Глава 20

«Мокричка… спасибо, конечно, но что прикажешь мне делать с этой грудой металлолома? У них даже души железные…»

Недоуменный, хотя и приглушенный далеким расстоянием вопрос Немезиса застиг меня в самый пиковый момент, когда я с боевым кличем крошила на шестеренки очередного механического монстра, оккупировавшего пятый этаж.

Э?

Упс…

Так, получается, косой жнеца их больше бить нельзя, руками тоже, руки-то у меня меченые. Ну вот так вышло, что кровь степных ящеров, которой я нарисовала на запястьях адрес для скошенных душ, въелась намертво и превратилась в татушку.

И как теперь подкормить сорокового, если души монстров срочным пакетом отправляются к Немезису в камеру? Он ведь не зря жалуется, что у него там уже места маловато. Железные души, надо же. Ясно, значит, самая пора кормить ими сорокового!

— Радость моя мифриловая! Этого тебе! Только подскажи, как его правильно убить во славу твоих микросхем! А, погоди, уже знаю! Сейчас!

— Не дай бездна! — отчего-то вслух ужаснулся киборг, становясь видимым. — Не вздумай приносить мне жертвы, не хочу открывать канал связи. А то еще подхвачу очередную заразу. Достаточно, что сами механизмы остаются, их переработаю.

— Упс… поздно. Прости, — искренне покаялась я, глядя на расплющенную молотом киберящерицу под ногами. Молот я достала из инвентаря и расписала с помощью все того же остановленного времени. — Оно само как-то.

— Ты это нарочно!

— Ну конечно, нарочно! Но до того, как ты отказался… зато адрес на молотке правильный, уже радость. Царапала-то наспех! Еле успела у тебя в настройках подглядеть.

— Уф… — Рядом к стеночке прислонился вымотанный битвой Саша. — Какая гадость эти ваши механизмы. Ни одной органической косточки для дальнейшей переработки! Ни одного куска плоти! А так не хочется портить ценные туши из твоего подпространства. Нам еще империи долг за големов возвращать.

— Зато морозятся отлично, — откликнулся не менее вымотанный свекор, опираясь на стеночку с другой стороны. — У них, видимо, какая-то жидкость в качестве аналога крови. Если ее кристаллизировать с помощью понижения температуры, сразу теряют подвижность.

— Так тут все вокруг сплошь ледяное, как они сами еще не замерзли? — машинально удивилась я, с тревогой глядя на странно мерцающего киборга. До него, походу, пожертвованная душа долетела, и теперь он чем-то странным занимался, то ли переваривал, то ли пытался ее вытошнить.

— Вода замерзает при одной температуре, а их жидкость при другой, — охотно пояснил Олег Викторович. — А точнее, при абсолютном нуле. Не знаю, кто додумался закрыть доступ к сердцу домена именно механизмами. С одной стороны, это правильно, органикам здесь действительно слишком студено, температура ниже точки замерзания воды почти на тридцать градусов. С другой… ну в самом деле? Я маг холода. Для меня это даже не прохладный ветерок, скорее почти жара! При моем абсолютном нуле даже металл становится хрупким, так что…

— Угу, странно, что эти гады нас так потрепали, — согласилась я, убедившись, что сорокового все же не стошнило.

— Они мелкие, верткие, и их слишком много, — вздохнул свекор. — Замораживать по одному, концентрируясь в определенной точке, гораздо сложнее, чем покрыть температурой абсолютного нуля область. Но раз со мной еще два постоянно разбегающихся в разные стороны ребенка, я просто не могу бить по площадям. Если быть честным, то в одиночку, без тебя и Александра, мне было бы намного проще.

— Вы к своему родовому алтарю каждый раз так сложно прорываетесь? — удивилась я.

— Там не алтарь. Алтарь выше на полтора километра.

— А что тогда здесь⁈

— Можешь посмотреть. Путь свободен. — Внезапно равнодушный тон голоса свекра сменился на более низкий, полный скрытой угрозы и предупреждения. — Но знай: как только вы это увидите, вы либо полноценно станете частью рода Снеговых, либо пропадете без вести во льдах.

— А мы разве еще не? — вздохнула я. — Даже не надейтесь, Игоря я вам обратно не отдам. Да и вас самого того… прихватизировала уже. Как свекра, конечно, не подумайте лишнего, папочка. В общем, идемте. Можете пока на ходу с Сашей разобраться и решить, кто он вам, двоюродный сын, или родной племянник, или еще кто-то родственный через жену сына.

— Прихва… — Свекра неожиданно разобрал сухой нервный смех. На усталом лице на миг приступил след доброй улыбки. — Боги, теперь я, кажется, понимаю, чем ты так зацепила моего сына. С тобой невозможно соскучиться, ты даже если не творишь неведомо что в любой рандомный момент, так значит, точно ляпнешь не менее невероятное нечто в следующую секунду.

— С чем вас и поздравляю, — надула я губы. — Наслаждайтесь! Клоуна нашли…

— Его мать тоже порой могла… поставить на уши весь императорский дворец, — внезапно добавил глава сыска, ностальгически прикрыв глаза. Впрочем, тут же снова стал серьезен и сменил тему: — А вот это и есть главный секрет моего родового домена. Будь он неладен.

— Ой! Похоже на зеркало…

— Не подходи слишком близко, иначе никогда больше не увидишь своих мужчин, — твердо предупредил свекор.

«Хм, — задумчиво раздалось сбоку. Некто, судя по всему, закончил процесс переваривания механической ящерицы. — Однако…»

— Эм… я не поняла. — Никогда еще за все время попадания я не чувствовала такой всепоглощающей растерянности.

Потому что зеркало в дальнем конце грота оказалось не совсем зеркалом. Скорее, овальным окном в вычурной раме. Но даже не это выбило меня из колеи.

Просто за окном виднелся до боли знакомый перекресток. Угол старого здания с вычурным балконом, вредный светофор, на котором надо было не просто нажать кнопку, но еще и держать ее до позеленения. В прямом смысле — пока минуты через полторы не загорится зеленый сигнал для пешехода!

— Это…

— Как я и предполагал, портал в иной мир, — ответил князь Снегов. — Излучение очень похоже на уже когда-то найденные. И скорее всего, этот тоже односторонний. Из нашего мира можно туда попасть, но вот с той стороны прохода нет. Потому и вернуться невозможно.

Так, погодите… погодите. Портал. Односторонний. В другой мир. В мой мир⁈ Вон же окна моей квартиры! Даже фикус на подоконнике родной, ни на сантиметр в сторону не сдвинут!

То есть, если я прямо сейчас сделаю всего лишь несколько шагов… весь этот игровой дурдом просто закончится? Я смогу забыть его как интересный, но страшный сон? У меня будет моя прежняя жизнь, которой я была довольна на все сто процентов? Дом, семья: сестра и племянники, работа, постоянные клиенты, море два раза в год…

Всего лишь пара шагов?