Глава 15. История Тристана. Эдит

Вернулся Тристан не после захода солнца, как обещал мастеру, а когда первые лучи рассвета окрасили небо в нежные оттенки. Ему удалось проскользнуть в замок незамеченным – во всяком случае, его никто не окликнул. Стянув изодранную в клочья куртку, Тристан нырнул под одеяло и в следующую секунду провалился в глубокий сон, из которого его вытащили спустя каких-нибудь два часа посредством энергичных толчков.

– Просыпайся же! Что с тобой такое! – Тристан застонал и открыл глаза. На фоне освещённого восходящим солнцем окна вырисовывалась кудрявая голова его господина.

– Твоя куртка вся в дырках. Где ты был?

Вместо ответа Тристан лишь плотнее закутался в одеяло.

– Что у тебя с лицом? – в голосе брата послышалось беспокойство. – Откуда эти царапины? Да что происходит-то? Ты можешь мне сказать?

Злиться было бесполезно. Тристан медленно повернулся и поглядел на Ллейвина.

– Ты не дал мне досмотреть сон.

– И что снилось?

– Что я в постели с прекрасной дамой, – отрезал Тристан.

– С женщиной? – Ллейвин хихикнул. – Ну, похоже, у тебя была ночь, полная событий.

Отправив Ллейвина на занятия, Тристан побрёл на кухню. Исцарапанная кожа болела, привкус крови во рту лишал аппетита… да ещё эти смутные образы… Тристан не был уверен, снилось ли ему это, или произошло на самом деле. Если это был сон, то не стоит о нём и вспоминать. Но если явь…

– Вот и наша радость! – приветствовала его супруга коменданта. Тристан пробурчал что-то похожее на "Здрасти" и уселся за стол. Перед его носом тут же возникла тарелка свежих пирожков. Он поднял глаза – рыжая девчушка с глупой улыбкой до ушей захихикала и метнулась к дверям. – Бригитта, не бегай! – крикнула ей комендантша и засмеялась. – Вот егоза! Налетай, зятёк, для тебя оставили.

– Благодарю, – пробормотал Тристан. Есть не хотелось, а от грохота посуды болела голова. Что за дикари эти люди на кухне!

– Какой-то ты смурной. На, поешь вчерашнего жаркого. Их высочества не доели. Для тебя приберегла самый жирный кусочек!

Ему, победителю и герою, подбирать за господами! Сколько будет длиться его позорное пребывание в этом замке?

Наскоро поев, Тристан отправился к лошадям. Тут его ждала неожиданная встреча. На пороге конюшни стояла стройная девочка в голубом парчовом платье. Увидев её, Тристан приосанился и одёрнул рубаху, досадуя на свою небрежность.

– Ллейвин! – приказала девочка с уверенностью взрослой. – Подготовь мою лошадь.

– Сию минуту, госпожа Эдит, – Тристан бросился к денникам. Он вывел невысокую серебристо-серую кобылу, смахнул пыль с лоснящейся шерсти и быстро поседлал. Надел красивое оголовье и подвёл к ожидавшей Эдит. Девочка окинула молодого конюха оценивающим взглядом: высокий, статный юноша, с глазами цвета грозового неба и копной чёрных кудрей.

– Помоги мне, – приказала она с кокетливой грацией. Тристан с готовностью подхватил её и бережно подсадил в седло. Эдит была как тростинка – худая, лёгкая и гибкая. У неё были длинные светлые ресницы и золотистые локоны, убранные голубыми лентами.

– Хлыст, – напомнила Эдит, неторопливо расправляя складки платья. Роскошная парча струилась по её стройной фигуре, прикрывая пышную юбку, а из облака кружев выглядывала миниатюрная ножка в голубой атласной туфельке.

– А, да, простите, – пробормотал Тристан. – Сию минуту. Прошу вас.

Не глядя, он протянул девочке хлыст.

– Что у тебя с рукой? – в ее голосе зазвучала тревога. Тристан вздрогнул, словно от резкого толчка. В серых глазах Эдит плескалось искреннее беспокойство.

– Поцарапался, – уклончиво ответил он.

– Покажи, – попросила она, деловито стаскивая тонкую кожаную перчатку.

Тристан с неохотой протянул руку, испещрённую следами битвы с волшебной розой. Эдит коснулась исцарапанной кожи кончиками пальцев. Словно нежные лепестки цветов скользнули по засохшим ручейкам крови…

– После занятий поднимись к нам в Башню, – распорядилась она, выпрямляясь и поворачивая лошадь.

– Как прикажете, госпожа… – пробормотал Тристан, и волна нежданного тепла разлилась по его венам. Невероятно! Госпожа удостоила простого слугу чести быть приглашенным в самое сердце Башни Принцессы, обитель принца Леандра, её близкого друга. Что же Эдит от него хочет? Нечто такое, чего не могут предложить ни принц, ни её брат Эдгар? Он готов отдать всё, лишь бы ей угодить. Улыбка заиграла на губах Тристана, когда он, увлечённый своими мыслями, глянул на руку и изумленно ахнул – рваные царапины исчезли, будто их и не было. Неужели она исцелила его одним прикосновением? – Госпожа Эдит…

– Ого, – раздался сзади насмешливый голос Ллейвина. – А у тебя, оказывается, неплохой вкус. Малышка и правда хороша. Хочешь, я сделаю ей предложение от твоего имени?

Тристан с угрожающим видом шагнул к молочному брату.

– Не смей даже смотреть в её сторону!

Его безвкусно роскошный наряд и наглая улыбка взбесили Тристана до зубовного скрежета. Не выдержав, он накинулся на Ллейвина с кулаками и повалил на землю.

– Да я ведь о тебе забочусь! – запротестовал Ллейвин, уворачиваясь.

– Отобрал у меня имя, украл место рядом с принцами, а теперь ещё и это… Не нужны мне такие заботы!

– Эй, ты чего! – Ллейвин испуганно вскинул руки. – Я пошутил…

– Надоели твои шутки!

Тристан продолжал колотить его, Ллейвин пытался отбиваться.

– Да зачем ты вообще назвался моим именем? – рычал Тристан, вымещая на слуге всю свою досаду.

– Но ведь так госпожа велела!

Тристан замер. Ллейвин перевёл дыхание.

– Да, госпожа. Она приказала... ой, мастер Мэт.

Тристан обернулся. И правда, учитель.

– Лорд Тристан, – произнёс фехтовальщик, с подозрением глядя на драчунов. – Вас ждут на занятиях.

– Ах, ну да, – Ллейвин спешно поднялся на ноги, отряхнулся и поковылял к замку, избегая взгляда Тристана. Мэт же, нахмурившись, окинул взглядом взъерошенного и красного от злости слугу.

– Где пропадал? Неважно… Иди убирай зал. Завтра приезжает император. Пора заканчивать подготовку к турниру.

***

– Тристан, – раздался голос коменданта. – Выходи и готовься. У тебя три дня до Суда Мечей.

Тристан вздрогнул, словно от удара. Суд Мечей. Поединок, где всё решает не мастерство, не сила и умения, а судьба. Это звучало как смертный приговор. Гарольд не станет церемониться. Он припомнит Тристану всё: и слёзы Эдит, и колдовские речи Изольды, и, самое главное, то, что он посмел поднять меч на Верховного короля.

У него три дня. Три дня, чтобы подготовиться к встрече с неизбежным.