64

Меня снова душили слёзы. Я и не подозревала, что мне будет настолько его не хватать. Что всего за год отношений я успею к нему настолько прирасти.

Всё сложу в одну корзину, всё поставлю на одну карту — а он…

Без него я буквально была как без рук.

Шестов сам покупал продукты и следил, чтобы у меня всегда было всё, что я люблю и чем пользуюсь: безлактозное молоко, с которым я пью кофе; антибактериальные салфетки, которыми тру всё, от рук до белых кроссовок; протеиновые батончики с самым большим содержанием белка; прокладки без отдушки. Он готовил, чего я отродясь не умела, хоть и периодически практиковала. Он выбирал, что закажем, если готовить было лень. Оплачивал счета. Выносил мусор. Мыл мою машину.

С Андреем всегда было о чём поговорить. Он всегда брал трубку, если я звонила, а если не мог, то обязательно перезванивал. Для него не было неважных тем, и он никогда не отмахивался, если я хандрила.

Он был идеальным. Не храпел. Не вонял. Занимался спортом.

Даже стульчак за собой всегда опускал.

— Он был настолько хорош, что у меня нет ни единой, даже крохотной причины радоваться, что он больше не со мной, — сказала я Римке, спустя какое-то время, как вышла на работу.

Закрыв дверь кабинета, я вытирала нос бумажным платком и шмыгала подруге в трубку.

— У него был только один недостаток — он меня не любил, — снова разрыдалась я.

— Ну, ещё он так и не познакомил тебя с сыном, — вставила Римма, когда мой очередной поток слёз иссяк.

— Думаешь, знал, что не стоит? Что я в его жизни временно? И дальновидно не заставил ребёнка от меня отвыкать?

— Вывод напрашивается сам собой.

Как он объяснял это мне? Говорил, что с ребёнком сложно. Кирилл не готов. Он очень трудно пережил разрыв родителей, а скорее всего, до сих пор так и не пережил, поэтому встреча с новой папиной подружкой, другой «мамой», может очень сильно его ранить.

И я безоговорочно верила.

Как и тому, что он встречается только с сыном, а не с его мамой. Его бывшая жена и сын жили с родителями, то есть с дедушкой и бабушкой Кирилла (одна бы его хирург не справилась, тем более ребёнок-первоклассник), но в выходные её никогда не было — она всегда дежурила в те дни, когда другие отдыхали, чтобы иметь возможность проводить время с сыном в будни, забирать его из школы и всё остальное.

Сейчас я думала, что одной из безотчётных причин, по которой я взялась сидеть с Лерой, — показать ему, что мне можно доверить и ребёнка постарше, что я неплохо лажу с детьми, особенно с детьми его семьи. Но эта жертва была напрасна.