51

В каком порядке мы стягивали одежду и кто что с кого снимал, я бы не вспомнила при всём своём желании.

А я желала вовсе не этого. Я желала неистово слиться с ним сейчас телами. И неистово желала, чтобы он не подкачал. Пусть не удивил, но хотя бы не разочаровал. Чтобы этот вечер закончился правильно, на высокой ноте полученного удовольствия и полного удовлетворения. Закончился мощно. Убедительно. Красиво поставленной точкой.

И он не подкачал.

— Лика, я… — начал он, ещё тяжело дыша, весь мокрый от пота, лёжа на спине на прохладных простынях.

— Тс-с-с! — сжала я его руку, не открывая глаз.

Всё кружилось: каюта, корабль, Земля.

И вовсе не от выпитого шампанского.

— Главное правило венецианского карнавала: всё, что было на карнавале, остаётся на карнавале. Ты был безупречен, — повернулась я, чтобы его поцеловать.

Чмокнула в плечо и начала одеваться.

— Я бы предложил забить мой номер как «03», но, боюсь, ты не согласишься.

— Не соглашусь, — покачала я головой. — Как и ты, лететь по моему звонку из Москвы. Это не наш случай, Яр.

— Останься хотя бы до утра, — попросил он.

Я посмотрела сквозь задёрнутые тонкие занавески на предрассветное небо.

— Именно так я и сделала. Уже утро, — запахнула на груди рубаху.

— Давай закажем завтрак в номер. У нас ещё целый день, даже два. Давай проведём их вместе, — не хотел он сдаваться.

Но мы оба знали, что всё равно обречены. Так к чему продлевать агонию?

— Обещай мне всё забыть, едва я отсюда выйду, — уже полностью одетая, я обошла кровать, чтобы раздёрнуть шторы.

— Ни за что, — покачал он головой, когда я повернулась.

— Ну, право твоё, — я подняла с пола треуголку, улыбнулась. — Пока!

Накрыла его лицо маскарадной шляпой.

Когда он её снимет, меня здесь уже не будет.

И выскользнула за дверь.