Глава 24

— Вика, ну, сколько можно? — Владимир поправил галстук и раздраженно заглянул в ванную комнату. — Я уже сорок минут у окна торчу! Мы опоздаем, и бабушка расстроится!

— А кто захотел заниматься любовью вместо того, чтобы терпеливо ждать в прихожей, пока я надену платье? — на мгновение оторвавшись от зеркала, спросила она.

— А зачем ты открыла мне дверь в одном халатике?

— Я принимала душ!

Он недовольно покачал головой и прошелся по кухне. Выглянул в окно. Тридцать первое августа, а осень уже вступила в свои права и правит балом. Сыро и пасмурно. Вот-вот снова польют дожди. Противные ростовские дожди.

Через неделю у Вики начнутся занятия в магистратуре, а у него столько работы в агентстве, что едва удается выкроить свободное время для встреч.

Вчера они даже поссорились из-за этого. Вика хотела на Театральную площадь, покататься на новом колесе обозрения, а он задержался в агентстве до девяти часов вечера. Когда приехал за ней, она уже смыла с лица всю косметику, переоделась в домашнее платье и отказалась идти с ним на свидание. Он не мог понять, зачем она гоняла его через весь город, если передумала куда-то идти, она же обвиняла его в равнодушии и неспособности держать обещания. Кричали так, что соседи снизу стучали по батареям, требуя тишины. Правда, потом до полуночи мирились в его машине перед подъездом ее дома в Левенцовке.

А сегодня день рождения бабушки. И опаздывать нежелательно. Владимир не сказал, что приведет Вику. Просто намекнул, что будет на семейном празднике не один. Приедут все — его мачеха, Филипп, Ира, бабушкины сотрудники с факультета психологии. Праздновать свои семьдесят шесть Ангелина Константиновна собиралась во дворе того самого спорного семейного дома под Ростовом, в поселке Янтарный, который в шутку называли усадьбой.

Осенью там просто великолепно! В саду спеют яблоки и виноград, воздух пахнет травой и сыростью, а выложенные камнем дорожки усыпаны золотыми листьями. Конечно, сейчас листья еще не осыпались, но в воздухе все равно витают запахи приближающейся осени.

Владимиру хотелось приехать немного раньше остальных гостей, чтобы в тишине показать Вике дом, который так любила бабушка. Он был уверен, что старый каменный особняк не оставит равнодушной его милую капризулю.

Вика хлопнула дверью ванной комнаты, и он обернулся. Наконец она показалась во всей красе! Волосы были уложены крупными локонами, на губах поблескивала нежная помада, а короткое персиковое платье из плотной ткани как нельзя лучше подчеркивало стройную фигуру.

— Какая же ты у меня красавица! — восхищенно выдохнул Владимир и шагнул ей навстречу. Снова захотелось стянуть с нее платье, растрепать волосы и никуда не ехать.

— Не смей! — словно читая его мысли, отпрянула в сторону Вика. — Я не для этого сорок минут в ванной комнате волосы укладывала!

Он лукаво усмехнулся и достал из кармана пиджака маленькую бархатную коробочку. Открыл ее и извлек оттуда дымчато-голубое колье из хрусталя от Сваровски.

— Смотри, эти хрусталики как нельзя лучше подчеркнут цвет твоих глаз, — улыбаясь, надел украшение ей на шею. Не прогадал. Колье идеально сочеталось с нежным персиковым платьем.

— Ух, ты, это Сваровски? — восхищенно рассматривала сверкающие камешки Вика.

— Да, они.

— Спасибо! — еще недавно пятящаяся назад, она прильнула к нему и нежно поцеловала в гладко выбритую щеку.

— В следующий раз я куплю тебе что-нибудь с бриллиантами, — пообещал он. Подхватил пиджак со спинки стула и подтолкнул девушку к выходу из кухни.

Его черный автомобиль ждал у подъезда.

— А можно по трассе я поведу машину? — попросила Вика.

Владимир поморщился. Что ни говори, а если что-то от природы не дано, то привить это очень сложно. Вике механизмы были неподвластны совсем. Как не старался он научить ее водить машину, а толку от этого почти никакого. Вика смогла медленно ездить по пустой трассе, только и всего.

— Ладно, можно. После того, как мы выберемся за город, можешь садиться за руль, — сдался он.

Но на трассе были заторы, и Вика не решилась взять на себя управление автомобилем.

Машина плавно неслась вперед, а она говорила по телефону с мамой.

— Нет, я не приеду сегодня вечером, мам! Меня пригласили на день рождения… Друзья, кто еще может пригласить меня на вечеринку?.. Где будем отмечать? В «Пирсе» на набережной… Да, давай. Может, на выходных примчусь.

Владимир нахмурился. Ему очень не нравилось, что его любимая девушка скрывает их отношения от матери и отчима. Но уже почти два месяца Вике удавалось успешно лавировать между семьей и их чувствами, и мать ни о чем не догадывалась. Все искренние порывы Владимира познакомиться гасились Викой с неимоверным усердием. «Мама не поймет меня. Она хочет, чтобы я училась. Если она узнает о наших отношениях, начнется кошмар, поверь мне», — касаясь его руки, повторяла она одно и то же.

Вот и сейчас его девушка в очередной раз лгала матери.

— Вика, — скользнул взглядом по красавице Владимир. — Ну, вот скажи на милость, чем я плох для твоей семьи?

— Ты идеален, Вова. Это мама истеричка с комплексами, — отмахнулась Вика. — А я просто хочу быть счастливой рядом с тобой. Только и всего.

— Разве счастье возможно с недомолвками? — расстроился он. — Мы ведь даже на море съездить не можем из-за твоего постоянного вранья! А могли бы вырваться в Сочи на пару дней, пока тепло!

— Вырваться в Сочи? Да ты ко мне в Левенцовку не каждый день приехать можешь! — в ее голосе зазвучала вчерашняя обида.

— Короче, я не хочу больше спорить на тему твоих родственников. Обещай, что познакомишь нас в ближайшее время.

— Хорошо, я подумаю, — отвернулась к окну она.

Он вздохнул, понимая, что она снова лукавит и сделает все возможное, чтобы оттянуть знакомство.

Им повезло, даже выехав позже намеченного времени, они прибыли на день рождения первыми.

Бабушка в белоснежном платье из шерсти и милой вязаной шляпке с цветочными полями встретила их у двери.

— Вовочка, ты привел к нам невесту? — восхищенно заговорила она.

— Да, невесту, — крепко сжав руку Вики, улыбнулся внук.

Вика напряглась. Он сказал: «невесту»? Или ей показалось?

— Вика, наша милая Весна из спектакля! — Ангелина Константиновна протянула свои сморщенные руки к очаровательной гостье. — Как же я рада видеть тебя у себя дома! Вова, пока не прибыли гости, мы просто обязаны показать этой милой особе нашу усадьбу! Уверена, она не останется равнодушной!

Вика смущенно заулыбалась и взглянула на своего статного спутника. Он привлек ее к себе, и они вместе пошли следом за бабушкой, мимо большого праздничного стола, установленного прямо на террасе перед домом. Над столом трудились нанятые из местного ресторана официанты — раскладывали посуду и столовые приборы, вешали разноцветные фонарики под навесом.

Просторный двухэтажный особняк действительно производил впечатление. Чем-то он напомнил Вике ее любимый загородный дом в Таганроге. Только в Таганроге трудились дизайнеры, а здесь все было естественным: яблони с почти поспевшими красными и зелеными яблоками, виноградник со свисающими крупными гроздьями черного винограда, и даже дорожки, выложенные из камня, казалось, появились сами по себе, а не создавались человеком. В глубине двора стояли плетеные из темного ротанга кресла и столик, а рядом со столиком уютно устроились большие садовые качели с мягким клетчатым пледом.

— Как уютно! — вырвался восхищенный возглас у юной Виктории, и она покрепче прижалась к Владимиру.

— Этот уют создавался годами, — понимающе кивнула бабуля. — Мой любимый муж построил этот дом задолго до того, как Вовочка появился на свет. Сколько сил было потрачено на виноградники! Никак не хотели приживаться… Ах, а как только закрою глаза, так и вижу маленького сына, бегающего по этим дорожкам… — на глаза Ангелине Константиновне набежали слезы, и она часто заморгала. — Три года уже как нет его.

— Ба, не надо. Пожалуйста, только не сегодня, — испуганно шагнул к любимой родственнице Владимир.

Он почти ничего не рассказывал про семью, но Вика вмиг почувствовала их общую душевную боль и сжала его руку своими тонкими пальцами.

— Да отчего же не сегодня, Вова? — вздохнула бабушка и повернулась к гостье. — Ни мужа, ни сына уже нет. Остался только внук. Вон какой вымахал! Дороже него никого нет для меня, Вика.

«И для меня тоже», — пронеслось у нее в мыслях, и в глазах отчего-то защипало.

— Эти родственники, что скоро прибудут якобы поздравить меня с днем рождения и пожелать здоровья и долгих лет жизни, на самом деле мечтают увидеть табличку на моей могиле… — продолжала бабушка. — Все, что их интересует, это мой родной дом. Лакомый кусок недвижимости, который можно разодрать в клочья и выгодно продать.

— Но разве можно продать то, что не купишь за деньги? — судорожно сглотнула Вика. — Это место, оно же ценно тем, что передается из поколения в поколение, верно? Его никак нельзя продавать!

— Вот видишь, Вовочка, — усмехнулась Ангелина Константиновна. — Сердце, оно не обманет. Вика идеально прочувствовала это место.

Внук улыбнулся.

— Ангелина Константиновна! — позвали хозяйку дома официанты на террасе. — Там еще гости приехали!

— Иду, иду! — спохватилась старушка и подмигнула Вике. — А вы пока сами здесь погуляйте. Вова, не забудь показать нашей девочке семейные фотографии, что висят в гостиной на стене у камина!

— Обязательно! — хмыкнул внук и указал невесте на широкие качели. — Ты так смотрела сюда, что мне показалось, тебе не терпится покачаться.

— Ты угадал, — смеясь, она села на деревянные качели, устеленные клетчатым пледом, и Владимир начал ее осторожно раскачивать.

— Вов… Ты никогда не рассказывал мне про свою семью, — внимательно посмотрела на него девушка.

— Ну, ты ведь тоже не хочешь знакомить меня с мамой, — попытался перевести все в шутку он. Но в глазах уже мелькнула затаенная глубоко внутри боль.

— Моя мама немного свихнувшаяся на голову мать-одиночка и бизнес леди в одном лице! В знакомстве с ней не будет ничего позитивного, поверь! Она начнет вставлять нам палки в колеса. Скажет, что ты взрослый для меня, что у тебя слишком много денег, что я в итоге останусь одна у разбитого корыта, да еще и, не дай Бог, с ребенком… — Вика отчетливо представила маму, ее поучительный тон, и брезгливо сморщилась. — Она воспитывала меня одна, понимаешь? Она родила меня в девятнадцать!

— Боже, что за бред, Вика! — опешил Владимир.

— Это не бред! Меня потчуют этими байками чуть ли не с пеленок!.. И вообще, зачем мы заговорили про меня? Я ведь только хотела узнать, какая у тебя была семья… — поникла она. — Я не знала, что у тебя умер отец.

— Это очень болезненная тема. — Владимир перестал ее качать и сел рядом. — А сейчас не время для откровений. Но я обещаю, что все расскажу тебе позже.

— Сегодня? — она с надеждой заглянула ему в глаза.

— Да, сегодня. Даже если ради этого придется остаться с тобой до рассвета.

— Тогда ладно, — Вика заулыбалась и придвинулась к нему ближе. Он раскрыл ей свои объятия и с нежностью поцеловал.

— Так, так, кто тут у нас прячется? — раздался до боли знакомый звонкий голос, и на каменной дорожке появилась Ира в безупречном бежевом брючном костюме. Ее темные волосы были собраны в тугой пучок на затылке, а губы скривились в ухмылке. — Я слышала, в нашей семье пополнение, и Вова пришел не один?

Она присмотрелась к сидящим на качелях, и ее глаза округлились от удивления.

— О, Господи! Ты связался со студенткой? — мгновенно узнав в гостье будущую магистрантку с собственной кафедры, фыркнула Ира и тут же уязвлено расхохоталась. — Седина в голову, бес в ребро?

Вика замерла в объятиях своего избранника. Она тоже узнала Ирину Викторовну, которая слыла среди студентов самым строгим и жестким преподавателем.

— Тебе тоже хорошего вечера, Ира, — снисходительно окинул бывшую пассию брезгливым взглядом Владимир. — Как там, на правом фланге? Девочки из группы поддержки не достают? Я слышал, Филипп на них очень падок. А кольца у тебя на пальце все нет и нет.

— Это не твое дело! — взвилась она.

— Моя личная жизнь тоже не твое дело, — дерзко подмигнул ей он. — Но нам, пожалуй, пора. А ты посиди здесь, в тишине, поразмышляй о времени, которое утекает сквозь пальцы. И о призрачных перспективах брака с моим несносным сводным братцем.

Ира, снедаемая негодованием, сжала кулаки. Она-то глупая, была уверена, что он притащит на вечеринку кого-нибудь из той же группы поддержки, дабы насолить ей и вызвать ревность. Именно так он поступил на недавнем деловом приеме, который устроил Филипп. А он, похоже, втрескался по уши в Викторию Хованскую, ту самую Весну из студенческого спектакля! И это очень, очень плохо. Потому что заставить Владимира разлюбить будет намного сложнее, чем отвадить от него девиц из группы поддержки футбольного клуба «Ростов».

Владимир поднялся с качелей и протянул руку оторопевшей Вике.

— Идем, моя милая Вика, похоже, гости уже садятся за стол, — спокойно проговорил он.

Виктория послушно поднялась и позволила любимому мужчине себя обнять. Но в сердце бушевала буря. Голова разрывалась от вопросов, на которые она пока еще не знала ответов.

— Я все расскажу тебе позже, — чувствуя ее напряжение, шепнул Владимир. Но от его шепота ей стало только хуже.