Глава 19. Бюрократия по-адски

Мы шли по улицам Пятого круга.

Город был пуст. Демоны, населявшие его, прятались в своих темных домах. Через резонанс с Ксандром я чувствовала их эмоции: липкий, парализующий страх. Они чувствовали возвращение Инквизитора. И они чувствовали меня.

– Почему они прячутся? – спросила я, когда мы проходили мимо огромного здания, напоминающего извращенную версию готического собора.

– Ваал держит их в терроре, – Ксандр шел чуть впереди, сканируя каждый перекресток. – Я был строг, но я соблюдал Кодекс. Я карал только виновных. Ваал же... он питается страхом. Он превратил Пятый круг из места правосудия в обычную скотобойню.

Мы вышли на широкую площадь, в центре которой возвышалась Цитадель. Вблизи она казалась еще более пугающей. Огромные ворота из черной стали были плотно закрыты. На стенах горели красные огни.

– Как мы туда попадем? – я скептически оглядела монолитные створки высотой с десятиэтажный дом. – Вряд ли они откроют, если мы просто постучим.

– Нам не нужно стучать, – Ксандр остановился у подножия широкой лестницы. – У нас есть ключ. Достань дарственную.

Я расстегнула сумку и вытащила серый конверт. Как только он оказался у меня в руках, пергамент внутри него начал излучать теплый, золотистый свет, который пробивался прямо через плотную бумагу.

– Что теперь? – я посмотрела на Врата.

– Подойди. Положи руку на створку. И потребуй открыть. Ты – закон, Лена.

Я поднялась по ступеням. Сталь ворот была ледяной. Я прижала к ней ладонь с зажатым в пальцах конвертом.

В голове было пусто. Как «требовать»? Что кричать? «Сим-сим, откройся»? Или что-то из адской латыни?

Я закрыла глаза, вспомнила свой самый удачный судебный процесс, когда я заставила обнаглевшего застройщика вернуть деньги пенсионерам, и произнесла самым ледяным, адвокатским тоном:

– Именем законного владельца, на основании документа о праве собственности. Открыть немедленно.

Секунда тишины.

А затем сталь под моей рукой содрогнулась. По Вратам побежали золотые трещины, повторяя рисунок символов на моей дарственной. Раздался оглушительный скрежет, и массивные створки начали медленно, тяжело расходиться в стороны, впуская нас внутрь.

Ксандр подошел ко мне и одобрительно кивнул.

– Безупречная формулировка.

Мы вошли в огромный холл. Потолок терялся во тьме, а пол был выложен гладкими плитами, в которых отражался свет факелов.

В конце холла, на возвышении, стоял трон из черного стекла. А на троне сидел он.

Ваал.

Он не был похож на монстра. Наоборот. Если Ксандр был воплощением брутальной, первобытной силы, то Ваал выглядел как идеальный аристократ. Утонченное, почти женственное лицо, длинные белые волосы, безупречный костюм (да, костюм, похожий на земной фрак, только расшитый серебром). Но его глаза... они были полностью черными, как две бездны.

Вокруг трона выстроились Палачи. Десятки Палачей в серых одеждах.

– Ксандр, – голос Ваала был мягким, почти певучим. Он эхом разнесся по залу. – Ты все-таки нашел дорогу домой. И привел с собой... зверушку. Какая трогательная преданность контракту.

– Встань с моего места, Ваал, – Ксандр шагнул вперед, и фиолетовое пламя окутало его целиком, превращая в пылающего бога войны. – Твое время истекло.

Ваал лениво поднялся с трона.

– Разве? Ты забыл Кодекс, Инквизитор. Трон принадлежит тому, чье имя в Реестре. Мое имя там. А бумажка, которую сжимает эта смертная... это просто кусок старой кожи.

– Эта «бумажка», – я вышла из-за спины Ксандра, поднимая конверт, – это нотариально... то есть магически заверенный акт дарения. И он имеет приоритет над твоими подделками, белобрысый.

Ваал посмотрел на меня. В его черных глазах вспыхнула ярость, которую он тут же скрыл за холодной улыбкой.

– Смелая. Для куска мяса, который умрет через несколько минут. Ты думаешь, я позволю вам просто подойти и предъявить этот документ Совету? Убейте их.

Он махнул рукой. Десятки Палачей сорвались с места, обнажая темные клинки.

– Ксандр! – я отступила на шаг.

– Стой за мной! – он рванулся вперед, встречая первую волну.

Начался хаос. Ксандр сражался, как ожившая буря. Он разрывал Палачей на куски, сжигал их фиолетовым огнем, но их было слишком много. Ваал стоял у трона и наблюдал за этим с легкой усмешкой, изредка посылая в сторону Ксандра сгустки черной магии, которые Инквизитору приходилось отбивать, теряя драгоценные секунды.

Я стояла у входа, прижимая сумку к груди. Ксандр был силен, но даже он не мог драться с целой армией бесконечно. Мне нужно было что-то сделать. Я – владелица этого места. Земля подчиняется мне.

Я закрыла глаза и прислушалась к вибрации конверта в моей руке. Я вспомнила то ощущение на террасе. Связь с камнем. Связь с самим Пятым кругом.

«Помоги ему», – мысленно приказала я этой древней силе. – «Я твоя хозяйка. И я запрещаю им трогать моего стажера!»

Я резко ударила ладонями в пол холла.

Раздался звук, похожий на раскат грома. Каменные плиты под ногами Палачей вдруг ожили. Из пола вырвались десятки, сотни каменных шипов и цепей, которые оплели ноги нападающих, приковывая их к земле. Зал наполнился воплями.

Ксандр, получив передышку, взмыл в воздух и обрушил на скованных Палачей волну такой мощи, что половина зала просто испарилась в облаке фиолетового света.

Ваал отшатнулся от трона. Его лицо исказилось. Он понял, что проигрывает.

– Ты! – он уставился на меня, и в его руке начал формироваться шар абсолютно черной, мертвой энергии. – Я выжгу твою душу!

Он швырнул шар в меня.

Это было быстрее, чем я могла среагировать. Я не успела ни отпрыгнуть, ни закричать. Ксандр оказался передо мной. Он принял удар черной магии на свою грудь. Раздался страшный треск, и демона отбросило назад. Мы оба рухнули на пол. Ксандр придавил меня своим телом, тяжело и судорожно дыша.

– Ксандр! – я в панике обхватила его лицо руками. Его татуировки померкли, а на груди зияла черная, дымящаяся рана. – Нет, нет, нет! Стажер, мать твою, ты не смеешь умирать!

Он открыл глаза. Золото в них тускнело.

– Я... не умру, Лена, – прохрипел он. – Но я пуст. Этот удар... он выбил из меня всю энергию.

Сквозь звон в ушах я услышала медленные шаги. Ваал спускался с возвышения. Палачи были уничтожены или прикованы к полу, но сам заместитель был цел и шел к нам, собирая в руках новую порцию тьмы.

– Трогательно, – пропел Ваал. – Но предсказуемо. Теперь отдай мне Дарственную, смертная. Или я заставлю тебя смотреть, как он медленно растворяется в небытии.

Я сидела на каменном полу, баюкая голову Ксандра на своих коленях. Мои руки дрожали.

Но страха не было. Была только ледяная, концентрированная адвокатская злость. Я посмотрела на Ваала.

– Ксандр, – прошептала я, склоняясь к уху демона. – Ты сказал, что мы замкнули кондуит. Что энергия течет в обе стороны.

– Да... – выдохнул он.

– Тогда бери. Бери все, что у меня есть.

Я впилась в его губы поцелуем, одновременно с силой прижимая ладонь к его дымящейся ране на груди. Я мысленно открыла все: свой страх, свою ярость, свою любовь – да, черт возьми, любовь, теперь это можно было признать – и ту магию Пятого круга, что текла в моих венах..

Раздался гул.

Ваал остановился в пяти шагах от нас. Его глаза расширились.

Из-под моих ладоней, из груди Ксандра, вырвался свет. Не фиолетовый. И не золотой.

Свет был ослепительно белым. Таким же, как та река, о которой он рассказывал.

Ксандр открыл глаза, и в них больше не было слабости. Он медленно поднялся, аккуратно отстранив меня, и выпрямился во весь свой гигантский рост. Рана на его груди затянулась на глазах.

Ваал попятился.

– Это... это невозможно. Смертная не может дать столько силы!

– Она не просто смертная, Ваал, – голос Ксандра звучал как приговор. Белый свет окутал его, превращаясь в сияющий меч в его руке. – Она – мой кондуит. Хозяйка этого Круга. А ты – выселен.

Ксандр взмахнул мечом.

Белая вспышка поглотила зал, ослепив меня. Последнее, что я услышала перед тем, как закрыть глаза, был полный ужаса крик Ваала.