Глава 14. История Тристана. Кто виноват?

Тристан сидел в камере и смотрел в одну точку на каменной кладке. Его душила досада. Здесь, в Клербурне, он надеялся найти помощь, а вместо этого стал заключённым. В чём его обвиняют? В том, что Ллейвина, его молочного брата, выдали за него, за лорда Тристана? Разве это его вина?

Он пытался изображать слугу, но это ему плохо удавалось. Он не смог спрятать даже своей природной склонности. Его талант привлёк внимание мастера Мэта, знаменитого учителя фехтования. Благодаря своим стараниям Тристан стал его лучшим учеником.

Тристан горько усмехнулся. Лучший ученик... Мастер Мэт пожалел детей своего господина, которым грозила гибель от рук нечисти. А слугу из далёкого королевства не пожалел.

Он сражался и победил. И вернулся живым. И теперь его обвиняют. В чём? В том, что выполнял приказ мастера? Если бы мастер Мэт не послал его к колодцу, Изольда не околдовала бы его, и ничего бы не случилось...

***

– Вы искали меня, мастер?

Мэт сидел в своей комнате за столом и выглядел как обычно – хмурым и недовольным. Тристан был немного озадачен тем, что понадобился учителю среди бела дня. Так об их тайных тренировках могли узнать посторонние.

– Хочу поручить тебе одно дело, – сказал мастер неожиданно. – Дело трудное и опасное, но уверен, ты справишься.

– Говорите, мастер, – отозвался Тристан с готовностью.

Мэт глянул на него – мальчишка стал совсем взрослым. Высокий, косая сажень в плечах. Глаза синие, как небо, волосы чёрные, на щеках румянец. Ходят слухи, что он смотрит в сторону Эдит. Наглый и самоуверенный парень…

– В лесу есть поляна. На поляне – колодец. Ты должен уничтожить всех тварей, что там водятся. И запомни, ты должен вернуться до захода солнца.

– До захода солнца я обязательно вернусь, мастер.

– Возьми меч – он хорош в ближнем бою. Иди по тропинке и никуда не сворачивай. И главное – не подходи к колодцу. С хозяином этой нечисти ты не сможешь справиться.

Юноша взял с собой оружие, поднялся в комнату, которую делил со своим молочным братом, и оделся в охотничий костюм. Он незаметно покинул замок через задние ворота за конюшнями. Обошёл стены и, перейдя парадную дорогу, ведущую к воротам замка, отыскал тропинку в овраг. Мастер дал весьма чёткие ориентиры, к тому же холм вокруг замка Тристан уже достаточно хорошо изучил.

Тристан спустился в низину, где было сумрачно и сыро, и ветви деревьев, затянутые лишайником, казались лапами волшебных чудовищ. Что в такой глуши могут делать люди? И зачем посреди леса быть колодцу?

Идти оказалось довольно долго, и Тристан пожалел, что сгоряча пообещал вернуться засветло. Похоже, ему едва удастся до захода солнца найти поляну…

Но вот и она. Поляна посреди леса. Поросла по краям малиной и орешником. Тристан раздвинул ветки и огляделся. Никого. Он не станет осторожничать и прятаться. Юноша вышел на середину поляны и крикнул:

– Кто бы ты ни был, выходи!

Никто не ответил ему, лишь что-то зашуршало под ногами. Тристан оглянулся. Краем глаза он заметил какое-то возвышение, полускрытое кустом шиповника, а на полпути к нему в траве мелькнуло длинное тёмное тело, блеснула чешуя…

Змея, да какая большая! Тристан тотчас вспомнил наказ мастера. Да он и сам не прочь заполучить такой трофей! Юноша выхватил меч. Змея торопилась скрыться в кустах, наверное, почуяла опасность. Первый выпад Тристан сделал наугад, стремясь задержать животное. Змея метнулась в сторону, и юноша увидел её голову и спину, покрытую красивым чёрно-серым узором. Но это была не гадюка. И не пёстрый полоз. И уж точно не уж. На мгновение юношу охватило замешательство, но охотничий азарт заставил отбросить все опасения. Змея зашипела и приподнялась над травой. Тристан, не долго думая, прыгнул вперёд и рубанул мечом.

Он не почувствовал удара, лишь услышал свист рассекаемого сталью воздуха. Не заметил он также, куда упала отрубленная голова. Зато он прекрасно видел, как ударила вверх струя тёмной крови, и тело змеи, извиваясь в конвульсиях, упало к его ногам.

Юноша машинально отступил. По спине пробежал холодок. Какая большая... Трава перед ним зашевелилась. Змея оказалась не одна. Похоже, его появление разбудило всех тварей, прятавшихся в лесу. Итак, мастер для этого и послал его – убить всех, кого ни встретит...

Казалось, прошла вечность, но вот, наконец, трава замерла. Тристан оглядел поляну, всё глубже погружающуюся в сумрак. Тишина обволакивала его, плотная и густая, как ночной туман. Запах свежескошенной травы мешался с запахом крови и тяжёлым ароматом тления. Он стоял, сжимая в руке покрытый влагой меч, и было слышно только его тяжёлое дыхание и стук сердца.

Все ползучие гады лежали порубленными на земле. Змеи, ящерицы, какие-то насекомые... мягкие податливые тела. Они бросались на его клинок, словно желали, чтобы он их убил, и с чавканьем и хрустом падали на землю. Мастер дал ему такое простое задание, или он так легко его выполнил, потому что настолько хорош? Жаль, остальные его ученики, все эти принцы, не видели его в деле. Тогда бы они больше не посмели им помыкать.

Солнце ещё не село, хотя под деревьями было уже темно. Почему мастер запретил подходить к колодцу? Оставил самое важное для другого ученика? Время ещё есть, и он легко сможет уничтожить и сам корень зла. Если эта нечисть просто побольше в размерах, он легко её одолеет, с его-то мастерством!

Вот он, куст дикой розы среди поляны, и рядом с ним колодец. Выглядит старым и заброшенным, бордюр из песчаника зарос мхом, из глубины тянет свежестью… Тристан машинально отвёл длинные стебли шиповника, пытаясь заглянуть в колодец...

Растение словно ожило. Тристан сделал резкое движение, и тут же острые загнутые колючки впились в его тело. Юноша подумал, что поступил глупо, пойдя напролом сквозь кусты, и попытался исправить положение, но прочные стебли обвили его, и при малейшей попытке освободиться вонзали в его тело шипы. Тристан с трудом вырвался. Перевёл дыхание, окровавленными пальцами поправил взъерошенные волосы. Куртка была безнадёжно испорчена, рукава и штаны изодраны в лохмотья. Да на этой поляне и растения какие-то дикие. Перед главной нечистью надо разделаться с упрямым шиповником. Тристан взмахнул мечом и принялся рубить тонкие ветки, усыпанные розовыми цветами…

Через минуту от пышного куста остались только жалкие обрубки. Стебли были разбросаны по земле, и в траве светились рассыпанные лепестки. К нежному аромату цветов примешивался теперь запах свежей зелени и ещё один, слишком знакомый… Тристан отскочил от изуродованного растения.

И тут он почувствовал возле себя какое-то движение… Его коснулась чья-то рука. Он обернулся. Перед ним стояла женщина.

– Ты зарубил всех моих слуг, – сказала она строго. – За свою дерзость ты заслуживаешь смерти, но... – её голос неожиданно смягчился. – Я не могу устоять перед таким храбрецом. Я тебя прощаю.

Она приблизилась - юноша заметил густо обведенные чёрным глаза и красные губы - и неожиданно поцеловала Тристана. Поцелуй был долгим… когда женщина отстранилась, у него кружилась голова, а тело трепетало. Тристан был так ошарашен этим первым в его жизни поцелуем, что когда женщина поднесла к его губам миску с какой-то жидкостью, не задумываясь осушил её.

Горло обожгло, Тристан закашлялся, но женщина, не давая ему опомниться, крепко обняла его за талию, прильнув всем своим гибким телом. Тристан с содроганием ощутил её горячую мягкую плоть. Её рука двинулась по его шее, потом по груди, всё ниже и ниже… пальцы юноши сами собой разжались, и Тристан услышал мягкий стук от падения меча в траву. Он стоял, притиснутый к каменной стенке колодца, и чувствовал одновременно холод камня и жар женского тела.

– Ты победил, – шептала колдунья, с вожделением лаская его. – И как победителю тебе положена награда. Мой герой…

Тристан порывисто обнял её и поцеловал в пылающие страстью губы. Она жадно прильнула к нему и увлекла вслед за собой, в густую мягкую траву…