Глава 21

Статен-Айленд. Нью-Йорк. Настоящие дни

Мелодичная треть разбавила тишину спальни. Звук входящего сообщения и разбудил Алекса. Судя по тому, что за окном уже сгущались сумерки, мужчина проспал целый день. И Вероники рядом не было.

– Ники, – позвал брюнет.

Но ответа не последовало.

– Твою мать… – ведомый самыми худшими предположениями, мужчина поднялся с постели.

По пути из спальни нашёл брюки, и оделся уже на ходу. Прочитать информацию, которую прислала Билли, тоже успел, пока обходил дом в поисках. Вероники не было нигде. Как и не было внедорожника, собственноручно припаркованного им накануне перед центральным входом.

– Твою мать! – в очередной раз выругался Алекс.

Вымученный стон сорвался с его уст. Мужчина поморщился, растирая пальцами виски. Разум лихорадочно перебирал варианты, куда могла бы отправиться своевольная упрямая девчонка. И ни один из них Картеру не нравился.

– Найду, точно отшлёпаю… – пробурчал недовольно под нос, набирая номер Билли.

Не прошло и пары гудков, как абонент на том конце связи ответил.

– Привет, сладкий, – проворковала Билли. – Информации по прибытию пока нет, но как только мне будет что-то известно, я тебе обязательно сообщу, – очевидно, предполагая, что причина звонка заключается в информации, присланной ей, продолжила она без остановки. – А вообще, думаю, что, с учётом того, как они заметали следы, когда увезли её… – словесный поток грозился быть ещё длительным, поэтому Картеру пришлось бесцеремонно перебить девушку.

– Да, спасибо, Билли, но я звоню не за этим. Отследи мне Веронику. Не знаю, где она, – тяжело вздохнул, проклиная себя за неосмотрительность. – Кажется, она взяла с собой сумку. Наверное, мобильный всё ещё при ней. Надеюсь, что при ней… – последнее добавил уже с сожалением.

Липкий холодок закрался в сердце, замедляя ход. Куда она поехала? Ну почему одна? Не доверяет? Но ведь Алекс уже в достаточной мере выказал готовность помочь в любой ситуации, невзирая на последствия и первопричину. Или что, тогда? И, самое главное, что, если на этот раз он не успеет? Что, если Вероника вытворит что-нибудь ещё до того момента, как ему удастся найти её?

– Как это не знаешь? – удивилась Билли. – Что случилось, Алекс?

За последнее время случилось много чего, и, что конкретно могло бы повлиять на решение Вероники уйти, он пока определить не мог, поэтому промолчал, продолжая мысленно ругать себя последними словами.

– Скорее всего, телефон вне зоны, Алекс, – спустя минуту доложила девушка. – Не вижу его. Я, конечно, могу пустить отслеживание по городскому видеонаблюдению, но это займёт какое-то время.

– Да, пусти… – устало вздохнул брюнет. – И Mercedes найди.

На несколько секунд воцарилась тишина, разбавляемая лишь звуками нажатия клавиш. Но и этого времени Алексу хватило, чтобы вспомнить о том, что «РУГЕР Р97» остался в машине, а также понять, что вряд ли Вероника окажется насколько недальновидной, отправившись до конечной цели на машине, за которой закреплено спутникое слежение, раз уж решила оставить мужчину в неведении.

– Автомобиль на парковке в двух кварталах от вашего дома, Алекс, – задумчиво отозвалась Билли. – Что она там забыла? Сменила тачку?

– Понятия не имею, – обречённо вздохнул брюнет. – Если появится что-то новое, дай знать.

– Конечно, – ответила она, прежде чем Алекс отключил вызов.

Армейская привычка действовать рефлекторно, даже если разум занят другим, позволила собраться за считанные минуты. К тому времени, как брюнет вышел из ванной комнаты, уже полностью одетый, телефон разрывался мелодией входящего звонка.

– Нашла? – поинтересовался сходу, беря трубку.

– Не уверена, но, кажется, машину она не меняла. Ну, или Mercedes угнали, – непонятно чем довольная, ответила Билли.

– Направление скинь мне, – не оценил благодушного расположения Картер.

Держа в руках своё второе табельное, он сосредоточился больше на проверке его готовности, чем на том, что говорила собеседница. Поэтому и не сразу ответил, когда она нервно хихикнула, а потому ехидно протянула:

– Алекс, а ты точно выспался? Может тебе ещё отдохнуть надо?.. Картер! Приём!

– Не понял, – мужчина нахмурился. – Ты о чём вообще?

– Я говорю, что ты слишком нервный стал. Как параноик, честное слово. Отдохнуть бы тебе, Алекс. Отпуск взять. Отойти пока от всей этой лажи… – охотливо пояснила Билли.

Шум подъезжающей к дому машины отвлёк внимание брюнета. Сквозь панорамные окна было прекрасно видно, как чёрный внедорожник неспешно парковался на том самом месте, где стоял прежде ещё утром. По кругу тонированные стёкла автомобиля не позволяли разглядеть водителя, да и освещение вокруг дома было выключено, но и без того Алекс уже знал, что… он полнейший идиот.

– Что там, в паре кварталов-то, говоришь? – наконец сообразив причину отсутствия Вероники, поинтересовался мужчина в трубку, наблюдая за тем, как шатенка вышла из машины, обошла её кругом и взяла в руки картонный пакет с эмблемой продуктового супермаркета.

– Вернулась, да? – в очередной раз хихикнула Билли. – Ну, вот видишь, Алекс – она не столь безнадёжна… эх… в отпуск тебе надо, в отпуск!

Сквозившая в тоне издёвка заставила Картера помрачнеть. Перебирая различные варианты развития дальнейших событий, он и не подумал о том, что Вермут-младшая могла просто проснуться и захотеть есть, а холодильник пустой.

– Спасибо тебе, – сказал, наблюдая за тем, как открывается входная дверь. – Извини, что побеспокоил. И спасибо за наводку. Если удастся отследить больше… – мужчина замолчал, встретившись с удивлённым взглядом серых глаз.

Вероника застыла на пороге, забыв закрыть за собой дверь. Суровое выражение лица, с которым Алекс смотрел на неё неотрывно, застал врасплох. Словно она провинилась в чём-то. Только пока ещё никак не могла понять, в чём именно. И соответственно, не знала, как с этим справиться.

– Ага, обязательно позвоню, как же… – усмехнулась Билли. – Пока, Алекс. Отдохни! Нервные клетки не восстанавливаются! – сама отключила связь, правильно расценив, что мужчине уже давно не до неё.

– Привет? – тихо сказала Вероника.

– Была в магазине? – на автомате спросил Алекс.

Другие слова пока не подбирались, а говорить что-то надо было обязательно, потому что это хоть немного, но помогало побороть желание вцепиться ей в горло, чтобы больше не смела покидать его без предупреждения… чтобы вообще не смела уходить!

– Да, – осторожно ответила она. – Подумала, что, когда ты проснёшься, будешь голодным, а продуктов не было.

– Когда я проснусь, буду голодным? – вкрадчиво уточнил брюнет, чувствуя себе ещё глупее, чем минуту назад.

Он двинулся вперёд такими плавными бесшумными шагами, словно хищник, наметивший свою жертву, что Вероника невольно отступила на шаг назад, переступив порог дома обратно в сторону улицы.

– Что не так, Алекс? – судорожно сглотнув, поинтересовалась девушка.

Ситуация с каждой секундой казалась всё более и более странной. Непредсказуемое поведение мужчины пугало даже больше, чем когда-либо ранее. Взяв её за руку, он аккуратно притянул к себе, закрыл входную дверь, забрал из рук пакет с едой и отставил его в сторону.

– Всё так, – улыбнулся он, прижимая собой к деревянному полотну двери. – И даже гораздо лучше, чем мог бы себе представить, – ласково коснувшись кончиками пальцев русых волос, заплетённых в косу, перекинутую на правое плечо. – Где твой телефон, Ники? – тронув большим пальцем губы. – Почему не предупредила, что уйдёшь? – обхватив ладонями лицо, притянул к себе. – Я проснулся, а тебя нет. Думал, что ты ушла насовсем. Снова начал с ума сходить, – дополнил, почти касаясь её губ своими.

Он говорил так тихо и завораживающе, что девушка прикрыла глаза, позволяя себе сосредоточиться только на том, что чувствовала, стоило мужчине приблизиться. Голос словно обволакивал сознание. И прикосновения… едва осязаемые, такие нежные, желанные… хотелось тонуть в ощущениях и вновь забываться.

– Ника? – позвал Алекс, потому что девушка не отвечала. – Что с твоим телефоном?

Шатенка вздрогнула, нехотя возвращаясь в реальность.

– Телефон… – начала неохотно. – А что с ним не так? – потянулась к заднему карману джинс, доставая из заднего кармана белый BlackBerry, демонстрируя вещицу. – Не знаю, Алекс, – нахмурилась, разглядывая засветившийся экран в полной исправности. – Думала, успею вернуться к тому времени, как ты проснёшься. Прости, не хотела тебя будить… – добавила виновато. – А с чего ты вообще взял, что я уйду?

– Не знаю… – задумчиво отозвался Алекс. – С тобой вообще одна сплошная неизвестность, Ники, – покрутил в руках гаджет, проверив работоспособность. – Видимо сигнал глушится… интересно… – стал ещё мрачнее, чем прежде.

Повисла пауза. Мужчина раздумывал о том, почему не удалось определить местонахождение телефона, а девушка размышляла на тему того, почему брюнет так остро отреагировал на её недолгую отлучку и почему просто не позвонил и не узнал, где она, раз уж потерял. Тишину нарушил главный виновник инцидента. Планировщик напомнил о том, что через два часа в ресторане отеля New York Hilton Midtown их будет ждать Даниель Райз.

– Так мы есть сегодня будем или нет? – оторвавшись от прочтения, деловито поинтересовалась Вероника.

– А что, в Hilton уже не кормят? – насмешливо приподнял бровь брюнет. – Времени осталось не так уж и много, да и… – подозрительно прищурившись, – не знал, что ты умеешь готовить… – закончил, скептически хмыкнув.

Вероника закатила глаза, обречённо вздохнув, и подняла отставленный ранее пакет с продуктами, вручив его мужчине.

– А ещё считаешься одним из лучших в своей профессии, – взяла брюнета за руку, потянув в сторону кухни. – И куда я только смотрела, когда нанимала тебя на должность?.. Ничего-то ты не знаешь. – Ну… – вальяжно протянул Алекс, идя следом за девушкой. – У меня есть пара идей, чем ты больше руководствовалась, делая выбор, но я, пожалуй, воздержусь от предположений, а то они в последнее время всё равно не правильные, – притворно печально вздохнул мужчина. – Так чем ты меня решила накормить?

– Не бойся, не отравлю… – усмехнулась девушка. – Ещё пригодишься.

Мужчина улыбнулся ответно, но комментировать не стал. Включив стереосистему, вещающую один из каналов местной радиостанции, Алекс уселся на высокий табурет около барной стойки, в готовности ожидать обещанного. Бодрый женский голос рассказывал о ситуациях на дорогах, погоде на завтрашний день, а также перечислял все ближайшие социальные мероприятия Нью-Йорка, пока Вероника занималась подготовкой ингредиентов для будущего ужина.

– Через двадцать минут будет готово, – завершив возиться с продуктами, удовлетворённо уведомила девушка.

Алекс не ответил. Всё это время он молча наблюдал за ней, едва заметно улыбаясь краешком рта собственным мыслям. Глядя на то, как свободно и легко наследница миллиардного состояния справляется с кухонными принадлежностями, не улыбаться было невозможно. В который раз ему посчастливилось увидеть Веронику Вермут с неожиданной стороны. Да уже и забыл, когда в последний раз кто-нибудь заботился о нём. И уж тем более не думал, что это может быть она.

– Яды, стрельба и готовка… – задумчиво протянул Алекс. – Какие ещё хобби у тебя имеются в запасе?

– Вышивать крестиком я не умею, если ты об этом, – пожала плечами Вероника. – Но пришить оторванные вчера пуговицы к твоей рубашке могу, если надо.

Посмотреть на нечто подобное Картеру очень хотелось бы, но…

– Не надо пришивать. Воспоминания, при каких обстоятельствах они оторваны, мне больше по душе, чем память о том, как ты их вернёшь на место, – усмехнулся добродушно Алекс, встретив возмущённый взгляд серых глаз. – Без обид, маленькая. Что есть, то есть.

Ведущая радиостанции закончила свой монолог, а в эфире зазвучала тихая мелодия Happy Birthday в исполнении Busta Rhymes. Вероника замерла, прикрыв глаза, так и не ответив.

– Кажется, в твоём плей-листе она есть, – задумчиво произнёс мужчина.

– Да, – не сразу, но ответила шатенка. И, помедлив недолго, добавила. – Переключи.

– Зачем? – удивился брюнет. – Она же нравится тебе.

Вероника поджала губы, слегка поморщившись.

– Да, нравится… – отозвалась нехотя.

Воспоминания прошлого словно окатили ледяной волной, заставляя сердце биться так медленно, что, казалось, ещё немного, и оно совсем остановится. Прежде девушка ставила музыку на повтор и позволяла себе упиваться слабостью, но теперь… это казалось неправильным. Кончики пальцев побелели – так крепко она ухватилась за край столешницы, словно из неё весь дух вышибло. Взгляд серых глаз мгновенно застыл, ведь только так представлялось возможным справиться с эмоциями – отстраниться, заставить себя чувствовать лишь… ничего. И если совсем недавно Вермут-младшая решила, что прошлое может и не столь сильно влиять на неё настоящую, то сейчас пришлось признать, что обманывать себя даже не долгое время всё равно не получалось.

– И не мне одной… – добавила едва слышно.

Брюнет прищурился, смерив девушку оценивающим взглядом. Долго размышлять о причине резкой смены настроения не пришлось. Насколько Александр успел себе уяснить, всё, что делала и о чём думала Вероника, – рано или поздно сходилось на одной личности. И единственное, что теперь осталось в мыслях Картера, – стереть то, о чём она думала, заменив собою.

– Ты сама сказала – прошлое не изменишь, – тихим полушёпотом сказал он, приблизившись со спины. – Думаешь, если будешь держаться за него так, словно от этого зависит чья-то жизнь, станет легче?

Широкие сильные ладони легли на хрупкие плечи, поверх чёрного кашемира и, чуть сдавив, начали своё привычное путешествие вниз по спине. Горячее дыхание обожгло шею, посылая по коже лёгкую дрожь предвкушения. Несколько медленных неспешных поцелуев заставили расслабиться и думать больше о происходящем, чем о чём-либо ещё.

– Алекс, – тихим укором сказала Вероника. – Ужин.

– Можем поесть позже, – безразлично отреагировал мужчина, с долей некоторого злорадства подумав о том, что надо будет сжечь эту её одежду, а то не у одной Вероники начали возникать нехорошие ассоциации в последнее время.

– А что, если и правда зависит? – тихо отозвалась девушка, попытавшись отстраниться.

Изначально Вероника не собиралась заводить разговор на подобную тему, не желая портить хотя бы ближайшее время рассказами о тех, кого так ненавидела, но не ответить на вопрос не смогла. Устала притворяться. Да и поделиться тем, что так терзало и тревожило все эти годы, внезапно показалось настолько правильным, что не удержалась. Вообще в последнее время всё больше и больше возникало ощущение того, что рядом с Алексом прежние устои уже не так фатальны и непоколебимы.

– Чья? – напряжённо поинтересовался Картер, замерев на месте.

Казалось, он уже и сам знал ответ. Но всё равно ждал того, что скажет она.

– Я купила вина. Откроешь? – словно и не слышала предыдущего вопроса Вероника.

Отсрочка для разговора не была нужна, но стало необходимо пространство.

– Да, конечно, – правильно расценил её желание Алекс.

Отодвинувшись на пару шагов в сторону, он распечатал бутылку белого сухого и наполнил один бокал.

– Если пить в одиночестве, можно и алкоголичкой стать, – устало усмехнулась девушка, принимая бокал. – Хотя, наверное, это не столь и заметный грех, в сравнении с моими остальными, – проговорила рассеянно, добавив уже мрачно – И в сравнении с будущими.

Брюнет едва заметно ухмыльнулся, наливая порцию и себе.

– Никто из нас не безгрешен, – пожал плечами он, отсалютовав бокалом. – Каждый в силу обстоятельств занимают свою нишу.

– Да, наверное… – согласилась по-своему Вероника, опустив взгляд на золотистую жидкость в прозрачном стекле, потому что так было гораздо проще вернуться к предыдущей теме разговора. – Но, кажется, моя ниша… Дальше лучше не будет точно. Ты ведь уже знаешь, что править американским филиалом буду я.

– Насколько я понял, попутный наркотрафик, прилагающийся бонусом к транзитам металлоконструкций производства компании, учреждённой Джейсоном Варгасом, беспроблемно пересекает границы многих стран мира до сих пор, так что с его смертью ничего не изменилось. Если не ты – кто-нибудь ещё, – невозмутимо отреагировал Алекс. – Только я понять не могу, почему ты решила, что обязана быть частью этого?

Девушка тяжело вздохнула, сделав несколько глотков вина.

– Егор пробовал вмешаться в существующий уклад и поплатился за это жизнью. Прямо в день нашей свадьбы. То же самое случилось и с моим старшим братом. Григорий Вермут лично приложил руку к этому. И не он один, – тонкие подрагивающие пальцы судорожно сжались вокруг тонкой хрустальной ножки тары, прежде чем девушка продолжила: – Даже сына не пожалел… Только доказательств у меня нет. Всё уничтожено. Влад – единственный из тех, кто мог бы вывернуть дело наизнанку, только он не хочет, его больше собственная жизнь заботит, а я… не могу. Стоит мне открыть рот и… – замолчала, раздумывая о том, стоит ли говорить дальше.

– Мальчик, – сказал за неё Алекс. – Дело в нём, да? Кто он тебе?

Так долго терзающая душу неопределённость по отношению к тому, кого Вероника любила, словно камень свалилась с души, но Алекс не стал акцентировать на этом внимание, прекрасно понимая, что в ответ получит лишь боль. Ведь когда больно ей, больно и ему. Сколь бы ни казалось последнее странным и нерациональным.

– Никто, – горько усмехнулась она. – Артём – сын Егора и Маши. Только… – прикрыла глаза, пытаясь вернуть эмоциям былое хладнокровие, – всё равно не могу позволить, чтобы он пострадал. И без того малыш остался без отца по моей вине, Алекс. Влад говорил, чтобы я вернула его, предупреждал меня, но… – судорожный всхлип сорвался прежде, чем Вероника поняла, что плачет, – я не вернула, – жалким полушёпотом закончила она. – Должна была вернуть, но не сделала этого. Не успела. Позволила им убить его… – звук разбивающегося об пол стекла слился с беззвучными рыданиями, когда она закрыла лицо ладонями, желая хоть как-то отгородиться от того, что окружало. – Это я во всём виновата, Алекс.

Сердце вновь наполнилось горечью. Тоска, съедающая душу, наконец полностью высвободилась. Вероника впервые призналась в том, в чём не могла сознаться даже самой себе. Ненависть, боль, одиночество и страх, поглотившие разум, казались теперь такими ничтожными в сравнении с пониманием того, что действительно могла бы не допустить случившегося. Могла бы и не сделала… и правда, виновата. Нельзя было позволять Егору брать на себя ответственность за то, что совершил её старший брат. Но она позволила. Сама позволила лишить себя счастья. Слабая… Жалкая… Заслужила…

– Не плачь, маленькая, – тихо прошептал Алекс, прижимая к себе содрогающуюся в истерике хрупкую фигурку. – Прошлое не изменишь. И не уверен, что мог бы объективно судить, но в произошедшем виновна точно не ты.

Девушка не отвечала, и мужчине пришлось произнести ещё много успокаивающих слов, прежде чем она пришла в себя. Прошлое, словно пазл за пазлом, маленькими кусочками складывалось в общую картину в его разуме, ведь Алекс успел узнать о некоторых вещах и без её ведома, но теперь, когда Вероника объяснилась, пусть и путанно и неразборчиво, выводы наконец выстроились в нужном направлении. И в эти минуты родилось новое желание. Не только защитить и укрыть от всего мира маленькую слабую девочку, что вело его в последнее время. Наказать виновных в её слезах также стало внезапно значимым. Может быть, тогда, пусть и не так, как хотелось бы им обоим, но она сможет обрести покой. И привнести его в жизнь Алекса. Да, эгоистично и совсем не благородно. Но… иное Картера волновало мало.

– Пусть горят в аду… – спустя долгие минуты молчания сказала Вероника.

– Это можно устроить, – с лёгкой усмешкой ответил Алекс, ласково поглаживая девушку по волосам. – Тебе нужно лишь сказать мне, какой именно ад ты хочешь для них, и всё будет, маленькая.

Вероника задержала дыхание, не сразу, но переведя удивлённый взгляд в сторону Александра. Не могла поверить его словам. Вообще довольно трудно верить кому-либо, если кругом окружает лишь абсолютная ложь. Но Алексу верить хотелось. И сама не могла понять почему… Наверное, и правда устала.

– Ты?..

Мужчина приободряюще улыбнулся, большими пальцами стирая солёные дорожки с её лица, а затем снова прижал к себе.

– Гореть синим пламенем можно и на земле, – задумчиво отозвался он. – Не обязательно ведь убивать их, маленькая. Иногда жизнь может быть гораздо хуже смерти.

С последним утверждением Вероника была полностью солидарна, потому что и сама успела испытать нечто подобное в наивысшей мере. Крепко прижавшись к сильному плечу, она утвердительно кивнула, а потом ещё долгое время так и стояла, чувствуя, как разрывающая сознание боль постепенно утихает.

– А кормить меня ты сегодня будешь? – немного погодя поинтересовался Алекс беззаботно, желая разрядить обстановку. – Кажется, Вероника Вермут обычно держит свои обещания, – добавил, задорно подмигнув. – Или я – исключение?

Всё ещё блестящие от слёз серые глаза чуть заметно прищурились, словно девушка задумалась над вопросом. И в какой-то мере так и было. Ведь тяга к Александру Картеру казалась необъяснимой, совершенно непонятной в своей природе, но тем не менее существенной и настоящей. И пусть девушка и сама не могла до конца понять, что именно она испытывала к этому мужчине, одно было ясно точно – он тот, кто может быть для неё не таким, как все.

– Да, наверное, ты и правда моё исключение, – рассеянно пробормотала Вероника.

Картер невольно улыбнулся в ответ, про себя отметив, насколько же приятно слышать из уст девушки обозначение принадлежности к ней, пусть и в таком ключе. Следующие полчаса прошли в полном молчании. На скорую руку приготовленная паста карбонара не была чем-то необычным, но Алекс невольно поймал себя на мысли о том, что впервые за долгие годы и правда было очень вкусно. Может быть, дело было в том, что раньше он вообще не обращал внимания на то, что именно ест, а может, просто компания была хорошая… И единственное, о чём он сожалел, – время пролетело слишком быстро, и к моменту, как оба сели в машину, собираясь встретиться с Райзом, Вероника вновь стала отстранённой, вернув привычную маску равнодушия и безразличия. Александру ничего не осталось, как принять прежние правила игры, делая вид, что его всё устраивает.