Двенадцатая глава

Закрытое королевство Раваллон. Поместье генерала Рауд.

За своими размышлениями, Алира не заметила, как ужин подошел к концу. Ее мысли метались в разные стороны, то возвращаясь к язвительному брюнету, то перескакивая на персону Флавиана, или же складывались в строки письма, которое обязательно нужно было написать, чтобы Дэйм узнал о будущей свадьбе сестры. Из уже привычной задумчивости магиню вывел спокойный голос гостя.

— Позвольте помочь вам подняться, — он отодвинул стул Алиры и протянул ей руку.

Герцогиня безразлично приняла помощь и, поднявшись из-за стола, тут же направилась в холл, не желая выслушивать очередные наставления отца. Графиня напряженно следила за каждым шагом племянницы и уже хотела ее остановить, но тяжелая рука генерала легла ей на плечо, пресекая любую попытку вмешаться. У дверей герцог Флавиан принял из рук лакея легкий плащ и помог Алире накинуть его на плечи, вдобавок к этому заботливо его застегнув. Его теплые пальцы, как бы невзначай, коснулись женской шеи и медленно скользнули вниз по плечам.

— Благодарю, милорд, — без каких-либо видимых эмоций произнесла магиня. — Идемте, — она с трудом сдерживала нервную дрожь.

Алире хотелось как можно скорее покончить с прогулкой, которая больше напоминала пытку. Она решила, что быстро проведет Флавиана по парку и уже через четверть часа они снова вернуться в дом, но этим планам не суждено было сбыться. Уже на подходе к ближайшим деревьям, Алира почувствовала, как ее плеча коснулась мужская рука, а шею опалило горячим дыханием.

— Куда же вы так спешите, прекрасная Алира? — у самого ее уха прозвучал обволакивающий шепот.

По коже магини пробежали мурашки неприязни, и она невольно передернула плечами. Герцогу не составило труда правильно истолковать ее реакцию, поэтому руку он все же убрал, а вот воздержаться от очередного вопроса не смог:

— Неужели я вам настолько противен?

— Не приписывайте себе лишних заслуг, милорд, — Алира сделала шаг вперед, чтобы развернуться к Вэйну Флавиану лицом, и вопреки ее ожиданиям, он не был зол, наоборот, в его глазах блестели искры азарта. — Вы не вызываете во мне абсолютно никаких чувств, а единственная эмоция, связанная с вами — это безразличие, — после этих слов, она отвернулась от мужчины и продолжила путь.

Герцог Флавиан шел следом, заставляя магиню чувствовать себя неуютно под пристальным изучающим взглядом. Алира пыталась понять, чего добивается ее будущий супруг этой прогулкой, и словно в ответ на ее вопрос, он произнес:

— Миледи, может, все же расскажите, что делали без меня в эти дни, или так и будете убегать?

— Почти все время я провела в постели, ваша светлость, — не оборачиваясь, ответила Алира, поражаясь дотошности этого мужчины.

— Ну же, Алира… — Вэйн Флавиан поймал Алиру за локоть, вынуждая ее остановиться. — К чему весь этот официальный тон? — герцог развернул магиню лицом к себе и провел рукой по нежной коже щеки, пальцами прочертил дорожку вдоль изящной шеи. — Я чувствую, что ты скрываешь от меня что-то… — одной рукой он обнял Алиру за талию, а второй коснулся волос. — Но я готов простить все твои секреты, если ты назовешь меня по имени… — последние слова Вэйн произнес, почти касаясь губами девичьих губ.

Алира попыталась было отвернуться, но Флавиан держал крепко, и единственное что ей оставалось, это посильнее сжать губы, призвать магию, и ждать. Когда герцог понял, что его поцелуй остался без ответа, он отстранился и попытался поймать взгляд голубых глаз. Этих секунд магине хватило, чтобы громко прошептать:

— Лорно!

Из вечернего тумана тут же потянулись маленькие капельки воды, образуя водный шар. Не такой большой, как на озере, но и этого должно было хватить, чтобы заставить дерзкого наглеца остановиться.

Вэйн Флавиан даже предположить не мог, что невеста использует против него свой дар, поэтому, когда ему на голову рухнула водяная сфера, он растерялся и выпустил Алиру из плена своих рук. И не успел герцог толком понять, что произошло и как это исправить, как магиня отвесила ему звонкую пощечину.

— Не смейте! — зло зашипела герцогиня Рауд. — Никогда не смейте меня принуждать! Никогда! — новая пощечина обожгла вторую щеку Флавиана. — Я вам не уличная девка, которую можно зажимать по углам! — с этими словами, Алира развернулась в сторону дома, высокомерно бросив через плечо. — Прогулка окончена, ваша светлость.

Быстро шагая по каменной дорожке, магиня нервно оправляла намокший плащ, который тоже пострадал от водного шара, и не сразу услышала шаги за своей спиной. Уже на подходе к дому, Алира поняла, что просто так герцог Флавиан от нее не отстанет, особенно когда его пальцы больно сомкнулись на ее тонком запястье. Она с достоинством выдержала его гневный взгляд, и Вэйну это не понравилось. Он резко дернул магиню за руку, и почти прижимая ее к себе, зло проговорил:

— Ты можешь упрямиться, сколько хочешь, но все равно будешь моей! Единственное, что удерживает меня от применения силы, это твой статус невесты, но как только мы заключим брачный союз, я быстро заставлю тебя подчиниться! — Флавиан так же неожиданно отпустил Алиру и сделал шаг назад.

— Не торопитесь, милорд! — герцогиня сверлила его гневным взглядом. — До нашей проклятой богами свадьбы больше полутора месяцев, так что оставьте меня в покое хотя бы на это время!

— Сделаем вид, что ты этого не говорила, — Вэйн Флвиан остался невозмутим. Даже вымокший до нитки и с горящими от пощечин щеками, он не утратил своей надменной уверенности. — Извинитесь за меня перед отцом, дорогая, — уже громче проговорил он. — Но я вынужден прервать наш ужин, меня ждут неотложные дела.

С этими словами герцог Флавиан ушел, попутно отдавая слугам распоряжение насчет экипажа, а Алира направилась к парадной лестнице, желая как можно скорее оказаться в своих покоях. Но стоило ей только переступить порог родного дома, как генерал Рауд тут же преградил ей путь.

— Алира? — непонимающе нахмурился он. — Почему ты одна и где его светлость?

— У него возникли срочные дела, и он уехал, отец, — устало ответила девушка, скидывая плащ на руки подоспевшему лакею. — И просил извиниться за это перед тобой. Я устала и хочу подняться к себе, — Алира изобразила подобие реверанса. — Доброй ночи, — она попыталась обойти генерала, но тот, как выяснилось, остался недоволен ответом дочери.

— Что ты сделала? — разделяя каждое слово, сурово спросил герцог Рауд, ухватив край мокрого плаща. — Ты посмела использовать магию против будущего мужа? — его тихий голос звенел металлом, а в глазах сквозил холод.

Внутренний голос шептал Алире о надвигающейся беде, еще никогда она не видела отца в таком состоянии. Уж лучше бы он кричал. Но герцог лишь на мгновение прищурился, словно оценивая сложившуюся ситуацию, а затем, крепко схватив дочь за руку, быстрыми шагами направился к лестнице, ведущей наверх. Алире приходилось почти бежать, чтобы не споткнуться о покрытые ковром ступени. Не сбавляя шага, генерал Рауд дошел до комнаты магини, и грубо толкнул дверь, которая с громким стуком ударилась о стену.

— Сядь! — прозвучал приказ, как только Алира переступила порог собственной спальни. — Я сказал, сядь и слушай!

Магиня предусмотрительно решила не спорить с отцом и присела на край кровати, следя за ним из-под полуопущенных ресниц. Генерал же ходил по комнате из угла в угол, собирая все мысли воедино, так как не знал, с чего именно нужно начать. На какое-то мгновение он забыл, о чем вообще собирался говорить, и ему пришлось постараться, чтобы взять себя в руки. Но спустя некоторое время, он все же остановился напротив дочери, и заложив руки за спину, медленно проговорил:

— Я обязан Вэйну Ларс Флавиану жизнью, Алира. Четыре года назад он спас меня от смерти, за что я искренне ему благодарен, — девушка недоуменно смотрела на отца, пытаясь вспомнить, когда его жизнь могла подвергаться опасности. — Я предлагал ему деньги, земли, место в королевском совете, но он отказывался от всего, — В голосе герцога звучала обреченность. — Вэйн говорил, что я не должен ему ровным счетом ничего, что он спас меня не ради благодарностей… Но недавно он передумал! — Гелиан Эри Рауд посмотрел в глаза дочери. — После последнего королевского бала Флавиан попросил твоей руки. Это долг чести, Алира. И я обязан его уплатить.

Бросив на магиню тяжелый взгляд, генерал круто развернулся и направился к выходу, посчитав разговор законченным. В конце концов, надо было сразу донести до непутевой дочери всю правду об ответственности, лежавшую на ней.

— Герцог страшный человек… — прошептала Алира вслед отцу. — Ты даже не представляешь, на какую жизнь обрекаешь меня.

Гелиан Рауд на мгновение замер, не спеша поворачиваться к дочери лицом. Облокотившись рукой о стену, он тяжело дышал, пытаясь справиться с подступающим волнением и злостью. Всего на секунду, в голове Алиры мелькнула мысль, что отец понял ее, но она жестоко ошиблась.

— Обрекаю?! — слово сквозило презрением. — Это ты обрекла меня на страдания! — герцог все же обернулся. — Ты! — прокричал он, от злости сжимая пальцы в кулаки. — Из-за тебя я потерял любимую женщину! — слова, словно кинжалы, ранили душу Алиры. — Ты позор нашего рода! Жалкая водница, запятнавшая семейную честь магов огня! Лучше бы ту была бездарна, так же, как и Мира! — лицо генерала побагровело. — И знаешь, что? Ты сама во всем виновата! Если не хотела мужского внимания, значит, вела бы себя скромней! Не зря же Вэйн заметил тебя!

Пытаясь не расплакаться на глазах у отца, Алира зажмурилась, мысленно уговаривая себя терпеть. Никогда еще он не обвинял ее в смерти матери, никогда так открыто не упрекал за доставшийся по наследству дар. Дверь громко хлопнула. Герцог Рауд оставил дочь в одиночестве.

Алира медленно открыла глаза, позволив единственной слезинке скатиться по бледной щеке. Больше слез не было. Странная апатия давила на плечи магини, а в глубине души рождалось осознание горькой правды, все девятнадцать лет своей жизни, Алира прожила с ненавидящим ее человеком. Она решила, что именно сегодня отец устал притворяться, его терпение кончилось.

Просидев на краю кровати до глубокой ночи, Алира приняла для себя единственно верное решение: нужно было написать письмо Дэйму. Он единственный, кто мог помочь, даже графиня Рауд не рискнула бы вмешаться в непростой разговор отца с дочерью. В письме Алира написала обо всем, умолчав лишь о Ране, посчитав его пройденным жизненным этапом. Дело осталось за малым, передать письмо Фидели, чтобы она смогла отправить его, а потом останется лишь ждать ответа.