Глава 17

Ева

Если бы шла одна, то от выхода из парка до двери дома плелась бы целую вечность, но Адам тянул вперед со скоростью своего спортивного мотоцикла. Мы почти бежали. По крайней мере, мне так казалось.

Когда Адам подцепил длинными пальцами дверной молоток в форме головы льва, я невольно отступила назад за его спину. Интересно, кто нам откроет? В таком замке, скорее всего, есть дворецкий или экономка. Хотя, если говорить о семействе Адамиди, нам сейчас мог открыть дверь человек с автоматом.

Не угадала. Дверь открыл лично хозяин дома. Если на сотнях фото, которые я посмотрела с утра, братья были не слишком похожи, то сейчас, когда Теодор Адамиди усмехнулся, пожимая руку Адаму, сходство стало поразительным. Однояйцевые близнецы, совершенно точно. Только Адам красит волосы в пепельный блонд и носит очки. Теодор же предпочитает классический стиль. Даже одетый сейчас “по-домашнему” он напоминает персонажа американского кино про выпускников одного из университетов Лиги плюща: классические темные джинсы, футболка-поло и поверх неё пуловер сдержанного серо-синего окраса.

– Рад, что ты не перепутал день, – кольнул он брата, на что Адам лишь фыркнул. Интересно, манера говорить у братьев была совершенно разной. Если Адам звучал мягко, обволакивающе и часто напоминал мурлыкающего кота, то Теодор рубил звуки как дрова.

– Не начинай, Тео.

Громыхнуло что-то похожее на дверцу духового шкафа. Воздух наполнился запахом корицы и печеных яблок, а из-за угла выглянула симпатичная брюнетка. Её щеки чуть покраснели от жара плиты, а беременный живот выпирал под разноцветным фартуком. Домашняя, совсем не такая, какой я привыкла видеть жену Теодора Адамиди в новостных сводках.

– Тебе можно издеваться, а нам нет? – улыбнулась она и чуть выгнула темную бровь. Их с Адамом взгляды схлестнулись. Кажется, у этой парочки вражда или они просто припоминают друг другу старые обиды?

– Что позволено гению, не позволено кролику, – изрек Адам. – Где именинник и мои булочки с корицей?

– Булочки в духовке, а именинник спит. Ездил с Тео за покупками и убегался, разбужу через полчаса. Проходи и представь уже девушку, – напомнила хозяйка дома.

Я забыла её имя и чувствовала себя немного неловко. Специально же вчера вечером о них все прочитала, подготовилась и вот такой конфуз.

– Моя мыш… личная помощница. – Адам оговорился. Точно специально. – Ева.

– Очень приятно, – пискнула и добавила неуверенно, – мы забыли подарок в машине. Надо сходить…

– Его принесли двадцать минут назад.

Под пристальным взглядом Теодора Адамиди я отступила назад. Если Адам меня не пугал, то этот очень похожий на него мужчина, да. Кажется, он видел меня насквозь и точно знал, где мы пропадали с его братом и чем именно занимались.

Босс крепче сжал мою руку и втянул следом за собой в просторный светлый холл. Хозяин дома оказался слишком близко к нам и я дрогнула, вжимаясь спиной в стену.

Адам заметил это мгновенно и встал между мной и братом.

– Тео, будь другом, встань рядом с Аней.

– Зачем? – не понял тот.

– Хочу полюбоваться, как вы смотритесь вместе. В миллионный раз, – съязвил Адам, прикрывая мою трусость.

И тут мне стало мерзко. Что за глупости? Почему Адам меня должен защищать от собственного брата, еще и прикрывать мою слабость? Нам предстоит провести здесь половину дня как минимум. Лучше сразу предупредить, чем выглядеть идиоткой в глазах Теодора Адамиди.

Чуть вышла из-за спины босса и, как могла, спокойно сообщила:

– Я вас боюсь, – голос дрогнул и продолжила я почти шепотом. – Мужчин боюсь.

Две пары глаз синхронно посмотрели на Адама, а затем на наши сцепленные руки.

– Всех, кроме него.

Теодор явно хотел что-то сказать, но его жена подошла и, ткнув мужа под ребра, увлекла его в сторону.

– Что ж, ты отлично впишешься в нашу компанию. Здесь все не без тараканов в голове, – открыто мне улыбнулась и добавила. – Постараюсь держать Тео подальше от тебя! Проходите скорее, если мои булочки подгорят из-за ваших церемоний, я не прощу!

– Я тоже! – заявил Адам и, сбросив ботинки, рванул на кухню вперед хозяйки дома.

Я под тихий смех четы Адамиди пролетела следом, потому что мою руку этот гад и не подумал выпустить.

***

Сидя на просторной, но уютной кухне особняка, я не переставала удивляться тому, что видела. Когда ехала сюда, думала, что попаду на огромный детский праздник с кучей аниматоров, гигантским тортом, конфетти. Потом решила, что почтенное семейство Адамиди может устроить в честь сына и званый ужин, на котором я в офисном костюме буду смотреться гадким утенком. Но мои фантазии сегодня то и дело пролетали мимо. Я попала на семейное застолье.

За полукруглым столом нас было всего четверо, место именинника пустовало. Анна Адамиди сама доставала еду из духовки, хлопотала на кухне и постоянно вовлекала меня в один разговор за другим. Я не заметила, как расслабилась, попивая ароматный чай с ромашкой, и разболталась о родителях, о раскрутке блога и бог знает о чем еще. В конечном итоге не выдержала и пошла помогать Анне на кухне, оставив мужчин наедине.

Это было так странно. Совершенно новые для меня люди, но никто не задал ни одного вопроса о моих шрамах, даже взгляд никто не задерживал.

Увлеклась, перемешивая салат, и не заметила как братья поднялись и вышли из столовой. Только две широкие спины мелькнули в дверном проеме.

– Не переживай, им надо поговорить. Все-таки Адам с девушкой – это совершенно особенное блюдо к столу, уж извини.

– Ничего, я понимаю.

Адама не стало в комнате и она перестала казаться такой уютной. Я то и дело косилась на дверь, но мужчины не возвращались. О чем они говорят? Глупый вопрос. Разумеется, обо мне. Скорее всего, Теодор Адамиди знает, кто я на самом деле и вряд ли обрадуется тому, что брат привел в его дом приманку для кучи наемных убийц. Бомбу с часовым механизмом.

– Думаю, готово! – заявила хозяйка дома и улыбнулась, глядя на идеально накрытый стол. – Жаль, фрукты не влезли…

Я хмыкнула, глядя на ломящийся от угощений стол. Не знаю, что в голове у Анны Адамиди, но вот хозяйка она точно очень гостеприимная.

Адам

– Помощница?

Тео обернулся и замер у зашторенного окна.

– Ты забыл сказать, что она блогер Фемида, которая очернила тебя в прессе. И сейчас за ней гоняется добрый десяток киллеров.

Адам привычно устроился в глубоком кожаном кресле для гостей и вытянул ноги, расположив их на низком пуфике.

– А что, у тебя проблемы с безопасностью?

– Нет, я усилил охрану. Алена вас сдала, – в голосе ни капли напряжения или гнева. Тео улыбался одними глазами и чуть щурился, разглядывая брата.

– Конечно, сдала. Я её попросил. Ты же не думал, что я поставлю под угрозу своих бесценных кроликов и их потомство? Ладно. О чем ты хотел поговорить на самом деле?

– Решил просто поболтать с братом наедине. Посплетничать, – Тео подошел к шкафу, открыл дверь секретера и налил себе немного виски. – Будешь?

– Нет. Так давай, о ком будем сплетничать? О моей Еве?

– О твоей? Интересно. Да, о ней. Что между вами происходит на самом деле? Помощница? Да ты удавишься, но не подпустишь к своим исследованиям малознакомую блогершу. Только не говори, что ставишь на ней свои идиотские эксперименты? Напомню, что как глава конгломерата я запретил разработку препарата из тех фруктов.

– Я имею право разрабатывать препарат как независимый ученый, – усмехнулся Адам. Запретить? Ему? Это вряд ли.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

Теодор осушил стакан одним глотком и рухнул в кресло хозяина.

– Подожди, – Тео отставил пустой стакан в сторону. Кажется, картинка в его голове сложилась и он немного обалдел. – Ты накормил невинную девушку, которая боится мужчин, возбуждающим препаратом и наблюдаешь? Адам, я все могу понять, но иногда мне кажется, ты и правда, безумен.

– Она дала согласие и сейчас живет в моем доме, спит на моем диване в полной безопасности. Все идет идеально!

Адам явственно видел, как у брата закипает мозг. Ох уж эти несчастные управленцы. Вечно они драматизируют, а Тео в этом истинный профессионал. После того несчастного случая, он и правда запретил все разработки, но Адам слишком увлекся этой темой, чтобы подчиниться брату.

– То есть, она еще и твоя девушка? – спросил Тео.

– С чего ты взял? – улыбнулся ученый. – Она просто моя мышка.

Задумавшись о девушек, бросил взгляд на дверь. Потом еще один и еще. Черт, кажется, он зря бросил её одну в незнакомом доме. Не дай бог найдется очередной триггер, а его не окажется рядом.

– Адам, она живет в твоей квартире, спит на твоем диване, ты привел ее на семейный ужин и поставил нашу защиту. Да, об этом я тоже знаю. И напряжение от препаратов, полагаю, она за неимением других вариантов, сбрасывает с тобой. И у меня только один вопрос, ты терпишь ради науки или…

– Или, – оборвал Адам, вновь бросая взгляд на дверь.

– Даже так, – брат расплылся в улыбке и едва повиснувшее в комнате напряжение стало таять. – Значит, все серьезно. Потому что это, мой дорогой брат, называется отношениями, а не экспериментом.

– Все серьезно, – выдержал паузу и добавил, – для меня. Ты знаешь, Тео, со мной очень непросто. Я ученый, а не провидец. Возможно, она сбежит от меня, сверкая пятками, как только закончится действие контракта.

– Мне сейчас показалось или ты этого боишься? Адааааам…

– Она моя, Тео. На этом все обсуждения предлагаю считать законченными. Давай проведем этот вечер без твоей паранойи, претензий к моим экспериментами и остальной шелухи. В конце концов, моему племяннику сегодня три года!

– И ты принес ему не конструктор молекул…

– Подарок выбирала Ева, – Адам пожал плечами и первым вышел из кабинета.

“Надеюсь, с мышкой все в порядке!” – билась мысль в его голове.

Ева

Адам вошел на кухню и, кажется, чуть быстрее, чем нужно, устремился ко мне. Тут же коснулся руки и, склонившись вперед, тихо шепнул:

– Всё в порядке?

У меня мурашки пробежали по коже и голова слегка закружилась, когда любимый запах его свежего одеколона окутал приятной пеленой. Голос хозяйки дома прозвучал будто издалека.

– Я за Матвеем!

– Да, всё хорошо. Теодор злился? – шепнула тихо, пользуясь тем, что Анна потеряла к нам всякий интерес, устремившись к выходу из кухни.

– Нет. Он обрадовался тому, что в нашей семье теперь есть Мышка.

“В нашей семье есть Мышка”. Чем дольше я нахожусь в этом доме, тем больше путаюсь. Кто я? Эксперимент? Девушка? Партнер по интимным играм? Незваная гостья? Наверное, сейчас не время, но я должна это прояснить.

– Адам, я хочу спросить…

– А где Аня?

В комнату незаметно вошел хозяин дома, а следом на кухню влетел маленький черноволосый вихрь и тут же устремился к Адаму. Вот и поговорили. Ничего, еще успеем.

– Дядя Адам!

Я смеялась, глядя как вихрастый мальчишка с огромными глазами, как обезьянка напрыгивает на Адама, обнимая руками и ногами. Тот привычно его ловит и чуть побрасывает вверх. А как же ненавижу прикосновения?

– Матвею можно все, – поймала мой взгляд Анна и пожала плечами, – даже трогать Адама.

Я улыбнулась мальчику, который тут же принялся вызнавать у Адама, что это за тетя, а потом шумно обрадовался конструктору лего, позволяющему построить пожарную станцию. Матери с трудом удалось усадить ребенка за стол.

– Адам сидит тут! – заявил мальчик и ткнул пальчиком в стул рядом. – Хочу сказку про вредные угле…– он запнулся, не осилив сложное слово.

– Углеводы, – подсказал Адам и уселся, где приказано. Меня утянул за собой, посадив рядом.

– И добрые бЕлки! – требовательно добавил Матвей.

Я едва сдержала смешок. Мальчуган быстро потерял ко мне интерес, полностью сосредоточившись на седовласом гении.

– БЕлки, Матвей, прыгают по деревьям. А в еде у нас добрые белкИ. Они, между прочим, входят в состав всех живых организмов.

– Ой, у меня что, тоже есть белки? – лицо мальчика вытянулось и он удивленно потыкал маленьким пальчиком свою руку. Соскочил со стула, ткнул в руку Адама. – И у тебя! – подбежал ко мне и бесцеремонно ткнул в изуродованную щеку. – И у тебя! Ой!

Я сидела пораженная. Кажется, Матвей может и меня трогать. С детьми я до этого не пересекалась, поэтому чувствовала себя скованно, не зная, как реагировать на подобную непосредственность. Но в обморок грохнуться не хотелось – это уже большой плюс.

– А что это у тебя? – провел пальчиком по щеке.

– Матвей! – тут же одернул его отец. – Нельзя тыкать людям в лицо!

– Ничего страшного, – я как можно мягче обхватила руками запястье ребенка и отвела в сторону. – Так получилось. Несчастный случай.

– А! – расцвел мальчик, сделав какие-то свои выводы. – Тебя тоже инопланетяне похитили? Как папу и Адама?

– Ээээ, – оглянулась на мужчин, ища поддержки. Адам едва заметно кинвул. Видимо, так ребенку объясняли наличие шрамов и информацию о похищениях. – Да. Представляешь? Бывает такое!

– Здорово! Я тоже хочу! – улыбнулся мальчишка и тут же загрустил. – Но мама не пустит…

Матвей был таким милым, что я не удержалась и ткнула рукой в щечку с едва заметной ямочкой.

– Тебе не надо. Ты и без шрамов очень красивый мальчик.

– А мама говорила, что шрамы – украшают мужчину! – запротестовал он и добавил. – И ты тоже красивая…

Я могла не поверить этим словам из уст Адама и любого другого мужчины, но огромные глаза ребенка светились искренностью. На одну сотую секунды я, действительно, почувствовала себя самой красивой женщиной на планете.

– Всё, Матвей, хватит, – одернул его Адам, но в его глазах я прочитала лишь одобрение. – Если мои любимые булочки остынут, я тебе этого не прощу.

– Булочки? – мальчик приложил ладошку к груди. – Но там же угли!

– Что? – Аня поперхнулась и присмотрелась к лежащим на большом блюде идеальным булочкам.

– Ну Угли! Злые из сказки! – мальчик вернулся на стул и посмотрел на Адама в надежде, что тот переведет непонятливым взрослым его речь.

– Углеводы, – выдохнул, наконец, ученый. Вот только подумайте, он и тут гений! – Угли твоя мама из духовки на моей памяти ни разу не доставала.

– О, меня похвалили?! Сам Адам Адамиди?! Тео, мне нужен календарь. Я обведу этот день красным!

Так и прошел ужин. Весело, с постоянными шутками и смешными фразами от Матвея, который, насытившись, схватил Адама за руку и утащил на поиски нашего подарка, а потом заставил собирать пожарную станцию. Удивительно, но своенравный ученый позволял этому ребенку эксплуатировать себя по полной. Если честно, такого я не ожидала.

Я сидела на диване в просторной гостиной на втором этаже и наблюдала за тем, как Матвей кидает в Адама детальками от конструктора, мой босс отвечает тем же, спрятавшись за стеной из подушек. Теодору срочно позвонили из компании и он уже полчаса пропадал в своем кабинете.

– Сама в шоке от своих мыслей, но мне кажется, из Адама получится отличный отец, – Анна с дымящейся чашкой в руках присела рядом со мной.

Внутри меня что-то скрипнуло и сломалось. Я не была готова к таким словам и даже мыслям. Мне Адам отцом не виделся совсем.

– Чужие дети и свои – разные вещи. Одно дело раз в несколько месяцев побеситься с ребенком, другое – видеть его каждый день. Он слишком погружен в исследования. Не думаю, что он хочет иметь детей.

Поежилась от собственных слов, хотя в комнате было тепло. Но мысли об Адаме, детях и семье внушали мне страх. Я нервничала даже из-за наших нынешних отношений, а нормальная семья – это что-то за гранью фантастики.

– Тео тоже много работает, – вздохнула хозяйка дома. – Но это не мешает ему прекрасно справляться. Думаю, связываясь с Адамиди, мы должны быть готовы к тому, что они необычные мужчины. Ты же просто выбила сто из ста по шкале неадекватности.

– Я ему не жена и даже не девушка, – сделала глоток горячего напитка из своей чашки и махнула рукой Адаму, который бросил на нас с Анной долгий взгляд, и получил деталькой в глаз. К счастью, ее успешно отбили стекла очков.

– Это не мое дело, но знаешь что? Адам ни разу в жизни ни на кого не смотрел так, как на тебя. Сегодня он впервые кажется мне живым и, – она хихикнула в чашку и понизила голос, – влюбленным.

Щеки вспыхнули мгновенно. Влюбленным? Еще раз глянула на Адама и встретила долгий карий взгляд.

– Нет. Он просто мне помогает, – попыталась убедить саму себя в первую очередь.

“А если это правда?” – от одной этой мысли кружилась голова, а внутри полыхал огонь. И чем больше я думала об этом, тем больше эта мысль пугала меня. Даже не так… пугала мысль, что все это просто иллюзия, слепая надежда. Ведь так хочется, чтобы нелепое предположение Анны Адамиди было правдой.

В этот момент я как никогда ясно осознала одну вещь: “Я хочу, чтобы этот мужчина любил меня! До беспамятства, до криков и стонов, то безумной жажды прикосновений…”

Черт! Мозайка собралась воедино, а я рассыпалась и чуть не уронила чашку.

– Адам ничего не делает просто так, Ева. Ты ему нужна, – вернул меня в реальность голос Анны.

Но прийти в себя до конца вечера я так и не смогла, хоть и старалась улыбаться. Даже поучаствовала в импровизированном бое подушками, к которому подключились все участники праздника. Адам очень самоотверженно защищал меня от своего брата, но не от всех остальных.

Вернувшись домой, я поймала себя на мысли, что это был лучший вечер в моей жизни. А следующая неделя добавила счастья еще на год вперед…

Но перед бурей всегда бывая затишье, а я опрометчиво об этом забыла.

***

Впервые за много лет мне было комфортно. Я просыпалась не по будильнику, а от поцелуя хронического жаворонка Адама. Он будил меня заранее и запас времени позволял нам многое – принять душ, выбрать подходящую одежду, получить невероятный утренний оргазм. К концу недели я четко осознала, что джакузи в гостиной – вещь, но гений все равно продолжал мне это доказывать раз за разом.

Примерно в девять утра мы ежедневно выходили из дома и отправлялись в офис. Я почти привыкла к каблукам и втянулась в бумажную работу, которой Адам завалил меня до такой степени, будто хотел, чтобы я и думать не могла ни о чем другом. Он не давал мне тосковать о прежней работе, о старой квартире, о другой жизни.

Лиза под зорким оком врачей и Майка шла на поправку. Мы созванивались каждый день. Она все время пыталась выведать интимные подробности нашей с Адамом жизни, но я была кремень.

– Лиза, ну хватит! – рассмеялась я в трубку. – Не хочу об этом говорить, правда.

– Я же не для печати. Только одно. Как он? Ну ты понимаешь!

Представила, как подруга подпрыгнула сейчас на кровати и закусила губу. Она всегда так делала, когда ловила журналистский азарт.

Я оглянулась. Адама дома не было. Он задержался в лаборатории, а меня охранники отвезли отдыхать, чем я и занималась, валяясь на разноцветном одеяле. Сама не знаю почему понизила голос до шепота:

– Он невероятный.

– Йэс! Я так и думала! – раздалось в трубке одновременно со звонком в дверь. Трижды. Условный сигнал от охраны.

Быстро попрощалась с подругой и побежала открывать. Глянула на экран видео-домофона. Руководитель службы безопасности Адамиди послушно ждал, пока я открою дверь.

– Здравствуйте, Ева. – мужчина тяжелым шагом переступил порог квартиры и замер. Ему явно выдали инструкцию – не приближаться. – Я к вам по делу.

– Да, конечно. Зайдете? Чай?

– Нет. Я на службе. Поговорим здесь. Дело очень простое. Вам нужно отметиться в своих социальных сетях.

– Как? Мне же запретили…

– Да, но для достоверности, нужна ваша активность. Вы же в курсе о плане с горнолыжным курортом? – спросил напряженно, будто сомневался в том, что меня поставили в известность. Он, определенно, хорошо знает своих нанимателей.

– Адам рассказал.

– Прекрасно, – короткая, вырванная у хму рого лица, улыбка. – Нам нужно подтверждение, что вы живы и планируете отпуск, – он достал из кармана сложенный вчетверо листок. – Это сайты туристических компаний, просмотрите их предложения. Можете опубликовать пару постов на своих страницах или просто полайкайте фото друзей. Это совершенно безопасно.

Спорить с ним я не стала. Надо, значит, надо. Тем более мне самой было интересно, что же происходило всё то время, что меня не было. В отличие от офф-лайна в сети я много с кем переписывалась, вела дела или просто болтала. Разумеется, в качестве аватара использовала фото котика.

Стоило мужчине покинуть квартиру, как я со всем рвением принялась исполнять приказ. Поговорка гласит, что любопытство сгубило кошку, а сколько оно сгубило журналистов – никаких кошек не хватит сосчитать.

В личных сообщениях тысячи писем. Нет, на самом деле тысячи! Я с трудом нашла среди них знакомые имена. Но даже там один и тот же вопрос: “Ты и правда Фемида? Что происходит?”. Отвечать никому не стала, просто опубликовала на странице короткое сообщение: “Это я” и открыла личную почту.

Там все было не так ужасно. Несколько гневных писем от заказчиков, которых больше интересовали статьи про сыроварение и выращивание кур, чем какая-то там Фемида. Надо будет извиниться. Ужасно неловко получилось, но что я могла сделать?

Помимо них висело несколько оповещений с уже знакомого сайта от пользователя WhiteWolf. Я не хотела открывать, но тут же пришло еще три письма, и в последнем я заметила кусочек текста: “Я сделаю это сегодня. Прощай!”.

Что? Забыв обо всем, открыла сообщение. У этого парня уже была попытка суицида! Только не опять, только не из-за того, что я молчу!

Окно сайта загрузилось мгновенно. Больше десятка сообщений. Сначала шли простые: “Прости! Как ты?”, “Почему не отвечаешь? Я соскучился по тебе”, “ Поговори со мной. Я не хотел тебя обидеть”.

Сегодня что-то изменилось.

WhiteWolf: “Мне очень плохо. Жаль, что тебя нет”

WhiteWolf: “Весь мир меня ненавидит. Раньше у меня была ты, а теперь не осталось никого…”

WhiteWolf: “Я так больше не могу. Эти воспоминания раздирают меня изнутри и никто их не слышит, кроме меня…”

WhiteWolf: “Смерть заставит их замолчать”

WhiteWolf: “Я принял решение. Я сделаю это сегодня. Прощай!”

Новое сообщение пришло мгновенно. Он писал быстро, будто в запале. Одно за одним. Одно за одним. У меня похолодели кончики пальцев, когда я прочла последнее:

WhiteWolf: “Центральный парк. Я буду висеть в дубовой аллее. Приходи попрощаться…”

WhiteWolf: “Но ты все равно не придешь…”

– Нет, нет! Не вздумай! – шептала я, набирая ему сообщение.

EvaStone: “Не делай глупостей! Я здесь! Поговори со мной!”

Но значок пользователя уже стал красным. Сообщение не было прочитано. Я опоздала. Мой виртуальный друг. Человек, с которым мы столько лет делили все беды на двоих скоро умрет, а я ничего не смогу сделать.

Бросила взгляд в окно. Вот он – парк. Пятнадцать минут и я на месте. Смог поговорить, остановить и, быть может, спасти жизнь. Чужую. Но как быть с моей?

Я мерила шагами комнату и не могла сделать выбор. Здравый смысл кричал: “Дура! Сиди дома. У тебя одна жизнь и ей нельзя рисковать!”. Сердце сжималось до боли и умоляло сделать хоть что-нибудь. Позвонить в полицию? Нет, они скажут, что я сумасшедшая.

Я в сотый раз мерила шагами комнату, когда в дверь снова позвонили. Условный сигнал. Евгений Михайлович, именно так звали начальника службы безопасности, снова вошел в комнату и передал мне папку с документами.

– Это вам. Нужно подписать для оформления новых документов и заполнить графу с новым именем и фамилией.

– Новыми? – глупый вопрос сам слетел с губ.

– Разумеется, вы же умрете. Не может появиться вторая Ева Бертран. Думаю, имя можно оставить, но фамилию меняем сто процентов. Пока вы будете в отъезде, наши люди подготовят все необходимое, чтобы новая девушка не появилась из ниоткуда.

– Ясно.

Странное ощущение. Мне предстояло стереть старую себя и выдумать новую, но мысли были далеки от всего этого и проницательный мужчина это заметил.

– Ева, с вами все в порядке? Вы выглядите рассеянной.

– Мне нужно, – я выдохнула и закончила, – в парк.

Разумеется, меня никто туда не отпустил. Евгений Михайлович выслушал мой рассказ, куда-то позвонил и только полчаса спустя выдал свое решение.

– Хорошо. Я выделю троих людей для охраны. В парке все чисто, мы проверили дубовую аллею. Можете быть спокойны. Но не теряйте бдительности, Ева. Будьте очень и очень осторожны.

– Я поняла. Спасибо вам! Спасибо!

Рванула в гардеробную со скоростью вспыхнувшей молнии, натянула первые попавшиеся треники, футболку и натянула одну из толстовок Адама. Я не дам умереть этому идиоту!

***

В парке было красиво и в тоже время пугающе тихо. На город уже опускались первые сумерки, выгнавшие из парка мамочек с детьми, а влюбленные парочки еще не успели подтянуться. Уверена, у работников парковых лотков и аттракционов, мимо которых я бежала изо всех сил, это время имело свое название. Какой-нибудь “час тишины” или менее романтичное “перекур”.

Дубовая аллея была высажена в глубине парка много лет назад. Одно из самых живописных мест в городе. Ровные ряды деревьев с широкими стволами и тяжелыми кронами, рядом блестит широкая полоса реки, а над ней нависает изящный мост, поручни которого увешаны замочками и ленточками. Это любимое место молодоженов. Наверное, у каждого, кто поженился в нашем городе, есть фотографии отсюда.

Сейчас же аллея пустовала. Евгений Михайлович был прав, всё чисто. Я шла вперед, вглядываясь вдаль, но никого не видела.

– Что ж, хорошие новости. Если его нет, значит, я не опоздала. Плохие новости. Придется ждать, – сказала сама себе и провела ладонью по теплой коре старого дуба.

– Никого нет, – ко мне подошел плечистый парень в камувляже и отрапортовал. – Мы прошерстили весь периметр, контролируем все подходы к роще. Может, ваш суицидник передумал?

– Надеюсь на это. Мы можем подождать еще немного? Погода хорошая. Я с удовольствием подышу свежим воздухом.

– Да, конечно. Здесь безопасно, наслаждайтесь.

Он кивнул и скрылся за одним из деревьев. Определенно, охрана Адамиди умела быть незаметной. Несколько минут я бродила от дерева к дереву, шуршала травой и рассматривала копошащихся в земле букашек. Ноги сами привели меня к мосту. Почему бы и нет?

Я медленно поднялась на горбатый мостик, разглядывая многочисленные замочки и ленточки. Никогда не понимала этой традиции, но если людям нравится, пусть хоть амбарный вешают. А, вот и амбарные – три штуки подряд.

Снова оглянулась, но вокруг по-прежнему никого. Достала мобильник в надежде, что там сотня сообщений о том, что мой онлайн-друг передумал. Ничего. В нашей переписке идиотское ничего. Невольно вспомнила о днях нашего знакомства…

Тогда я еще не могла спать по ночам, чувствовала себя одиноко и неустанно переживала за сестру, которая проходила дополнительное лечение в реабилитационном центре. Мы все верили, что ей поможет, но увы.

И в одну из бессонных ночей я забрела на этот сайт и проплакала несколько часов. Сколько там было историй надломов, выжигающей боли, истязаний и очень мало попыток вернуться к жизни. Здесь были такие же как я, погрязшие в собственных страхах и дурных воспоминаниях. Тогда же я и набрела на тему, в которой подробно описывалось…

– Твою мать!

На меня упало небо. Я хватанула ртом воздух и прокрутила историю наших сообщений на много лет назад. История моего друга – это история Адама Адамиди! Без сомнений! И в ней было то, чего гений мне не рассказывал: раны ему наносил ребенок. Безумный, жестокий сынок очень влиятельных родителей! Чем больше я читала, тем сильнее кружилась голова.

Как я могла не понять? Он описывал больше удовольствий истязающего, чем боли жертвы! Это…

– Это ловушка! – выкрикнула я, надеясь, что охрана услышит.

Но опоздала. Моя опора пришла в движение. Мост, которому тысячи пар доверили надежды о светлом будущем, с грохотом рухнул под моими ногами. Недолгий полет. Сумка и телефон улетели куда-то в сторону. Я едва успела вдохнуть прежде, чем нырнуть в прохладную воду, а вот всплыть мне не дали…

Даже самая профессиональная охрана не смогла бы предугадать этот ход.

Я сопротивлялась изо всех сил, пытаясь вырваться из стальной хватки человека в водолазном костюме, но он утаскивал меня прочь от охраны, от воздуха, от свободы, от спасения…