Глава 17

– Это нужно отметить! – вздохнула Юль Санна. Обычно деятельная и неугомонная, сейчас она выглядела так, будто из нее выкачали воздух.

– Мы еще не знаем, выгорит ли из этого хоть что-то, – свел брови Роман.

– Как бы там ни было – праздник мы заслужили! Я хочу выпить. Кто со мной?

– Я бы с радостью, но мне нельзя. И кстати, вы сидите за столиком, который заказан, – не слишком-то тактично напомнила друзьям Мариам. – Мы больше не можем себе позволить придерживать бронь. У нас и так ужас сколько недовольных. Новый год ведь!

– Предлагаю отметить оба праздника махом, – улыбнулась Дуня. – Я согласна с Юлей – чем бы ни закончилась эта история, мы здорово держались и большего сделать не могли.

– Тогда всех приглашаем к нам, – улыбнулся Быков. – Через пару-тройку часов общие сборы. Отмазки не катят. С нас праздник, с вас – хорошее настроение.

– А есть что будем?

– Так ведь мы оформили доставку у Мариам.

– В качестве нашего взноса в общее дело, я попрошу администратора сделать скидку.

– Тогда мы с Митей и Семёном отвечаем за пойло. Да, сразу уточню, что никаких Дом Периньонов не будет. Среди нас не все олигархи.

– Да ладно, Кеш, как будто тебе твои бабы коньяк не таскают на выписку, – съязвила Сандалова.

– Таскают. Вот что притащили, то мы и будем пить. Нет, я все-таки поверить не могу, что своими глазами видел президента… Ну, Сёма-а-а. Доберусь я до тебя! – пригрозил пальцем, хотя Краснов уехал вместе с президентской свитой.

– И что ты ему сделаешь? – заинтересовалась Ветка.

– Споит. И вытрясет из него все секретики, – усмехнулась Юль Санна. – А я буду помогать. Жуть ведь как интересно, как он так… – не найдя слов, Быкова развела руками.

– Думаю, он бы и под пытками не раскололся, – заметил Быков, внося нотку серьезности в шутливый диалог друзей. Те резко оборвались и уставились на него во все глаза. А у Дуни почему-то сердце замерло. И ведь не то чтобы она не понимала раньше, кем Семён умудрился стать, каких высот добиться. Вопрос в другом – какой ценой? Она могла лишь надеяться, что его не пытали. Или что-то еще. С чем обычно приходится сталкиваться таким, как Краснов… Кем бы он ни был на самом деле. И где бы он ни служил.

– Так что мы решим? Пока расходимся? А встречаемся у вас к семи, скажем? – переспросила она, отгоняя от себя страшные мысли.

– Ага. Давайте так. Мариам, вы с Женей успеете смотаться в город и обернуться?

– Постараемся, но если что – начинайте без нас. Нам еще родителей нужно заехать поздравить.

На том и решили. От устричного бара Мариам до гостиницы ходу было минут пятнадцать. Дуня с радостью прогулялась по богато украшенной огнями деревне. Заодно и голову немного проветрила. Потому как если Юльке хотелось выпить, Дуня и без всякого пойла чувствовала себя пьяной. Пьяной от бушующего в крови адреналина. И, может, не столько даже от самой встречи с президентом, сколько от того, что было потом. В тесном коридорчике у туалетов, когда Семен легонько ее приобнял и прошептал те самые:

– Потерпи. Еще немного осталось…

И столько было в этих его словах – поддержки, восхищения, несмотря ни на что, и уверенности, что этим всем невозможно было не заразиться. Как будто он, коснувшись своими губами ее виска, вдохнул в нее новые силы. Как будто у него самого внутри таился их неисчерпаемый источник. К которому она тянулась всем своим существом.

– Дуня! Где ты ходишь?! Я тебя совершенно потерял. Ты что, опять забыла включить телефон?

– Ага. Наверное, – рассеянно заметила Дуня. – Я у Мариам была. Ты не представляешь, что там произошло.

– И что же?

– У нас состоялся разговор с президентом. Представляешь, пап?

– Это такая шутка?

– Нет. – Дуня покачала головой. Замерла на какой-то миг. Откинула голову и засмеялась: – Нет! Он приехал к нам. Сам. Можешь представить?

– Ты на прогулке не падала? Там опять гололед?

– Да нет же! Это действительно случилось. Нам удалось все в подробностях обсудить. Благодаря Семёну.

– Что? И он там был?

– Он и организовал встречу! Не знаю, как ему это удалось. Точнее, знаю – он соблазнил Николая Васильевича долмой. В общем, тот приехал поесть. А там слово за слово… Он похвалил мой проект.

Говоря это, Дуня достала из кармана телефон и вывела тот из режима «не беспокоить». Мессенджеры, как всегда, мигали неотвеченными. Игнорируя пристальный взгляд отца, Дуня открыла чат. Очень удачно, кстати, Мариам как раз скинула фото, на котором президент согласился сфотографироваться со всей их честной компанией. И еще парочку. В интерьерах ресторана. Это, очевидно, нужно было Мариам для рекламы.

– Вот! Смотри, если мне не веришь.

Отец взглянул. И тут же отвернулся, нахмурив брови. Они так и стояли посреди лобби. Отовсюду доносился шум – смех, чужие разговоры. Предвкушение праздника царило в воздухе. Но как бы здесь ни было весело, продолжать разговор вот так было не слишком удобно. Дуня взмахнула рукой в сторону лифтов.

– И что он потребует за это?

– За что?

– За свою помощь в организации этой встречи.

– Почему ты думаешь, что он что-то потребует?

– Потому что я знаю таких, как Краснов! Они ничего просто так не делают. Послушай, я уж не знаю, как он так изловчился… Как вошел в круг… Но, Дуня, я тебя умоляю – держись от него подальше. У него и раньше были проблемы с контролем, а теперь, когда он получил реальную власть, просто подумай, во что это может вылиться.

Нет, отец и до этого, конечно, заводил подобные разговоры, но сегодня он, кажется, превзошел сам себя. Дуня поморщилась:

– Тебе не кажется, что это все попахивает паранойей?

– Он вознамерился тебя получить! Разве ты не видишь?

– И? Ну, вознамерился. Допустим. Дальше что? Как, по-твоему, он меня получит, если я не собираюсь ему себя вручать?

– Думаешь, он тебя спросит?!

Дуня фыркнула. Это и впрямь было смешно.

– Нет? Тогда что – выкрадет и под замок посадит? – закатила глаза. – Все, пап, прекращай. Иди лучше, собирайся. Нас Быковы пригласили отметить Новый год. Ты не забыл?

– О, нет. Позвони им и скажи, что нас не будет.

– Почему это?

– Потому что! У меня для тебя сюрприз. Пойдем…

Ничего не понимая, Дуня послушно пошла вслед за отцом к лифтам и дальше, к его номеру. Каким бы ни был сюрприз отца – свои планы она менять не собиралась. Но любопытство все-таки взяло верх.

– Смотри, кто приехал! – распахнув дверь, Андрей Викторович театрально взмахнул рукой и дурашливо поклонился.

– Вова?!

– Дуня! Привет. Я тебе полдня звоню! – Чернов сграбастал Дуню и хотел поцеловать, а она взяла и уклонилась. Машинально. Почему-то не желая, чтобы он ее касался. Но получилось так, что губы Володи мазнули как раз там, где ее целовал Краснов…

– Прости. Я забыла включить звук.

– Да это я уже понял. Иногда я поражаюсь, как ты умудряешься не забыть голову. Как тебе мой сюрприз?

Дуня заставила себя улыбнуться. Потому что Вовка старался, и ей действительно стоило этому радоваться.

– Обалдеть! Я ведь уже и не надеялась, что у нас выйдет встретить Новый год вместе.

– Да мы тут с будущим тестем подумали и вспомнили поговорку, что как встретишь Новый год – так его и проведешь. Вот я и решил – к черту дела. Ключа от твоего номера у меня не было, поэтому пришлось остановиться здесь. Я чемодан не разбирал. Лишь взял белье на смену. Андрей Викторович разрешил мне воспользоваться душем.

– Супер, – без особого энтузиазма улыбнулась Дуня.

– Ну что, тогда пойдем устраиваться?

– А ты вообще надолго?

– До второго. А что?

– Так мало?

– Ну, прости. Мне и эти дни было сложно выкроить. Ты же знаешь.

В ее голосе так отчетливо сквозили фальшивые нотки, что было удивительно, как он их не замечает. Дуня в ужасе поняла, что приезд жениха ее не то что не обрадовал, а даже огорчил. Она пока слабо понимала, как ляжет с ним в одну постель, как согласится на близость, если до этого дойдет. А ведь что дойдет, можно не сомневаться. Ведь они с Володей не виделись вот уже две недели.

– Как думаешь, мы еще успеем забронировать столик в ресторане?

– Думаю, нет. Но нам это и не нужно. Мы приглашены в гости.

– О, нет. Встречать Новый год в незнакомой компании? – Вовка скривился, застегивая разворошенный чемодан.

– Уверен, ты сможешь выбить столик, если постараешься, – вклинился в разговор Андрей Викторович.

– Нет, пап, ты же в курсе, что мы будем праздновать не только Новый год.

– Нет? А что еще? – изумился Чернов, выдвигая ручку.

– Ой, ты же не знаешь! Пойдем, я тебе все-все расскажу, пока буду собираться.

Володя с Андреем Викторовичем переглянулись. И хоть этот обмен взглядами был довольно стремительным, Дуня успела его заметить и сделать свои выводы. У нее закралось подозрение о том, что Вовка явился не без помощи ее папеньки. Очевидно, паранойя того распространилась чуть дальше, чем она могла бы предположить, раз он вызвал подкрепление. А может, это была и не паранойя вовсе… Дуня растерла виски, чувствуя себя как никогда сбитой с толку.

– Так что ты мне хотела рассказать? – спросил Чернов, когда за ними закрылась дверь ее номера, но вместо того, чтобы послушать, оттеснил Дуню к стене и набросился на нее с поцелуями. Наверное, она вытерпела это только потому, что они целовались тысячу раз до этого.

– Ну, все… Все! Вов, перестань. У нас совсем нет времени.

– И я, хоть убей, не понимаю, почему, – страстно заметил он, стискивая в ладонях ее попку.

– Понял бы, если бы меня выслушал! – деланно беззаботно рассмеялась Дуня и, наконец, выбравшись из объятий жениха, выложила ему довольно сокращенную версию случившегося. – Ну? Что скажешь?

– Ты – молодец.

– Правда? Тогда почему ты хмуришься?

– Потому что мне не нравится, что вокруг тебя вьется этот тип. Послушай, Андрей Викторович мне рассказал в общих чертах, что там у вас было…

– Вот как? И давно вы с отцом моете мне кости?

– Мы не моем! Он о тебе беспокоится. И я тоже.

Дуня с трудом удержала вертящийся на языке вопрос – «Так это из-за беспокойства ты подарил мне неисправную машину?». После чего в ужасе замерла, испугавшись тех мыслей, что, оказывается, до сих пор сидели занозой в ее сердце. Как же она запуталась! В попытке взять себя в руки и не наломать дров, Дуня, глубоко вздохнула:

– Вы волнуетесь совершенно напрасно.

– Правда? – Чернов взял Дуню за руку и заглянул в глаза.

– Конечно! – убежденно сказала она. – Господи, Вов, с тех пор прошло миллион лет. Я вообще не понимаю, что за шум поднялся вокруг этой истории.

– То есть у меня нет никаких причин беспокоиться?

– Нет абсолютно никаких причин, – улыбнулась Дуня, заглушая тоненький голосок внутри, который, тем не менее, очень навязчиво ей шептал – «Врунишка». – Теперь я могу сходить в душ?

– Можешь, – вздохнул Чернов. – Хочешь, я потру тебе спинку?

– Нет! – выпалила Дуня. – Лучше разбери чемодан. Я терпеть не могу беспорядок, ты же знаешь. И закажи что-нибудь поесть.

– Ты ведь только из ресторана.

– Шутишь? Мне кусок не лез в горло. Я так волновалась, что меня бросало из жара в холодный пот. Именно поэтому мне нужно в душ.

– Сначала еще один поцелуй.

– Вовка, отстань! От меня, наверное, воняет, как от поросенка.

– Да? – Чернов дурашливо ее схватил и принялся нюхать – за ухом, у скулы… Дуня визжала, вырываясь изо всех сил, и хохотала.

– Ну, как?

– Не знаю. Поросят я никогда не нюхал. Так что не с чем сравнить.

– Фи, какая ты неженка! Никаких поросят?!

– Как будто тебе их доводилось пасти, – парировал Володя.

Да. В этом они одинаковые. Как и во многом другом. Именно поэтому Чернов для нее – лучший вариант.

– Свиней не нужно пасти. – Дуня с трудом выдержала шутливый тон. – Это ж не овцы, – и понурив голову, пошла-таки в душ.