Глава 23

На следующий день Влад так и не дал ответа на мой план. Зато дал кое-что другое — личную охрану в лице двух слуг-вампиров, которые следовали за мной как привязанные. Куда бы я ни пошла — в сад, в библиотеку, даже в уборную — они маячили рядом с выражением лиц профессиональных телохранителей.

— Это что еще за цирк? — спросила я у Влада за обедом, кивнув на моих "тенеек".

— Меры предосторожности, — ответил он спокойно, разрезая мясо с аккуратностью хирурга.

— Против чего? Против собственных мыслей?

— Против твоей склонности к необдуманным поступкам.

Вот этот тон! Как будто он говорит с капризным ребенком, которого нужно держать под присмотром. У меня зубы заскрипели от возмущения.

— Влад, — сказала я сквозь стиснутые зубы, — если вы не отзовете своих шавок, я сделаю что-то действительно необдуманное.

— Например?

— Например, расскажу детям, как их отец превратился в параноидального тирана.

Он поднял бровь, но слуг не отозвал.

— Дети понимают необходимость безопасности.

— Дети понимают разницу между защитой и тюрьмой!

— Элоиза, — его голос стал тише, опаснее, — не испытывай мое терпение.

— А вы не испытывайте мое!

Мы уставились друг на друга через стол. В его глазах плясали золотистые искорки — не романтичные, а хищные. Напоминание о том, что под обличьем джентльмена скрывается древний хищник.

Но я не собиралась отступать. Даже если этот хищник целовал меня до потери сознания всего два дня назад.

К вечеру моя злость достигла точки кипения. Особенно после того, как один из "телохранителей" проследовал за мной в спальню и встал у двери, как часовой.

— Всё, — сказала я вслух. — Хватит.

Я села за письменный стол и написала записку. Короткую, ясную, без лишних сантиментов:

"Готова встретиться. Сегодня. Полночь. Старая мельница у реки. Приходите одни, если хотите получить то, за чем пришли."

Записку я передала Флоре, которая материализовалась в комнате с такой же бесшумностью, как и всегда.

— Передай это Ван Хельсингам, — шепнула я ей. — И постарайся, чтобы мои "охранники" не заметили.

— Ты уверена? — спросила Флора, изучая записку. — Влад тебя убьет. Медленно и болезненно.

— Влад уже убивает меня, — ответила я. — Медленно и систематически. Так хоть будет быстрее.

Флора вздохнула и исчезла в окне.

А я начала готовиться к самому безумному поступку в своей жизни. Что, учитывая недавние события, было довольно серьезным заявлением.

В половине двенадцатого я встала с постели, накинула темный плащ и направилась к окну. Мои "телохранители" мирно дремали в коридоре — видимо, решили, что спящая женщина не представляет угрозы. Большая ошибка.

Окно моей спальни выходило в сад. Высота — метра три, не больше. Для бывшей учительницы, которая в детстве лазила по деревьям как обезьяна, это была сущая ерунда.

Я спрыгнула в клумбу с розами (естественно, угодив прямо в шипы), отряхнулась и направилась к выходу из сада. И тут поняла, что недооценила ситуацию.

По периметру сада патрулировали еще двое слуг-вампиров.

Конечно. Влад же не дурак. Он предусмотрел возможность моего побега. Проклятый контролер!

Но я не сдалась. Обогнула сад с другой стороны, нашла место, где древняя стена замка дала трещину. Протиснулась через нее, ободрав бок и окончательно испортив плащ, и оказалась на свободе.

Время — без десяти двенадцать. До мельницы — полчаса пешком через лес. Если поторопиться, успею точно ко времени.

Я побежала.

Старая мельница стояла на берегу реки как декорация к готической опере. Обветшалая, покрытая плющом, с крышей, которая явно помнила лучшие времена. Идеальное место для встречи с охотниками на вампиров. Атмосферно и отдаленно от посторонних глаз.

Я добралась туда за пять минут до полуночи, запыхавшаяся, с ободранными коленками и растрепанными волосами. Выглядела, наверное, как беглянка из психиатрической больницы. Что недалеко от истины, если учесть мой план.

Ван Хельсинги уже ждали.

Их было трое — мужчина лет пятидесяти с седыми волосами и стальными глазами (видимо, главный), женщина примерно того же возраста с лицом инквизитора и молодой парень, который выглядел так, словно очень хотел кого-нибудь убить.

— Мисс Элоиза, — сказал седовласый, когда я вышла из тени деревьев. — Какая неожиданная встреча.

— Добрый вечер, мистер Ван Хельсинг, — ответила я вежливо. — Простите за опоздание. Пришлось улизнуть от охраны.

— Охраны? — Женщина усмехнулась. — Дракула держит вас под замком?

— Под очень плотным замком, — подтвердила я. — И мне это надоело.

— Понимаю, — кивнул седовласый. — Жизнь среди монстров не может быть легкой.

— Дело не в том, что они монстры, — сказала я. — Дело в том, что граф Дракула считает меня своей собственностью.

Это было чистой правдой. И именно поэтому прозвучало так убедительно.

— Вы хотите уйти? — спросила женщина с подозрением.

— Хочу, — солгала я. — Но не могу. Он не отпустит меня. Никогда.

— А дети? — уточнил молодой. — Вы же их гувернантка.

— Дети... — Я изобразила внутреннюю борьбу. — Дети не виноваты в том, что родились тем, кто они есть. Но я не могу больше жить в мире, где меня считают вещью.

Ван Хельсинги переглянулись. Я видела, как в их глазах загорелся интерес.

— И что вы предлагаете? — спросил седовласый.

— Сделку, — сказала я. — Вы получите то, что хотите. А я — свободу.

— Что именно мы получим?

— Дракулу. — Я сделала паузу для эффекта. — Беззащитного и доверчивого.

Тишина. Потом женщина рассмеялась.

— Дракула? Беззащитный? Вы шутите.

— Не шучу, — твердо сказала я. — Завтра вечером он повезет меня на прогулку. Романтическую. К водопаду в лесу. Будет только он и я. Никаких слуг, никаких союзников.

— И?

— И там вы его поймаете. — Я посмотрела им в глаза. — Убьете. А я скажу всем, что он напал на меня, и мне пришлось защищаться.

Воцарилась тишина. Ван Хельсинги снова переглянулись.

— Почему мы должны вам верить? — спросил седовласый.

— Потому что у меня нет выбора, — ответила я с отчаянием в голосе. — Он сказал... он сказал, что скоро превратит меня в такую же, как он. Сделает вампиршей. И я буду принадлежать ему навеки.

Это тоже была правда. Отчасти.

— Когда? — коротко спросила женщина.

— Завтра. Восьмой час вечера. У водопада.

— А если это ловушка?

— Тогда вы меня убьете, — просто сказала я. — И проблема решится сама собой.

Молодой парень фыркнул.

— Логично.

— Хорошо, — решил седовласый. — Мы согласны. Но если вы попытаетесь нас обмануть...

— Не попытаюсь, — заверила я. — Мне эта жизнь надоела.

Они ушли, растворившись в лесной тьме. А я осталась стоять у мельницы и думать: "Боже, на что я подписалась?"

Домой я добиралась в два раза дольше — приходилось красться, обходить патрули, прятаться в кустах. К тому времени, как я добралась до своего окна, было уже два часа ночи.

Я забралась в спальню, стянула испорванный плащ и легла в постель. Сердце колотилось как сумасшедшее, но план был запущен. Теперь оставалось только дождаться завтрашнего вечера и надеяться, что я не совершила самую большую ошибку в жизни.

И именно в этот момент в комнате зажегся свет.

Влад сидел в кресле у камина. Сидел и смотрел на меня с выражением лица человека, который только что понял, что его предали самым подлым образом.

— Хорошая прогулка? — спросил он тихо.

Кровь в жилах превратилась в лед.

— Я не знаю, о чем вы...

— Не лги мне, Элоиза. — Он встал, и в его движениях была опасная грация хищника, готовящегося к атаке. — Я чувствую на тебе их запах.

Черт. Вампирский нюх. Совсем забыла.

— Влад...

— Ты встречалась с Ван Хельсингами. — Это не был вопрос. — Что ты им сказала?

— То, что нужно было сказать.

— И что именно?

Я встала с постели, накинула халат. Если он собирался меня убить, хотя бы с достоинством.

— Что завтра вечером ты повезешь меня к водопаду. Одну. И что они смогут тебя там взять.

Его лицо не дрогнуло.

— Понятно. — Он подошел ближе. — И ты думаешь, что я позволю тебе использовать себя как приманку?

— Я думаю, что у вас нет выбора, — сказала я, стараясь говорить уверенно. — Потому что если вы не появитесь, они поймут, что это ловушка. И тогда будут атаковать замок. С детьми внутри.

Что-то опасное вспыхнуло в его глазах.

— Ты играешь с огнем, женщина.

— А вы играете в тирана, мужчина, — парировала я. — И мне это надоело.

Он остановился прямо передо мной. Близко. Слишком близко. Я чувствовала исходящую от него опасность, но не отступила.

— Ты понимаешь, что могла погибнуть? — сказал он тихо. — Что если бы они не поверили, ты была бы мертва?

— Понимаю.

— И тебе было все равно?

— Нет, — честно ответила я. — Мне было не все равно. Но я не могла больше сидеть сложа руки.

Влад смотрел на меня долго, молча. В его глазах боролись ярость и что-то еще... восхищение?

— Ты безумная женщина, — сказал он наконец.

— А вы безумный мужчина, — ответила я. — Идеально подходим друг другу.

Неожиданно он рассмеялся.

— Идеально, — согласился он. — Абсолютно, безнадежно идеально.

И поцеловал меня. Жестко, властно, с обещанием расплаты за самовольство. Но и с любовью. Огромной, всепоглощающей любовью.

— Завтра, — прошептал он мне в губы, — ты получишь такую встряску, что запомнишь на всю жизнь.

— Обещание? — спросила я.

— Угроза, — уточнил он и снова поцеловал меня.

А я подумала: пусть завтра будет что будет. Главное — мы будем встречать это вместе.