Глава 18. Рассказ мастера. Изольда

Гарольд посмотрел на учителя фехтования, сидевшего у окна и сосредоточенно полировавшего клинок. Этот человек казался глубоко погружённым в своё занятие. Молодые люди присели рядом с ним на деревянные стулья, стоящие вдоль стены.

– Прошу прощения, мастер, – произнёс Гарольд. – Не могли бы вы просветить нас? Кто же такая на самом деле Изольда?

Мэт вздохнул, отложив оружие.

– Это долгая история, и началась она на болотах Муркастеля. Тогда я вместе с лордом Реймдалем и заложниками возвращался в Рангард. Там, на болотах, я и встретил её.

– Изольду? – спросил Эдгар.

– Ведьму? – уточнил Гарольд.

Мэт задумчиво кивнул.

– Она появилась из тумана, приняв образ прекрасной женщины. И стала говорить о своей любви ко мне, о том, как долго меня искала. Но её признания меня не трогали, словно стрелы, пущенные из лука с плохо натянутой тетивой.

Он замолчал, вспоминая.

– Как человек, служивший в тайной полиции, я сразу же почувствовал в её голосе фальшь. Я отказал ей. Вежливо, насколько мог. Изольда разозлилась. Пригрозила, что если я не буду с ней, она станет преследовать моего господина, лорда Реймдаля, и всю его семью, пока они не зачахнут и не умрут в нищете.

– Вот в чём дело. Вы пытались защитить Реймдалей, – заключил Гарольд, со значением посмотрев на Эдгара. – И что вы сделали?

– Сначала мне помог Дитрих. По прибытии в Клербурн он очертил замок кругом защиты, дарующим безопасность его обитателям. Я стал изучать магию, передавая свои знания детям лорда и другим ученикам. До тех пор, пока мы находились в Клербурне, Изольда была бессильна. Но колдовство Дитриха требовало непрестанного обновления. Когда он уехал, защита замка ослабла. Я пытался избавиться от ведьмы, но она извела всех моих помощников. Настал день, когда Изольда соблазнила Тристана и сделала своим слугой. Она разбила сердце Эдит и попыталась подчинить себе Эдгара. Дети моего господина стали жертвами её коварства и злобы.

– Но Эдгар способен рассеивать зло. А Эдит обладает даром исцеления.

Мэт согласно кивнул.

– Именно так. Сердца, изначально чистые, не могут быть поражены тьмой.

– Тристан увёл Изольду в Тинтагель. Получается, он избавил нас от неё ценой своей жизни, – сказал Эдгар. Гарольд крепко сжал его плечо.

– Что с тобой? Не бери всё на себя! Мастер же сказал, что ты мог в одиночку одолеть эту ведьму и спасти свою семью. Ведь так, мастер? Насколько вообще Изольда была сильна? – продолжал расспросы Гарольд. Фехтовальщик пожал плечами.

– Она была сведуща в заговорах и ядах. Но тьма принца Леандра несравненно сильнее.

Гарольд насторожился.

– Тьма Леандра?

Мэт снова кивнул, на этот раз печально.

– Императору удалось заронить в сердце мальчика искру добра, но этого недостаточно, чтобы победить тьму, в которой он был рождён. Их высочество слишком слаб духом. Кровь Избранного даёт ему великие возможности, которые он обращает во зло.

Гарольд задумался. Вот что осталось расследовать. Письмо Леандра для Изольды...

Ненависть

Верховный король Запада сидел в своей ложе и равнодушно наблюдал за выступлением молодых рыцарей. Юноши, прибывшие с разных концов империи, увлечённо кружились посреди боевого поля, взрывая копытами коней песок арены. Взгляд Гарольда скользил по ярким накидкам участников, украшенным геральдическими зверями и богатой вышивкой, но мысли были далеко. Сидящий рядом Эдгар приветствовал гостей с Запада вместо своего короля.

– Мы с Леандром оба – приёмные сыновья императора, – размышлял Гарольд вслух. – Мы оба должны бы ненавидеть правителя, чей трон утвердился на крови наших отцов. Но вместо ненависти, которая могла бы нас объединить, мы чувствуем любовь, которая делает нас врагами.

– Любовь, вызывающая ненависть? – Эдгар раскланялся с очередным знакомым и заметил: – Это что угодно, но не любовь.

– Не знаю, в чём дело, но Леандр всегда меня ненавидел. Он ревновал меня к отчиму. Когда моя мать вышла замуж за императора, тот в знак своих мирных намерений подарил мне замок Клербурн, но я тогда был ещё младенцем и жил с матерью в столице. Потом у императора появилась любовница, и он поселил её в этом замке вместе с её сыном Леандром. Леандр всегда считал замок своим, но в один прекрасный момент император отправил туда детей знатных господ в качестве заложников. Я решил учиться с ними. И каково же было разочарование Леандра, когда я приехал в Клербурн и заявил, что замок мой. Леандр был так расстроен, что заперся в своей башне Принцессы и живёт там до сих пор. Мне кажется, он до сих пор так и не повзрослел.

– Ты не можешь заставить его измениться.

– Досадно. Мы можем изменить свою судьбу. Шаг за шагом или одним махом – неважно, мы можем! Каждый из нас! – Гарольд взглянул на солнце, которое медленно насаживалось на вершины деревьев. – Леандру дали в руки все козыри. Но он предпочёл отказаться от них, лишь бы сберечь свою ненависть. Вот этого я не могу понять.

– Думаю, он просто боится. Боится вместе с ненавистью потерять свои воспоминания. Готов умереть, лишь бы остаться самим собой. Прости его за это.

– Я-то прощу, – пробормотал Гарольд. – Но простит ли жизнь?

Эдгар посмотрел на ложу императора. Леандра рядом с отцом не было. Необычно для него.

– Их высочество наконец решились выступить или снова не в духе?

– Наш маг-умелец почуял неладное. Ничего, пока Фред блистает на арене, займёмся его бывшим господином, Повелителем Змей.

Этот человек беспокоил Гарольда больше, чем Тристан или Дитрих. Пока все заняты турниром, надо встретиться с прекрасным затворником Башни Принцессы и выяснить всё – раз и навсегда.

– Леандр, скажи мне правду. Зачем ты написал для Изольды это письмо?

Гарольд поймал сводного брата в коридоре Клербурна. К счастью для короля, тайные переходы в замке давно не ремонтировали, и за десяток лет обучения он смог вычислить, в каком месте принц появляется и исчезает.

– Она просила рекомендацию для своего мужа, – повторил Леандр, заметно теряя терпение.

– Не беспокойся, я не буду тебя преследовать, ведь ты ничего противозаконного не совершил. Но ты это сделал не без причины. Я просто хочу знать правду.

Леандр окатил его холодным взглядом.

– Мне не нужно твоё прощение, и я тебя не боюсь. Ты убедился в невиновности Тристана, так что оставь свои подозрения при себе.

Блондин отвернулся, собираясь уйти, но Гарольд бесцеремонно схватил его за рукав.

– Я не отстану, братец. Рассказывай, что задумал.

Леандр вырвался и сверкнул глазами.

– А если я не хочу с тобой разговаривать?

Гарольд вызывающе скрестил руки на груди.

– Я буду настаивать. И готов сразиться с тобой на тех же условиях, что и с Тристаном. Я обвиняю тебя в злоумышлении против власти. Попробуй убедить меня, что я не прав.

– Не думай, что я испугался, – вскинулся Леандр. Гарольд с готовностью предложил:

– Тогда завтра, при всех.

– Хочешь избить меня мечом так же, как Тристана?

– Ах да, мечи для тебя слишком грубо и дико. Выбирай оружие.

– Шпаги.

– Отлично. Увидимся на Суде Мечей, Леандр.