Глава 16

Хлёсткий звук пощёчины прошёлся по лицу Александра, обжигая кожу, словно сама преисподняя. Не больно. Отрезвляюще. И оттого не менее обидно.

– Больше никогда не смей так делать, – холодным презрением отчеканила Вероника.

Взгляд серых глаз источал лишь стужу. Но и она не была способна погасить пламя, вновь разгорающееся в синих глазах, что способно не только растопить лёд, но и обжечь.

– Не смей… – повторила шатенка, продолжая упрямо смотреть на Алекса, осторожно ступая на полшага назад.

Девушка ждала, что брюнет даст сдачи либо развернётся и уйдёт, да хоть что-нибудь!.. Но он неподвижно стоял, продолжая прожигать её пристальным взглядом, прошивающим так глубоко, что мог бы коснуться души. И даже дышать перестал.

– Никогда… – сказала ещё раз, прежде чем обернуться в сторону тех, кто наблюдал за происходящим.

Облокотившийся на один из дверных проёмов, Эрик Собер со скучающим выражением на лице делал вид, что рассматривает лепной декор потолка в районе бельгийской люстры. Первая ассистентка Роберта Эванса стояла неподалёку, с полуоткрытым ртом. Всем известно, что выставлять личную жизнь на всеобщее обозрение для семьи Вермут под запретом. И теперь Тэсс больше волновало даже не то, что она видела, сколько то, что ей за это будет. И пока блондинка переживала за своё ближайшее будущее, Александр продолжал стоять как каменное изваяние, очень тщательно взвешивая в своих мыслях то, что должен делать дальше.

– Вы решили распить с таким трудом добытый лот? – взгляд серых глаз скользнул вдоль левой руки Собера, в которой он держал открытую и уже наполовину пустую Screaming Eagle тысяча девятьсот девяносто четвёртого года.

– Да… – улыбнулся Эрик. – Вот и вас решил угостить.

– Спасибо, – односложно отозвалась девушка, больше не смотря в сторону Картера.

Нацепив маску ледяного безразличия, она сделала шаг в сторону, но тут же была ухвачена за запястье. Алекс решил, что уйти она сможет лишь с его позволения.

– Мы ещё не закончили, – вкрадчиво сказал он.

Шатенка приоткрыла рот, но так и не произнесла ни звука. Лишь одарила брюнета очередным красноречивым взглядом. В гостиной воцарилась тишина. Прошло больше минуты, прежде чем немое противостояние закончилось. Его пальцы дрогнули, до боли сжав запястье, заставив в один момент почувствовать онемение. И тут же разжались, отпустив Веронику.

– Не закончили… – напомнил беззвучно.

Вермут-младшая едва заметно кивнула и вышла из гостиной. Собер пошёл за ней, наградив напоследок Картера осуждающим взглядом. Тэсс так и осталась стоять в гостиной, больше всего на свете желая в данный момент слиться с одним из предметов мебели.

Ночная прохлада коснулась обнажённых плеч, как только Вероника оказалась на улице. Ухватившись за каменные перила, разграничивающие собой ярусы территории внутреннего двора, она глубоко вдохнула и прикрыла глаза, чувствуя себя выжатой досуха. Как же устала…

– Ники, – тихо позвал Эрик, оказавший в шаге от неё позади. – Всё в порядке?

Девушка вздрогнула. Непривычно слышать из уст постороннего своё имя в таком ключе. Хотя ведь Алекс тоже был посторонним… точнее – тоже должен быть им. Да и ответа на озвученный вопрос она не знала. В порядке ли она? А какая разница, если даже ей самой всё равно? Разве кому-то есть до этого дело? Или, может, разбитое сердце способно исцелиться? Если так, тогда кем или чем? Точно не Александром. Рядом с ним с каждым мгновением девушка ощущала лишь то, что вязнет всё больше и больше, погребая саму себя под слоем бескрайней пустоты. И если последние пять лет она держалась за одно единственное, что заставляло дышать, то теперь не была уверена даже в этом. Восемь выстрелов в упор дались легко, но не принесли облегчения. Лишь новую зияющую дыру в сердце. Да, Эмиль заслужил. Но оттого легче не становилось. И что-то подсказывало, что, доведя всё до конца, будет так же. Не станет легче. Никогда.

Но то про себя, а вслух:

– Да, скоро вернусь, – сухо обронила она.

Думать о том, что ждёт её по возвращении, так же не хотелось, но мысли кружили, одна за другой осаживаясь горьким пеплом потерь. Слишком непредсказуемым был Картер, а устраивать очередное представление перед теми, кто и так видел уже больше, чем должно, совершенно не хотелось. К тому же… было страшно. Впервые за долгие годы Вероника вновь ощутила тот безысходный страх, что липким холодком пробирался в душу, заставляя помнить, что такое одиночество и безнадёжность. Не стоило доверяться чужому мужчине. Ведь теперь, когда между ними вновь разграничена черта приемлемого, у неё вновь ничего не осталось. Лишь бездна отчаяния и… никого, кто мог бы помочь выбраться.

Зачем она думает о нём? Ведь он никто! Никто для неё! Или нет?

– Кажется, вы собирались попробовать, – поравнявшись с девушкой, Собер помаячил бутылкой в воздухе.

Вероника невольно ухмыльнулась, забрав вино из его рук.

– Бокал? – уточнила девушка, не видя поблизости ни одного предмета стекла, в которое можно было бы налить вино.

Вновь заходить в дом в ближайшее время она не собиралась ни при каком раскладе.

– Я не заразный, – улыбнулся Эрик. – Верите?

Обворожительная улыбка без тени намёка хоть на малейший флирт озарила его лицо.

– Ну, раз так… – протянула Вероника, отпив несколько глотков прямо из горла.

Пряный вкус вина с фруктовыми нотками быстро вскружил голову. Всё-таки не стоило мешать столь разный алкоголь в такой короткий промежуток времени… а может, переизбыток эмоций дал о себе знать.

– Мне нужно прогуляться, – пробормотала шатенка, делая шаг по направлению к лестнице.

– Здесь недалеко озеро Каюга, – поддержал инициативу мужчина. – Вид довольно симпатичный. Я провожу, – в два шага нагнал девушку, подставляя руку для сопровождения. – Да и не стоит в такое время ходить одной, – добавил поучительно.

Вообще-то Вероника собиралась идти одна, но от приглашения отказаться не смогла. Сама не поняла почему, но тихий успокаивающий голос Собера благоприятно влиял на сознание, заставляя невольно подчиняться его воле.

Десятиминутная прогулка в полнейшем молчании закончилась на краю отвесной скалы, служившей берегом глубокого широкого озера. Из-за ночного мрака обзора практически не было, но вдали виднелись огни пароходов. Именно на них и смотрела по большей части Вермут-младшая, пытаясь сконцентрировать мысли на чём-то абстрактном и безобидном. На том, что не причиняло боли и не заставляло сознание метаться в жалких попытках справиться с эмоциями.

– Он обидел вас? – тихо поинтересовался Собер, снимая с себя пиджак, чтобы накинуть на её плечи.

– Кто? – от неожиданности Вероника даже не вспомнила о том, что вообще не должна отвечать на подобные вопросы.

Но пиджак не сняла. И правда, замёрзла.

– Александр, – дополнил он.

Мужчина оказался так близко, развернув девушку к себе лицом, что удалось уловить искреннюю заинтересованность во взгляде карих глаз.

– Да, – ответила машинально и тут же поправилась. – Нет, – а через паузу добавила: – Не знаю. Всё слишком… запутано.

Брюнет заметно усмехнулся, покачав головой.

– А вам-то какое дело? – возмутилась девушка, больше пристыженная собственной откровенностью, чем изначальной темой разговора.

– Никак не могу понять, что это было… – пожал плечами Собер, – там, в гостиной. Вы довольно странная пара, если честно.

– Мы не пара, – сорвалось с уст само собой.

Она вновь повернулась в сторону мигающих вдалеке огней цивилизации, до сих пор ощущая на себе внимательный изучающий взгляд собеседника, но на этот раз почему-то не испытывала дискомфорт. И даже укрыться привычкой маской небрежной отстранённости не хотелось. Что было весьма удивительно… Наверное, дело в количестве выпитого.

– В самом деле? – усмехнулся в неверии мужчина.

– Мы пришли сюда обсуждать мою личную жизнь? – удивлённо вскинула бровь шатенка, так и не повернувшись.

– А почему бы и нет, – беззаботно отозвался Собер.

Чем сильно удивил Веронику. В первую очередь – прямотой и честностью.

– Зачем? – настороженно поинтересовалась она.

– Как я и говорил, приехал сюда, чтобы удостовериться в том, что одна из самых завидных невест уже занята. Вот и пытаюсь понять – так ли оно есть на самом деле, – продолжил удивлять девушку брюнет.

Она даже не сразу нашлась со словами.

– Вы знакомы с кем-то из моего окружения?

Всё внутри так и замерло в ожидании. Спросить напрямую, доложит ли он Григорию Вермуту о том, что видел, не решилась. Но это было единственное объяснение. И если это так… она пропала! Прокололась так глупо и неосмотрительно!

– Вот же дерьмо… – добавила себе под нос разочарованно.

– Раз уж мы перешли на ругательства, думаю, можно и с «вы» перейти на «ты», – беззаботно отозвался собеседник, проигнорировав предыдущий вопрос.

«Гадство!», – мелькнула следующая мысль, прежде чем девушка услышала приближающиеся к ним шаги. И она прекрасно знала, кому они принадлежали.

– Спасибо за чудесное вино, – поблагодарила Вероника, возвращая почти пустую бутылку хозяину.

– Если решишь, что хочется ещё, дай знать – всегда буду рад поделиться, – лучезарно улыбнулся Собер.

– Если ей что-либо захочется, как-нибудь и без тебя обойдёмся, – вторгся в разговор мрачный голос Картера.

Невольная улыбка расползлась на губах Вермут-младшей. Благо она могла себе это позволить, ведь ни один из мужчин не видел её лица в данный момент.

– Всего доброго, Эрик, – попрощалась девушка, не желая продолжать повернувший в нелицеприятное русло разговор.

Но мужчины видимо решили иначе.

– На ночь останусь в городе, возьму такси. Увидимся завтра, – сменила тактику Вероника.

Раз уж ни один из них не намерен в ближайшее время покинуть берег, то придётся удалиться самой. Становиться свидетельницей и уж тем более причиной вражды не хотелось. И без того подобного уже хватало сполна.

– Нет, Ники, ты останешься со мной, – сухо ответил Алекс. – Если не забыла, у нас с тобой ещё есть что обсудить.

– А давайте вы это потом… – вклинился в диалог Собер. – А то до утра тут придётся застрять. Я, конечно, всё понимаю, но… имей совесть, Картер!

Взгляд синих глаз хмуро уставился на мужчину. Вероника же замерла на месте, окончательно запутавшись в происходящем.

– Что, Ники? Не нравится, когда не понимаешь, что творится перед самым носом? – деловито поинтересовался Алекс, так и не отведя тяжёлого взгляда от Собера. – Привыкай. Я же привык. И тебе придётся.

– Привык? – злорадно усмехнулась девушка в ответ. – Что-то не заметила, чтобы данное определение могло бы подойти к твоему поведению хотя бы приблизительно, Алекс.

– Один-ноль в её пользу, – лениво обронил Собер, уставившись в небо.

– Вы знакомы, да? – озвучила уже и без того понятное Вероника.

Юрист кивнул, тяжело вздохнув, и добавил:

– Два-ноль в её пользу… – весело подмигнул девушке, и добавил. – Думаю, всё же с удовольствием останусь до утра тут с вами. По крайней мере, не скучно. А временами очень даже интересно.

– Хватит… – вымученно простонал Картер. – Эрик, заткнись, пожалуйста. Лучше скажи, когда закончишь? У нас катастрофично мало времени. Мы и так тут потеряли до хрена его, только чтобы накормить этих жлобов сплетнями.

Мальчишеская улыбка слетела с лица адресата в один момент.

– Да собственно всё, что мне надо было, я уже получил, – Собер помаячил бутылкой из под вина, – остальное, думаю, в течение двух–трёх дней будет. Зависит от того, как Билли справится. Поток данных довольно обширный всё-таки. Да и гражданство английское – дело не быстрое, если хочешь, чтоб не прикопаться в дальнейшем даже при самой тщательной проверке.

– Понял, спасибо, – ответил Алекс, слегка поморщившись.

За последние пятнадцать минут он успел выкурить полпачки сигарет, перебрать в голове самые разные варианты того, как следует поступить по отношению к девушке, и всё равно единственное, что прочно укрепилось в мыслях, – головная боль.

– Постараюсь прислать гонца до того момента, как вы закончите в Нью-Йорке, – продолжил Эрик. – В крайнем случае, воспользуешься пока стандартным вариантом, а потом сменим карты.

Вероника едва слышно простонала. Осознание приходило постепенно.

– Ты мне ничем не обязан, Алекс, – тихо произнесла она, так и не повернувшись к обоим стоящим позади. – Не стоило так… утруждаться.

На целую минуту воцарилось молчание. И сквозь него было прекрасно слышно, как шумно и часто задышал Картер. Как и скрежет его зубов.

– А я не утруждаюсь, – наконец сухо ответил наёмник. – Я всего лишь выполняю свою работу. Чтобы ты осталась жива, – он подошёл вплотную, стаскивая чужой пиджак с её плеч. – Помнишь? Кажется это один из основных пунктов нашего с тобой соглашения, – сильные твёрдые пальцы впились в продрогшие плечи до такой степени, что Вероника едва удерживала вскрик, закусив нижнюю губу. – Поверь, счёт на дополнительные расходы ты получишь весьма существенный, так что можешь не утруждаться изображать благодарность, – взгляд синих глаз вновь прожигал насквозь. Ненавистью. – И ещё… подумай своей головкой хорошенько, что будет, когда легенда Гонсалеса растает в один прекрасный момент. Подумала? – ехидное злорадство так и сквозило в его тоне. – Так что, Ники? Ты хочешь жить?

Хотела ли она жить? Ответ на этот вопрос никогда не был постоянным или однозначным. Но и умирать не хотела. По крайней мере, до тех пор, пока не исполнит обещанное. Поэтому и стояла, продолжая терпеть очередной гневный выпад брюнета вместо того, чтобы дать отпор. Ведь в глубине души прекрасно понимала, что каждое сказанное им слово – истина. И каждый его поступок более чем оправдан. В отличие от того, что делала сама Вероника.

Так и не ответила.

– Эээ… – смущённо протянул Собер, – ребят, я, пожалуй, пойду. Удачи вам, в общем. Надеюсь, ещё свидимся… если конечно останетесь в живых.

Александр и Вероника недоумённо уставились на мужчину, пока тот подбирал брошенный на землю пиджак.

– Не поубивайте друг друга, – с негромким хохотом пояснил брюнет охотливо.

И пока Картер пытался справиться с очередным эмоциональным всплеском, шатенка первая взяла себя в руки.

– Спасибо, Эрик.

– Ага… – отмахнулся Собер, разворачиваясь в сторону особняка.

После его ухода вновь воцарилась тишина. Вероника размышляла о том, что сказал Александр. Он же думал о том, что лучше бы промолчал. Так и вернулись к оставленному перед парадным входом дома Эванса автомобилю. С молчаливого согласия друг друга решили, что прощаться с гостеприимным хозяином не обязательно. Уже вскоре чёрный Mercedes класса GL вывернул на трассу, взяв направление в сторону одного из крупнейших мегаполисов Соединённых Штатов Америки.

– Прости, мне не стоило… – в один голос сказали оба.

И умолкли тут же, так и не договорив. Девушка отвернулась в сторону бокового окна, скинула туфли и подобрала ноги под себя, обхватив колени руками. Она прикрыла глаза, потому что сил справляться с усталостью практически не осталось. Мужчина же сосредоточенно смотрел строго перед собой, отчаянно борясь с желанием остановить транспорт и закончить неудавшийся разговор.

– Утром уже будем в городе, – вопреки стремлению, негромко сказал Алекс. – Поспи пока, маленькая.

Темнота быстро поглощала сознание, но тихий голос мужчины вернул в реальность. Вероника зажмурилась, отгоняя сон. Понадобилась не одна минута, чтобы решиться.

– Алекс, – улыбнулась несмело. – Спасибо тебе.

– За что? – удивлённо повернулся он.

– За всё.

Мужчина шумно выдохнул, решившись исполнить то, что собирался прежде. Автомобиль сбавил скорость, прижавшись к обочине. Картер развернулся лицом к спутнице, проходясь по её лицу внимательным взглядом. Пытался понять, с чего это вдруг такая резкая смена настроя.

– О чём вы разговаривали с Собером, пока меня не было? – решил начать издалека брюнет.

– О тебе, – усмехнулась девушка, не желая тратить время на лишние разговоры. – Он говорит, что ты жутко вспыльчивый, временами неадекватный, и мне не стоило бы злить тебя ещё больше, распуская руки, потому что несмотря ни на что ты единственный, кто действительно помог, не задавая лишних вопросов… почти, поэтому – прости меня, пожалуйста. Впредь буду более сдержанна. Обещаю.

Мужчина недоумённо приподнял бровь, не сразу сообразив истинный посыл сказанного. А когда до него, наконец, дошло, не смог удержаться от ухмылки.

– Временами неадекватный? – вкрадчиво уточнил Алекс.

Синие глаза потемнели в одно мгновение. Девушка тяжело вздохнула.

– То есть остальная часть не столь значима? – обречённо пробормотала она.

Мужчина молчал, продолжая сверлить недобрым и не предвещающим ничего хорошего взглядом. Ещё и машину на ручник поставил, с хрустом потянув шею.

– Алекс… – предостерегающе прошептала Вероника.

– Что, Алекс? – усмехнулся брюнет.

– Не надо… – тем же шёпотом добавила она.

– Не надо – что, сладкая? – обманчиво ласковым тоном поинтересовался он.

Девушка только и успела охнуть, когда он одним рывком стащил её с сиденья, усаживая на себя лицом к лицу.

– Ничего не надо, – голос дрогнул.

– А я ничего и не делаю, – почти бесцветным тоном сообщил он.

И если бы в голосе не проскальзывала хрипотца, то вполне возможно было бы поверить. Но Вероника не верила.

– Ладно, – медленно и совсем не уверенно протянула шатенка, положив руки на его грудь, чтобы сохранить ту малую дистанцию между ними, что ещё оставалась.

– Это не я, маленькая, – ласковым шёпотом сказал он, наклоняясь вперёд. – Это всё ты. Творишь со мной невообразимые вещи одним своим присутствием. И даже сама не понимаешь этого. И это меня злит. Очень-очень сильно. Так что, пожалуйста, не говори, что ничего не надо. Ещё как надо, сладкая. Необходимо. И не только мне одному, – едва ощутимое касание его губ прошлось вдоль скулы, заставляя замереть и не шевелиться. Просто впитывать тепло, исходящее от мужчины. Так знакомое ей. Почти родное. – Скажи мне, Ники. Ты ведь тоже это чувствуешь, да?

Неспешные поцелуи спустились ниже, проложив влажную дорожку вдоль шеи, даря столько нежности, что невозможно было молчать. Тихо простонав, Вероника выгнулась вперёд, но так и не нашлась со словами. Лишь вцепилась пальцами в белоснежную рубашку, продолжая смотреть в синие глаза и тонуть в круговороте, что постепенно захватывал сознание, забирая всю силу воли, возвращая то былое, что уже довелось испытывать обоим.

– Скажи мне… – попросил Алекс. – Хоть что-нибудь скажи, не молчи. Ненавижу, когда ты молчишь. Словно ты тоже ненавидишь меня.

Его тяжёлые ладони легли на бёдра, ещё одним резким движением вжимая в себя податливое тело, позволяя ощутить всю силу желания, что уже властвовала над ним.

– Да… – отозвалась она прежде, чем поняла, что мысль обозначилась вслух. – Необходимо. И не одному тебе.

Он прикрыл глаза, шумно выдохнув. На его лице расцвела улыбка. Гнев рассеялся в один момент. Не осталось ничего, кроме ощущения близости столь желанной девушки. Теперь трезво мыслить становилось немного легче.

– Как доберёмся до города, мы могли бы какое-то время просто побыть в отеле. Не обязательно сразу ехать к Райзу, – заговорил брюнет, зарываясь пальцами в русые волосы. – Во-первых, тебе нужно отдохнуть, а во-вторых, хочу опробовать кое-что на счёт твоего потерянного. И, по поводу скорпионов: думаю, можно применить вариант попроще, чем отслеживать цепочку с конца прибытия. Если… – договорить не удалось.

– Потом, – она приложила указательный палец к его губам. – Чуть позже, Алекс.

И пока мужчина озадаченно смотрел в непонимании, Вероника прильнула в медленном, но оттого не менее страждущем поцелуе, а подрагивающие мелкой дрожью пальцы неспешно прошлись по пуговицам на рубашке, постепенно стягивая одежду с широких плеч.

– Маленькая моя, – пробормотал брюнет, – если ты не прекратишь, мы сделаем это прямо здесь.

– И сейчас, – добавила она хрипло, даже и не думая останавливаться.

– Ты этого хочешь? – недоверчиво переспросил Алекс, хотя уже проклинал себя за глупейший вопрос.

– Да. Я хочу. Сейчас, – уверенно ответила она, слегка ёрзая на его коленях.

– Наша задача – угодить клиенту, – расплылся в хищной улыбке мужчина, собирая между пальцев атласный креп. – Тем более что я хочу этого ещё больше, чем ты, – прошептал, целуя в шею.

И тут же замер, напряжённо всматриваясь в ветровое стекло. Вдалеке показался стройный ряд из нескольких внедорожников, движущихся на очень высокой скорости. Зеркало заднего вида показало ту же картину. Свет неоновых фар GMC Yukon с обеих сторон практически ослеплял. И Александр прекрасно знал, кто и зачем ездит на таких машинах.

– Маленькая, мы закончим чуть позже, хорошо? – обманчиво мягко проговорил мужчина, аккуратно возвращая девушку на соседнее сиденье.

– Да, – почти неслышно согласилась Вероника, мгновенно уловив хмурый взгляд синих глаз, так и продолжающий наблюдать за приближающимися с обеих сторон автомобильными колоннами.

Сработал центральный замок. Картер наклонился вниз, достав из-под сиденья служебное оружие. Полимерный РУГЕР Р97 бесшумно лёг на приборную панель, после чего Mercedes тронулся с места.

– Алекс? – тихо позвала Вероника.

– Всё будет хорошо, – приободряюще улыбнулся брюнет. – Это просто на всякий случай, Ники. Скорее всего, они… – договаривать мужчина не стал, потому что стройные ряды внедорожников на встречной полосе разъехались, образовывая клин, и остановились.

До них осталась приблизительно четверть мили.

– Дерьмо… – скривился Алекс, глядя на сенсорный экран телефона, показывающий отсутствие сети оператора связи.

– Останови машину, – устало обронила Вероника.

Кожаная поверхность руля скрипнула под ладонями мужчины.

– У нас нет выбора. Останови машину, Алекс, – спокойным тоном повторила она.

Внедорожник резко затормозил посреди дороги.

– Тут сиди. И машину запри, – уже не просьба, а приказ с его стороны.

– Нет, – тихо, но твёрдо ответила Вероника. – Ты останешься и не пойдёшь следом за мной. Мне они точно ничего не сделают. Кто бы это ни был.

Брюнет не ответил. Лишь появившаяся складка между бровей выдавала его отношение к сказанному.

– Алекс, – требовательно позвала Вероника. – Пообещай мне, что сделаешь так, как я сказала!

Он снова молчал.

– Алекс! – повысив тон, тронула его за плечо. – Пожалуйста, пообещай мне.

Мужчина слегка прищурился, склонив голову вбок, продолжая наблюдать, как из оккупировавших дорогу машин выходят люди в полном стандартном обмундировании: чёрная экипировка, непроницаемые маски, скрывающие лицо, бронежилеты последнего образца, автоматы на изготовке.

– Это не люди Вермута или Варгаса, – просто озвучил мысли вслух. – Не знаю, кто они.

– Я знаю… – потянувшись к автомобильной сигнализации, тихо обронила она, как только среди высоких плотных вооружённых фигур появилась новая. – И, кажется, мы только что нашли, что хотели, Алекс.

Словно удар остриём тупого кинжала проникли в разум её слова. Он смотрел, как наёмники рассредоточиваются по территории. И уже понимал, что проиграл. В тот самый момент, когда послушал Веронику и остановил машину.

– Ты уверена? – глухо спросил Картер.

Он так ни разу и не взглянул на неё. Всё его внимание было приковано к высокому темноволосому мужчине лет тридцати, одетому в синие потёртые джинсы и простую чёрную футболку без рукавов. Он довольно медленно и даже, можно сказать, лениво вылез из машины, что была ближе всех. Зеркальные солнечные очки не позволяли подробно рассмотреть черты его лица, но Алекс мог бы поклясться, что перед ним был не кто иной, как тот, кого он уже видел прежде на фотографии, до сих пор хранившейся во внутреннем кармане его куртки, сейчас валяющейся на заднем сидении. На фотографии, так бережно хранимой Вероникой Вермут на протяжении долгих пяти лет.

– Уверена, – не сразу, но ответила девушка.

Рассветные лучи тронули линию горизонта, озаряя оранжево-лиловыми красками небосвод. На него и смотрела шатенка, ожидая решения Алекса. И не переставала смотреть, когда спустя минуту вышла из машины, быстрым шагом направляясь к мужчине, ожидающему её на дороге, скрестив руки на груди.

– Здравствуй, Ника, – прочёл по губам Алекс, как только Вермут-младшая поравнялась с брюнетом.

– И тебе не сдохнуть… раньше времени, – ответила равнодушно девушка.

Только это осталось лишь между ней и тем, кто стоял напротив. Как и всё то, что происходило в последующие двадцать четыре часа.