Глава 15. Адель

Воспоминание померкло.

Мои глаза распахнулись и тут же сощурились, привыкая к свету свечей на бортике ванной. Поверхность воды пошла рябью, когда я привстала и повернулась полубоком к Кайлану. Он озадаченно поглядывал на танец пламени над фитилем.

– Я знаю подлинную историю об Азазеле и о том, что это вы спровоцировали Аваддона напасть на королевскую гвардию моего деда.

Пламя в зрачке Кайлана дрогнуло, и он в упор посмотрел на меня. Тень удивления и понимания проскользнула на его лице, но быстро исчезла, утопая во вспышке неожиданного гнева.

– Глупая!

Теперь время удивляться пришло мне. Рот приоткрылся в изумлении, и, пока я не расценила оскорбление как намек на то, что пора убираться вон из ванной, он продолжил:

– Поэтому вы согласились на брак с Повелителем Смерти? Он угрожал разоблачить меня перед Люцифером?

Мне стало нечем дышать. Одно дело спасти Кайлана на испытании его отца, поставив на кон жизнь Аваддона, а другое – признать, что ради него и друзей я готова жертвенно отказаться от свободы.

– Хочется верить, что и вы поступили бы подобным образом, окажись я в опасности. Но увы, нам уже известна правда.

Кайлан силой прижал меня обратно к себе. Я пару раз протестующе дернулась, пролив воду за бортик, но все же прильнула к его груди.

– Адель… – Селье так непривычно запнулся, точно обдумывал каждое слово, как ход в шахматах. – Если бы кровью Грааля не воспользовался я, вас отыскали бы слуги Аваддона и все равно распечатали бы портал в Ад. А в худшем случае вы бы напоролись на таких, как ваш «друг» Зак, узнавший правду и решивший, что проще вас убить, чем сражаться за Абракс против демонов.

Я поморщилась, снова припомнив рыжего гвардейца, служившего со мной в отряде Елены. Долгими вечерами я обдумывала разные варианты исхода событий у арки, но видела лишь один, благодаря которому могла уцелеть. Болезненный, жестокий, но единственный.

– Вы могли бы просто попросить.

– Что? Возлечь на алтарь? Потерпеть ритуальный удар кинжалом в сердце? Или начать распинаться перед Еленой о тайнах преисподней, объясняя вам мои мотивы? – Кайлан говорил спокойно и ровно, только руки его немного подрагивали. – Как думаете, вы бы быстро согласились? Да и времени на разговоры у нас не оставалось, я не ожидал, что Ричард приведет во Франсбург королеву.

Я фыркнула и из вредности пошла в атаку:

– Вы знали, что я переживу ритуал?

– Да. Иначе бы не стал так рисковать. Наши силы хоть и противостоят друг другу, но иногда их тандем бывает полезен.

– А то, что Повелитель Смерти вздумает на мне жениться?

Кайлан мотнул головой, и ворох брызг упал мне на лицо.

– Аваддон поклялся защищать вас как ценное оружие преисподней. Тогда мне были неведомы истинные причины его заинтересованности. Слишком много загадок окутывает вашу семью, Адель Грей.

– К слову, о семье. Почему я вдруг заговорила на демоническом языке во время оргии? Не сказать, что была поражена происходящим настолько, чтобы выдать енохианский[16]. – Я запрокинула голову, чтобы от меня не ускользнуло любое изменение в мимике Кайлана.

– Это ангельское наречие.

Стук сердца отдался глухим ударом в грудной клетке.

– Ангельское? – переспросила я.

Кайлан не спешил отвечать, дожидаясь, пока все грани картины соединятся воедино. Вспомнив, что слышала подобный язык лишь от Повелителя Смерти и Люцифера, я понимающе закивала. Оба демона пали с Небес, но этот факт не объяснял моего резко приобретенного умения лингвиста.

– Ваш отец – один из архангелов. Не ошибусь, если скажу, что вы и сами об этом догадались, – решил помочь с головоломкой Селье.

Я слишком шумно втянула воздух носом.

– Имя?

– Гавриил. Он всегда был близок с людьми.

– В поместье Франсбурга вы говорили, что не знаете личности моего отца.

– Я и не знал, пока не вскрылись подробности, – поправил Кайлан, не позволив уличить его в очередной лжи. – Вы помните свое детство?

Задумавшись, я постукивала пальцем по колену в воде. В моих далеких воспоминаниях жила мама: мы вместе играли в замке, я слушала ее сладкое пение в саду и гуляла с ней по мрачным площадям Абракса. Помнила, как она тяжело «заболела» и однажды утром не проснулась. Тогда жизнь изменилась, потеряв краски. Радостные дни стали серыми и тоскливыми, точно погода Франсбурга.

– Помню. В нем не было ничего необычного. Если вы вдруг ожидали, что в колыбель меня укладывали существа с нимбом.

Кайлан хохотнул.

– Я не про это. Аваддон говорил, что на вашей магии Света стоит блок, вот я и подумал, что некоторые воспоминания могут быть изменены или подавлены. Вполне возможно, вы раньше общались с отцом, просто не помните этого. А попав в Ад и лишившись доступа к межмирью – единственному месту, в котором спрятаны ответы об ангельской силе, – она пытается пробиться сквозь ваше сознание.

Селье провел кончиком носа по моему виску и не сдержал рваного стона. Не будь я так поглощена беседой, затрепетала бы в ответ на ласки.

– Раньше мне часто снился прекрасный сад. Сны были такими яркими и четкими, что, просыпаясь, я не верила, что нахожусь в Абраксе.

– Вам снился Эдем. Архангелы могут проникать в человеческие грезы, общаться с их помощью или указывать верный путь, как это делал Аваддон. Жаль, я не сопоставил факты раньше.

– Думаете, Гавриил навещал меня и Софию таким образом?

– Возможно.

Вновь задумалась, и в памяти всплыла одна упущенная деталь.

– Они ругались. Я смутно помню этот момент, точно через призму, но в ушах засел крик мамы. Она говорила, что передумала ему помогать, и после их ссоры подобные сны прекратились.

Кайлан помолчал, а потом, вздохнув, вернулся в начало разговора:

– Четыре.

– Что «четыре»?

– На четыре вопроса я ответил. И теперь жду вашей исповеди насчет Повелителя Смерти и того, что именно подтолкнуло вас стать его женой.

С тяжестью в сердце я раскрыла Кайлану последние карты. Поведала, как Аваддон пообещал выдать его Люциферу и убить Клару и Ричарда, если я не соглашусь на брак. Я дважды подчеркнула важность жизни друзей, но не сходящая с лица Селье широкая улыбка намекала на то, что он с легкостью прочел между строк.

В ответ Повелитель Похоти открыл истинную причину своего поступка на поле боя возле Абракса, который стал для Азазеля роковым. Он пытался уберечь брата от одного монстра, но подтолкнул его в руки другого, не посчитав Ульема серьезной угрозой.

Что ж, даже всесильные существа ошибаются.

Мы долго говорили обо всем наболевшем за месяц разлуки. Я узнала, что Кайлан всячески поддерживает Ричарда и его восстание против демонов. Что с помощью завербованных людей Селье снабжает новых смутьянов оружием и скрывает их местонахождение магией подчинения, изменяя память любому, кто его обнаружит.

Когда повисло долгое молчание, оно не разрушило витающее вокруг нас умиротворение. Точно весь мир сузился до этого тихого момента.

Не ощущай я присутствие Кайлана так явно, подумала бы, что сплю. И снившаяся картина была навеяна глубинными мечтаниями: размеренностью, свободой, домом и любимым, которому я могу доверять.

* * *

– Всевышний! – Я до крови прикусила губу, чтобы не выругаться и не обидеть оскорблением подругу.

– Адди, умоляю, простите! – Клара схватила мои покрасневшие от пролитого чая пальцы и принялась на них дуть.

Лу подала через стол кувшин с прохладной водой, и я без лишних раздумий сунула в него обожженные костяшки. Через секунду ожог перестал пульсировать.

– Я… я… – Фрейлина запиналась, плохо сдерживая слезы. Подруга не отличалась ловкостью, но и подобные конфузы я за ней замечала редко.

Пришлось смягчиться и спросить:

– Тебя что-то беспокоит?

Клара замотала кудряшками, отрицая. Вынув пальцы, я отодвинула кувшин на край стола. Мы сидели в кованой беседке, сплошь обвитой алыми розами, и, как подобает дамам из высокого сословия, скрывали бездельничество за перекусом. Кайлан обещал появиться с минуты на минуту и оповестить нас о том, готова ли армия мертвецов для отвода глаз Люцифера.

Пока я оценивала пальцы на наличие волдырей, в голове прокручивалось окончание ночи.

Мы пробыли в ванной пару часов, растягивая время чарующей душевной близости как могли. Однако когда вода совсем остыла, а я начала широко зевать, Кайлан заботливо отнес меня обратно в комнату. Перед тем как лечь в кровать, он вновь предложил одну из своих рубашек вместо сорочки, признавшись, что за целую вечность его еще никогда так не будоражила девушка, одетая не в дорогие щелка, а в мужскую одежду.

Я согласилась, найдя его рубашку весьма удобной. Кайлан же натянул только широкие штаны и, когда мы молча устроились в постели, придвинулся вплотную. Крепкая грудь прижалась к моим лопаткам, а волевой подбородок разместился у меня на макушке.

Проснулась я в одиночестве. Мы оба знали, что стоит солнцу осветить алое небо преисподней – и наваждение исчезнет как мираж, прогоняемый суховеем. Нам вновь придется вернуться к борьбе за власть и жизнь. Вернуться к реальности, где я не доверяла Кайлану.

Разбившаяся ваза склеивается, но швы на фарфоре остаются навечно.

– Я слышала, как ты плачешь ночью в подушку.

Факт был адресован не мне. Лу повернулась к сидящей неподалеку Кларе и утешающе погладила девушку по плечу. Фрейлина сжалась, точно ее уличили в чем-то непристойном.

– Мне приснился кошмар. Знаешь, Ад многим пугает, – отмахнулась от деталей сна Клара.

Луизу она, может быть, и обвела вокруг пальца, но только не меня. Я слишком хорошо знала давнюю подругу. Испугавшись, Клара в основном вопила или падала в обморок, становясь похожей на синюшный труп. Но она никогда не проливала слезы от страха.

– Что ты видела? – поинтересовалась я, привлекая внимание Клары.

Она перестала ковырять вилкой пирожное с джемом и осторожно посмотрела на меня.

– Если не признаешься, что мучает, я не смогу помочь.

Шоколадное желе маняще подрагивало на моей тарелке. Сглотнув вязкую слюну, я ждала признаний Клары.

– Микаэль… – Одно имя, но сколько в нем печали и скорби. Даже мое черствое сердце мучительно зашлось, и любимый десерт перестал скрашивать угрюмое утро.

Луиза сникла. Не знаю, успела ли Клара поделиться с ней историей короткой любви с заикающимся лекарем или демонесса подхватила общее настроение, но стала она мрачнее тучи.

Мы молчали. Я больше не давила на подругу, решив, что если она захочет выговориться, то продолжит сама.

Тишина затянулась. Лу уставилась на черную скатерть, я отправила кусочек манящего желе в рот, но вкуса не почувствовала, а Клара смяла в руках салфетку.

– Он говорил со мной. – Натянутый голос фрейлины сотряс пространство, вырывая из плена раздумий. Кусочек желе свалился с ложки обратно в тарелку. – Извинялся за то, что не успел сводить на свидание и подарить все цветы мира… – Клара всхлипнула и утерла нос салфеткой. Слезы уже не катились блестящими каплями по ее лицу, а стекали струйками на кружевное платье с высоким воротником, размывая румяна.

Лу подала ей стакан воды. Клара сделала большой глоток и продолжила:

– Он больше не заикался и выглядел таким реальным, что даже его касания отдавались теплом. Микаэль словно вытянулся, больше смущенно не горбился и стал уверенней, а потом отвел меня в невероятной красоты сад на острове, сказав, что однажды мы встретимся вновь.

Я подавилась слюной и закашлялась, постукивая себя по груди. Клара воззрилась на меня с нескрываемым возмущением. Она изливала душу, а я забрызгала слюной стол.

– Не может быть! – выпалила я и подскочила. Не в силах усидеть на месте, принялась расхаживать вдоль стола и почесывать затылок. – Это невозможно! – без конца твердила я, нагоняя на девушек волнение за здравие моего рассудка.

– Адди, это всего лишь сон, – попыталась успокоить Клара. Хотя если бы в череп ломом не стучали догадки, то это я должна была утешать подругу. – Не думаю, что он предвестник чего-то нехорошего, скорее у меня разыгралась фантазия от нервов. Вы знаете, что вчера ночью в честь возвращения Асмодея демоны устроили оргию в тронном зале? Я подслушала служанок, приносивших ужин.

– Знаю, я в ней участвовала, а еще, кажется, ненароком призналась Кайлану в любви…

Звон от уроненной Кларой ложки прокатился по всему саду, эхом отразившись от статуй нагих девиц в углах, и исчез в арках на входе.

Прежде чем Клара побледнела, Лу схватила со стола веер и принялась ее обмахивать.

Вот же подлиза!

– Сейчас это совершенно не важно. – Я развела руками и как сумасшедшая захихикала. Осознание настоящей личности лекаря поразило меня силой тарана. – Микаэль жив…

Клара встала так резко, что стукнула склонившуюся над ней Луизу макушкой в нос. Та схватилась за переносицу и запричитала, но фрейлина не спешила извиняться. Она смотрела на меня так, будто я в нее выстрелила, пустив пулю в самое сердце.

– Не шутите так, Адель. Это больно…

– А она и не шутит… – Можно было и не оборачиваться. Ведь то, как начало покалывать затылок от пристального взгляда и перехватывать дыхание от чистого баритона, и так дало понять, кто приближался сзади.

Но я не устояла и взглянула через плечо.

По тропинке, тянувшейся от замка к беседке, вышагивал Кайлан в идеально сидящем по фигуре черном фраке и с неизменной тростью в руках.

Клара вылетела вперед, обогнув меня сбоку.

– Прошу, милорд, объяснитесь! – Она склонила голову и сложила ладони в умоляющем жесте, насмешив Селье.

Молить демона так же напрасно, как развращать святого.

– Позже, мисс Дэ Винс. А сейчас исчезните и не действуйте мне на нервы.

Я хотела вступиться за Клару и шикнуть на Селье за грубость, но стоило шагнуть вперед, как он протянул руку.

– Вы нужны мне, Адель. Настало время показать Люциферу, на что вы способны.