Глава 9

В ресторане на первом этаже отеля было многолюдно. Официанты то и дело сновали туда-сюда, спешно обслуживая всех желающих использовать время ланча по назначению. Вероника старалась не замечать их, сосредоточенно изучая десятиметровую стену напротив, обыгранную как стеллаж с множеством ячеек, украшенных динамичной подсветкой. Цветные лучи мягко обрамляли разнообразные предметы стекла, по дизайнерской задумке гармонично вписывающиеся на полках. Девушка успела рассмотреть каждый из них, прежде чем Алекс заставил обратить на него внимание.

– Что ты будешь есть, Ники? – поинтересовался мужчина.

– То же, что и ты, – рассеянно обронила она в ответ. – Плевать, в общем-то.

Вермут-младшая перевела взгляд со стеллажей на белый BlackBerry, который уже полчаса крутила в руках. Время для прибытия антидота Джейсону Варгасу уже должно было вот-вот подойти. И как ни странно бы это звучало для неё самой – проснувшаяся совесть не давала покоя.

– Ты хоть иногда можешь расслабиться? – ухмыльнулся Алекс. – Здесь кроме тебя и меня никого нет. Не обязательно и дальше придерживаться линии «высоко сижу – видеть вас всех не хочу». Я ведь уже понял, что ты не такая.

Картер снова злился. Ещё час назад между ними складывалось хоть подобие разговора, а теперь всё снова вернулось на исходную. Пусть и сам не мог понять, почему стало до тошноты важно наладить общение, но терпеть холодность Вероники по отношению к себе он не собирался.

От его слов девушка дёрнулась, как от удара. Но уже через мгновение показное равнодушие вернулось к ней вновь. И только вжавшиеся добела пальцы в край скатерти могли выдать оставшееся внутреннее напряжение. Но и того со стороны видно не было.

– Кроме тебя и меня никого нет? – холодной насмешкой поинтересовалась она, напоказ окинув взглядом окружающих посетителей. – Чёрт, Алекс, какая тебе разница, как я себя веду? Если тебе удалось нагнуть меня над бильярдным столом, это ещё не значит, что я буду держать улыбку до ушей и радоваться всему вокруг, как полоумная девица. Как и изображать для тебя влюблённую подружку.

Скрежет зубов брюнета и гневно поджатые губы ясно дали понять, что он подумал об её словах. Да, она не сдержалась. И вовсе не потому, что всё обстояло именно так и хотелось высказаться. Просто мгновенно разбушевавшийся в приступе злобы огонь во взгляде синих глаз… успокаивал.

Подошедший официант заставил прервать взаимные нападки.

– Уже выбрали? – поинтересовался он, лучезарно улыбнувшись.

Картеру пришлось на время отложить разговор, сделав заказ. И только после того, как молодой человек в чёрно-белой униформе удалился, заговорил:

– Знаешь, что мне хочется сейчас больше всего?

Проскользнувшая в его тоне хрипотца заставила Веронику задуматься над ответом.

– Нет, – осторожно отозвалась она. – И что же?

Казалось, даже воздух между ними накалился.

– Нагнуть тебя над столом ещё раз, – пристально смотря в её глаза, ответил он, – и отшлёпать по полной программе… а потом повторить всё то, что мы с тобой делали совсем недавно, но уже не столь ласково. Может быть, тогда, в следующий раз, прежде чем откроешь свой чудный ротик, подумаешь о том, что будет, когда ты в очередной раз начинаешь меня провоцировать.

Телефон в кармане Картера подал признак входящего сообщения, и мужчине пришлось отвлечься. Читая пришедшую информацию, он нутром чувствовал, как взгляд серых глаз, исполненный неприкрытой холодной яростью, проходился по нему с ног до головы, отчаянно мечтая раздавить.

– Иди на хрен, Алекс, – вспылила Вероника. – Я тебе не девочка для развлечений!

Она резко поднялась из-за стола, намереваясь вернуться в номер. И даже удалось отодвинуть стул и сделать шаг.

– Сядь на место, – тихо, но оттого не менее властно произнёс Картер.

Ситуация всё больше и больше напоминала Веронике цирковое представление, где белочка, бегущая в колесе по команде дрессировщика – именно она.

– Иди на хрен, Алекс, – с нажимом повторила Вермут-младшая, делая ещё шаг.

Уйти ей так и не удалось. В одно мгновение мужчина оказался за спиной, перехватывая поперёк живота, дёргая на себя с такой силой, что казалось, девушку только что впечатали в бетонную стену.

– Чтоб тебя!.. – от неожиданности вскрикнула Вероника.

Большинство посетителей ресторана заинтересованно уставились на пару, забыв про ланч и разговоры между собой.

– Чёрт, – прошипела едва слышно Ника. – Теперь все пялятся на нас. Доволен? – вцепилась ногтями в руку брюнета, удерживающую и не позволяющую отстраниться. – Отпусти меня. Пожалуйста.

– Вспомнила, что значит быть вежливой? – бесстрастно поинтересовался Картер ей на ухо тихим шёпотом. – Ну же, Ники, давай ты просто вернёшься на место… или будем развлекать народ и дальше?

– Не будь козлом, Алекс, – сухо ответила девушка. – Я всё равно не собираюсь наблюдать твою физиономию в ближайшее время. Настроение не то. И вообще, мне в аптеку надо… сам знаешь зачем. Отпусти, сказала, иначе… – договорить не удалось.

Вернувшийся в этот момент с заказом официант недоумённо взирал на них обоих, пытаясь сообразить, что происходит. Красноречивый взгляд работника заведения, уставившийся на руку Вероники, до крови впившуюся ногтями в Александра, говорил сам за себя.

– Всё в порядке? – недоверчиво спросил парень.

– Да, – беспечно отозвался Картер. – У моей жены просто слишком часто меняется настроение в последнее время. Гормональный сбой видимо даёт о себе знать. Не стоит беспокоиться. Да, Хелен?

Официант медленно перевёл взгляд с расцарапанной руки брюнета сначала на обручальные кольца, а потом и на девушку, ожидая подтверждения.

– Д-да, – сквозь зубы процедила Вероника. – Всё в порядке. Спасибо вам за беспокойство, – и добавила мстительно. – Очень часто в последнее время мне кажется, что мой муж просто невыносим, вот я и нервничаю. Как и сказал Мэтью – гормональный сбой. Настроение меняется каждую секунду.

Уже через секунду официант понятливо кивнул, принявшись расставлять принесённый заказ на занятом ими столе. А Картер и Вермут-младшая так и остались стоять на прежнем месте, не сдвинувшись ни на полдюйма.

– Отпусти, – тихо попросила в очередной раз Вероника.

– Если пообещаешь сесть на место и спокойно поесть, – ответил Алекс. – Я бы попросил ещё и улыбнуться в знак примирения, но уже понял, что это мне не светит ни при каком раскладе, исходя из твоих же слов, сладкая.

Девушка молчала. Обдумывала, как бы ей избавиться от Картера хотя бы на ближайший час, не принимая навязанных правил. Ничего толкового в мысли не шло.

– Ники, – требовательно позвал брюнет.

– Хорошо, – нехотя сдалась Вероника. – Если пообещаешь, что не будешь больше цепляться ко мне. Не люблю, когда диктуют условия.

Мужчина тяжело вздохнул.

– Прости. Плохо себя контролирую в последнее время. Не хотел тебя обидеть. Мы ведь можем просто сесть и спокойно поесть? Обещаю, что больше не позволю себе ничего лишнего в твой адрес… по крайней мере, пока мы здесь. Если, конечно, ты снова не начнёшь меня провоцировать. Тогда уж не обессудь… я загораюсь в твоём присутствии гораздо быстрее, чем сам успеваю понять, что это так, – и, помедлив немного, добавил. – Мир?

Девушка устало выдохнула и кивнула. Алекс развернулся вместе с ней назад, медленно разжимая хватку, позволяя вернуться на прежнее место. Но Вероника не спешила сесть. Взгляд серых глаз виновато прошёлся по внешней стороне ладони Картера.

– Больно? – тихо поинтересовалась она.

Тонкие бледные пальчики коснулись небольших ранок, нанесённых ими же.

– Боль – всего лишь физиологическое состояние. К ней можно привыкнуть, – уголки губ Алекса дрогнули в улыбке. – Я уже давно привык. Так что можешь не думать об этом.

Только от объяснения Нике не стало легче.

– Прости, – обронила она, разворачиваясь к мужчине лицом. – Я не специально. Честно.

– Это я уже понял, – хмыкнул Картер. – Так и будешь стоять? Дай уже людям поесть, а то они всё никак не перестанут на нас смотреть.

Девушка перевела взгляд с мужского лица на столик, тоскливо осматривая белые фарфоровые тарелки с едой. Есть не хотелось совершенно. Она и так не страдала присутствием аппетита, а сегодня эта привычка преобладала особенно остро.

– Если не хочешь, просто посиди со мной, – угадал ход её мыслей Алекс. – Пожалуйста.

Вероника снова кивнула, делая шаг к стулу.

– Хорошая девочка, – тепло улыбнулся Алекс.

Следующие пять минут мужчина не без удовольствия поглощал еду, а она молча сидела, наблюдая за ним.

– Ты служил в ВМС? – спустя обозначенное время поинтересовалась девушка, пытаясь завязать хоть подобие разговора.

Картер удивлённо приподнял бровь. То, что Вермут-младшая читала его личное дело, не было чем-то странным, просто не ожидал, что она будет интересоваться именно этим фактом его биографии. Да и какая ей разница, где он служил? Хотя… неужели решила, что, наконец, возможно переступить негласную молчаливую границу, которую Вероника сама же и возвела между ними?

– Да, – ответил Алекс. – Что ещё интересного вычитала обо мне?

– Много чего, – задумчиво отозвалась девушка, вспоминая строчки, которые перечитывала десятки раз. – Но то, что ты был женат… этого там нет. Почему?

Мужчина задержал дыхание, напряжённо сжав руки в кулаки. В синих глазах мелькнула неприязнь, не оставшись незамеченной для девушки.

– Прости, Алекс. Это не моё дело, – тут же поняла причину его реакции Вероника. – Не хотела лезть тебе в душу.

Картер ещё немного помолчал, сделав несколько глубоких вдохов, сожалея лишь о том, что закурить в ближайшее время удастся вряд ли.

– Клэр вышла замуж за довольно высокопоставленного политика. Решила, что данный пункт в её биографии не особо значим, вот новоиспечённый супруг и подчистил информацию. Заодно и в моей биографии тоже, – мрачно произнёс Алекс.

– Почему вы развелись? – спросила Ника, прежде чем поняла, что сказала это вслух.

Для неё так и оставалось непонятным, как возможно любить человека, но при этом оставить его. Если Алекс и Клэр были женаты, значит, любили друг друга. Неужели любовь со временем может погаснуть? Ведь её любовь… не угасла до сих пор.

Тяжёлый взгляд синих глаз медленно прошёлся по лицу Вероники, заставив смущённо потупиться.

– Прости… – в который раз пробормотала она извинения. – Это не моё дело… ты не обязан отвечать. Молчание, походу, мне вообще удаётся лучше всего.

– Ну, – усмехнулся Алекс, – поскольку в какой-то степени это тебя тоже касается, я отвечу, – и пока девушка недоумённо взирала на него, дополнил: – Клэр хотела полноценную семью, детей. С моей довольно затратной по времени работой и практически нулевой способностью к зачатию это довольно трудновыполнимо. Вот она и ушла к другому. Женщины, как я понял, вообще часто забывают, что такое обет верности, когда им удобно… – хмурый взгляд синих глаз застыл, пытаясь уловить реакцию девушки на сказанное. – Зато ты можешь не беспокоиться о контрацепции, как и о том, что я долго буду изображать хорошего бойфренда, раз теперь знаешь, что смысла в этом всё равно нет.

Серые глаза предательски блеснули подступающими слезами. Сердце сжалось болезненной тоской. Глядя на самоуверенного знающего себе цену Александра Картера, она и подумать прежде не могла, что внутри него – разбитое сердце.

– Не все такие, как она… – несмело улыбнувшись, сказала Вероника. – И… спасибо, что рассказал.

Её пальцы дрогнули, прежде чем она сжала их, обхватывая руку Алекса. Порыв прикоснуться, проявить участие, показать, что разделяет его боль, стал таким непреодолимым, что даже не задумалась ни на миг о том, что позволила себе гораздо больше, чем следовало бы.

Широкая мужская ладонь перевернулась, крепко сжав девичью в ответ. Картер едва заметно улыбнулся, притянув их переплетённые пальцы к себе.

– Не стоит сожалеть о том, чего нет и не будет никогда, Ники, – в спокойном тоне Алекса мелькнула горечь. – И тем более не стоит выражать сочувствие мужчине, с которым спишь, сладкая, – его губы коснулись её запястья в лёгком поцелуе. – Моя самооценка только что упала ещё ниже прежнего, знаешь ли, – добавил уже с усмешкой.

– Ну… – задумчиво протянула Вероника, – технически мы с тобой не спали ни разу, так что… – девушка задорно улыбнулась, желая развеять нахлынувшую тоску с налётом скорби, – пока ещё могу говорить что угодно… разумеется, в пределах границ, которые тебя так провоцируют… на необдуманные поступки.

Во взгляде синих глаз загорелся хищный огонёк.

– Это снова угроза или предложение? – поинтересовался он, медленными поцелуями проходясь по её подрагивающим пальцам.

Намёк был вполне однозначным, и девушка смущённо отвела взгляд, высвобождая руку от его прикосновений.

– И почему у тебя всё сводится к одному… – проворчала она себе под нос.

Только Алекс всё равно расслышал.

– Наверное, потому что это единственное, что нас связывает, – спокойным, ничего не значащим тоном отреагировал он. – Разве нет?

Вероника прикрыла глаза, шумно втянув воздух. Он прав. Он тысячу раз прав.

Тогда почему так неприятно слышать это?

– Тебе так нравится доводить меня, Алекс, – произнесла она укоризненно на болезненном выдохе. – Нравится наблюдать мою реакцию? Нравится смотреть, как я теряю выдержку? Или что, Алекс? Зачем ты мне говоришь подобное, когда сам сказал, что мы могли бы хотя бы попытаться разговаривать нормально? – к концу фразы тон стал воинственным.

Скрывать нахлынувшее раздражение Вермут-младшая уже и не пыталась. Устала притворяться.

– Мне нравится в тебе не только это, Ники, – примирительно сказал мужчина, понимая, что сам перешагнул черту, за которой так не хотел видеть Веронику. – Мне многое в тебе нравится… только именно в такие моменты я могу видеть тебя… настоящую. Твои лицемерные маски, что ты так старательно примеряешь на себя, неимоверно бесят. Вот и не могу удержаться. Самообладание в твоём присутствии: видимо, не про меня, – усмехнувшись, – да об этом ты и так знаешь.

Серые глаза широко распахнулись в удивлении. И даже не от сути откровения, которого совсем не ждала услышать Вермут-младшая. Её интересовало нечто другое.

– А что ещё тебе во мне нравится? – недоверчиво поинтересовалась она.

То, что раньше и помыслить не могла о том, что когда-нибудь позволит вот так напрямую выпрашивать у мужчины ответа об отношении к себе, осталось для неё за кадром. С ним всё было по-другому. И этот раз не стал исключением.

– Вечером обязательно тебе об этом расскажу, – хмыкнул Алекс. – И даже покажу… во всех подробностях.

Принёсший счёт официант заставил отвлечься. Как и сигнал входящего сообщения на телефоне Картера. Прочитав содержимое, мужчина поинтересовался:

– Кто такая Мария Сазонова?

Вероника замерла на мгновение. Сердце словно пропустило удар.

Как он узнал, да и ещё так быстро?!

– Почему ты меня об этом спрашиваешь? – осторожно поинтересовалась шатенка.

– Мэри Мартинес, она же Мария Сазонова в прошлом. Рон прислал первое имя, подходящее нам по профилю. Подумал, что ты можешь её знать, раз уж в курсе окружения помеченной меткой смерти дюжины. Интересное совпадение по национальному признаку… не находишь?

– Понятия не имею, кто она такая, – равнодушно ответила Вероника, стараясь дышать ровнее и не выдать себя.

– Ну, значит, в скором времени придётся познакомиться, – отозвался Алекс. – Если ты так и не надумала поесть, то стоит нам навестить её прямо сейчас. Хотя, конечно, прилежная студентка-выпускница Йельского университета не очень тянет на серийного маньяка, но… всякое бывает. Может, от неё удастся проложить дорожку дальше.

– Хорошо, – согласилась девушка. – Я только в номер поднимусь ненадолго, и можем ехать. Здесь подождёшь?

– Да, – охотно отозвался мужчина, чем изрядно порадовал Нику. – Расплачусь пока. Потом можем ещё заехать куда-нибудь. В бильярд мы с тобой уже играли. Можно попробовать что-нибудь ещё… боулинг?

– Я недолго, – пообещала Вероника, поднимаясь из-за стола. – И да, Алекс – терпеть не могу боулинг.

Неспешно выйдя из ресторана, пересекая зеркальное фойе по пути к лифту, она судорожно набирала сообщение, тут же отправляя его той, с кем встречалась сегодняшним утром на озере в парке Уотерфронт. И содержало оно всего лишь пару слов: «Срочно уезжай!». Вдаваться в подробности на незащищённой линии Веронике не хотелось, да и не было смысла. Легче от того, что они так быстро попались, если Мэри будет значить причину, всё равно не будет. Поздно уже.

Металлические створки лифтовой кабины разъехались, и девушка шагнула вперёд.

«Сообщение доставлено абоненту», – пришёл отчёт о доставке. Но ответа Вероника не получила. Даже когда доехала до шестого этажа, на котором был расположен снятый для четы Миллер номер. И пока шла до нужной двери с серебристой гравировкой «шестьсот шестьдесят семь», ответ тоже не пришёл. И только когда Вероника использовала магнитную ключ-карту, чтобы попасть внутрь, поняла, что «Поздно» – не то значение. «Слишком поздно» – более подходящее.

– Добрый день, Вероника, – ехидный мужской голос разлился в тишине, едва она закрыла за собой дверь. – Рад увидеться с тобой вновь. Жаль, что это будет в последний раз.

Сидящий в том самом кресле, где ещё утром сидел Алекс, мужчина словно светился торжествующим злорадством. Одного взгляда на смуглого кареглазого Эмиля Гонсалеса – главы службы безопасности Джейсона Варгаса хватило, чтобы Вермут-младшей возможно было понять самое худшее, что только могло бы с ней произойти. Он всё знал.

– Добрый, – быстро взяв себя в руки, хладнокровно ответила девушка. – Чем обязана, Эмиль?

Мужчина желчно усмехнулся, опустив руку в карман пиджака своего дорогущего костюма от дизайнерской империи Armani, выуживая оттуда чёрный смартфон. Следом за аппаратом связи, который мгновенно узнала Вероника благодаря ярко-розовому чехлу, расписанному женским лаком для ногтей, на спинку кресла легла девятимиллиметровая Beretta.

– Первое, чтоб знала – почему, второе – чтобы понимала, что другого варианта не будет. Собирайся, Вероника. Я отвезу тебя к Григорию Алексеевичу. Он решит, что с тобой делать, – отпустил команду Гонсалес.

Шатенка задержала дыхание, попеременно переводя взгляд с огнестрельного в полной боевой готовности на телефон Марии. Только сейчас поняла, что помимо лака для ногтей, чехол испачкан плохо стёртой кровью.

– Что вы с ней сделали? – глухо спросила Вероника.

– Поскольку у неё нет такой опеки как у тебя, ей повезло меньше, – оскалился в улыбке Эмиль. – Уверена, что действительно хочешь знать?

Вермут-младшая судорожно сглотнула.

– Что вы с ней сделали? – повторила она.

Мужчина лениво скользнул взглядом по часам на левом запястье.

– Если мы не успеем убраться отсюда до того момента, как твой новоиспечённый личный телохранитель поднимется сюда, будь уверена – его я прикончу без раздумий, так что в твоих же интересах прекратить истерику и отправиться на выход.

– Мне плевать, что ты с ним сделаешь, – злобно прошипела Вероника. – Отвечай на грёбанный вопрос, Эмиль! Что с Машей?!

Карие глаза блеснули усмешкой.

– То есть тебе всё равно на мужика? Интересно… – задумчиво протянул Эмиль. – Не думал, что… – тут мужчину осенило. – Если только его ты тоже не собиралась убрать по окончанию. Так, Ника? – заинтересованно поинтересовался Гонсалес. – Всё-таки яблоко от яблоньки… – ухмыльнулся он. – Ладно, так и быть, покажу, – он вновь запустил руку в карман, после чего протянул свой гаджет, демонстрируя несколько фотографий.

Вероника едва удержала приступ мгновенно охватившей тошноты. Выбеленный паркет, распростёртое обнажённое женское тело, изувеченной сломанной куклой лежащее в луже багрового пятна. Кровь. Её было так много, словно она принадлежала не одному человеку. Вероника ненавидела кровь. А тех, благодаря кому она вновь вынуждена смотреть на неё, она ненавидела ещё больше.

– Я соберу вещи, – ничего не значащим тоном сказала Ника.

Девушка сделала шаг по направлению к кровати, подхватывая лежащую около неё сумку, бросая ту на соседнее от Эмиля кресло.

– Кто ещё кроме тебя и Джейсона знает? – спросила она, медленно и неспешно расстёгивая молнию.

– И сама знаешь, что никто. Даже Варгас не знает. Не проснулся ещё после того, как ввели антидот. Я же не дурак. Григорий отвалит мне хренову тучу денег за то, что я доставлю тебя вместе с доказательствами. А конкурентов я не терплю.

– С доказательствами? – сделала вид, что удивилась, Вероника. – С какими доказательствами, Эмиль? Машу ты уже убил. Больше заговаривать некому. Я буду всё отрицать. Как ты думаешь, кому из нас поверят? – нагнулась, чтобы подобрать с пола кроссовки, которые утром надевала на пробежку.

– Твой наёмник уже сделал за меня всю работу, – довольно хмыкнул Гонсалес. – И про ингалятор догадался, и по базе городской фармацевтики прошёлся. Собственно, если бы ай-тишники SL Protection Services не стали рыться в поисках покупателей на лекарство, я бы и не подумал искать в этом направлении. То, что мои ребята работают быстрее в родных краях, – так это любому понятно будет. Да и то, что девка звонила тебе с утра, тоже зафиксировано, Ника. А присланное тобою сообщение пару минут назад так и вообще подарок. Так что отпираться не стоит. Себе же хуже сделаешь. Лучше расскажи мне, зачем ты взяла с собой этого наёмника? Он же тебя в яму и загнал. Удостовериться решила, что не наследила? Так надо было сразу нанимать его концы подчищать, а не проверку устраивать, – продолжал злорадствовать Эмиль. – Или денег не хватило? Так вроде, насколько я успел себе уяснить, ты и так собиралась сделать его тринадцатым в своём списке. Платить всё равно не пришлось бы в итоге.

– Он не будет тринадцатым в моём списке, – ледяным тоном отозвалась Вероника, прерывая тираду Гонсалеса.

Мужчина недоверчиво скривился, в очередной раз усмехнувшись.

– Неужели снежной королеве кто-то действительно пришёлся по душе? Что, уже передумала его убивать? Или оставишь такую возможность мне?

– Нет, не передумала, – опуская обувь в сумку, лениво ответила она. – Просто он будет пятнадцатым. Потому что второй теперь ты, – сказала, одновременно с этим обхватывая обеими руками GLOCK-45, предусмотрительно взятый с собой.

– Ссука… – не сразу опомнился мужчина.

И, прежде чем уставший ждать Веронику внизу Александр провёл ключ-картой по магнитному замку, за дверями номера шестьсот шестьдесят семь раздалась серия громких выстрелов.