63

— Нет, — выставила я обратно за дверь сумку.

— Лик, я тебя понимаю, меня саму бросил парень, беременную.

— Ты даже имени его не знала.

— Это неважно. Я влюбилась в него с первого взгляда, а он, сука, даже презерватив не надел. Но ребёнок же не должен расплачиваться за ваш разрыв. Лерочка любит проводить время с дядей и тётей, — видимо, и не подозревала она, что Андрей уже давно самоустранился от воспитания её дьяволёнка.

— Так и поезжай к своему брату. Не лишай ребёнка общения с любимым дядей, — осталась я непреклонна.

Она состроила такое лицо, что я прямо на нём прочитала, как сильно я об этом пожалею.

— Лерочка, пойдём! — оттиснув меня от двери, схватила она дочь. — Тётя Лика больше не может с тобой играть. Ты ей больше не нужна. И наши проблемы тоже. Прощай, высшее образование! И личная жизнь! Какая личная жизнь с такими бровями, — причитала она. — А я думала, мы подруги, — посмотрела она на меня укоризненно.

— Нет, мы не подруги, — сказала я уже третье «нет» за последние несколько минут. — И никогда ими не были.

— Но я так не считала. Я думала, что могу на тебя рассчитывать, что мы не приложение к моему брату, что ты нас искренне любишь, но ты… Знаешь, хорошо, что он тебя бросил! Я бы на его месте поступила так же, — выплюнула она, выходя.

Но напрасно рассчитывала, что я подавлюсь её злыми словами.

— Чёрта с два, ты так думала! Чёрта с два ты вообще думала, потому что тебе нечем, тупая ты корова! Хренова эгоистка, инфантильная и бессовестная. Тебе было удобно, и тебе плевать. Плевать на всё и всех: на учёбу, на чужое мнение, на родителей, на брата, плевать даже на собственную дочь. Да, хорошо, что он меня бросил, и мне больше не придётся общаться ни с тобой, ни с твоим невоспитанным ребёнком.

— Не слушай, Лерочка, — прижала она к себе ухом голову дочери, закрыв ладонью второе. — Тётя злая и явно не в себе, — смерила она меня взглядом и заторопилась вниз по лестнице.

Я захлопнула дверь, рухнула прямо на грязный пол в прихожей и прорыдала весь оставшийся день.

— Хочешь, я приеду? — спросила мама.

— Нет. Ты ничем мне не поможешь. Сделаешь только хуже.

— Мне жаль. Мне правда очень жаль, — тяжело вздохнула она. — Мне нравился Андрей. Он был хороший.

— Нет, он был лучший, — ответила я и больше не смогла сказать ни слова.