Глава 32. Адель

– Что ты имеешь в виду? – осведомился супруг, после чего слез с меня и сел рядом. – При чем здесь моя фаворитка?

– Луиза увязалась за нами в мир людей под предлогом бескорыстной помощи. Теперь понятно, что на самом деле двигало ее решениями. – Я принялась слишком раздраженно зашнуровывать корсаж платья, а Аваддон искал взглядом рубашку. – Она мечтала о взаимных чувствах, ты же использовал ее как ценную наложницу с редким даром, вот она и переметнулась к Люциферу. Не удивлюсь, если он наплел Луизе обещания свободы или предложил покровительство ее братьям, – предположила я причины вероломства мерзкой демонессы.

Супруг сделал пасс рукой, и жгутик тьмы притянул к нему скинутую одежду. Миг – и рубашка очутилась у него на плечах.

– Брат единственный пал со мной с Небес. Люцифер жесток и жаден до власти, он может лишить меня титула, наказать за отступничество, но подставлять не станет…

Я не дослушала, выпалив:

– Он уже это сделал, Аваддон! Уже посадил тебе на хвост лазутчика и хотел, чтобы мои подозрения пали на тебя. И когда я, преданная двумя Принцами Ада, прибегу к нему за местью – тут-то капкан и захлопнется.

Я всплеснула руками, едва не ударив Аваддона по носу. Он не глядя застегивал рубашку. Наши головы теперь занимало что угодно, кроме похоти, а разговаривать на серьезные темы без одежды казалось странным.

Повелитель Смерти пропустил нижнюю пуговку, задумавшись.

– Ты чтишь Люцифера за прошлую поддержку, но сомневаюсь, что он отказался от крыльев из-за братской любви. Его главной целью выступало могущество, и плевать он хотел на остальное. – Вот он, шанс уговорить Аваддона примкнуть к нашим рядам, надавив на скрытые прошлыми обидами болезненные точки.

Аваддон и Люцифер часто ходили по острию ножа, ведя разные политические игры. Повелитель Смерти отстаивал свое влияние в преисподней, напоминая Люциферу, что когда-то они были равны, а Повелитель Ада держал высших демонов на коротком поводке, чтобы никто не смел противиться его тирании. Но Люцифер перешел черту, решив завладеть всеми мирами сразу, и теперь свергнуть его было недостаточно. Аваддон должен был помочь уничтожить заблудшего во Тьме брата раз и навсегда.

В Повелителе Смерти шла молчаливая борьба. Я видела, как ходили его желваки, ведь в моих глазах застыли немые вопросы.

Ты поможешь? Станешь плечом к плечу с Асмодеем и Астаротом? Выступишь в роли недостающего архангела, чтобы спасти людей?

– Однажды Серафима доверила тебе свое сердце, пришло время и мне доверить свое: мое королевство, моих людей и любимых.

Аваддон вздрогнул и опустил руки, но прежде, чем они безвольно коснулись согнутых колен, я взяла его ладони в свои.

– Я не прошу заглаживать грехи перед целым миром или вымаливать у Всевышнего прощение, я прошу поступить справедливо, вернуть себе то, что отнял Гавриил – сострадание.

Аваддон с минуту не выказывал никаких эмоций. Он словно уподобился своей силе – безликой отчужденной Смерти.

– Прошу… – умоляла я, не зная, как еще на него повлиять, и тут за меня все сделала Серафима.

Ворвавшееся в комнату легкое дуновение воздуха приглушило страстное танго языков пламени в камине. Пройдясь россыпью мурашек по коже, ласкающий ветерок запутался в наших волосах, погладил по лицу и развеялся в пространстве.

У меня не хватало сил окунуться в межмирье, чтобы проверить наверняка, однако я фибрами души ощущала невесомые касания Серафимы, и почему-то думалось, что несчастная девушка прощается.

Ее история закончена. Правда раскрыта, месть осуществлена.

Супруг быстро заморгал, стряхивая с длинных ресниц повисшую слезинку. Видимо, и он понял безмолвные наставления возлюбленной.

Затянувшееся молчание с шипением залитого водой костра тушило последнюю искорку надежды, невидимо мечущуюся между нами.

– Аваддон… – предприняла еще одну попытку растормошить забытое Повелителем Смерти милосердие, но запнулась, подбирая правильные слова.

Расширенные зрачки затопили сизую радужку, как луна прячет солнце во время затмения. Казалось, мой впитавший мольбу и отчаяние голос пробудил Аваддона от кошмара.

– Кто-то еще знает мою истинную историю любви с Серафимой? – огорошил супруг, уточняя, смогла ли я придержать язык за зубами и оставить их тайну нетронутой.

– Нет, – твердо заявила я, доказывая, что отныне он может мне доверять.

– Я помогу сразить Люцифера и верну Абракс под твое командование.

Я неверяще тряхнула головой, будто ослышалась, но Повелитель Смерти не спешил развеивать сомнения. И снова молчание пустило корни тревоги в груди. Я разглядывала в каждой точеной черте Аваддона намек на обман, но ложь не искажала уголки его губ, не оседала румянцем на щеках и не отражалась блеском в глазах.

Внезапно захотелось подскочить с ковра и запрыгать на месте. Но, отбросив глупую идею, выпустила руки супруга и благодарно его обняла, зарывшись носом в шелковистые волосы.

– Спасибо, – выдохнула ему в шею, и он ответно обвил руками мою талию, прижав к себе.

– Серафима хотела бы, чтобы я поступил правильно, – только и ответил Аваддон и выпустил меня из кольца рук.

Я отстранилась и попыталась встать на трясущиеся после яда ноги. Супруг поднялся следом, придерживая меня под локоть.

– Нам нужно скорее добраться до Санта-Алана и разоблачить Луизу, пока она, пользуясь доверием моих друзей, не привела их в лапы Люцифера.

Как когда-то сказал Кайлан: нет ничего опасней пригретой на груди змеи.

– Мы можем отправить магическое послание с моей печатью, – предложил Аваддон, после чего сунул руку в карман брюк, что-то там выискивая.

Я кивнула на дверь с изогнутой ониксовой ручкой, требуя вывести меня в коридор.

– Боюсь, посланию Повелитель Похоти не поверит, расценив его как еще одну возможность перетасовать колоду. Да и, усомнившись в моей преданности, он мог пересмотреть приоритеты и принять решение не занимать столицу. Без крови Грааля укрытый барьером Абракс для него неприступная крепость. Скорее Кайлан решит выдвинуться обратно к арке.

Меня покачнуло. Я неуклюже споткнулась о край ковра и едва не упала на пол. Благо Аваддон крепко держал меня.

Заметив, как я слаба, супруг тревожно нахмурился.

– Франсбург тоже обезопасили защитной магией, поэтому бойню развернут в лесу, как только арка напитается должной мощью…

Внезапно на меня снизошло озарение. Я занесла ногу, желая шагнуть к двери, но позвоночник словно обвили путы, парализуя.

– Он ведь этого и добивался, да? – вдруг спросила я, уцепившись за быстро промелькнувшее на лице Аваддона разочарование. Люцифер прижал нас к стенке, не оставив иного варианта, кроме как сражаться на выбранной им территории. Пусть мы больше не находились в Аду, но мистический лес на окраине Франсбурга был подконтролен Сумраку Тьмы.

Сопение супруга резало по ушам, заводя шестеренки догадок в голове.

– Можешь не отвечать, и так все ясно. Люцифер знал, что Кайлан не позволит Франсбургу пострадать. Предвидел, как Повелитель Похоти воспользуется моей кровью и Хрусталем, дабы укрыть город от надвигающейся угрозы, а сам отправится в столицу, чтобы притаиться и захватить королевский арсенал. Ведь только в Абраксе и Франсбурге сосредоточено необходимое для сдерживания натиска противника оружие, древние артефакты, остатки Хрусталя и крепкие стены замка. Однако и тут Люцифер преуспел. Он приказал сохранить жизнь Елене и, поменяв вас местами, заставил тебя воспользоваться изобретенной Ульемом защитой, лишив Селье доступа ко второму значимому в его плане городу.

Раздражение и желание срочно исправить ошибки разрушили обездвижившие позвоночник путы, и я рванула вперед. Аваддон подстраховывал меня, но не пытался остановить. Мои пальцы сомкнулись на ручке.

– Конечно, магические чары возможно обезвредить – мне достаточно уничтожить Хрустальные колья. Поэтому Люцифер и подобрался к Луизе. Зная вашу с Серафимой историю, он догадался, что рано или поздно старшая дочь Гавриила найдет способ связаться со мной и раскроет секреты прошлого. – Навалившись на ручку, распахнула двери в погрязший в сумерках коридор и продолжила рассуждать: – Спровоцировав похабным предложением на балу, Люцифер выведал мой главный недостаток – вспыльчивость – и верно предположил, что подпитываемая твоей безмерной ненавистью через брачную метку, я на эмоциях убью Гавриила. Тем самым лишив Кайлана еще одной нити влияния и силы. – Шаркая ватными ногами, двигалась к широкой лестнице с резными перилами. – Север и Юг напуганы тем, что могут стать следующими в списке завоеваний Люцифера, поэтому не будут рисковать жизнями. – Я фыркнула от досады. – В письме я напомнила про долг Абраксу, но их былое благородство умерло вместе с Ульемом.

Мы зашли в левое крыло, ведущее к бывшим покоям Елены. Аваддон молчал, поглядывая на меня с толикой опасения, когда я путалась в юбках. Он мог исцелить тело, но вот с утягивающей в сон слабостью после яда приходилось бороться самой.

– Основная часть королевской гвардии уже два месяца гниет в темницах. Пусть Асмодей и Астарот благородно сохранили жизни воинам, но они – обычные люди, которых со временем изнурили голод и болезни. Армия Селье и немногочисленные члены восстания не смогут долго сопротивляться тысячной орде преисподней, и мы проиграем, а пути отступления отрезаны.

Пол заскрипел под ногами, и я поморщилась. Каждый раз сворачивая к лестнице, наступала на единственную прогнившую половицу под алым ковром.

– Думаешь, Люцифер продумал все это, когда ты попала в Ад? – Вот Аваддон и подтвердил, что братец и с ним не особо откровенничал.

– Если не раньше. Предположу, что Елена могла заключить сделку с Люцифером до моего приезда во Франсбург, сообразив, что ее «гениальный» план по приручению Селье может провалиться, и ей понадобится запасной черт в табакерке.

Это объясняло необычное поведение тетки в темнице. Должно быть, она испугалась, что я копну глубже, поэтому предпочла отдаться на милость смерти, чем разгневать самого Дьявола.

Мы подошли к тому месту, где коридор расширялся перед лестницей, а я все не унималась:

– Ко всему прочему, Люцифер подготовил еще одну игру, способную внести раздор в наши шаткие ряды. Где Кайлан, разочаровавшись во мне, добровольно окажется в его сетях.

Навстречу нам поднялись два демона-стража в сизой броне, отталкивающей мою силу, точно масло – воду. Аваддон предостерегающе рыкнул, чтобы не мешали, а я притормозила и, задыхаясь, выпалила:

– Прикажи своим уродцам на время пребывания в замке не жрать людей! Иначе я лично вырву их кишки тенями через задницу, в обход великолепной кольчуги!

Аваддон опешил от резкой смены темы и моих грубостей, но быстро собрался.

– Вы слышали вашу Повелительницу! – прочистив горло, гаркнул супруг. – Выполняйте!

Испуганно переглянувшись, демоны застыли в проходе, но удаляться не спешили. Спустя секунду вперед вышел страж с косматой бородой. Поклонившись, он шепеляво произнес:

– Будет исполнено, ваше высочество. Однако мы пришли с важной вестью. Час назад барьер незаметно пытался пересечь некий Ричард Мэтью. Наши караульные, заметив его жалкие попытки, притащили засранца в замок. Он требует аудиенции с Адель Грей.

* * *

Я буквально ввалилась в обшитый темными панелями тронный зал с развешенными в ряд хрустальными люстрами.

Без сидящей на помпезном троне Елены он казался неестественно пустым и не таким зловещим. Но все же что-то осталось неизменным. Каждый раз в момент выдачи нового задания меня в центре дожидался Ричард.

Вот и сейчас он стоял на потрескавшейся мраморной плитке с серебряными прожилками, заложив руки за выпрямленную спину, и ждал моего появления. В его обычном скучающем виде изменилось только лицо, покрытое подживающими ссадинами.

– Рич! – проскулила я и, шелестя подолом, двинулась к избитому другу.

Аваддон вошел следом, поправляя растрепанные волосы.

– Пошли вон! – грубо приказал он троим коренастым демонам.

Зал сотряс звук захлопнувшейся двери.

– Это советники, – коротко пояснил супруг, остановившись в центре зала.

– Ричард, что произошло? – Я наконец добралась до друга, но оступилась.

Рич бросился вперед и схватил меня за плечи, не дав стукнуться лбом о его ботинки. В ноздри проник тяжелый запах крови и пота, точно друг мчался сюда со всех ног.

– Это я хочу у тебя спросить, Адди. – Из-за припухших губ Рич говорил медленно и тихо.

– Ее отравил Гавриил, – вклинился Аваддон и гордо побрел к возвышающемуся на помосте трону.

– И ты благородно пытался выцеловать яд? – съязвил Ричард. – Я видел ваши обжимания в кинжале Рафаила.

Поднявшись по ступенькам, Повелитель Смерти разместился на троне, закинув ногу на ногу, и обхватил пальцами изогнутые подлокотники.

– Адель – моя законная супруга. Не вижу ничего постыдного в интиме с собственной женщиной, – осадил пыл моего друга Аваддон. – Что ты здесь делаешь, Мэтью? Не поверю, что в кишащий демонами замок тебя привела ревность.

Пока мужчины спорили, я искала силы, чтобы объясниться, и, переминаясь с ноги на ногу, пыталась найти точку опоры для своего шатающегося тела.

Ричард не стал отвечать. Вместо этого он перевел взволнованный взгляд на меня, пританцовывающую рядом с ним.

За проведенные вместе годы я легко научилась читать немые вопросы в глазах друга, так что произносить вслух ему ничего не требовалось.

– Жить буду, но нужно время для восстановления. – На этот раз сумела ответить четко, без дрожи в голосе, и немного отойти, держа между нами небольшую дистанцию.

С позволения Аваддона кратко пересказала другу их историю с Серафимой. Объяснила свое сражение с Гавриилом, упомянув про нашу с Повелителем Смерти сделку. Рассказала, как расправилась с Еленой и, ослабнув из-за раны, провалилась на границу межмирья, соединив наши с Серафимой чувства. Обрадовала тем, что Аваддон отныне на нашей стороне, и огорчила, что Луиза – лазутчик, а Люцифер все это время водил нас за нос, готовясь к бою на его условиях.

Во время рассказа Ричард сжимал и разжимал кулаки, а его кожа то бледнела от ужаса, то покрывалась красными пятнами от сдерживаемого гнева.

Придя в себя после моих признаний, друг ответно поведал, как решил отыскать меня. Что не поверил в байки Лу про нападение и заподозрил неладное. Ему пришлось бросить Клару и Мию в особняке и выдвинуться в столицу, пробиваясь через барьер, как через стекло. Это объясняло его многочисленные порезы и ссадины, но благодаря его регенерирующей магии, схожей с силой Аваддона, ран к концу нашего разговора практически не осталось.

– Что нам теперь делать? – выхаживая между двумя нишами с вазами, задался главным вопросом Ричард. – Мия и Клара в опасности. Одному Всевышнему известно, что может взбрести в голову этой мерзавке.

– За это переживать не стоит. Лу побоится выдать себя, поэтому, пока Асмодей рядом, не станет вредить дорогим Адель девушкам, – отчеканил Аваддон, постукивая указательным пальцем по подлокотнику трона.

Меня усадили на софу у круглого окна. Супруг вернул одного из советников и приказал принести специальный отвар для восстановления магии.

Мне досталась серебряная чашка с мутной, похожей на сопли жижей. Я ворчала, но пила, желая поскорее вернуть былую мощь. Вот только лучше не становилось. Ричард тоже пытался наполнить меня энергией, несколько раз передавая через легкое поглаживание щеки дозу целебной магии.

Не сработало.

– Нужно как-то предупредить Асмодея о новых замыслах Люцифера. Как и сказала Адель, в мое письмо он вряд ли поверит…

– Я прихватил магический папирус. Повелитель Похоти самолично выдал его для связи. Есть шанс, что ко мне он прислушается, – перебил Аваддона Рич и вытащил пожелтевший рулон из кармана.

Аваддон махнул рукой, давая разрешение, и Ричард раскрутил бумагу. Подойдя ко мне, он сел на стоявший справа диванчик, широко расставив ноги, и положил папирус на пыльный письменный столик. Взяв перо, Рич окунул его в чернильницу и принялся все детально расписывать.

Закончив, он сложил листок вдвое и что-то произнес на неизвестном языке, подкинув послание в воздух. Но чуда не произошло – письмо, кружась, упало на пол. Ричард поднял его и повторил ритуал, но удача явно повернулась к нему не тем местом.

Я протянула другу ладонь через стол и несколько раз сжала пальцы – мол, дай попробую, но тут с трона сорвался Аваддон.

Подойдя к нам, он без спроса выхватил бумажку. Повертев желтый лист, он смял его в кулак и отбросил подальше.

– Луиза заменила огненный папирус на обычный, – с досадой изрек он и стукнул кулаком по столу.

Чернильница задребезжала, а Ричард выругался.

– Тогда отправляемся в Санта-Алан немедленно! – заявила я, после чего поднялась с дивана. Благо я смогла сделать это, даже не пошатнувшись.

– До деревни три часа езды, – выпалил Ричард и откинулся на спинку. Нервничая, он постукивал ботинком по полу. – За это время Астарот сто раз переместит их к гребаной арке…

Оставшиеся возмущения друга затихли в резко налетевшем гуле. Громкий, пронзающий до костей звук оглушил нас в одночасье, а пробежавшая ударная сила заставила пол пойти волной.

Не удержав равновесие, я села на ковер и ойкнула, ощутив простреливающую боль в копчике. Ричард вскочил с дивана и бросился ко мне, но и его неведомая сила повалила на спину. Ударившись затылком, он мучительно застонал. Аваддон единственный устоял на ногах, пригвожденный к полу полосами тьмы.

Как же мне не хватало теней!

Повсюду распространялась дрожь, точно под замком с ревом пробуждалось чудище. Оно рычало и причмокивало, клыками и когтями пробивая себе путь к свободе.

С потолка на голову посыпалась штукатурка, осветляя мои темные пряди белой пудрой. Аваддон бросил на меня сосредоточенный взгляд и, удостоверившись, что я не пострадала, ринулся к ближайшему потрескавшемуся окну, ловко перепрыгивая через повалившихся горгулий.

Потирая голову, Ричард поднялся на четвереньки и пополз ко мне. Друг бесцеремонно сгреб меня в охапку, защищая собой от летящих с потолка камней и кусков балок. Я вжалась в него, но вдруг моим вниманием завладел супруг.

Вглядывающийся в стекло, он казался бледнее обычного. Я шумно сглотнула, подготавливаясь к худшему, но Аваддон молчал.

Пока оставшийся с нами советник прятался под стол, трусливо поджимая ноги, пространство вокруг вновь взорвалось. Пол завибрировал, стены затрещали, и, сорвавшись с толстых цепей, нам на головы полетели хрустальные люстры.

Я окунулась в затухший очаг силы, взывая к магии, но вместо лавины теней откликнулась лишь жалкая черная вспышка.

Пуф! – и все.

Ричард привстал и накрыл меня собой, стараясь укрыть от летящей на нас огромной люстры, а я позорно завизжала в его объятиях, впервые оказавшись бессильной перед смертельной опасностью.

Взметнувшаяся из ниоткуда тьма куполом обвилась вокруг меня и Ричарда. Люстра со звоном разбилась о созданную Аваддоном защиту, и я облегченно выдохнула.

Осколки, подобно бриллиантам, усеяли пол и хрустели под подошвой Аваддона, когда он возвращался к нам. Через клубящуюся дымку я видела, как на его протянутой руке плясали нити тьмы. Щелчок пальцев – и купол пропал.

Изменившиеся под всплеском магии змеиные зрачки сфокусировались на мне. Ричард благоразумно отодвинулся и встал, позволяя Аваддону осторожно поднять меня с пола и прижать к своему боку.

– Люцифер создает новый портал прямо в центре Абракса, – грубо изрек Повелитель Смерти, и сердце рухнуло в пятки.

Я схватилась за его руку, чтобы стойко выдержать следующий удар.

– У нас несколько часов, прежде чем в столицу хлынут новые демоны.

* * *

Обуявшая пространство дрожь стихла, и мы наконец смогли выбраться из тронного зала.

– Как такое возможно? – недоумевала я, пока мы бежали к выходу из замка. Точнее, Аваддон нес меня на руках, подхватив под лопатки и внутреннюю часть колен. – Разве арка в лесу Сумрака Бездны не единственный выход из Ада?

– Как оказалось, нет. Люцифер заставил нас поверить в очередную ложь, чтобы сосредоточить общее внимание на ненужном ему портале. Он кормил меня ложью о том, что арка вот-вот наполнится силой и переместит в лес войско, а сам вел партию за моей спиной. – Аваддон свернул в просторный холл с рухнувшими со стен картинами. – Еще во время бала меня насторожили слова Балберит о том, что портал уже должен был заработать во всю мощь, но брат не позволил сомнениям пустить ростки в моей голове, отвлекая тобой.

Аваддон остановился у главной двери и опустил меня. Туфли коснулись пола, но я не стала отходить слишком далеко от супруга, боясь потерять равновесие. Ноги больше не тряслись, но магия не вернулась полностью.

Всех присягнувших ему демонов супруг отправил на защиту площади, остальных приказал заточить в темницу вместо гвардейцев Елены, которых бросился освобождать Ричард.

– Люцифер не питал арку, чтобы Асмодей и Астарот не смогли привлечь в Абракс гвардию своих Кругов, да и я довольствовался горсткой своих охранников и советников. Брат обрубал все наши попытки сопротивления еще на старте, а мы плясали под его дудку, ни о чем не подозревая.

Аваддон распахнул двери. В замок ворвалась завывающая метель, потрепав подол моего платья и накидку.

Мысль о том, что супруг не стал утепляться, так и оставшись в рубашке, скручивала беспокойством пустой живот.

– Все эти месяцы Люцифер копил магию для нового рывка. Как и двести лет назад, он направил ее на разрыв пространства между мирами, и в этот раз ему помогло не время, а накопившееся за месяцы нашей осады королевства отчаяние, провоцирующее грехи и пороки даже в самых добрых людях. Так было и в прошлую войну, когда нас нарекли Всадниками. Ад буквально расцвел за то время: Оманкс пополнился душами, Бездна – болью, а Люцифер – силой.

Аваддон отошел еще на пару метров. Тревога тут же стянулась неприятным жгутиком в груди.

Пусть моя догадка окажется неверной!

Колодец силы зазвенел, наполняясь магией, даже нутро сопротивлялось перспективе «веселого» путешествия верхом на склизкой змеюке. Однако тени никак не могли помочь быстро преодолеть расстояние.

Точно прочитав мои мысли, супруг вновь заговорил:

– Главное – держись крепко и постарайся не испачкать содержимым желудка мою спину. Я брезглив и в облике змея не всегда отдаю отчет своим действиям. Так что если не хочешь оказаться сброшенной в снег где-то в лесу, хоть раз в жизни прислушайся к советам.

– Другого варианта нет? – уточнила я и насупилась. – Знаешь, следовать чужим правилам – не мой конек, а еще я никогда не ездила верхом на монстре и…

– Адель, просто доверься мне, – перебил супруг, и мое сердце сжалось. Именно этого я требовала от Кайлана, когда сбежала. – Обратившись, я доставлю нас в Санта-Алан за четверть часа, другого пути нет.

Нехотя кивнула, и Аваддон довольно улыбнулся.

Его перевоплощение в громадного черного змея с переливающимися цветными чешуйками чем-то напоминало магию Луизы. По телу супруга прошла вибрация, послышался характерный треск костей, и уже в следующую секунду по нему расползлась тьма, окутывая темным облаком.

Я инстинктивно попятилась к лестнице, пока чернота не развеялась и предо мной не предстал достающий до сводчатого потолка змей с торчавшими из пасти клыками и наростами на морде.

Он качал головой и жалил меня сизыми глазами, пока я не уперлась спиной в противоположную от выхода стену. Позволяя привыкнуть к своему новому «я», Аваддон не делал резких движений, лишь пробовал воздух раздвоенным языком и тихо шипел.

Напомнив себе, что теряю драгоценное время, заставила ноги двигаться. Однако подобраться к огромному и опасному змею без привычной поддержки магии оказалось не так просто.

Доверься мне!

Пришла пора сломать лодку, дрейфующую в океане губительной лжи, который наполнялся ядом предательства с самого детства, и наконец выплыть на берег веры.

Но поступит ли так Кайлан?

Я шаг за шагом подкрадывалась к свернувшемуся в кольцо монстру и в очередной раз убеждалась, как пленительна опасная красота.

Змей покорно опустил голову на верхнее кольцо, дожидаясь меня. Я приблизилась вплотную и привстала на цыпочки, протягивая руку к морде с узкими ноздрями.

Каково было удивление, когда пальцы прошлись по шершавой и вовсе не склизкой чешуе. Змей легонько дернулся от ласкового прикосновения и вопрошающе воззрился на меня.

– Без уздечки не поеду…