ГЛАВА 8 (5)

ГЛАВА 8 (5)

Рудольф опешил.

- Такие старые… Я не уверен, что они сохранились… У меня такой бардак в архиве… Могу посмотреть, конечно…

- Ты серьезно? – Мэтью даже рассмеялся. Он видел этого человека насквозь. - Первородный просит тебя о таком простом одолжении, а тебе просто неохота копаться в бумажках?..

И он сделал то, что хотел сделать очень давно – с тех пор, как узнал, что он такой же, как Лоренс – тогда, десять лет назад. Он заглянул Рудольфу прямо в мозг и дал ему четкую установку к действию.

«Найди мне эти циркуляры, Рудольф. Как можно скорее. И, пока не найдешь, ничего другого не делай.»

Взгляд предводителя равенов затуманился, остекленел. С несвойственной ему ловкостью он подскочил и рванул вон из гостиной – чуть не сбив с ног выходящую из смежных комнат Любу. Та вскрикнула при взгляде на своего начальника и выронила из рук пачку эльфийского чая, с которым так не хотела расставаться. Перевела взгляд на Мэтью и ахнула в ужасе, прижав руки к груди.

Вот черт! Его голова, наверное, светится, как миниатюрное солнце. Придется теперь что-то сделать и с ней. Мэтью поразмыслил не позвать ли Ингу – специалиста по усыплению неколдующих, но времени не было – Люба могла прийти в себя, сбежать и рассказать остальным. Тогда пришлось бы принять более жесткие меры, и жертв было бы не избежать…

Он заглянул вглубь себя и дал Первородному божеству волю.

«Мы знаем, что делать…» - успокоило его древнее создание и проникло в затылочную часть черепа женщины. Слегка пережав сосуды, качающие в мозг кровь, оно выключило ее сознание, подхватило легкое, как перышко, тело и уложило на пол.

Она проспит четыре часа, непонятно каким образом осознал Мэтью. Подумал немного, снова сосредоточился, поднял Люба и уложил ее на дальний диванчик в углу комнаты. Даже если она принесла им разогретый вчерашний ужин вместо завтрака, пролежать столько времени на холодном полу она не заслужила.

Попытавшись в одиночестве расслабиться, Мэтью понял, что какая-то часть его сознания продолжает напрягаться, контролируя подчиненного ее воле Рудольфа. И что расслабиться – в полном смысле этого слова – увы, не получится. Он ощущал каждую клеточку опустошенного мозга этого неприятного человека. Мало того – только лишь подумав о нем, увидел мир его глазами и услышал его ушами. Вот он – одеревенелым шагом направляется к какой-то двери, отпирает ее и входит в темную, пахнущую плесенью комнату. Пошарив по стене, включает свет – это его кабинет. Проходит мимо кресла, стола с компьютером и телефоном, направляется к книжным полкам. Вытаскивает из третьей снизу полки тонкий, синий томик – полка уходит в стену и уезжает куда-то вбок. Вместо нее – углубление метра на три, заставленное другими полками – с какими-то коробками, банками и кувшинами, птичьими клетками и папками с бумагами. В дальнем углу – поблескивающий в полумраке хромированный сейф. Постояв на входе в это секретное помещение, Рудольф садится на корточки и начинает один за другим вытаскивать с нижней полки папки и просматривать их…

Так вот почему Лоренс не мог просто так взять и превратить всех вокруг себя в послушных зомби. Контроль требовал постоянной концентрации и, наверняка, чем больше людей находятся под контролем Первого разума, тем больших душевных сил и сосредоточения это требует.

С сожалением поняв, что отдых не получится, Мэтью решил поучаствовать в поисках нужного ему циркуляра. Документы были распределены в хронологическом порядке, но довольно относительном – по мере заполнения одной папки, открывалась новая. Папки явно ставили на полку слева направо, в левом углу документы были совсем старые – потрепанные и пожелтевшие листы со старомодными сургучными печатями.

Заставив Рудольфа открыть наугад две папки (оказавшиеся из шестидесятых и пятидесятых), следующие две влево от них он разрешил ему вынести в кабинет и сесть с ними за стол – было понятно, что, если циркуляр про Изабеллу вообще сохранился, он должен быть в одной из них. Просмотреть эти бумаги нужно было самым доскональным образом. Все письма были на русском, но даже если бы Мэтью и не был специалистом в этом языке, его Внесторонняя натура уже настолько овладела им, что он бы и так понял, что там написано.

- «Совещание по поводу учащения случаев смешанных браков между Темными и Светлыми»… «Запрос о проведении митинга в Тулузе», «Отделение от Партии Общества…» кого? Светоделов? Это еще кто такие? - бормотал он, заставляя Рудольфа переворачивать бумаги, - «Протест против разрешения Темным селиться в Райском Месте»… Еще один протест… «Организация Ясных для Самозащиты против Темной Магии»… «Предложение о вмешательстве и прекращении Великой Войны людлингов – вынесение на обсуждение в Парламент…»

Что ж, не такие уж они и плохие эти Светлократы, нехотя признал Мэтью и напомнил себе, что политика – дело тонкое и отнюдь не однозначное. Углубившись в чтение последнего циркуляра, он вдруг понял, что может охватить взглядомвесь открытый для его бестелесного зрения текст, впитать его в себя, поняв и запомнив практически наизусть. Господи, сколько лет зубрежки и конспектирования, а у него, оказывается, фотографическая память! Черт бы подрал этого Лоренса! Страшно подумать, чего он мог добиться с такими способностями, если бы его дорогой брат не постарался заставить его забыть о них!

Ошеломленный своими новообретенным умением, он бросился читать все циркуляры подряд, заставляя Рудольфа перекладывать бумажки из одной стопки в другую – все быстрее и быстрее, пока рука его не замелькала с нечеловеческой скоростью. Через секунду Рудольф застонал, будто бы от боли, и Мэтью остановился, опомнившись – все же это была человеческая рука, а не рычаг бездушного механизма. Поразмыслив, не стоит ли позвать подконтрольного ему равена обратно – со всеми бумагами, он решил попробовать кое-что другое. Отсоединился от чужого тела и частью своего сознания воспарил над столом, над которым были разложены бумаги, попробовав овладеть верхней из них. Он уже проделывал это с побрякушками, которые воровал для Инги на Старом Арбате – но теперь задача была намного сложнее. Теперь необходимо было объединить способность управлять материей на расстоянии со способностью бестелесно видеть – и тоже на расстоянии. Ему хотелось понять, можно ли найти и увидеть нужный ему предмет, преодолевая физические преграды – стены, сейфы и прочее. И не прибегая к помощи подконтрольного разума.

- Поспи-ка, мой друг, - приказал Мэтью и сделал с Рудольфом то же, что и с Любой, но уже сам, без подсказок своего внутреннего божества. Рудольф уронил голову на стол и зычно захрапел.

Проникнув в состав верхнего из документов, Мэтью поднял его воздух и вдруг понял, что может одновременно овладеть и остальными. В полном восторге от собственного могущества, он взметнул все содержимое раскрытой папки и в буквальном смысле впитал в себя заключающуюся в них информацию. Это было просто невероятно! Одномоментно прочитать, понять и, главное,запомнить объем текста, равносильный полноценной книге! В один лишь момент, он узнал все, что происходило с Партией Света на протяжении почти десяти лет!

Это было по-настоящему круто. Одурманить несчастного Перевертыша или людлинга, превратить его в безвольную куклу на несколько часов, даже усыпить – может любой ведьмак, и нет в этом ничего особенного. Но, проникнув сквозь каменные стены, увидеть и овладеть сотней, тысячей предметов за раз, понять и постичь их сущность, вобрать в себя столько информации, что у обычного человека и в голове бы не уместилось – это было под силу только Первородному.

Он вдруг представил себе, как это выглядит – уснувший за своим офисным столом предводитель равенов и парящие вокруг него бумажки… Если кто-нибудь решит зайти и увидит – беды не оберешься. Поспешно собрав документы в беспорядочную кучу, Мэтью свалил их в угол комнаты. Некрасиво, конечно, но… пусть это будет его маленькой местью за высокомерие и фанатизм. Да, кстати, и за остатки вчерашнего ужина тоже.

Однако, в изученной папке нужного ему письма не было. Так же, дистанционно, Мэтью вытянул вторую из-под руки Рудольфа и, аккуратно держа ее низко над полом, через все комнаты, пронес в гостиную и положил себе на колени. Перелистывая просто, руками, он принялся быстро изучать содержимое – лист за желтым листом, как если бы читал, а не моментально всасывал информацию. Нужной даты он не знал, а потому просматривал все подряд, с отвлеченным интересом отметив, что, если не развесить листы в воздухе перед собой, одновременно впитать их содержимое не получается.

- Изабелла, Изабелла… где же ты? – негромко бормотал он вслух.

- Что ты делаешь? – удивленный голос Инги рядом с его ухом заставил его подскочить и уронить стопку бумаги на пол.