейзажами: белоснежными песчаными пляжами, яркой зеленью деревьев, розовыми фламинго, грациозно шагающими по подтопленному берегу. Это место словно создано для романтики и таких вот прогулок. При этом мужчина держится очень тактично и не переступает черту.

– Благодаря двум насосам, качающим воду из моря, в запрудах поддерживается определенная соленость воды, позволяющая развиваться некоторым растениям и организмам, – поясняет он, и я с интересом слушаю. – В этих запрудах растет саликорния, растение, которое, находясь в соленой воде, частично окрашивается в красный цвет. Саликорния является кормом для малюсеньких креветок, которыми и питаются фламинго на Сардинии.

– Чем краснее креветка, тем розовее фламинго?

– Да, именно так, – подтверждает он мою догадку. – Сардинские розовые фламинго представляют особый вид. И чем фламинго розовее, тем он здоровее.

– А вот такого я не знала.

С каждым шагом коня моя радость обретает новые грани: я чувствую, как близость Бьерна согревает мое сердце, его притягательный запах, мужественность и уверенность делают меня невероятно счастливой. Я и не ожидала, что обычная конная прогулка может подарить столько особых мгновений единения, где забываешь о своих неловкостях и тревогах, позволяя новым чувствам разгуляться на воле.

Мы смеемся, и наши голоса смешиваются с целебным шумом волн. День проходит незаметно. Когда мы возвращаемся обратно в отель, вечернее солнце начинает склоняться к горизонту, окрашивая все вокруг мягким золотистым светом.

– А тебе не достанется от начальства за то, что ты весь день провел со мной? – как-то само срывается с языка.

– Это еще почему? – искренне удивляется Бьерн.

Как настоящий джентльмен он подходит к коню и, осторожно обхватив меня за талию, помогает спуститься на землю.

– Вряд ли твой босс будет доволен, если узнает, что сотрудник вместо работы разгуливает по пляжу.

– За мое начальство не беспокойся, – улыбается он так, словно я чего-то не понимаю. Его сильные руки держат меня крепко, но с уважением, и этот момент, кажется, длится целую вечность.

Сердце колотится в груди, по всему телу разливается тепло. Бьерн не спешит отпустить меня, продолжая смотреть прямо в глаза, и под этим его взглядом я чувствую себя такой уязвимой, почти обнаженной. При этом в нем нет ни намека на спешку или желание перейти к следующему шагу, и я окончательно теряюсь, не понимая, как себя вести.

– Спасибо за эту прогулку, – произношу я.

Его взгляд становится еще более нежным. Слегка наклонив голову, Бьерн отвечает:

– Увидимся.

Звучит просто, но в его голосе есть некая загадка и никаких конкретных планов, как будто он оставляет все на волю судьбы.

– Да, конечно. Увидимся.

Я улыбаюсь, делаю вид, что все в порядке, но в голове оживают слова Бориса о том, что не стоит ожидать слишком многого от романа с сотрудником отеля. «Кто знает, сколько у него за сезон еще таких вот Свет?» – эта мысль заставляет меня почувствовать легкую грусть. Как бы я ни старалась сосредоточиться на мгновениях радости, которые сегодня пережила, теперь внутри меня гложет неуверенность.

Вернувшись в свою комнату, я открываю ноут и завожу «Дневник счастья», хоть все еще и считаю эту затею нелепой. Я начинаю записывать, пытаясь выразить свои эмоции и запечатлеть особые мгновения.

«Итак, три важных события этого дня:

Во-первых, я внесла ясность в отношения с Борисом, и мне от этого стало определенно легче.

Во-вторых, Бьерн пообещал, что всегда будет честным со мной касательно своих чувств, и признался, что ему хорошо рядом со мной. Я ответила взаимностью». Этот пункт я записываю с улыбкой на губах.

«В-третьих, я убедилась, что оказание помощи, даже незначительной, и проявление благодарности действительно дают внутреннее удовлетворение. Уже завтра мы с Гелей отправимся покорять красавчика Франческо, а еще теперь меня всегда ждут в конюшне, где дополнительная пара рук никогда не будет лишней».

На этом стоит остановиться, но пальцы стучат по клавиатуре ноутбука, и сам собой вырисовывается четвертый пункт:

«Сегодня я узнала, что Бьерн полон сюрпризов. Я нравлюсь ему, при этом он не готов переступать черту и что-то планировать в отношениях со мной даже на завтрашний день. Почему и что он скрывает?»

Эти вопросы пока остаются без ответа и тревожат меня. Но все тайное однажды становится явным, Бьерн не исключение. Всего-то и нужно повнимательнее присмотреться к нему и провести разведку.

* * *

Едва проснувшись, я тянусь к пособию Марафона Счастья. Ну и что тут у нас на сегодня?

Еще пару дней назад сама мысль уподобиться Любаше, которая без этих записей жизни своей не представляет, вызывала во мне отторжение. Со стороны ее увлечение походило скорее на одержимость. Вот только стоило распробовать на вкус эту простую философию счастья, которое, как оказывается, можно взять в собственные руки, и мне становится даже интересно, что подготовил нам день грядущий.

«Сегодня вам нужно выделить время для себя любимой, разрешить себе расслабиться и отдохнуть так, как вы того хотите. Это может быть медитация в тишине или под любимую музыку, чтение книги, прогулка в парке, день спа – все, что вам только захочется. Балуйте себя и любите!»

– Звучит заманчиво, – улыбаюсь я собственным мыслям, уже представляя, чем конкретно хочу заняться. И если дома с Данькой и бесконечной рутиной выделить время на пассивный отдых было бы проблематично, то здесь, на курорте, сделать это сам Бог велел.

Бросив взгляд на часы, я вооружаюсь биноклем и выхожу на балкон. Вот только Бьерна и Франческо, как вчера, на поляне не обнаруживаю. Пусто и тихо. Может, они тренируются не каждый день? Или Бьерн проспал утреннюю тренировку? Нет, на него это не похоже.

Я уже было собираюсь уйти с балкона, но тут мое внимание привлекают звуки открывающихся ворот. Бьерн выкатывает из гаража модный мотоцикл, продолжая со всей серьезностью в голосе общаться с кем-то в наушниках по телефону. Его тон холоден, полон строгости и металлических ноток, как если бы прямо сейчас решался вопрос на миллион долларов. Таким прежде я еще никогда его не слышала. При этом выглядит он как обычно неформально: футболка, джинсы, удлиненная стрижка, по которой в лучшем случае наспех прошлись пятерней, но никак не расческой.

Я наблюдаю за ним, и мое сердце ускоряет ход. Так или иначе, после нашей вчерашней прогулки мои мысли возвращаются к этому мужчине. А еще в этот самый момент я очень жалею, что не проявляла особого интереса к языкам и ни слова не понимаю на шведском.

– Мама дорогая, прямо как наш генеральный, один в один. Аж сердце в пятки ушло. И кого это, интересно, он так усердно отчитывает? – появляется за моим плечом Геля с чашкой ароматного утреннего кофе.

– Кто ж его знает, – пожимаю я плечами.

– Вот не думала, что здесь, на конюшне, такая нервная работа.

– Может, в семье какие-то проблемы. Да и с местными он на шведском не разговаривает, общаясь в основном на английском, итальянском или сардинском, – заключаю я, основываясь на своих наблюдениях.

– Ого! Четыре языка. Неплохо для обыкновенного трудяги, который занимается лошадьми, – подмечает Геля, и я задумываюсь о том, что это, возможно, еще и не полный список.

– С одной стороны, достойно уважения. А с другой, владение кучей языков для европейца не редкость. Они с детства растут в среде, где путешествие в другую страну или общение с соседом-иностранцем скорее норма, чем исключение. Это не наша необъятная Россия-матушка, которую и за всю жизнь из конца в конец можно не объехать, общаясь с каждым встречным на родном русском.

– Это да, – соглашается Геля. – Если бы не мои постоянные командировки и взаимодействие с зарубежными партнерами, хрен бы я этот английский на таком уровне освоила. А без постоянного общения с носителем языка, сколько ни учи, на практике все забывается очень быстро.

Мы дружно провожаем взглядами удаляющийся мотоцикл и крепкую спину Бьерна, после чего сходимся на одной мысли:

– И все-таки он какой-то подозрительный для рядового сотрудника.

– Я и сама хотела бы узнать о нем побольше, – слетают с языка мысли вслух.

– Думаю, я могу тебе в этом помочь, – загорается азартом моя неугомонная соседка. – Утренняя йога, а затем спа, там местных девчонок о твоем красавчике и расспросим. Должна же на весь отель найтись хоть одна сплетница.

Сперва эта мысль кажется мне гениальной, ведь именно на йогу и в спа я как раз и собиралась, а теперь еще и в приятной компании. Где, как не в женском коллективе сотрудниц отеля, следует проводить разведку? Но вскоре появляются и первые сомнения.

– А если местные девушки сами имеют на Бьерна виды? С чего им про него рассказывать потенциальной конкурентке?

– Тогда перед погружением попытаем счастья с Франческо, – не теряет оптимистичного настроя Геля. – Он-то на него видов точно не имеет и будет рад пристроить друга в хорошие руки.

– В хорошие руки, – вырывается из меня нервный смешок. – Скажешь тоже! Вообще-то, Бьерн взрослый мужчина, а не несмышленый щенок.

– Знаешь что, Свет, – по-дружески опускается на мое плечо девичья ладонь. – Каких бы крутых мужиков все они из себя ни строили, а в душе и есть несмышленые щеночки, стоит только почесать в нужном месте.

* * *

Утренний сеанс йоги должен пройти на живописном берегу моря. Солнце освещает всю округу мягким золотистым светом, свежий морской воздух наполняет легкие и придает бодрости. Пока Ангелинка продолжает на ходу обмазываться кремом с SPF, я запрокидываю голову, ощущая, как лучи солнца ласково касаются кожи. Всю дорогу она втирает мне что-то про фотостарение, но мысли витают где-то совсем в другом месте. С каждым вдохом мое тело наполняется энергией. Или я просто влюбилась как девчонка, вот и чувствую, будто за спиной расправляются крылья?

– Свет, ты меня вообще слушаешь? – не отстает Ангелина.

– Конечно, слушаю. Но это место такое волшебное, – раскидываю я руки в стороны, и на лице Гели расцветает улыбка. – Только оглянись вокруг: поющие волны, рассекающие спокойную гладь моря, яркие бутоны тропических цветов, распускающиеся на фоне зелени. Здесь можно найти все, чего душа пожелает! А о неизбежности старения, с солнцем или без него, давай подумаем дома.

По дороге в студию йоги мы проходим мимо сотрудников отеля, занятых своими делами. У стойки регистрации Геля останавливается и заводит ни к чему не обязывающий разговор. Сотрудница, молодая женщина с короткой стрижкой, лишь на мгновение задерживает на нас заинтересованный взгляд, но затем быстро отворачивается, словно мы ее отвлекаем.

– Бьерн… Он просто работник, ничего особенного, – выдает она заученную фразу, не поднимая глаз от экрана компьютера и делая вид, что очень занята.

– Но мы слышали, что он хорошо знает окрестности и может показать местные достопримечательности. Могли бы вы рассказать нам поподробнее о нем и его работе? – проявляет настойчивость Ангелина.

Сотрудница вновь смотрит на нас, в этот раз с легким недовольством.

– Как я уже сказала, он обычный сотрудник. Почему вас так интересует этот человек?

От ее вопроса меня пробирает беспокойство. Еще не хватало, чтобы до Бьерна дошла информация, что мы тут что-то выведываем за его спиной. Вот будет неловко. Желая вернуть разговор в более легкое русло, мы с Гелей закатываем глаза, словно возникло недопонимание.

– Нет, что вы, нам скорее интересен местный колорит и конные прогулки, – вмешиваюсь я, пытаясь придать тону беззаботности.

– Что ж, прекрасно! Тогда вам стоит обратиться к нашему экскурсоводу, – отвечает сотрудница. – Он расскажет вам гораздо больше об этом месте и его истории, а также с удовольствием проведет индивидуальную экскурсию. Хотите буклеты с пешими маршрутами?

Едва отойдя от стойки, мы переглядываемся.

– Что-то здесь не так, – щурится на солнце Геля. – Мне же не одной показалось, что она уклонялась от расспросов о Бьерне? А ведь еще вчера, когда я расспрашивала ее о курсах дайвинга у Франческо, она была очень даже отзывчивой, расписав в красках все его прелести. Как инструктора, конечно же, – сдувает подруга со лба надоевшую челку, и я улыбаюсь, не переставая любоваться ее непосредственностью.

Зато инструктор по йоге оказывается более радушной и разговорчивой. Долго не ходя вокруг да около, я сразу перехожу к делу:

– А Бьерн, который с конюшни, давно здесь работает?

Услышав мой вопрос, кареглазая смуглянка несколько теряется.

– Время от времени, – отвечает она уклончиво.

– А девушка у него есть? – идет в атаку Ангелина. – Это между нами, девочками, мы никому не скажем.

– Не знаю, может, где-то и есть, – взлетают взволнованно ее ресницы. – Но здесь с постоянной девушкой Бьерн никогда не останавливался.

Занятие начинается, и наш инструктор спешит перейти к своим прямым обязанностям, оставив пустые разговоры. Вот только это ее «не останавливался» засело у меня в голове, словно она говорила о постояльце отеля, а не о его работнике. Или это все тонкости перевода?

Да нет же, я слышала именно то, что слышала, и не могу выбросить эти крохотные несостыковки из своих мыслей: ни в позе воина, ни в позе собаки с мордой, опущенной вниз. В позе трупа под приятную музыку я должна постигнуть тотальное расслабление, но, даже прикрыв глаза и раскинув свои обездвиженные конечности на коврике, я все равно продолжаю думать о Бьерне, которого на весь этот день и след простыл.

Вот интересно, а он-то обо мне хоть иногда вспоминает? Эта мысль так или иначе тоже не дает мне покоя, ни в спа, ни на причале у лодки Франческо, где при полном обмундировании рядом с инструктором, к моему искреннему удивлению, нас с Гелей встречает Борис.