Глава 25

Камень. Черный, совсем небольшой, но такой инородный и своим цветом, и формой, он словно принадлежал другому миру.

«Где на полу цветут черные розы!» — подумала я и протянув руку, опустила ее на черный кусок мрамора, ощутив не гладкую поверхность, а шершавость грани. А еще жуткий холод. Словно я коснулась куска льда.

В зале почти не было адептов, но я поспешно встала, заметив, что на мой невооружённый взгляд, этот камень словно сдвинулся под рукой. Самую малость. А еще там были мельчайшие крошки, оставшиеся на ладони.

«Его вынимали, — поняла я и озарение настигло в тот же миг. — Блеквуд! Он возвращался сюда и достал камень, не иначе. А что, если…» — я снова опустила глаза, рассматривая черный кусок мрамора, уродовавший мозаику.

— Оливер, ты идешь! — прозвучал голос Билли почти одновременно со звоном колокола, предвещавшего начало очередной лекции.

— Да! — ответила я.

— Тогда давай, шевелись. Или что-то интересное разглядел на полу? — шутливо добавил мой друг.

Я заметила его и Линдона, поджидавших меня у дверей. Поспешила к ним, чувствуя, как голова идет кругом от неожиданной догадки.

«Тайник! Там определенно что-то было под этим камнем. И Дорнан это нашел!»

— Не переживай по поводу наказания. Вряд ли вам назначат что-то очень уж тяжелое, — рука Билли, опустившись на мое плечо, заставила дрогнуть и поднять на него взгляд.

— Поработаете в библиотеке или приберете пару раз тренировочный зал, — добавил уже Линдон.

— Ага! — кивнула я, мысленно возвращаясь к некроманту.

Он тогда ушел первым, а я за ним следом. Но не факт, что мужчина потом не вернулся и не достал этот камень. А возможно и то, что скрывалось под ним.

— Идем, — Билли дернул меня за рукав. Я рассеянно кивнула и поспешила за ним.

В аудитории было тесно. Второй звон колокола застал нас уже на своих местах. По насмешке судьбы, сейчас как раз была лекция Блеквуда и увидев его, входившего в аудиторию под колокольный звон, как всегда пунктуального и собранного, я нервно усмехнулась.

— Приветствую вас, господа адепты, — поднимаясь на кафедру, произнес мужчина.

— Добрый день, господин профессор! — ответили все мы, вставая и приветствуя некроманта.

Я продолжала смотреть на него, словно могла найти ответ на свой вопрос. Но мужчина, по обыкновению, начал лекцию и ни разу не взглянул на меня в ответ на протяжении этого долгого часа. Впрочем, зачем ему смотреть на кого-то? Разве я особенная? Да мне радоваться надо, что он не почувствовал во мне свою невесту. Что я могу находиться радом с ним и не опасаться быть раскрытой в своем обмане.

Только неуемное любопытство терзало сердце. И в тот день я мало поняла из того, что рассказывал Дорнан. И еще меньше законспектировала в тетради. А когда прозвенел звонок, означавший конец занятия, все же произошло то, чего я ждала и опасалась одновременно.

Дорнан Блеквуд поднял взгляд от своих записей на столе и посмотрел на меня. Именно на меня. Посмотрел так, словно между нами не было никого из адептов. Расстояние сократилось в долю секунды. Мне показалось, что меня притянуло неведомой силой к мужчине так, что взгляды встретились, пересеклись, застыли, как и сердце, пропустившее удар.

А затем мрачная тень исказила его черты. Недовольно сверкнув глазами, он собрал свои записи и спустился вниз, оставив меня сидеть и бездумно таращиться в пространство.

Что это было?

Я моргнула и пришла в себя, услышав, как слух возвращается вместе с гомоном окружавших меня учеников Академии. Все спешили покинуть аудиторию, и я принялась судорожно собирать вещи в сумку, пока ожившее сердце отмеряло быстрые удары.

Дорнан Блеквуд что-то скрывает. И он точно что-то нашел там, под черным камнем. Только это совсем не мое дело. Не мое, и все тут! Я пришла учиться, а не разгадывать чужие и, возможно, выдуманные моим воображением, тайны. Только почему любопытство если не грызет изнутри, то надкусывает? Почему хочется узнать о том, что скрывал тайник под камнем? Почему?

Сбежав вниз, лавируя между остатками группы, вышла в коридор, успев заметить, что высокая фигура профессора некромантии исчезает на самом верху лестницы. Невольно вспомнила свой недавний страх перед этим человеком и поняла, что стала бояться немного меньше. Да, я по-прежнему относилась к нему с опаской, но этот мужчина показал, что может быть самую малость благородным. То, что он пришел на помощь мне и Итану говорило о многом. Даже не знаю, что бы произошло на дороге в тот вечер, если бы не некромант. Он же оживил кучера, хотя не без моей помощи. И все же…

Кажется, у лорда Блеквуда, помимо надменного взора и пренебрежительного, как мне казалось раньше, отношения ко всем, кто стоит ниже него, нашлись и приятные качества. К тому же, как он общался с адептом Миллиганом, то есть со мной, даже зная, что я крестьянский сын?

Никакой насмешки. Даже уважение, пусть не к самому адепту, но к его таланту и силе.

— Идешь? — Билли оказался за спиной и я, вздрогнув, оглянулась.

— Да. — Ответила просто.

— Тебе определенно надо сбавить темпы и учиться немного меньше, — улыбнулся адепт. — Странности — первый и верный признак усталости, мой друг, — заявил он с умным видом, и я, не найдя ничего лучше, вместо ответа просто передернула плечами и отправилась следом за первыми друзьями в академии.

Отработка не заставила себя ждать. Этим же вечером, сразу после ужина, вернувшись в комнату общежития, я нашла на столе сложенный вчетверо лист бумаги, подписанный незнакомым почерком и припечатанный сургучом.

— Это тебе, мелкий! — орк, развалившись на кровати, посмотрел на меня, скаля зубищи, явно довольный тем, что я получила наказание. — Уже с кем-то поцапался? — спросил он, глядя, как я подхожу к столу и взламываю печать.

Спорить еще и с ним не хотелось. И я просто кивнула, буркнув:

— Да. Много тут вас, неугомонных с длинными языками! — а сама прочитала строки, в которых мне было велено незамедлительно явиться в тренажерный зал в подземелье и привести его в порядок наравне с адептом Канингемом.

— Вот же! — выругалась я и сразу поймала на себе довольный донельзя, взор Горра.

— Куда отправили? Мыть туалеты? — с надеждой поинтересовался он.

— В тренажерный зал, — ответила тихо и бросила письмо на стол.

— Тогда иди сразу. Раньше встанешь, раньше сядешь, — посоветовал мне со знанием дела орк, после чего, хохотнув, продолжил прерванное чтение толстой книги, разложенной на коленях.

— А ты никак специалист в этом деле, — заметила я язвительно.

— Было дело, — не стал отрицать Горр. — Но я теперь умный и не попадаюсь на глаза преподам, если с кем-то дело доходит до выяснений отношений.

— Ага! — кивнула я и бросив взгляд на манившую меня ванную комнату, развернулась, сбросила с плеча сумку с тетрадями, и поплелась к выходу, понимая, что в совете соседа есть зерно истины.

Вот сейчас сделаю все, что мне там прикажут, а уже потом и в душ. Если сейчас помоюсь, то расслаблюсь и еще меньше захочу драить полы в подвале.

Вниз спускалась долго. Лестница в подвальные помещения начиналась в третьем корпусе, сразу под той, что вела на верхние этажи. А до самого корпуса добралась достаточно быстро, преодолев расстояние бегом. Несколько адептов толпились в холле, но на меня не обратили внимания, и я спокойно прошла мимо, а затем и спустилась вниз.

В подвале пахло сыростью. Факелы, висевшие на стенах, затрепетали, стоило пройти мимо. Огонь в них так и танцевал, разбрасывая странные удивительные тени на камне стены. Я уже была здесь. Первое занятие по физической подготовке проходило именно тут, внизу, где в просторных залах с высокими потолками, хватало места и для достаточного количества адептов.

Слушая звук собственных шагов, прошла к распахнутой двери, заметив чье-то силуэт, застывший в шаге от прохода. Услышав мои шаги, этот некто обернулся, и я неприязненно скривилась, узнав Дона Канингема.

— Смотрю ты тоже пораньше пришел, громила? — произнес он неприятным голоском.

— А ты почему не проходишь? — удивилась я, а потом поняла, в чем причина. Там, в зале, еще проходили занятия. Именно по этому, Дон оставался у дверей. Ждал, когда закончится затянувшийся урок и мы с ним потом сможем приступить к уборке.

И все бы ничего, если бы это не было занятие, которое вел мой друг и знакомый, Итан Хейл.

В первую минуту я обрадовалась, увидев его там внизу. И, признаться, застыла, пройдя мимо Дона и глядя на то, как разбрасывает своих адептов, словно котят, этот могучий оборотень. Я ведь никогда не видела, как он сражается. Тот поединок, когда разбойники совершили нападение на экипаж, не в счет. Так как увидеть я смогла мало, пока выбиралась из кареты. А сейчас смогла разглядеть Итана во всей его дикой красоте.

Это больше не был мой спокойный и веселый друг, любивший подшучивать над всем и вся. Я видела перед собой сосредоточенного сильного мужчину и мага. Преподавателя, обучавшего своих адептов.

Итан стоял внизу, в центре зала, выложенного мягкими матами, а вокруг него, словно мелкие хищники, кружили адепты.

Оборотень почти не двигался. Лишь следил за происходящим напряженным взглядом от которого у меня по спине пробежали мурашки и это при том, что Итан даже не смотрел на меня.

Вся его поза выдавала обманчивую расслабленность. Руки опущены вдоль тела, ноги на ширине плеч. Но было нечто особенное даже в этой его позе, что выдавало опасного противника. Не знай я, кем на самом деле является Хейл, наверное, сейчас заподозрила бы его в родстве с оборотнями. Но, скорее всего, данная мысль пришла в голову именно от знания сути дела. А не по причине моей наблюдательности.

— Пятый курс, — зачем-то ввел меня в суть дела Дон. Он тоже следил за уроком, не отрывая глаз от круживших вокруг преподавателя, молодых людей.

— Пятый? — удивилась я. Зато сразу поняла, почему не знаю никого из этих адептов. Точнее, если и видела кого, то разве что мельком.

Парни были рослыми. Явно с факультета боевиков. Крепкие, высокие и как оказалось, ловкие, они атаковали Итана скопом, налетев одновременно со всех сторон. И я на какое-то время забыла и про свои лунные дни, и про все остальное, следя с замиранием сердца за тем, как с легкостью расшвыривает в стороны адептов мой друг-оборотень.

Все произошло быстро и гладко. Еще минуту назад адепты стояли на своих двоих, двигались, подобно гибким змеям в броске, и вот Итан усмехаясь, отряхивает ладони, а его подопечные лежат на матах, кряхтя и ругаясь, но тактично в присутствии своего преподавателя. А затем происходит нечто из ряда вон.

Итан вдруг резко поднимает голову, и я точно вижу, как он с силой втягивает ноздрями воздух, словно принюхиваясь.

Я едва успела скрыться из виду, рванув назад к лестнице и ругая себя на чем свет стоит.

Мне надо было уходить сразу. Еще до того, как закончилась эта короткая схватка. До того, как он учуял меня своим животным чутьем. Мои проклятые лунные дни! Ведь сама виновата, залюбовалась оборотнем, забылась! Непростительная глупость!

Сердце забилось сильнее, и я бежала, спотыкаясь, надеясь, что Хейл не бросился следом.

Ну почему, спрашивается, он оказался именно здесь и сейчас? Почему я послушала совета Горра и пошла сюда именно в это время, когда Итан заканчивал свой затянувшийся урок?

Совпадение? Скорее всего. Неудачное и несвоевременное.

Взбегая по лестнице, думала, что сердце выпрыгнет из груди. И от волнения, и от страха быть разоблаченной. Поднявшись в холл, застыла на несколько секунд, прислушиваясь не звучат ли в тишине шаги преследовавшего меня оборотня. Но нет. Там, на лестнице, что вела в подвальные помещения, царила тишина. Зато в холле просыпались и оживали звуки. Проходили стайками адепты, а пролетевший мимо Серафим на минуту бросил на меня взгляд, или то, что скрывалось под его капюшоном. Но не стал задерживаться надолго и полетел дальше по своим делам. Что ему, духу, до мальчишки адепта?

Я прислушалась снова. На этот раз шаги были. Вдалеке послышалась тяжелая поступь и я поняла, что мне не кажется. Что это Хейл идет по пятам.

Унюхал. Понял. И, скорее всего, если не дурак, спросил у Дона, кто это был тут, рядом с ним.

Я покачнулась, разрываемая желанием бежать. Но куда?

Если выскочу на улицу, там он точно поймает меня, так как двигается быстрее с его-то звериной ловкостью. А надеяться на то, что не унюхает, если останусь здесь, не стоит. Но и попадаться не хочется от слова «совсем».

Пытаясь вести себя естественно, что в данной ситуации было сложно, я пошла вперед, решив использовать единственное, что мне могло помочь. Кольцо. И пусть для этого придется напоить жадную даму в артефакте кровью, не пожалею, лишь бы помогло.

Мысль закрыться в аудитории отмела сразу. А вот туалетные комнаты, что располагались внизу, показались мне весьма заманчивыми. Туда и поспешила.

В первую же кабинку ворвалась, закрыв дверь на замок и старательно игнорируя адептов, делавших свои дела. Старательно при этом прислушиваясь, не раздадутся ли шаги Итана. Не войдет ли он сюда в поисках меня?

Сердце лихорадочно билось. Я слышала, как один за другим, адепты покидают туалетную комнату, пока внутри не осталась только я одна. Но и после этого никто больше не вошел в помещение и, спустя минуту, я осторожно открыла дверь, высунув голову наружу и оглядевшись.

«Ну и паникерша ты, Оливия!» — сказала себе. С чего я вообще взяла, что Хейл меня унюхал? Что, если он принюхивался совсем не ко мне. Там, на тренировке хватало амбре пота и без моих лунных дней.

Я вышла вперед и подошла к зеркалу, опустив взгляд на палец, который венчало с виду простенькое колечко, на самом деле таившее в себе редкую силу. Заглянула в зеркало, вцепившись руками и раковину и увидев в отражении взволнованное бледное лицо с ярким, почти лихорадочным, румянцем.

— Паникерша! — тихо сказала вслух.

Зеркало повторило движение моих губ, и я уже было понадеялась, что опасность миновала и что мне все показалось, когда услышала за дверью, ведущей в туалетную комнату, голоса.

— Не видели адепта вот такого роста с темными волосами?

Это был Итан. Я застыла, вцепившись с силой в мрамор раковины. В висках запульсировало одно короткое повелительное слово: «Бежать!» — и я снова посмотрела на кольцо, продолжая слушать голоса за дверью.

— Да. Вроде там был такой, господин профессор!

Брошенный взгляд на входную дверь продемонстрировал мне опускающуюся ручку. Я закусила губу и неожиданно начала валиться вперед. Как тогда, в прошлый раз в ванной комнате общежития.

На этот раз все произошло так быстро, что я не успела испугаться, оказавшись по ту сторону зеркала. В тот же самый миг в туалет вошел Итан. Глядя на него, я внезапно поняла, что из мира за зеркалом, куда меня затянула непонятная сила, все кажется не таким, как есть на самом деле. Или наоборот, открываются чужие тайны?

Я стояла и смотрела на Хейла, который озирался в центре помещения. Вот он открыл рот и что-то произнес. Скорее всего, позвал меня по имени, но я, конечно же, не отозвалась. Здесь я была в безопасности. И смотрела на мужчину, который сейчас совсем не напоминал мне человека.

Я видела его сущность. Его ипостась, которую Итан надежно скрывал ото всех. Потому что передо мной был зверь, одетый в спортивный брюки и свободную рубашку, липнувшую к мокрой шерсти на спине оборотня. Его глаза стали желтыми, словно две золотые луны и взирали на мир, пытаясь найти там того, кого там уже не было. И все же, когда взгляд Хейла обратился к зеркалу, всего мельком, я отпрянула в сторону, опасаясь, как бы оборотень не разглядел меня. Кто знает, какие способности имеют полукровки? Мало того, что у него и так было излишне развито обоняние, так еще Хейл был и магом, обладая определенной силой. Не такой, как у Блеквуда, но все же достаточной, чтобы я опасалась его сейчас.

Минуту спустя, снова выглянула, осторожно посмотрев на друга.

Рот оборотня снова беззвучно открылся, явив мне два ряда острых и длинных клыков, а затем Итан опустился на четвереньки, видимо, проверяя, не спрятался ли кто в кабинках. Но спустя минуту он уже был на ногах и его лицо, или точнее сказать, морда, напоминавшая волка, выражала некоторое удивление. И еще через некоторое время, он ушел, и я облегченно выдохнула, понимая, что на этот раз избежала разоблачения.

«Он все равно так это не оставит!» — поняла я. Да. Сейчас я смогла спрятаться, но вечно делать это не получится. Если только кольцо не подскажет мне выход. Впрочем, выход, только уже из мира за зеркало, мне бы тоже не помешал и, желательно, как можно скорее.

Я сделала безуспешную попытку пройти сквозь зеркало, но ладони коснулись холодной преграды, и не думавшей выпускать меня наружу. Сдавленно выдохнув, развернулась в серой двери, выходу из туалетной комнаты в зазеркалье. Вспомнив, что в прошлый раз тоже не смогла вернуться так, как попала сюда. А значит, мне надо поискать выход и, возможно, ворона, который был рядом со мной прежде.

Как и в прошлый раз, зазеркальный мир оказался пуст. Но в голове возникла одна маленькая догадка и я решила проверить ее. Почему бы и нет, если все равно блуждаю здесь? Что, если через зеркала я могу видеть все, что происходит в Академии? Что, если зеркала своеобразное окно в этот мир и открывает для меня пока не понятно для чего применимые, но возможности?

Но прежде всего, догадку стоило проверить, и я пошла в пустынный холл, вспоминая о том, где еще в корпусе находились зеркала.

Вокруг царил почти зимний холод. Обхватив себе за плечи, я шагала по пустому холлу, слушая звук собственных шагов, разносившихся эхом под сводом потолка. Все здесь было унылым и серым. Словно художник, рисовавший полотно, пожалел красок, решив выполнить работу в черно-белых и синих тонах. Я вертела головой, вспоминая то странное нечто, столкнувшее меня с балкона и отчего-то именно сейчас в душе заскребли кошки.

— Оливия, ну ты и трусиха, — проговорила тихо, после чего остановилась и стала смотреть по сторонам. Я была девушкой и девушкам свойственно помнить местоположение зеркал, но отчего-то не могла припомнить, чтобы подобные были в здании. Зато точно знала, что в туалетных комнатах и в общежитии в душе, они точно есть в наличии. А для проверки мне пригодится любое из них.

Я поднялась на второй этаж. В третьем корпусе располагались только аудитории. Это я узнала, когда прошлась по пустым комнатам, в которых, естественно, не было места никаким зеркалам.

Третий этаж также изобиловал кабинетами для занятий. Так что я, махнув рукой, решила не тратить бездумно время и спустилась вниз, после чего покинула корпус и направилась по серой тропинке к общежитию.

— Карр! — раздалось с ветки дуба.

— Привет, Мордекай! — совершенно не удивленная, произнесла я, глядя как ворон плавно опускается на землю на своих огромных черных крыльях.

— Карр, хозяйка! — поклонилась птица.

— Раз уж ты обитаешь здесь, — произнесла я, — может подскажешь, как выбраться назад?

Птица склонила голову на бок, рассматривая меня черными блестящими бусинами глаз.

— Я хочу вернуться, — повторила я, хотя не сомневаюсь, что Мордекая понял мои слова. Возможно, он просто не знал ответ? Хотя, о чем это я. Как-то ведь птица попадала сюда. Не зря ведь говорят, что вороны загадочные и мистические существа. Вот и прямое тому доказательство. Мы вдвоем в мире, куда возможно, нет доступа даже Блеквуду с его силами и умениями.

— Значит, не поможешь? — попыталась еще раз и птица ответила свое неповторимое: «Карр», — после чего взлетела и направилась куда-то вперед. А я, решившись, поспешила за ней, помня о том, что прежде хотела проверить свою теорию.

Ворон летел быстрее, чем я бежала. Зато немного согрелась, когда поняла, куда именно меня увлекает птица. Надо отдать должное Мордекаю. Ворон то летел вперед, то возвращался за мной. А то и вовсе усаживался где-то на видном месте, поджидая, пока я добегу.

— Почему снова сюда? — выдохнула я, чувствуя, что хотя бы согрелась от этой непредвиденной пробежки. Наверное, Дон там клянет меня на чем свет стоит, пока сам драит тренировочный зал. Но что поделать. Не стоит пока думать о Канингеме. Вот выберусь назад, тогда и буду решать проблему по мере ее поступления. А пока я стояла у входа в главный корпус и не решалась открыть двери и войти внутрь.

— Карр! — ворон оказался у ног. Ткнул клювом по двери, словно призывая меня войти.

— Ну смотри, если меня там снова попытаются убить, отвечать будешь уже своему господину, — зачем-то предупредила птицу и открыв дверь, вошла в пустынный холл с черной розой на полу.

Ворон запрыгнул внутрь и сразу взвился, полетел вперед, поднимаясь над ступенями лестницы. А мне вот совсем не хотелось подниматься наверх. Я помнила, как нечто темное столкнуло меня вниз. И я только благодаря чуду или вмешательству Мордекая, не разбилась, вернувшись в свой мир, вместо того, чтобы распластаться на мозаике черной розы.

Но птица летела вперед так спокойно, что я решила для себя — здесь не опасно. По крайней мере, пока. И поспешила за вороном, еще не зная, что же покажет мне умная птица.

Преодолев лестницу, свернула в широкий коридор. Мордекай уже ждал меня здесь, скакал по полу, явно спеша войти в ту темноту, что раскрывала впереди свои объятия.

— Там находятся комнаты преподавателей! — заметила я тихо.

— Карр, — словно подтверждая мои слова, проговорила птица и прыгнула вперед.

В этой части корпуса я еще не бывала. Следуя за Мордекаем, то и дело вертела головой, но ничем примечательным преподавательское крыло не отличалось. Возможно, в моем мире, здесь стены были украшены гобеленами, картинами и было много света. Но сейчас вокруг царила темнота и мрак. А еще этот холод, пробиравший до костей.

— Сюда! — каркнул мой крылатый спутник, остановившись у высокой двери с резной ручкой. Я послушно протянула руку и открыла дверь, а затем и зашла внутрь, пропустив птицу вперед.

Это оказались пустые просторные комнаты. Маленький зал с камином и диваном, покрытым слоем пыли и паутины. Пустая рама над каминной полкой, которая, наверное, была пустой только здесь, а зазеркальном мире. И несколько дверей, распахнутых, словно пасти огромных загадочных существ, только и поджидающих свою жертву.

— Ну и куда ты привел меня, Мордекай? — спросила я и увидела, как птица пролетела чуть дальше, маня за собой. Я пошла и оказалась в маленьком кабинете, но достаточно уютном даже в серости окружающего мира. Но, самое главное, я увидела здесь зеркало. Небольшое, круглое, стоявшее на полке между трухлыми останками того, что можно было бы принять за книги.

Обрадованная находкой, подошла и заглянула в зеркало, увидев с радостью свой мир, наполненный красками.

Зеркало показало мне часть стены с картиной. Тени, танцевавшие от пламени в камине и кусочек потолка. Чьи покои я потревожила, я не знала. Но протянув руки, взяла зеркало и принялась водить им так, чтобы подсмотреть в отражение то, что было укрыто от взгляда. И почти сразу опешила, едва не выронив зеркало из дрогнувших пальцев. Потому что оно показало мне лорда Блеквуда собственной персоной.