Глава 41

Он уловил эту вспышку. Едва — едва, но уловил и поднял голову, оторвавшись от зеркала, над которым колдовал уже не первый час.

Невольно бросив взгляд на часы, Дорнан отошел от стола и бросился к окну. Распахнув ставни, впустил вместе с ветром снежинки, которые, ворвавшись в тепло, недолго прожили в комнате, растаяв и опустившись каплями дождя на ворс ковра и одежду некроманта.

— Черт! — коротко выругался он.

Непогода не могла скрыть магию. И хотя тот, кто отправил запрещенным способом послание из Академии, находился за ее пределами, Блеквуд поймал отголосок и словно волк встал в стойку, а затем и вовсе вышел из кабинета, предварительно швырнув защитные заклинания на спальню, где спал мальчик-адепт. Единственный, кто мог пройти в мир отражения и при этом остаться в живых.

Ему следовало беречь его, как зеницу ока. Но именно сейчас присутствие Дорнана требовалось в совсем другом месте. И все же, он не мог оставить мальчика без присмотра, хотя понимал, что не успевает сообщить ничего Итану.

— Серафим! — рявкнул некромант, уже покидая пределы своих покоев.

— Господин декан!

Дух появился словно из неоткуда. Поклонился, приветствуя лорда.

— Следи за мальчишкой. Он в моей спальне. Но даже не вздумай зайти внутрь, — предупредил Дорнан и стремглав бросился по коридору, только на лестнице вспомнив о том, что забыл прихватить хотя бы плащ.

За пределами здания бушевала непогода. Казалось, ветер только усилился, а снег уже не сыпал, а валил, будто стремился укрыть все вокруг белым саваном зимы.

Дорнан щелкнул пальцами, поднимая купол над головой, и побежал, чувствуя направление, словно волк раненую жертву.

Он был где-то там. И сейчас некромант его ощущал. Близко. Расстояние между ними сокращалось с удивительной скоростью. Блеквуд уже предвкушал, как поймает пособника врага и наконец, узнает, кто это был. Да, он строил предположения и догадывался, что предателем может быть любой. Но все же, ставил на друзей Оливера. Тех, кто был близок адепту. И догадывался, что прав. Как, впрочем, и всегда.

Зима превратила территорию Академии в другой мир. Более сказочный и мрачный, благодаря непогоде и снегу, устилавшему тропинки и лужайки. Здания смотрели из темноты и метели желтыми глазами окон. Светились, будто указывая Блеквуду путь. И он знал куда идет.

Вот тропинка свернула, обогнула Великана, уснувшего под тяжестью снега, и впереди показалось здание общежития.

Дорнан застыл всего на миг, когда увидел впереди одинокую фигуру. Черный силуэт, закутанный в плащ и оттого казавшийся громоздким.

Это был он. Человек, который сообщал обо всем, что происходит в Академии неизвестному, пытавшемуся убить Оливера Миллигана. Сомнений не было. Сейчас Дорнан чувствовал его магию. Ту самую, отголосок которой принес ветер и которую он почувствовал.

В те дни, когда некромант искал свиток даже в каменной кладке стены, что окружала учебное заведение, ему пришло в голову поставить отслеживающие маячки, которые реагировали на проявление магии. Любое проявление. И вот результат. Он не зря старался. И теперь смотрел на предателя, чувствуя, как холодная ярость поднимается внутри.

Шаг. Еще один.

Блеквуд сорвался на бег, но, когда между ним и незнакомцем в черном осталось всего ничего, он замедлил ход и перешел на быстрый шаг.

Ветер рвался под купол. Пытался добраться до Дорнана, а фигура впереди отчаянно куталась в плащ, который то и дело вырывался из-под контроля и хлопал за спиной незнакомца подобно огромным крыльям диковинной и, одновременно, страшной птицы.

— Эй! — окликнул впередиидущего Блеквуд. Руки его дрогнули, но он подавил в себе желание сразу ударить в спину. Нет. Так нельзя. И не потому, что он не уверен. Ошибки быть не может. Но бить в спину — низость не достойная его.

Человек в черном не услышал крика. Возможно, ветер был тому причиной, и Дорнан крикнул снова, усилив голос магией. Только после этого незнакомце замер, едва не споткнувшись. И обернулся так резко, что полы его плаща опутали ноги, а ветер ударил в грудь с такой силой, что он отшатнулся назад. А затем поднял взгляд и увидел Блеквуда.

Доля секунды. Взгляд некроманта зацепился за ответный. Сначала Дорнан увидел удивление в глазах человека в черном, затем на смену явился страх и ярость, столь сильная, что ощущалась почти физически.

— Вот ты и попался, мой друг! — просто произнес декан.

Улыбка, тронувшая губы того, кто стоял напротив, вмиг исказила его лицо.

— Ворон видел тебя, — Дорнан приготовился к схватке, уже заранее предвкушая, как уничтожит этого предателя. Но вид его был обманчиво расслабленным, хотя некромант понимал, что не сможет обмануть того, кто так долго находился, пусть не рядом, но поблизости и водил его за нос.

— Вы не понимаете, — произнес адепт и сделал шаг назад. — Таким как я путь в Академию был заказан.

— Да, — согласился Блеквуд. — Магия у тебя слабая, но это не повод предавать тех, кто рядом.

— Рядом? Вы имеете ввиду мальчишку Оливера? — он хмыкнул и Дорнан непроизвольно сжал пальцы в кулаки.

— Кто стоит за тобой? — спросил он просто. — Назови имя и возможно, я найду способ, чтобы ты не получил полностью заслуженное наказание.

Ветер злобно захохотал, толкнув адепта в спину.

— Вы? — он рассмеялся. Зло и почти нервно. И Дорнан понял, что у ученика академии просто истерика. Он не ожидал, что его раскроют. И то верно. Ведь этот адепт был таким осторожным. Он не подпускал к себе никого, и тот факт, что Оливера Миллигана поселили рядом, просто случайность, потянувшая за собой череду событий.

— Да. Я. Ты ведь прекрасно знаешь, по какой причине я нахожусь здесь. Но это все пустое. Мы договоримся. Я не хочу причинять тебе вред, несмотря на то, что ты пытался убить Оливера.

Адепт хмыкнул. Затем рассмеялся.

— Оливера? А… — он сделал незаметный шаг назад, будто качнулся от ветра. — Я забыл. Вы еще не в курсе на счет, скажем так, способностей этого ученика.

Дорнан хмыкнул. Если этот парень пытается намекнуть ему на способность Миллагана проходить в мир отражения, то он очень даже в курсе.

— Нет, я очень даже в курсе всего, что происходит с этим, — он усмехнулся, — адептом. — Некромант заложил руки за спину, словно давая понять собеседнику, что не враг ему. В действительности, он бы мог убить его одним щелчком пальцев. Вот так просто оборвать жизнь, даже не напрягаясь. А если вспомнить, как едва не погиб пару дней назад мальчик Оливер, то желание поступить именно так, а не иначе, заставляло пальцы зудеть от нетерпения.

А ведь все может быть очень просто. Сперва он убьет его, а затем поднимет, в подвале одного из корпусов, в аудитории предназначенной для практических занятий по некромантии. Но убивать не хотелось. Он не был сторонником подобного варианта событий. И пытался успокоить внутренний гнев, напоминавший ему о том, как поступили с Оливером.

— Вот значит, как, — пробормотал адепт. — Теперь понятно, почему вы так носитесь вокруг вместе с лордом Маунтбруком.

— Мое терпение закончилось, — Дорнану надоело стоять и слушать ветер. А еще он помнил, что в покоях остался Оливер. И остался один. Так как вряд ли Серафим сможет оказать сопротивление, если вдруг враг зайдет в Академию. Нет! Ему определенно, стоит поторопиться.

— Имя, и ты будешь жить! — добавил он, медленно поднимая руки и показывая, что не намерен больше ни шутить, не ждать.

Адепт заозирался. Он понимал, что бежать ему некуда. Да и от Блеквуда убежать просто невозможно. Но он попятился назад. Словно какая-то сила, подпитанная страхом, велела попробовать. Ведь если не убили на месте, значит, шанс есть. Мизерный, почти ничтожный, но есть.

— Даже не вздумай! — Дорнан не собирался убивать. Но оглушить дурака, решившего потягаться с ним, сможет без проблем. Вот только адепт, с невероятной для своих габаритов скоростью и ловкостью, развернулся и рванул прочь, взбивая снег, словно породистый конь.

— Идиот, — окрестил его холодно Блеквуд и щелкнул пальцами.

Адепт упал, словно подкошенный, прямо лицом в снег. Невидимая сила вцепилась в его руки, отвела за спину, позволяя вдоволь наесться белого холода, пока некромант шел к нему.

— Даже не стоило пытаться, — произнес декан, вставая над поверженным адептом и чувствуя толику сожаления. Враг был слабым и оттого подобное показалось ему крайне неприятным. Словно он толкнул ребенка. Хотя орк на ребенка походил менее всего. Громоздкий, широкоплечий, крупный, он представлял собой внушительное зрелище.

Еще один щелчок пальцев и та же сила вздернула Горра вверх. Перевернула и уронила на снег уже спиной.

Он, отплевываясь, морщился, тараща испуганные глаза на склонившегося над ним мужчину.

— Рассказывай. Кто. — Только и спросил Дорнан.

— Я не знаю, — быстро протараторил орк. — Правда, не знаю. Мы встречались всегда ночью. И он надевал черное…

— Не лги. Он был в день праздника осени, — Дорнану захотелось поддать носком сапога под ребра этому громиле. Страшно было и подумать, что Оливер имел подобного соседа. Зато это многое объясняло.

— Я ничего не знаю. И на празднике мы не виделись. Я просто следил за вами, за профессором Хейлом и после, за Миллиганом, — протараторил Горр.

— Ты врешь, — вздохнул некромант. — Я это чувствую. И мне это не нравится, — он поднял руку и резко сжал пальцы в кулак, намереваясь силой выдавить из адепта нужную ему информацию. Но едва он применил чуть больше магии, коснувшись ею орка, как тот прогнулся дугой и закричал.

От неожиданности брови некроманта приподнялись. Склонившись к орку, он было схватил его, намереваясь придавить к снегу, когда крик перешел в вопль. По телу Горра пробежали судороги, а затем его охватило пламя.

— Черт! — вырвалось у Дорнана, когда он понял свою ошибку, вспомнив оборотней на дороге. Они тоже сгорели до пепла. До состояния, когда некроманту просто не с чем работать.

Пепел не может говорить.

— Черт! — повторил он, попытавшись потушить загоревшегося орка, но у него было слишком мало времени. Ничтожная секунда, за которую он не успел ничего.

Пламя погасло так же быстро, как и разгорелось. От того, кто некогда был адептом магической академии не осталось ничего. Лишь черное пятно, которое стремительный ветер подхватил и разнес над белоснежным покрывалом снега. А валившие хлопья принялись застилать следы и оставшуюся черноту.

Дорнан поднялся на ноги, стряхнув с брюк снег. Выругался, уже про себя и вздохнул.

Тот, кто нанял этого адепта, подстраховался. Заклятье на уничтожение подействовало безотказно. Его противник был силен. Даже более того. И обладал удивительным талантом к проклятьям подобного рода. И у него просто не было шанса спасти орка. Впрочем, особенной жалости Блеквуд не испытывал. Перед его взглядом снова и снова вставало лицо Оливера. Бледное, даже зеленоватое, подверженное снедавшему его проклятью. И пусть орк не был повинен в том, что произошло с Миллиганом, косвенно он все же приложил к этому руку. Так как был пособником врага.

Дорнан не стал задерживаться. Исчезновение Горра, конечно же, заметят. И он расскажет все, как было, декану. Но уже после того, как у них с Оливером получится достать документ из мира отражения. А пока ему стоило вернуться назад и продолжить прерванное занятие.

Развернувшись, некромант отправился по тропинке, едва различимой среди сугробов. Шагая, под порывами ветра, слушая, как снег стучится в незримую защиту, он думал о мальчике, который спал в его покоях.

Этот адепт что-то сделал с ним. Перевернул в душе те чувства, которых там быть просто не должно. Но самое страшное, то, что он пытался прогнать, выдавить из себя, заключалось в том, что его влекло к этому мальчику. И при этом казалось, что все идет так, как надо. Что этот Оливер его судьба! Его вторая половина.

Жуткое осознание. Но ощущение правильности происходящего и этого безумного влечения, и интереса к особи одного пола, пугало Дорнана. Хотя он прежде считал себя не из пугливых. А здесь, какой-то мальчишка смог вывести его из равновесия. Состояния, к которому он шел годами, учитывая его магию.

Слишком большой дар нес в себе не только пользу. И да, те, кто завидовал его способностям, понятия не имели, как тяжел подобный груз, и какими срывами порой грозит.

А он держал все в себе. И эту ярость, которую иногда выбрасывал из себя, позволяя ей выплеснуться, как чему-то лишнему, ненужному, рвавшему на части. Грозившему принести безумие в разум.

И да, ему была нужна Оливия. Потому что, даже при всей симпатии, которую он испытывал к Миллигану, для единения сил нужна женщина. А значит, ему придется уничтожить в себе зачатки того, что зародилось в сердце к этому, по сути, еще ребенку. И едва отыскав документы, стоит как можно скорее покинуть пределы Академии, отрезав от себя путь к отступлению и к соблазну.

А соблазн был велик. Велик настолько, что он едва не перешел грань вседозволенности. Едва не поцеловал мужчину. И он хотел мужчину, точнее, хотел именно определенного человека. В какие-то мгновения, Блеквуду было плевать на то, кто он и кто такой Оливер. Ему безумно хотелось преступить черту, позволить себе сорваться, позволить ощутить то, что в тайне мог только предвкушать…

Снег хрустел под сапогами. Дорнан поднял взгляд, заметив, как его встречает корпус, глядя тусклыми пятнами редкого света в окнах на верхнем этаже. В его покоях.

Прибавив шаг, он преодолел оставшееся расстояние за считанные минуты. Быстро вошел в холл, взлетел по лестнице, а уже в гостиной обнаружил Серафима, плававшего по комнате в ождании возвращения хозяина покоев.

— Господин!

Несмотря на то, что Блеквуд вошел бесшумно, дух его услышал. Повернул лицо, скрытое тьмой, поклонился.

— Все было тихо. Мальчик спит.

— Спасибо, — немного устало сказал некромант. — Ступай. Я благодарю тебя за помощь!

Дух молча вылетел, пройдя сквозь стену, а Дорнан застыл в центре комнаты, разрываясь от желания зайти к Оливеру и проверить, спит ли адепт. И от осознания того, что ему ни в коем разе не стоит это делать.

Ум отправился в кабинет, заканчивать приготовления. Но ноги, коварные и подчинявшиеся почему-то сердцу, повернули в сторону спальни.

Он вошел тихо. Под потолком мерно мерцал магический огонек. За окнами продолжал выть ветер, щедро швыряя пригоршни снега в стекло. Но в самой спальне было уютно. И Дорнан не сразу понял, почему. Прежде, эта комната не казалась ему такой удобной и домашней, что ли. Но когда в ней появился Миллиган, все словно изменилось.

Сердце некроманта сжалось. От нежности, от страсти и от горечи разочарования. Ведь он только что разочаровал. Сам себя.

Нет ничего страшнее.

Но он прошел вперед. Тихо, крадучись. Опасаясь разбудить мальчика. Встал в шаге от кровати, глядя, как тот закутался в покрывало. Из этого теплого кокона виднелась лишь голова с растрепанными темными кудрями.

Во сне черты адепта разгладились. И он еще больше стал походить на девчонку.

Дорнан наклонился ниже, рассматривая лицо Оливера.

Черты слишком тонкие. Шея как у воробья, да и плечи, угадывавшиеся под тканью покрывала были совсем узкие. Детские. Возможно, позже, Миллиган возмужает, подрастёт. У мальчиков такое бывает. Порой они могут измениться за какой-то год. Вытянуться, стать шире в плечах. Вот только что-то подсказывало некроманту, что с Оливером такого не случится. Он так и останется тонким, словно девица.

Когда большие глаза распахнулись, Блеквуд удивленно отпрянул назад.

— Сэр? — голос адепта был сонным и тоже не менее удивленным.

Мальчик сел. Покрывало сползло с его плеч, явив взгляду Дорнана хрупкую фигурку. Слишком изящную. И его тело тотчас отозвалось на эту же женственность.

— Что-то произошло? — спросил Миллиган.

«Да. Произошло, — мысленно выругался некромант, желая залепить себе оплеуху. — Идиот! Зачем пришел сюда? Решил проверить свою выдержку? И как? Проверил? Убедился, что слабак?».

Вслух же он произнес:

— Я нашел предателя, — и отстранился, опасаясь себя самого и вида этих полных губ, припухших после сна.

Услышав фразу некроманта, мальчик оживился. Глаза его потеряли сонное выражение, словно с них кто-то в момент сорвал пелену. Он выговорил только одно слово, голосом, охрипшим от волнения:

— Кто?

— Твой сосед. Орк. Кажется, его звали Горр.

На лице мальчишки пробежала тень. Он откинул прочь покрывало и спустил вниз ноги. Затем быстро обулся и снова посмотрел на Блеквуда.

— И где он теперь?

— А ты как будто не удивлен! — заметил Дорнан.

— Удивлен, — отрицательно покачал головой адепт. — Просто еще не осознал, что жил рядом… — он не закончил фразу, бросив резкое: — А вы уверенны, сэр?

— Уверен. — Он развернулся, намереваясь уйти. — Ложись спать. Еще ночь. А завтра нам предстоит тяжелый день.

— Уже не усну, — признался парнишка и последовал за ним, прихватив с кровати брошенный перед сном камзол. Надел, нервно застегнув пуговицы, а Дорнан поймал себя на том, что снова смотрит на губы мальчишки. А потом и на дернувшийся кадык, когда тот сглотнул.

— Вы его поймали? Допросили? — принялся засыпать его вопросами Миллиган. — Он сказал, кто наниматель? И какая была причина предательства?

— Он ничего не успел сказать, — сухо обронил декан. — Враг позаботился о том, чтобы с уст этого бедолаги не сорвалось ни единого слова. Так что мы снова застряли на месте.

— То есть? — адепт остановился. — Горр мертв? Вы это имеете ввиду?

— Да. Сгорел, как и оборотни на дороге, — Дорнан вышел из спальни, направившись через гостиную в сторону кабинета. И слыша, как мальчишка бежит следом.

— Сэр, но как…

— Я ничего не мог сделать. Я не желал его смерти. Более того, он был нужен мне живым, чтобы вытащить информацию о нанимателе. Но увы, — он зло сжал пальцы в кулаки уже войдя в кабинет.

— Поверить не могу, — Оливер вошел следом. Закрыл за собой дверь, привалившись спиной к деревянной поверхности. Когда Дорнан оглянулся на мальчика, тот стоял, задумчиво опустив голову, явно размышляя и сопоставляя факты.

«И чего тебе не спится?» — почти зло подумал некромант. Мальчишка словно решил подразнить его своим присутствием, хотя вряд ли осознавал, какое имеет влияние на своего декана. И хвала богам, что не знает.

Оливер еще немного постоял вот так, раздумывая. За это время, Блеквуд успел подойти к столу и склониться над зеркалом, намереваясь продолжить работу и стараясь пока не думать о погибшем орке и о волновавшем его адепте, находившемся так близко, что при желании мог подойти и прикоснуться.

Но он, конечно же, так не сделает. Хотя хочется до дрожи в пальцах, до волнительного сердцебиения и этой проклятой, неуместной тяжести в самом низу живота. Такой сладкой и одновременно, пугающей.

Будь Оливер женщиной, Дорнан давно бы осуществил задуманное. И точно отправил ко всем чертям сбежавшую невесту, которой он оказался не нужен. Это мальчик идеально ему подходил. Вот что значит кровь Бредшонов!

— А знаете, — проговорил тем временем Миллиган, даже не подозревавший, какой раздрай происходит в душе стоявшего неподалеку мужчины. — Я только теперь понимаю, что предпосылки, указывающие на Горра, были с самого начала.

Дорнан заинтересованно замер.

— Говори, — попросил он.

Адепт сдвинул брови.

— До того, как я попал в комнату к орку, он ухитрился выжить всех, кто пытался жить с ним. И после, — Миллиган вскинул руку и постучал себя пальцем по подбородку, — он ведь почти каждый день ходил на тренировки. А что, если он тоже искал этот свиток, как и вы с лордом Маунтбруком? А книга, — продолжил он, — это вопрос. Орк мог оказаться в один день в библиотеке вместе с Линдоном. И подозреваю, что он попросил однокурсника взять для него книгу, или придумал, что-то в этом духе. Чтобы никто не заподозрил именно его. И на балу орк был, причем он ушел раньше меня и вполне мог встретиться со своим нанимателем.

Дорнан усмехнулся.

— Логично! — проговорил он. — Но не думаю, что теперь есть смысл проверять это подозрение.

— Может, посмотрим его вещи в нашей комнате? — предложил адепт, но Дорнан покачал головой. Он прекрасно знал, что они ничего не найдут. И только зря потратят время. Если наниматель орка побеспокоился устранить адепта при малейшей опасности, то и за остальным он явно проследил. Но все же…возможно и стоит зайти в общежитие, пока Оливер будет на занятиях.

«Утром решу!» — сказал он себе, после чего снова склонился над зеркалом.

— Сэр! — напомнил о себе адепт.

— Что? — Блеквуд поднял глаза.

— Возможно, я лезу не в свои дела, — начал тот, — и скорее всего, так оно и есть, но просто не могу не спросить у вас о лорде Маунтбруке. Он стал мне другом. Близким другом…

Это Дорнану совсем не понравилось. Он стиснул зубы, сдерживая ругательство, уже было сорвавшееся с губ. Промолчал и тогда докучливый мальчишка, видимо, решив, что молчание знак одобрения, продолжил: — Почему вы враждуете, сэр?

— Это не твое дело, — быстро произнес некромант и тут же заметил, как осунулось лицо мальчишки. Он явно хотел знать причину. Возможно, даже переживал за своего друга оборотня.

Не то, чтобы Блеквуд делал из своего отношения к Хейлу какую-то тайну, но и распространятся за спиной Итана не желал.

— Лучше у него и спроси, — бросил он. — Раз вы такие большие друзья, — не получилось сдержать сарказм. — А сейчас возвращайся в спальню и поспи. Не мешай мне.

Все его существо говорило об обратном. Кто-то внутри Дорнана был совсем не против присутствия адепта. Но разум велел ему произнести именно эти слова.

Мальчику нужен сон. Все равно он ничем ему тут не поможет. А вот завтра Оливеру пригодятся все его силы. Все, что он только сможет.

— Ну же, — несдержанно рявкнул Дорнан. — Или мне тебя требуется сопроводить? — кивком головы указал на дверь, и парнишка с неохотой поднялся. Зачем-то обернулся, взглянув на него, но встретив холодный взгляд, вышел, прикрыв за собой дверь.

Блеквуд выдохнул. Только теперь он понял, в каком напряжении находился все это время. Пока Миллиган был рядом. Но даже сейчас, в тишине кабинета, он поймал себя на том, что прислушивается к тихой поступи шагов Оливера. И сердце его бьется все сильнее и сильнее.

«Когда все закончится, — сказал он себе приказным тоном, — найду леди Бредшон, где бы она не была. Женюсь и забуду этого мальчишку, как дурной сон!».

Он положил руки на холодную поверхность зеркала и отпустил силу, соединяясь с холодом металла. Оставляя в нем частицу себя. Чтобы, когда пришло время, он смог сделать все, для того, чтобы вытащить Оливера назад.